Десять лет спустя

Rihanna — Rehab

С трудом верится, что со съёмки этой фотографии прошло десять лет. Мужчина внимательно осматривает фотографию, на которой видит себя самого, в возрасте двадцати одного года; там он ещё совсем юный и молодой, хотя, в свои тридцать один он выглядит так же, только с возрастом прибавилось татуировок, а взгляд стал более суровым. Волосы тогда были синими, нежели сейчас, пирсинга было намного меньше, а шило в одном месте было огромным и именно это сделало его жизнь лучше. На фотографии его за руку держит двенадцатилетний мальчик, который одет, как с иголочки: его тёмные волосы растрёпаны, а над ними возвышаются кошачьи ушки. Он нашёл его в лесу, до чего же котёнок казался потерянным и испуганным, таким одиноким, словно в этом мире больше нет людей, будто бы его бросили, что, как оказалось, — правда. Малыш выглядел так, будто бы бежал от стаи волков, потому, как на его ножках были синяки и ссадины, в глазах стояли слёзы, а щёчки были красными от истерики. Тэ, как представился потеряшка, рассказал, что родители оставили его в лесу и просто уехали, бросили на произвол судьбы, не имея и капли совести. А что Чонгук? Он подобрал, приютил и подарил дом. И на этой фотографии, Тэ счастлив, держит старшего за руку и очаровательно улыбается, сморщив носик. Тогда он очень тяжело переживал переезд и адаптацию, даже от Гука шарахался и выпускал коготки, а когда испытывал стресс, то сразу же менял облик на кошачий и прятался в тёмных местах. Постепенно, потихонечку он начал привыкать к "хозяйну", начал спать на кровати, есть при Чонгуке, а не утаскивать еду в тёмный уголок. А когда котёнок совсем привык, то начал показывать своевольный характер и требовал много внимания, поэтому в командировки его приходилось брать с собой. Старший оформил над ним опекунство, взял под своё крыло и показал какой бывает любящая семья, но, было одно важное "но"... Котик стремительно взрослел и смотрел на мир уже другими глазами, и на Чонгука он начал смотреть по-другому — влюблённо. Уже в семнадцать лет, по человеческим меркам, он учился проявлять первые знаки внимания к предмету обожания: спал у ног и на груди, смело целовал в щёки, говорил комплименты и лез ещё активнее. Половое созревание? Возможно, но в Чона он до безумия сильно влюбился и никак не мог это скрыть, в то время, как старший ничего не понимал и не придавал этому должного внимания. Всё это вылилось в признание, Тэхёну тогда только стукнуло девятнадцать и эмоций было через край: он кричал, ругался и плакал от чужого равнодушия, а по итогу закрылся в своей комнате и два дня не выходил. Признание же вырвалось само собой, разумеется, но так отчаянно из-за этих двух лет молчания, что у Чонгука сердце было не на месте. Он пытался разобраться в себе, достучаться до гибрида и поговорить с ним, обсудить чувства и обиды, просто хотел успокоить и извиниться. Хотя бы покормить его было нужно! Мальчишка вышел потрёпанный и сонный, а вышел лишь потому, что умудрился заболеть гриппом и плохо себя чувствовал, ибо спал в кошачьем обличии у окна. Чон до́лжно лечил его, бегал туда-сюда за таблетками и с компрессами, переживал и волновался за своего мелкого шкодливого котёнка. А дальше — первый поцелуй, пылкие признания и объятия крепкие, принятие и понимание. — Десять лет назад, ты был для меня, как папа, а сейчас — я называю тебя папочка~, — шепчет гибрид, залезая на стол и мотая из стороны в сторону своим длинным хвостом. — Ты был ещё совсем малявкой, до сих пор не могу понять, как из того очаровашки получился ты, — Чон смеётся хрипло, рассматривает стройные ноги младшего, его надутые губы и подрагивающие ушки с кисточками. Породистый котёнок, один из самых редких в мире — Дракон Ли. Его порода — Ли Хуа, родом вообще-то из Китая, древняя и экзотическая, которая сформировалась естественным путём в результате мутации горной китайской кошки. А внешне Тэхён был похож на обычную беспородную домашнюю кошку, однако, как бы не так. Проведя необходимые анализы и обойдя специалистов, они выяснили, что цена этого гибрида достаточно высока. Младший не отходил от Чонгука, ведь теперь на него смотрели не как на дворняжку, а на лишний заработок, именно по этой причине они уехали обратно в Сеул. И всё бы ничего, но они оба никогда не забудут тот день, когда Тэ повстречал на улице свою мать.

