Game of love

Проснуться рядом с Чонгуком было странно. Но ещё страннее проснуться на его руке, пока своя лежит на рельефном прессе довольно близко к его паху. Это пробуждение было одно из запоминающихся, ведь так шлёпнуться с кровати точно взбодрило на весь день. Чимин потирает спину, пока встаёт с пола, но встречаясь с глазами напротив, чуть ли не падает снова. — Ты всегда так просыпаешься? — пускает тот смешок, подпирая голову рукой. — Очень смешно, — Чимин хватает его вещи и кидает в лицо. — Одевайся, нам вообще-то в школу через час. — Если я приду в этом, люди не так подумают. — Тебя волнует чужое мнение? — Когда-то да, — немного грусти слышалось в голосе, а опущенная голова подтвердила. Чимин опять задел не ту тему. — Я подвезу тебя, потом заеду переодеться. — А Тэхёна прихватишь? — Как пожелаешь. Чимину захотелось задать один вопрос, пока Чонгук одевался. Раз тот дружит с Юнги, наверное должен знать, что те вместе. Только парень открывает рот, как замолкает, решая в это не лезть. Их дело, и даже если Чон не знает, может будет к лучшему. Он, и так, относится к Тэхёну не слишком радушно, подливать огня в их отношения не стоит. Как оказалось, Тэ уже давно ушёл. Он из тех людей, которые не могут принять выбор других. Если их ссора затянется надолго, Чимин всё равно не признает поражение. В себе, своих словах и Чонгуке он уверен. А друг остынет и поймёт. Ещё сам прибежит извиняться, а то кому он будет промывать мозги сюжетами аниме? — Ого, ты любитель такого? — Чон рассматривает наручники, которые «случайно» нашёл в ящичке комода, пока приводил причёску в порядок. — Не хило. — Нет! — быстро выхватывает, закидывая обратно. Как исчезнуть на месте? — Папа работал полицейским, я и стащил однажды. Хотел, — зажмуривается и выдыхает. — Быть фокусником, но после его смерти передумал. Теперь это как... память? Не знаю. — Мне жаль. После этого разговора поездка была тихой. Чимин смотрел в окно, вспоминая моменты с папой. Как ждал его после работы, а тот снова приходил пьяный. Он не мог от этого отвыкнуть, алкоголь стал наровне с потребностями воды и еды. Когда Чимин говорил, что он его пугает, тогда он прекращал, но это длилось пару дней. В семье были частые ссоры, парнишка слышал крики доходящие до мыслей о разводе, а потом запирался в комнате и плакал, думая только об одном: «А что могу сделать я?», «Как могу помочь?». Ответа так и не нашлось, пока с работы не позвонили, рассказав, что его госпитализировали. Иногда, Чимин до сих пор винит себя, что не смог им помочь, тогда последние дни, они, возможно, провели бы вместе. Как же все странно смотрели, когда Чимин выходил из машины Чонгука. Очередные сплетни впереди, их не избежать. Пак, конечно, просил остановить подальше от лишних глаз, но Чонгук объяснил, что так будет безопаснее. Его же боится вся школа, а значит никто не посмеет навредить. Почти никто. Парни Джихуна до сих пор здесь и точно будут мстить, но Чон обещал приехать по быстрее, предупреждая парня быть рядом с Тэхёном и Юнги. Теперь в этой школе всё как игра на выживание, где проигрывать нельзя ни при каких обстоятельствах. Непривычно, когда Тэхён не выбегает встречать. Эти взгляды прямо пожирают, что Пак вжимает голову в плечи, желая быстрее дойти до своего класса. Только то, что там не будет спокойней, сомнений нет. Все так и думают, что Чон избил парня, а теперь видя их рядом неизвестно что подумают. Будет сложно. Как и ожидалось, в кабинете сразу настала тишина. Каждый одноклассник не упустил возможности пристально рассматривать, особенно лицо, на котором осталось пару царапин. Только Юнги было плевать, да и Тэхёну по-видимому тоже. Он даже не поздоровался, продолжая рисовать в уже новеньком скетчбуке. Пустующая парта Чонгука нагоняла беспокойство и страх. А на своей уже были признаки того, что просто так не отмазаться. В углу выцарапано «Шлюха Чона», а на стуле раскручены гайки. Но это Чимин понял, когда сел и свалился, прямо у всех на глазах. Смех вокруг был так унизителен, но даже несмотря на обиды, Тэхён помог встать. Его лицо стало печальней, когда увидел надпись на парте. Он тоже понял, что от Чимина просто так не отстанут. Чонгук не приехал даже через два урока, и было бы все ничего, но с задних парт кидали бумажки с разными обзывательствами, что начало наталкивать на некоторые мысли. «Как на вкус его член?» «Я сразу понял, что ты будешь в его вкусе. Он любит женоподобных» «Смазлива рожа, тошнит от тебя» И это продолжалось весь урок. Чимин терпел, до последнего как мог, но с каждым разом становилось всё хуже. Следующая прилетела от Юнги. Там Пак ожидал что-угодно, но разворачивая, понял, что Тэхёну с парнем повезло. «Не слушай этих придурков. Дружки Джихуна распустили один слух, мы с Тэ поддержим.» Это помогло, но ненадолго. Последней каплей стало то, что один парень «нечаянно» разлил на его рисунок воду с краской. Было бы не так обидно, если рисовался всего один урок, но на него Чимин потратил добрую половину времени трёх занятий. А теперь всё полностью промокло и расплылось, пока этот гадёныш смеялся на задней парте. Учитель то принял эту ситуацию и всё равно поставил отличную оценку, но Чимин принять не смог. Издевательства пошли из ниоткуда, а ведь он просто начал общаться с Чонгуком. Это плохо и противозаконно? Почему у всех на уме только эти отвратительные мысли? Неужели они просто не могут быть друзьями? Столько вопросов забили парню всю голову – нужно отвлечься. Он отпросился в туалет, решая написать Чонгуку, хоть тот был и не в сети. Номер парень так и не просил, а вот почему, не знает.

