***
Никому сейчас не легко, после самой серьёзной ссоры между парнями. Джон, который бездумно выговорил всё, что думает о Линче, сейчас лежит в пустой и холодной постели, жалея о содеянном. Сон, как на зло, не приходит, а голова прокручивает последние события. Губы невольно подрагивают, а глаза наполняются слезами. Писатель чувствует, как горячая дорожка слёз стекает по раздражённой коже, обжигая покрасневшую поверхность садины. Сквозь потертую тюль, луна слабо освещает очки.***
Окоченевшая рука пошарила в кармане и от туда журналист достал потрёпанный телефон. И очень быстро написал короткое:«Прости за все.»
Линч откинул гаджет в тёмный, пыльный угол. Поднявшись с замёрзшей крыши, он вплотную подошёл к краю. Сделав последний глоток, парень ослабил хватку, и тяжелый сосуд со спиртной жидкостью быстро полетел вниз, исчезнув в рассеивающимся тумане. Одурманевающий напиток вскружил голову, в глазах помутнело. Последний вдох и Линч ступил вперед. Закрыв глаза, журналист погрузился в вечную тьму, что ворожила волнительными мыслями.***
Джон в глубокой тишине услышал вибрацию телефона. Одним махом схватив предмет шума, он увидел сообщение от Линча. «Прости за все.» Взгляд быстро забегал по экрану, перечитывая сообщение раз за разом. Волнение охватило шатена, а сердце покалывало, то ли от страха, то ли от любви… Писатель был в ступоре, в недоумении он набрал Егора. Длинные и будто бесконечные гудки доносились из электронной вещицы, некогда подаренной самим журналистом. — Черт возьми, Линч, ответь! Бездушный голос автоответчика проговорил привычную всем речь. Все попытки дозвонится до собеседника были тщетными. Сердце бешено колотилось и обливалось кровью. В горле встрял ком. Тело судорожно свело, а кости заломило. Надоедливый звон в ушах вызвал головную боль. Но разум в миг затуманился и стало легче. Писатель словно на мгновение потерял смысл жизни, а на безэмоциональном лице появилась слеза. Последняя слеза. Комната наполнилась мёртвой тишиной. Приглушённое тиканье часов еле доносились до комнаты. Лишь ночь постепенно заканчивалась, давая путь яркому и солнечному рассвету.