Flashback

Toni Braxton — Un-Break my heart

— Курочку тоже можно купить, хочу мяса, — Тэхён прижимается к возлюбленному и трётся об его плечо макушкой. — Хорошо, купим, — кивает Чонгук и оставляет на волосах шатена поцелуй, наблюдая, как его ушки вздрагивают. — Сегодня я сам съезжу в магазин и куплю всё, что ты хочешь, котёнок. — И сливки? — воодушевленно восклицает Тэхён и виляет хвостиком. — Я могу сделать курочку в сливочном соусе, как ты любишь! Мне тоже она очень нравится! — Тебе нравится всё, что связано с мясом, — смеётся Чонгук и прижимает его к себе, прямо посреди улицы. — Твой животик становится больше, — он осторожно тыкает в него пальцем, на что гибрид тушуется. — Тебе не нравится мой животик, Чон Чонгук? — ушки поникают. — Я уже не такой стройный, да? — отстраняясь, бурчит он обиженно. — Обиженка, — снова смеётся старший и рывком поднимет его на руки, — ты же знаешь, что я до безумия люблю твой животик, — он приближается к его уху и шепчет: — особенно осыпать его поцелуями, когда ты подо мной стонешь~ — Извращенец! — вспыхивает гибрид и заливается краской. — На нас теперь смотрят, Чонгук! — Тебе это не нравится? — звонкий поцелуй в щёку остужает чужой пыл. — Ну тебя, — фыркает котёнок, и слезает с чужих рук, но резко замирает, когда сталкивается с чужими глазами. — Ты чего вцепился? — обеспокоенно шепчет Чон. — Кого увидел? — Гуки, пошли домой, пожалуйста, — шепчет дрожащим голосом Тэхён и прячет лицо в чужую грудь. Без всяких лишних вопросов, Чонгук берёт его за руку и они вместе уходят к машине, почти достигают её, когда младшего кто-то хватает за запястье, отчего он испугано вскрикивает. Старший реагирует моментально, разворачивается и бьёт по чужой руке, не разбирая кто там коснулся его котёнка и напугал. Тэхён к нему жмётся и загнанным зверьком смотрит на женщину, лицо которой Чону кого-то напоминает. — Тэхёни? — женщина снова тянет к нему руки, но гибрид дёргается назад и прячется за спиной блондина. — Не трогай м-меня! — шипит он, распушив хвост. — Ты меня не узнал? — Руки от моего мальчика уберите, — рычит Чонгук и оборачивается на младшего, который часто дышит от испуга и отрицательно мотает головой. — Кто вы вообще такая и какое право имеете его хватать? — Самое прямое, — хмурит она брови, — ведь я его мать. А вы кто? Почему не даёте поговорить мне с сыном?! — Ч-чонгук, не отдавай меня ей, — шепчет он сбито, — ей всяко нужны только деньги за меня. — Не отдам, мой хороший, не переживай, — успокаивает его и обнимает за плечи. — Слушайте сюда внимательно, — обращается он к женщине, — вы и волоска его не получите. Тэхён уже совершеннолетний и имеет право сам решать с кем останется, готов поспорить, что вас он даже в крайнем случае не выберет, тем более, если не учитывать то, что десять лет назад вы едва не обрекли его на смерть, бросив в лесу. Видит бог, что сейчас я не трогаю вас лишь потому, что Тэ рядом, так что, убирайтесь с его поля зрения, иначе я вас по стенке размажу и подам заявление в полицию за преследование. Будьте уверены, что вам дадут не маленький штраф и запрет на приближение, по крайней мере, я сделаю для этого всё возможное. Женщина кривится в лице и выдаёт: — Он мой сын и моя собственность! А тебя я за растление малолетних усажу, понял?! — она тянет руки к чонгукову котёнку и дёргает младшего за запястье, однако, тот реагирует шипением и царапает её ладонь. Чонгук её ладонь перехватывает и резко дёргает на себя, шепчет ей в ухо негромкое: — Он тебе не собственность, а живой человек. Ещё тогда я оформил над Тэ опекунство и сожру тебя с потрохами, если ты попытаешься приблизиться к нему даже на километр. И ещё раз, ты тронешь его без разрешения — я не посмотрю на то, что ты женщина, понятно? Ты разговариваешь с самым лучшим адвокатом Сеула, так что не думай, что я оставлю