Jbadk был вчера в 23:17

Jm1395 Чонгук, ты где? Они издеваются, я не понимаю, что сделал не так. Пожалуйста, приезжай быстрее. Ответ не приходил, каждая минута тянулась как вечность, но возвращаться туда нет никакого желания. Они продолжат, они только начали, а ведь если этот неизвестный слух знает вся школа, то ходить сюда будет адом. Целый год издевательств Чимин не выдержит, он не сильной воли человек, критика меняет его, ломает, он слишком зависим от чужого мнения. И теперь, просто не знает, что делать дальше. Когда дверь открывается, парень понимает: он в ловушке, а перед ним, сами приспешники ада. — Какое совпадение, — Нагиль прикрывает дверь, пока его друг Минджэ надвигается на парня. — Ты тоже здесь. А где Чонгук? Или ты плохо старался, и он тебя выбросил? Да, на него похоже. — Оставьте меня в покое, мы просто друзья, — парень отступает к стене, сглатывая ком в горле. — Друзья? — Минджэ заливается смехом, и второй не отстаёт. Оба уже стоят практически впритык к парню, без возможности убежать. — У него нет друзей. Ему плевать на всех, и на тебя, в том числе. — Нет- Минджэ хватает Пака за горло, придавливая к стене, пока друг достаёт что-то из кармана. Отвратительное чувство, эта ситуация, а ещё бесполезные попытки достать телефон и позвонить Тэхёну. Его просто выхватывают и откидывают в раковину, разворачивая грудью к стене и придавливая к ней руки. Глаза слезятся, но нельзя показывать слабости перед ними, это только разожжёт их желание издеваться больше. Чимин терпит то, что происходит: сзади белоснежной рубашки начинают что-то писать, и судя по ощущению – это помада. — Пиши: «Отсосу за бесплатно». Больше держаться Чимин не мог. Да, заплакал и сразу же пожалел, ведь когда они закончили свою писанину, приступили к лицу. — Подкрасим шлюшке губки, — противный смех раздаётся по всему помещению, а понимать, что никто не поможет, заставляет разочароваться в этом мире ещё больше. Он чертовски несправедлив. Как бы Чимин не сопротивлялся – делал себе хуже. Они использовали силу: пока один держал руки, второй крепко за щёки и водил помадой по всему лицу. Слёзы текли повсюду, а попытки позвать на помощь обернулись ещё и покраской зубов. Когда закончили, Чимин был рад хотя бы этому, но их план был немного в другом. С рубашки срывают пуговицы, и следующий слой помады отправляется на тело. Они красят соски, живот, шею практически не оставляя чистого участка на теле. Только после этого, Минджэ хватает его за волосы, а Нагиль делает фото, бросая парня на пол как рыдающую куклу. — Если не хочешь, чтобы это фото разлетелось по всему миру, то... два миллиона вон, — складывая телефон в карман, разворачивается и перед тем как уйти, говорит: — Жду через неделю. В этот момент жизнь пошла под откос. Это слишком огромная сумма для его семьи, но состояние сейчас настолько ужасное, что хочется остаться здесь одному и просто плакать, пока вся боль вместе со слезами не вытечет на ледяной кафель. Чимин сворачивается в комочек, поджимает ноги под себя и рыдает туда, игнорируя вибрацию от смс в раковине. Перемена начнётся через пять минут, нужно уходить, пока кто-нибудь не увидел в таком состоянии. Тогда в покое точно не оставят. Чимин надрывно вздыхает, поднимаясь с пола и забирая телефон, где сразу высвечивается четыре уведомления.

Jbadk Дела были, скоро приеду. Jbadk Что они говорят? Jbadk Ты в порядке? Почему не пишешь?

Последнее отправлено три минуты назад.

Jbadk Я в школе, где ты?

Только Чимин начинает печатать ответ, как в дверь врывается Чонгук. Он пробегается взглядом по внешнему виду парня, непроизвольно сжимая кулаки и играя желваками на шее. Рубашка порвана, открывая вид на изрисованное помадой тело, следом и лицо, а это он ещё не видел надпись сзади. Чон очень зол, но зажмуриваясь, перебарывает свои эмоции, успокаивающе поглаживая Чимина по спине, который чуть не снёс его, вцепившись как в последнюю надежду. — Он сказал, что выставит фото в интернет, если я не заплачу два миллиона, — Чимин вжимается в куртку брюнета, не сдерживая надрывный плач. — Я не знаю, что мне делать. — Не волнуйся, я дам денег. — Нет! Не надо, я разберусь- — Тогда я сломаю ему нос, две руки и ноги, потом- — Всё, хватит, я понял, — Чимин улыбнулся – это и было целью Чонгука. — Спасибо, Чонгук, ты всегда добр ко мне. — Не за что. Пошли в машину, пока никто не пришёл. Как же повезло, что никто не встретился на пути. Чонгук отдал свою куртку Чимину, тот прикрыл хотя бы спину, а спереди тканью расстёгнутой рубашки. Сейчас бы очень не хотелось наткнуться на кого-то из знакомых, но прямо возле машины попадается Юнги, и Чимин никогда не видел его настолько злым. — Где шлялся? Это случилось из-за тебя, как и в тот раз, — Юнги чуть ли не пыхтит от гнева, но спокойствие Чонгука это не колеблет. Он сажает парня в машину и закрывает дверь, совсем забывая, что окно было приоткрыто. — Он в городе, — всё что выдаёт Чон, на что Мин делает резкий шаг к нему и хватает за воротник, притягивая к себе. — Не смей поступать так снова, — шипит в лицо, сжимая ворот до побеления костяшек. — Не лезь в это, — Чон остаётся спокойным до сих пор, не выпуская рук из карманов куртки. — Со своими скелетами я буду разбираться сам. — Как хочешь, — Юнги отпускает, кидая напоследок взгляд на Чимина и уходит, харкая в траву. Чонгук садится в машину, сжимает руль, пока не откидывается на спинку сиденья и выдыхает в потолок. Он молчит: долго, напряжённо, но придя в своё обычное состояние заводит машину и выезжает на дорогу. Чимин молчит, но любопытство в который раз его враг. — О чём говорили? — Неважно, — ответ прозвучал грубо, настоятельно неся подтекст, что этот разговор продолжаться не будет. — Помоешься у меня, не думаю, что твоя мама захочет это видеть. Почему-то Чимину, и так, пришла в голову мысль, что едут они далеко не к нему домой.