всё это без внимания. У меня есть фотографии побоев Тэхена и доказательства того, что ты, сука, увезла в лес несовершеннолетнего ребёнка, — переходит он на рык. — Проваливай, пока я не сровнял тебя с землёй и никогда больше не смей касаться моего мальчика! Чон отталкивает её от себя и та разъярённо что-то кричит, но уходит, в то время, как старший обхватывает осторожно младшего за плечи и смотрит в глаза полные слёз. Он осторожно приближается и оставляет на щеках мягкие поцелуи, сцеловывая слёзы, и шепчет мягко: — Маленький, всё хорошо, ты посмотри на меня, пожалуйста, — обхватывает его лицо в ладони и приподнимает за подбородок. — Ты больше её не увидишь, я тебе это обещаю. Я с тобой, душа моя, я рядом и никому тебя не отдам, слышишь? — С-слышу, — всхлипывает мальчишка. — Увези меня, п-пожалуйста, — ещё один всхлип и он сам бросается в чужие объятия, плачет взахлёб и трясётся в сильных руках; ушки дрожат, как и хвостик. — Сейчас, детка, сейчас, — Чонгук поднимает его на руки и прижимает драгоценную ношу к себе, открывает машину и усаживает на переднее сиденье, даёт в дрожащие руки бутылку воды и помогает её открыть. Тэхён жадно налегает на воду, даже проливает немного на себя, пока человек его успокаивает: по волосам гладит, целует в щёку и куда только дотянется. Сначала гибрида нужно успокоить, а только потом ехать можно будет, ибо Чонгук не сможет продолжить путь, пока его темноволосый мальчик плачет и никак не может прийти в себя после стресса. Последний медленно, но верно успокаивается: почти не всхлипывает, пальчики свои перебирает и смотрит на них устало. — Нанервничался, маленький, — хлопочет над ним блондин и достаёт с заднего сиденья плед, укрывает бережно и снова целует в щеку. Он заводит машину и, наконец, они трогаются с места. Тэхён молча сплетает пальцы с чужими, смотрит в окно и обдумывает встречу с матерью, которую в последний раз видел десять лет назад, когда та отвезла его в лес и оставила одного. Он знал, знал что она придёт, обязательно вернётся за ним, как только узнал, что является не беспородным котиком. Слава богу, что Чонгук был рядом и не дал ей забрать его, отвоевал, можно сказать. Тэ часто думает о том, как ему повезло встретить Чона на своём пути, тогда, в лесу, когда он испуганный и уставший вышел на дорогу, и просто рухнул рядом. Многие проезжали мимо, никто не останавливался, но Чонгук — остановился, оказал помощь и забрал к себе. Подарил лучшую жизнь, которая только могла быть, обеспечил всем, что нужно и даже больше. Подарок судьбы, не иначе. Чонгук плавно ведёт машину, периодически смотрит на своего гибрида и снова переводит взгляд на дорогу. Переживает сильно, ведь впервые видит его в таком состоянии: уставшим и измотанным, грустным и опустошенным. Он так сильно его любит, так хочет уберечь от всех этих невзгод и падений, от слёз и грусти, от жадности других людей, хоть и родных по крови. С появлением Тэхена в его жизни — всё изменилось и исключительно в лучшую сторону, ведь забрав мальчишку с собой, он принёс в свой дом счастье и уют, которого так не хватало его одинокому сердцу. Было кого баловать и делать счастливым, дарить всю свою нерастраченную любовь без остатка и радоваться лишь от одной его улыбки которая, казалось, могла осветить и согреть своим теплом целый мир. Тэ рос на его глазах: взрослел и становился старше, из испуганного мальчика вырос в прекрасного собой и своевольного юношу. И кто Чонгук такой, чтобы противостоять его влечению? Не устоял, не смог сдержать свои чувства и влюбился в него, как мальчишка. Гибрид — именно то, что всегда старший и искал — опора и поддержка, катализатор во всём и комочек любви и нежности, который всегда радует одной только своей мордашкой. И пока все эти мысли проносятся в голове блондина, он и не замечает, как младший засыпает полусидя. Чон сворачивает на обочину и переводит на него свой взор, наблюдает, как Тэхён тихонько сопит забитым носом, утыкается им в плед и морщится. Должно быть, ему что-то неспокойное снится. Чонгук его, в который раз, гладит по мягким волосам и задевает пушистые ушки, отпускает сиденье, чтобы спать было удобнее, и целует в лоб. До дома они добираются в течение получаса. Старший оставляет спящего в машине, чтобы заранее открыть дверь дома и разобрать постель, и только потом, он возвращается к машине. Осторожно отстёгивает младшего и трепетно поднимает его, закутанного в плед, на руки, прижимая к себе; чужая макушка падает на его плечо, а сам Тэхён принюхивается и ютится поудобнее, но не просыпается. Даже тогда, когда Чонгук укладывает его на кровать, снимает неудобную обувь и джинсовую куртку, дабы сделать сон брюнета более комфортным. Тот кутается в своё любимое мягкое одеяло и отворачивается набок, его ресницы изредка подрагивают, а сам он переворачивается на живот и снова проваливается в глубокий сон. Чон от него отходит разве что машину закрыть и поставить на сигнализацию, закрывает входную дверь и гасит в доме свет, но возвращается, оставляет на столе успокоительное на утро и, переодевшись, ложится рядом в постель. Тэ забавно морщит нос во сне и отворачивается, что позволяет Чонгуку сгрести его в охапку и обнять со спины, уткнувшись в его затылок носом. Так они и уснули, чтобы на следующее утро всё обговорить и просто друг друга успокоить.

End flashback

FKA twigs, the Weeknd — Tears in the club

Тэхён разлёгся на столе животом вниз, согнув ноги в коленях и болтая ими туда-сюда. Его взгляд из-под ресниц — хитрый, словно мальчишка что-то затевает, и Чонгук знает, что это так. Очередная игра правила которой он, без всяких на то сомнений, принимает. — Хочешь сказать, что я не очаровательный? — темноволосый притворно возмущается и хмурит аккуратные брови. — Ну вот, а я думал, что нравлюсь тебе, — он принимает сидячее положение и собирается слезть. Чонгук поддаётся. Он перехватывает его за талию и сажает перед собой, проводит ладонями по пышным бёдрам и притягивает ещё ближе, дышит в чужие губы и прямо в них шепчет: — Ты самый очаровательный для меня. Я тебя люблю, Тэхён, и ты это знаешь. Тэхён шкодливо улыбается и быстро клюёт возлюбленного в губы, сразу же отстраняясь. — Принято, Чонгук, — он водит пальцем по чужой сильной груди, к которой хочется прижиматься вечность, и шёпотом продолжает: — Но сможешь ли ты мне это доказать? Чон в ответ лишь фыркает, под непонимающий взгляд, со стула поднимается и валит младшего на стол, накрывая его своим телом. Тэхён лишь охает несдержанно и ожидает удара головой о поверхность стола, но Чонгук утягивает его в поцелуй, придерживая за затылок. На младшем лишь белая блузка и зелёные брюки, а значит, раздеть его не составит труда. Тот прикрывает глаза, улыбается в поцелуй и проводит ладошками по лицу старшего, притягивая ближе, пока блондин укладывает его на стол полностью и сжимает ладонями стройную талию. Сладкие стоны гибрида нарушают тишину; он часто дышит, подстраивается под Чонгука и шипит, когда его ладонь накрывает член. Мужчина легко стягивает с него брюки и бельё, знает, что мальчишка подготовился, и широко раздвигает его ноги; Тэ дрожит, когда чувствует там прохладный воздух, а затем — горячий язык, который едва касается дырочки. — Ах... — он шумно хватает воздух губами, ощущая, как Чонгук раздвигает его половинки и тычется в них носом. Пальчики ног загибаются самопроизвольно, а бёдра дрожат, когда языком старший толкается в горячее лоно, выбивая из уст котёнка громкий стон. Тэхён хныкает под ним, пытается отодвинуться из-за непривычки, но Чон снова притягивает его за бёдра и погружает язык глубже, а на возбуждённом органе младшего подступает первая капелька