***

Единственное с чем повезло – помада была не стойкая. Чимин смыл всё довольно быстро, но вот рубашка точно полетит в мусорку. Чонгук разрешил взять любую одежду из шкафа, потом вообще сказал забирать себе. Часто возникает вопрос: «Почему он делает это для меня?». Но на сердце так тепло и приятно, что отказать становится невозможно. Чимин перерыл весь шкаф, одежды у парня так много, хоть в магазин выставляй. Но внимание привлекла одна белая пушистая кофта с розовыми полосками. Выглядит мило, да и мягкая на ощупь, слабо верится, что Чон может носить такое. Скорее всего чей-то неудачный подарок, раз была спрятана почти в самом конце шкафа. Ну и обычные джинсы, там были единственные хорошо подошедшие по размеру. Чонгук пил кофе, но когда парень вышел из комнаты, чашка замерла у самых губ. Он смотрел так долго, пока брови не сузились на переносице, а глаза не опустились в пол. Больше кофе не хотелось. — Прекрасно выглядишь, — теперь он улыбнулся, но, казалось, натянуто. Хотя комплимент быстро снял внимание с этой мелкой детали. — Пошли к машине, хочу кое-что показать. Конечно, Чимин удивился, но последовал, решая не задавать лишних вопросов. Он не имел ни малейшего представления всю дорогу, куда они держат путь, но, когда в дали виднелся горизонт малинового неба и моря, стало понятно. Но не многое, всё сменилось на вопрос: «Зачем мы здесь?». Только он остался в голове, не в силах быть произнесён вслух. Чонгук показал рукой сидеть, а сам вышел, когда машина остановилась возле причала. Этот момент, да и вся атмосфера такая... романтичная. Чимину трудно отогнать эту мысль, но все выглядит именно так. И поведение Чонгука. Разве оно всегда было таким нежным? Он открывает дверь со стороны Чимина, протягивая руку, куда тот незамедлительно вкладывает. Неизвестно откуда появилась уверенность, но, когда Чонгук так близко; когда его рука такая горячая и немного прохладная от вечернего ветра; когда его мягкая улыбка трогает губы, а глаза смотрят с такой нежностью... Чимин погружается в мир, который тот строит для них обоих, ограждая от всех проблем и неприятностей. Чонгук ведёт его к скамейке возле берега, она единственная находится на песке. Воздух здесь чистый, свежий, прохладный. С ним ощущаешь свободу и полный покой. Морской запах заполняет лёгкие, будто лечит и дарит им новую жизнь. Похоже на сон, не может быть так идеально в этот момент, после того, что произошло в школе. Но здесь душа по-настоящему спокойна, впервые за всю жизнь. — Хотел отвлечь тебя от ужаса в жизни, который происходит из-за меня. — Ты не виноват, они просто- Когда Чон кладёт ладонь на его колено, слова так и остаются в горле, не способны сложиться в дальнейшие предложения. Он поглаживает, пока наслаждается видом красивого заката, отражающегося в его глазах. Но закат, совсем не то на что смотрит Чимин. Умиротворённый профиль Чонгука выглядит как портрет: слишком эстетично и прекрасно. — Ты красивый, — Чимин осознаёт, что сказал, только после небольшой ухмылки брюнета и его приподнятой брови. Как же это было неловко, но в этот раз парень не оправдывается, а молчит, продолжая смотреть напротив. А Чонгук просто... кладёт голову ему на плечо и прикрывает глаза. Стук собственного сердца готов разбить рёбра в дребезги, взорвать перепонки, но точно не остановиться, когда Чонгук сцепляет его пальцы со своими. Кровь настолько прилила к лицу, что северный ветер уже не кажется таким прохладным. Чимин сжимает руку в ответ, не в силах удержать улыбки на губах. Сейчас он счастлив.

***

Три часа они провели наедине друг с другом и тишиной морского бриза. Похолодало довольно быстро – пришлось остановить этот момент и поехать домой. Чимин так не хотел прощаться, внутри этой машины – машины Чонгука всё по другому. Они смеются, поют под слабую волну радио и улыбаются так искренне, меняясь в лице только когда подъезжают к дому парня. Завтра опять школа, опять издевательства, но теперь это не кажется страшным, ведь Чонгук будет рядом. — Спасибо за вечер, было невероятно, — слабая подсветка машины мигает, погружая их на мгновенные секунды в тьму, пока она не наступает полностью. — Спасибо, что составил мне компанию, — Чонгук смотрит в его глаза, освещённые только светом с дальнего фонарного столба. Чимин не хочет уходить, но придётся. Он открывает дверь и, помедлив секунду, целует брюнета в щёку. Старается быстрее сбежать, ведь его краснеющее лицо после такого желательно никому не видеть, но Чонгук хватает за запястье и тянет на себя, усаживая обратно на сиденье и затягивая уже во взрослый поцелуй в губы. Они горят, как и всё лицо, в который раз за этот день. Чонгук до сих пор держит руку, целуя напорнее, но вместе с тем сладко и медленно. Чимин дрожит в его руках, но через пару секунд обмякает, отдаваясь полностью под его контроль. Голова совсем не думает, в ней полная пустота. Только происходящее здесь и сейчас разгорает желание продолжать. Чонгук зарывается рукой в волосы, слегка сжимает у корней, вырывая первый стон в губы. Он чувствует как парень разгоняется, набирает уверенности в себе, кладя руку на затылок и приоткрывая рот, пропускает шустрый язык внутрь. Они задыхаются друг в друге, шумно вдыхая через нос, но всё же останавливаются, не разрывая расстояния между лицами. — Доброй ночи, Чимин-а, — шепча опаляет дыханием Чон, проводя большим пальцем по нижней губе парня. Чимин смущённо улыбается, оставляя последний на этот день поцелуй в кончик носа, посмеиваясь от того, как брюнет сморщился. Он провожает глазами до самой двери, и как парень скрывается за ней, помахав напоследок рукой, заводит авто и едет домой, приподнимая уголок губ в хитрой ухмылке.