предэякулята. Мальчишка томно выдыхает, цепляется длинными пальцами за чужие волосы и сжимает их, когда Чонгук снова проделывает какие-то лишь ему понятные фрикции. Тэ бёдра приподнимает и сам насаживается глубже, до звёзд перед глазами. — Г-глубже! Ммм... — ему так чертовски хорошо, что голос от каждого толчка срывается на крик, а глаза закатываются в преддверии оргазма потому, как внизу живота приятно тянет. Он откидывает голову назад и распахивает искусанные губы, когда Чон выходит и водит вокруг дырочки языком по кругу, затем снова тщательно вылизывает своего шкодливого котёнка и гладит пышные бёдра, чуть сжимая их пальцами. — Твою мать! — Тэхён кричит и прогибается в спине, переходит на высокие стоны и округляет губки; его тело покрывается волной мурашек и по́том, даже ушки подрагивают, ведь кожа неистово горит от таких прикосновений, от того, как старший с ним нежен и аккуратен. — Молодец, мой котёнок, ты умничка и хорошо принимаешь меня, — шепчет Чонгук, когда покидает его дырочку; он кусает младшего за левую, с его стороны, ягодицу, ласкает гладкие ножки и гладит хвостик, который, как и его хозяин, мечется из стороны в сторону. — Я... я сейчас... Ч-чонгук! — Гибрид вновь срывается на крик и кончает себе на блузку, смявшуюся у груди, и живот, перестаёт дышать на это мгновение и полностью замирает; воздуха в лёгких категорически не хватает, а сил на что-либо уже нет. — Устал, маленький? — усмехаясь, шепчет Чонгук и проводит пальцами по чужой сперме, размазывая её по мягкому животику. — А ведь мы ещё только начали, — он зачёсывает свои волосы пятерней назад и наклоняется к мальчишке, разрывает на нём белую блузку и приникает к красивой груди, расцеловывая её. Он любуется тем, как сейчас выглядит его мальчик: краснощёкий, часто дышащий и уставший после оргазма, всё ещё подрагивает и периодически прикрывает уставшие глаза. Тёмные кудри разметались по поверхности стола ореолом вокруг его головы, а в уголках мятных глаз скапливаются слёзы. Тэ бурчит что-то невнятное и утягивает мужчину к себе: обнимает его за шею и впивается в чужие губы настойчиво, ощущая сильные ладони на своей талии. Он хочет всего Чона себе без остатка, хочет найти все его слабые точки и доставить удовольствие, целовать днями и ночами напролёт, забывая о реальной жизни. Ведь зачем она нужна, если есть их крохотный мир, где они вдвоём — одно целое, любят друг друга безумно сильно и сплетаются телами. Младший широко открывает рот, когда блондин вторгается в него языком и проводит по ровному ряду зубов, кончиком поглаживает нёбо и сплетает его с чужим. Тэхён похныкивает в поцелуй, ведь старший не теряет времени и обхватывает его обмякшую плоть, надрачивая. Можно ли взорваться от контраста эмоций? Сейчас они это узнают. Чон водит по стволу вверх-вниз, ускоряясь, гладит его яички, а второй рукой поднимает брюнета и прижимает к себе, выбивая из пухлых губ очередной томный стон. — Хочу тебя в себе, — гибрид отстраняеся, облизывает губы и кивает на шорты. — Я знаю, ты тоже хочешь, — переходит на низкий шёпот и касается кромки шорт, стягивая их вместе с бельём. Возбуждённый донельзя член старшего, наконец, освобождается от натиска одежды, чуть пружинит и стукается головкой о живот, изнывает от недостатка внимания, очерченный набухшими венками, и очевидного возбуждения, но сначала должно быть хорошо его котёнку. Он касается пальцами чужой головки, размазывает капельки предэякулята, наблюдая, как поднимается изнывающий орган и наклоняется к нему, разрывая поцелуй. Чонгук кончиком языка касается головки, соблюдая зрительный контакт, оставляет на ней мокрый чмок и обхватывает губами. Тэхён вдыхает шумно, через рот, и заламывает брови, находясь в экстазе и шаге от того, чтобы кончить от одного только зрелища перед глазами; дрожащими руками он гладит возлюбленного по голове, пока тот массирует его яички и чуть сжимает их пальцами. Дыхание сбивается напрочь; волосы снова мокнут и вьются от пота, а Чон не прекращает свою сладострастную пытку, ведь вбирает член младшего в рот и втягивает щёки, носом утыкаясь в гладко выбритый лобок. Он двигается вперёд-назад, ускоряется и двигается навстречу, чуть прикусывает плоть зубами, слыша писк брюнета, и работает языком. Расслабляет горло и старается взять больше, чтобы было хорошо наверняка. Чувствует, что мальчишка уже готов кончить и поэтому с хлюпом отстраняется и сжимает пальцами основание члена, играется с головкой языком. Когда он убирает пальцы — Тэ громко и обильно изливается на свой живот, и пачкает чужой. Он утыкается в чоново плечо и всхлипывает от сокрушительного удовольствия, почти плачет от того, насколько ему хорошо, и это чётко выдаёт его дрожащее тело, которое вплотную прижато к чужому. Чон его редкие слёзы сцеловывает, гладит красивое лицо ладонью, в то время, как другой удерживает брюнета на себе. Тэхён не остаётся в стороне и чуть отстраняется, только для того, чтобы стянуть с мужчины чёрную майку через верх, а тот сразу же возвращает свои ладони на тэхёнову талию и рывком прижимает к себе, в себя вжимает. Их губы снова находят друг друга, резко сталкиваются в отрывистом поцелуе; руки блуждают по телу, а ресницы дрожат. Котёнок своими длинными пальчиками обхватывает ствол и указательным давит на сочащуюся головку, лаская свои ушки чужим шипением. Он направляет орган в своё лоно и закусывает нижнюю губу, закатив глаза. Чонгук в этом ему помогает и резко поднимает мальчишку на руки, заполняя его одним толчком; тот громко стонет, что больше походит на крик, и царапает чужие плечи ногтями. Чон подхватывает его под коленями, заставляя обнять себя за шею, и толкается в него снова и снова, чуть наклоняясь, крутит бёдрами и глубже проникает. Тэхён откидывает голову назад, цепляется пальцами за чужие светлые волосы и стонет, охает и ахает, распахивая припухшие губы, царапает надплечье своего парня и чуть сжимает его в себе. Спина резко вжимается в холодную стену, когда старший придавливает его к ней с силой, выбивая с губ рваный вдох; руки заводят над головой, а собственные ноги оплетают чужую стройную талию. Чонгук своим телом прижимает его к стене и продолжает толкаться в разгорячённое податливое тело, осыпает смуглую шею засосами, кусается и зализывает всё это за собой, покрывает поцелуями. Наслаждается гладкостью и мягкостью тэхёновой кожи, слизывает языком соль пота и вгрызается в мягкие губы, контрастно замедляя ритм толчков. У младшего уже сил нет, он расслабляется и обмякает в любимых руках, но блондин подкидывает его, не снимая с члена, и вновь поднимает на руки, несёт к постели и укладывает на мягкие простыни. Темп меняется; Чонгук целует нежно и сладко, толкается медленно и глубоко, но теперь бьёт по чувствительному комку нервов, гладит по влажным щекам и путает пальцы во взмокших волосах. Тэхён поддаётся бёдрами вперёд, его крики глушат неторопливые поцелуи и чужой язык, который сплетается с его собственным; он обнимает своего мужчину за шею, а после — спускается к его груди и ведёт по ней пальчиками. Ему нравится наблюдать, как Чонгук занимается спортом; как под кожей мышцы перекатываются и блестят от пота, что сразу появляется желание коснуться. Нравится то, с какой лёгкостью он может поднять на руки и таскать так хоть весь день, нравится то, как они занимаются любовью в любых позах и локациях. Нравится, как он смотрит — влюблённо, с нескрываемым желанием и аппетитом, словно за немного секунд уже раздел и осыпал засосами все открытые участки кожи, а закрытые — поцелуями. Чувство собственничества в нём преобладает, но контроль никуда не девается, именно поэтому, компромиссом являются метки. Как