Пять дней спустя

YgDt Чимин? Хватит меня избегать, я пытаюсь помочь.

Jm1395 Юнги, я сто раз говорил, отстань от меня и Чонгука, хватит наблюдать за нами как ворона за золотом. Что ты хочешь?

YgDt Он не такой каким ты его видишь, поверь. Я давно его знаю, это всё маска.

Jm1395 У тебя есть Тэхён, вот и не лезь в наши отношения. Я вам не верю.

YgDt Блять, да он тебе уже мозги помыл. Хочешь стать его куклой? Уходи пока не стало поздно, этот Чонгук не умеет любить.

Jm1395 Отвали. Вы заблокировали пользователя YgDt — Что там, малыш? — интересуется брюнет, отрезая кусочек сочной говядины. — Малыш? — А как хочешь? Такой странный вопрос. Если бы Чимин ел, точно подавился. — Ну... не знаю. Просто Чимин, мы же друзья. — С привилегиями, — поправляет, отпивая сладковатое вино. — Так кто писал? — Юнги, опять чушь несёт. — Не обращай внимание, в последнее время он слишком изменился. Чонгук совершенно внезапно пригласил в ресторан познакомить со старым другом, но все равно Чимин считает это за свидание, раз ещё в вип зале без людей. В школе никто не лез, пока Чон был рядом: не смел шутить и чуть ли не спотыкаясь убегал, когда брюнет внезапно появлялся за спиной, срывая план вновь унизить Чимина. Они целовались за углами школы во время уроков, за прогулы начали отчитывать не только Чонгука, но и Чимина, а они лишь влюблённо смотрели друг на друга, игнорируя ругающего учителя. Они ещё не пара, но Чимин хочет признаться, уже считает пора. Наступает тот самый момент. Чимину неловко, но раз это друг Чонгука, то нужно постараться понравиться. Невысокий блондин в белом костюме подходит к ним двоим, пожимая руку Чону, а затем Чимину. Он садится напротив, рассматривая Чимина, и приподнимая уголки губ в странной ухмылке. — Чимин, это Уён, Уён, это Чимин, — представляет Чон, разливая вино по бокалам. — Очень приятно, — Чимин решает проявить дружелюбие, но внезапно дёргается, когда Чонгук целует его в уголок губ и прижимает к себе. — Мне тоже, Чимин, — будто пробуя имя на вкус произносит тот. Этот вечер был слишком странным. Чонгук не отлипал от парня, не упуская возможность целовать, гладить и мило называть. Было неловко, что он делает такое при друге, но это ли не значит, что пытается показать, что Чимин уже не просто друг. Что если он представил его как своего парня, но почему-то не предупредил. От этой мысли Чимин чуть не улетел в другое пространство, особенно от того, как Чон после нескольких глотков алкоголя начал оставлять мокрый след своих губ на его шее. Чимин поплыл окончательно. Уёну было всё равно, он просто ел и задавал вопросы о жизни Чонгука, почти не обращая внимание на Чимина. Тот предпочитал молчать и не вмешиваться: судя по всему не виделись они давно. Так продлилось около двух часов, пока Уён не предложил Чону выйти в уборную и что-то обговорить. Даже перед уходом брюнет чмокнул Пака в губы, сказав, что скоро вернётся. Сегодня Чимин был краснее рака. Когда дверь закрывается, натянутая улыбка обоих спадает вмиг. — Интересно, сколько тебе пришлось ему врать, чтобы влюбить в себя? — Уён расхаживает по кафелю, даже не поднимая глаз на Чонгука. — Даже мою кофту ему отдал, как мило. — Я доказал, что нужен не только тебе, как теперь себя чувствуешь? — Это смешно, Чонгук, — он останавливается, поворачивая голову в его сторону. — Использовать его, чтобы доказать что-то мне. Такой же жалкий, как и тогда, — теперь он приближается, а стук его каблуков раздаётся импульсом в голове. — Ты трахаешь его так же хорошо как я тебя? — Тебе же нравилось со мной, — Чонгук уже злится, повышая голос и сжимая кулаки. — Зачем ты так поступил?! — Нравилось, — замолкает на секунду и пускает смешок. — Драть твою задницу. — Какая же ты мразь! Чонгук давно привык решать дела кулаками, когда не может найти нужных слов. Так и происходит сейчас. Он встречает кулак с его лицом, но в ответ получает лишь смешок и улыбку. Всё пошло совсем не по плану, Чон сгорает от гнева и хочет только одного — напиться и забыться. Побыть одному и забыть этот день как один из тех, что приносит отвратительные чувства. Он стал ненавидеть Уёна ещё больше, до желания убить. Нужно уходить, пока не натворил глупостей. Чимин не успевает сказать и слова, как Чон грубо хватает его за руку и ведёт к машине. Брюнет игнорирует вопросы, всё сильнее злясь, а когда из уст Пака звучит это отвратительное имя, он чуть ли не разбивает руки об руль машины. Только тогда Чимин замолкает окончательно, борясь с внутренним внезапно появившемся страхом. Чонгук молчит весь путь, так и не сбавив гнев внутри. Его выбешивает каждая деталь, вплоть до машины впереди, которая на секунду задержалась как загорелся зелёный. Сигналил он тогда долго, пока тот водитель не набрал скорости. Когда трасса осталась почти пустой, он гнал с огромной скоростью, еле успев затормозить возле машины спереди. Но даже тогда Чимин промолчал, было слишком страшно рядом с ним. Страшнее, чем в первый день встречи. Когда машина остановилась возле дома, Чимин мигом вылетел, забывая подумать о том, что нужно попрощаться. Только дверь захлопнулась, как свист шин с пыльным облаком не заставил себя ждать. Чонгук просто уехал, так и не рассказав причину такого поведения. Встреча с другом, видимо, прошла не очень удачно.