очевидный показатель того, что котёнок занят уже и ни с кем знакомиться не хочет и не станет. И Тэхён действительно не хочет никого кроме своего любимого человека, который всегда рядышком и обнимет за талию, всегда вступится на защиту. Он отстраняется первым потому, что в лёгких очевидный недостаток кислорода, облизывает жадно губы и жмурится, когда Чонгук снова и снова бьёт по простате, найдя нужную точку. Гибрид сжимает его в себе и ахает распахивая глаза, когда ощущает в себе горячую жидкость, ведь Чон кончает в него и, откидывая голову назад, прокусывает собственную губу. Тэхён кончает следом, срывает голос из-за своего же крика, сжимает в ладонях простынь и краем уха слышит их треск; его грудь часто вздымается и резко опускается, в голове гудит и шумит, а перед глазами тёмная пелена. Старший покидает уставшее тело и садится рядом наблюдая, как из пульсирующей дырочки толчками вытекает сперма. — Ты как, малыш? — мужчина ложится рядом и гладит его по животу, который испачкан белесой жидкостью. — Мхпф, — фыркает сонно и прикрывает глаза, распластавшись на кровати звездой. Ни о каком душе и речи идти не может, ибо он действительно до него на своих двоих даже не доползёт. Приятная нега расслабляет и дарит чувство удовлетворения, настойчиво убеждает, что ничего сейчас, кроме как отдохнуть — не нужно.

KENTUKKI — Замигает свет

Он чувствует мягкие поглаживания, чоновы поцелуи почти на каждом участке кожи и удивляется, как у него только сил после таких заходов хватает? Тэхён вот не то чтобы вставать, он даже двигаться не собирается! Но по коже распространяется дрожь, когда Чонгук касается его тела влажными и холодными салфетками, вытирая все следы их безумства. Наклоняется к лицу, целует в закрытые веки и мягкие губы, осторожно и нежно, гладит по талии и легонько касается хвоста. Котёнок поддаётся ближе и слабо улыбается, пальцами касается светлых волос любимого и перебирает мягкие пряди; сердце постепенно вновь ускоряет свой ритм, исключительно из-за старшего. Он его на руки поднимает легко и несёт в ванную комнату, усаживает на стиральную машину и разрывая поцелуй, оставляет ещё один на кончике носа, отстраняется лишь потому, что нужно налить в ванную воды и понежить в ней своего малыша. Тёмная макушка облокачивается о стену, а младший снова прикрывает веки, улыбается уголком губ и периодически смотрит на сильную спину напротив. Ему всё равно, что он голенький, ведь уже через пару минут Чон снова берёт его на ручки и погружается с ним в чуть горячую воду. По коже снова идут мурашки от такого контраста между прохладой воздуха и тёплой водичкой, но Тэ комфортно. Он спиной ложится на сильную грудь своего человека, расслабляется окончательно, когда тот поливает его водой из душа и следит, чтобы в кошачьи ушки не попала вода(!). Блондин целует тёмную макушку, покрасневшие плечи и красивую смуглую шею, осторожно и ласково ведёт губкой по доступным участкам кожи и что-то нежное шепчет на ушко, убаюкивая. Шепчет, что котёнок у него — лучший самый, что он любит его безумно сильно и всегда будет рядом. Лечит душу своими откровениями, ласково держит в своих руках и вдыхает естественный запах волос, смешанный с ароматом шампуня. Тэхён так и засыпает, заласканный и изнеженный любимым человеком у него же на руках. Чонгук укладывает его на кровать и накрывает одеялом, садится на край постели и поглаживает младшего по плечу, не в силах удержать рвущуюся улыбку. При одном взгляде на гибрида — в нём пробуждается неизмеримое и неисчислимое количество нежности, и любви; хочется зацеловать, прижать к себе и долго обнимать, тискать и лелеять. Его хочется баловать и радовать, просто наблюдать за ним и быть причиной скромной, или счастливой, улыбки. Его хочется любить. Тэ дует губы во сне, переворачивается на живот и, как обычно, ложится кверху попой. Странная, но забавная его привычка. Чон усмехается, берёт в руки сотовый, который секундной ранее завибрировал и отключает уведомления на телефоне, а потом, поцеловав любимого на ночь — уходит в свой кабинет. Переодетый и почти высохший, он садится за стол и открывает ноутбук, чтобы перепроверить и заполнить нужные документы; за работой он и не замечает, как проходят два часа. Глаза уже слипаются от усталости, поэтому он сохраняет файл, выключает и закрывает ноутбук; странное предчувствие заставляет его заглянуть в сейф позади и кое-что проверить. Набрав пароль, он открывает железную дверь и берёт в ладонь прозрачную коробочку, внутри которой лежит множество белых гипсофил и два золотых колечка. Обручальных. Одно, то которое сделано дорожкой из бриллиантов, Чон берёт в ладонь и с улыбкой рассматривает, как позади раздаётся хлопок и родной голос, шепчущий тихое: — Гуки? Почему ты не спишь? Чонгук, от испуга, роняет колечко и то укатывается прямиком к босым ножкам котёнка, который растерянным и сонным взглядом скользит по предмету лежащему на полу. Старший смотрит на младшего, одетого в его белую рубашку, доходящую до колен, и быстро подскакивает к нему, не убирая коробку из рук, ибо резко убирает в неё колечко, но остаётся перед Тэ на коленях. — Ч-чонгук? — брюнет пятится назад и врезается спиной в закрытую за собой дверь; его зрачки расширены и дрожат, бегают по лицу человека. — Не так я хотел сделать это, — усмехается Чон, осознавая глупую случайность момента. — И я пойму, если ты откажешься потому, что не готов, но... — он выставляет коробочку перед собой и открывает крышку, являя взгляду Тэхёна два золотых кольца. — Стань моим мужем, пожалуйста, ведь я люблю так сильно, что не представляю свою жизнь без тебя, а прожить её хочу только с тобой. — Ты с ума сошел, — шепчет младший сорванным голосом и дрожащие ладони тянет к лицу любимого, постепенно опускаясь на колени рядом. — Чонгук, я за тобой на край света пойду, разумеется, да, — усмехается он и крепко обнимет, укладывает голову на его плечо. Блондин кладёт коробочку на пол и обнимает в ответ, тоже кладёт голову на плечо и целует его в щеку, крепко прижимая к себе. Его всё еще переполняют эмоции, хоть он и знал, что скорее всего Тэ ответит согласием, но не ожидал, что это произойдёт раньше, чем планировалось. А планировалось это через пару месяцев, когда будет отпуск и они поедут на море; там, под луной и звёздами Чонгук сделал бы ему самое красивое предложение, но сейчас... Момент столь интимен и нежен, что тоже кажется идеальным. Тэхёнов тихий всхлип нарушает образовавшуюся тишину, поэтому старший отстраняется и обхватывает его лицо в свои не менее дрожащие ладони; он поддаётся вперёд и целует в лоб, стирает пальцами тёплые слёзы и нежно улыбается в ответ. — Позволишь мне надеть его? — смеётся глухо и сам не замечает, что плачет от счастья. Осознание приходит постепенно. — Да, Чонгуки, конечно, — Тэ оставляет невесомый поцелуй на его родинке под губой и протягивает правую ладонь. Чон открывает коробочку вновь, берёт тонкое золотое кольцо с драгоценными камнями и надевает его на безымянный пальчик самого дорогого сердцу котёнка, замирает, когда темноволосый тоже достаёт золотое кольцо и берёт старшего за руку. Тэхён осторожно проделывает те же манипуляции и сразу поднимет взгляд, чтобы в нём найти необходимую поддержку. И он находит; находит всё, что так давно искал: спокойствие и уверенность, нежность и безграничную любовь, которая сияет тысячей огней. Чонгук первым подрывается вперёд и утягивает его в нежный поцелуй, пока гибрид, не теряя времени, забирается к нему на колени и, чуть привстав, обнимает ладонями щёки, отвечая на поцелуй. И целый мир замирает, пока они друг друга держат с такой теплотой и шепчут искреннее: «Люблю».