***

Прошло три дня. Чимин не ходил в школу, соврав, что болеет. Каждый день и каждый час он писал Чонгуку. С того дня они не виделись и даже не списывались. Номера телефона так и нет, а единственные, кто забил личку, были Тэхён и Юнги. Они то точно поняли, что парень не болеет, пытаясь звонить и поговорить. Сейчас Паку не до них, опять начнут нести свой бред, что сейчас слушать не хочется точно. Только вот звонок в дверь говорит о двух вариантах. Чимин надеется, что это Чонгук смог успокоиться и прийти, но видя светлую макушку друга сразу становится всё ясно. — У тебя экзамены скоро, а ты дома отсиживаешь, — Тэхён только хочет войти, но парень прикрывает дверь. — Эй, ты чего? — Тэ, уйди, я плохо себя чувствую, — врёт парень, лишь бы тот ушёл. — Правда что ли заболел? Блин, ну ладно, а то Чонгук как зверь ходит, я думал у вас что-то произошло- — Чонгук? — парень задумывается на пару секунд и продолжает: — Завтра приду. Дверь перед лицом Тэхёна закрывается, на что он недовольно цокает и уходит. Значит с ним всё в порядке. Это было единственное за что волновался парень. Он не мог ходить в школу без него, хотя попросить Юнги защищать не было бы проблемой. Вот согласился бы он или нет, уже зависело совсем не от Чимина. Но если Чон продолжает ходить в школу, тогда почему игнорирует? Вдруг ссора с Уёном возникла как раз из-за Чимина? Теперь он винит себя. Надо всё обсудить и желательно побыстрее, пока тот совсем не начал его ненавидеть. На кровати лежит та самая кофта, Чимин хочет надеть её завтра, может это сделает Чону приятно. Уроки даже спрашивать не будет, теперь он не так сильно беспокоится о своём будущем, как об их предстоящих отношениях. Когда всё вернётся на круги своя, можно будет продолжить готовиться к экзаменам, хотя пару дней Чимин всё же пропустил, не до решений ему было, пока в голове жил Чонгук. Особенно после первого поцелуя. В тот день Чимин был счастлив как влюблённая школьница. Когда он зашёл в свою комнату, чуть ли не запищал в подушку, прокручивая в голове тот самый момент. Его губы, его руки, его лицо, когда они отстранились. Сердце жило своей жизнью, собираясь покинуть грудную клетку. Оно не успокаивалось даже в ночь, а когда на следующий день Чонгук прижал его к стене за школой и начал покрывать поцелуями от лица до ключиц, он понял, что окончательно влюбился. С Чонгуком слишком хорошо, чтобы терять такую связь из-за неизвестной ссоры. Парень решает сходить в магазин и купить банановое молоко – теперь это как символ их первого знакомства. Только надеется, что Чонгук не выбросит в ответ, а то будет неловко. Магазин в пару шагах, но даже здесь можно нарваться на неприятности. Нагиль теперь живёт богато, когда Чимин отдал ему такие деньги. Неудивительно, что угощает друзей за свой счёт, они теперь от него не отлипают. Высовываться нельзя, нужно по быстрому купить и свалить по добру по здорову. Чимин забегает за ряд через один от них, но когда слышит имя Чонгука, решает подслушать. — Чон походу ёбнулся. — Или ему шлюха член во время минета прикусил, — Минджэ не отстаёт от своих шуточек, но Чимин уже привык. — Ну правда, так избить бедолагу Мёнсо, ух, — передёргивается представляя эту картину. — У него точно недотрах, как Пака притащим, сразу паинькой будет. Когда они закупаются и уходят, Чимин в который раз желает быстрее окончить школу и свалить от сюда. Издевательства по-видимому уже не прекратятся, значит другого выхода и нет. Судя по их словам, Чонгук до сих пор не в настроении, нужно постараться его не злить, в тот раз было довольно страшно. Пак покупает два, планируя прийти домой и выпить, вспоминая о Чонгуке и том разе. Странное тогда было начало общения.

***

Чимин стоит возле кабинета ещё пару минут, и тяжело выдохнув, заходит. Внимание сразу переходит на Чонгука, но... он не смотрит в ответ. Может не заметил? Точно нет, ведь когда парень садится за парту, он отворачивается к окну. Теперь Чимин уверен, что те поссорились из-за него. Но за что извиняться? Откуда знать, что могло не понравиться тому другу, делал то всё Чонгук. Пак думает отсидеть все пары тут, а потом позвать Чона на разговор, который закончится, желательно, хорошим исходом. На переменах подходил Тэхён, они не решались выходить в коридор. Только он помогал отвлечься своими рисунками и рассказами. Чимин ему благодарен, но так хочется, чтобы на его месте был Чонгук. Тот тоже сидел за партой, пока просто не встал и не вышел, что стул чуть не свалился на пол. Пак решил не упускать шанс и поговорить, потом его будет не поймать. Он чуть не сносит что-то говорившего Тэхёна и выбегает следом, видя край куртки, когда он заворачивает за угол. Следовать за ним пришлось аж до школьного спортзала, куда он зашёл в раздевалку. Над вопросом «зачем?» нет времени думать, Чимин открывает следом, как рука Чона хватает его за запястье и втягивает внутрь, прикрывая дверь. Он держит крепко и смотрит в глаза, а следом пробегается по кофте парня, сжимая челюсть до скрежета зубов. Он зол, а когда его состояние такое, страшно подумать, что может сделать. Его огни в глазах пугают до жути, Чимин сглатывает весь сжимаясь, но когда тот толкает его в стену и ставит руки по бокам от головы, больше той нежности, что он дарил ему всё это время, нет. Чимин прижимается к стене, ведь тот делает шаг, соприкасаясь их телами, а после берёт за подбородок и целует. Жадно, властно, прокусывает губу до крови, и не ожидая должного сопротивления, начинает расстёгивать ремень. — Постой, что ты- Но Чонгук не слушает, просто разворачивая грудью к стене и спуская чужие брюки до колен. Чимин не знает, почему продолжает стоять, почему не хочет это останавливать, но внутри давно пылает жар от каждого движения брюнета. Его руки проходят по телу, задирают кофту и поглаживают живот, пока губы целуют за ухом, разгоняя волну мурашек по всему телу. Чон уже прижимается стояком между ягодиц, покусывает кожу на шее и доходя до плеча, прокусывает. Чимин шипит от резкой боли, но она смешивается с приятными ощущениями, когда Чон приспускает боксёры и оглаживает нежную кожу половинок. Губы целуют затылок, а средний палец погружается внутрь, растягивая тугие и сжимающие изнутри стеночки. Новые ощущения погружают с головой, приятная боль в проходе туманит разум, а когда добавляется второй, шумный выдох слетает с губ, переходя в приятный стон, от раздвинутых пальцев на манер ножниц. Чонгук всегда носил с собой презервативы и сейчас это очень кстати. Он приспускает свои штаны, надевая на истекающий естественной смазкой стояк и ставит Чимина в более удобною позу, наклоняет и раздвигая половинки, погружает покрасневшую головку внутрь, чувствуя каждой клеточкой тела давно забытые ощущения. Чимин сжимает кулаки, жмурится раскрыв рот в немом стоне, а ладони Чонгука сжимают его бёдра до синяков, пока член погружается уже наполовину. Смесь грубости и ласки так приятна, и собственный член ноет от ласки рук брюнета. Он проходится пальцем по уретре, спускается по стволу и надрачивает в такт толчкам, принявшим довольно большую скорость. Пошлые звуки заполняют всю раздевалку, а следом и стоны Чимина, от точных попадания по простате. Чонгук будто слетел с катушек, вбиваясь так, что парень еле стоит на ногах. Они трясутся, а от мощного толчка чуть не роняют тело на пол, если бы тот не успел удержать. Чимин кончает первым, пачкая стену раздевалки и совсем не думая как будет потом убирать, а Чонгук через пару минут, напоследок поглаживая влажную от пота талию из-под задраной кофты. Рядом урна, туда парень выкидывает использованный презерватив, не заботясь о чём подумают уборщицы. Чон натягивает штаны и... собирается уйти? Чимин быстро застёгивает ремень и хватает его за руку прямо возле двери. Эта реакция не понятна: Чон выдернул руку и странно ухмыльнулся. — Т-ты куда? — А это важно? Пака как облили ледяной водой. Он непонимающе моргает, опустив глаза в пол. — Мы же... Ты... — собрав всю волю в кулак, все решается. Больше скрывать не может. — Ты мне нравишься. — Ты уверен? Слова, которые были как ножом по сердцу. Но следующие, разорвали его окончательно. — Ты такой наивный, — почему он смеётся? — Ч-что? — Чимин не верит в услышанное, проглатывая слова с огромным комом в горле. — Ты правда думал, что достоин моей любви? — оскал на лице открывает его с другой стороны. Стороны дьявола. — Игрушка. Ты просто был моей игрушкой, чтобы вызвать ревность у бывшего и ничего более. У меня не было к тебе ни капли чувств, кроме отвращения. Прилип как сраная жвачка к ботинку. А теперь, — надвигается вперед, пока парень отступает назад, ничего не видя из-за солёной пелены. — Отвали от меня и не попадайся на глаза, или я буду выбивать из тебя всю дурь как с таких же ничтожеств как ты. Он уходит. Просто уходит и оставляет, после того, что между ними было. Вся забота, ласка, улыбка, слова, поцелуи... Это была ложь. Как игра, которой он управлял по ту сторону экрана. Сейчас мир в розовых очках превратился в гнилую, полную песком и пустотой пустыню. Прямо так, как и душа Чимина. Ему казалось, что сердце перестало биться, в груди адски закололо, а лёгкие начало рвать от внутреннего крика. Он не верил до сих пор, отступал назад мотая головой, пока не упёрся спиной в ту стену, возле которой стонал от члена Чонгука пару минут назад. Он использовал не только его душу, но и тело. Дышать становится практически невозможно, парень скатывается по стене на пол и сжимает ткань в области сердца. Он рыдает, потому что внутри всё рушится до самой последней детальки. Пытается разорвать эту чёртову кофту, которая даже ему не принадлежала, но нет ни сил, ни терпения. Просто снимает и кидает в урну, прерываясь от вибрации телефона в кармане.

Jbadk Кстати, трахать тебя было тоже отвратительно. Jbadk заблокировал вас.

Телефон летит в стену, разбиваясь вдребезги. Теперь в нём нет смысла, как и в жизни. Чимин сломан, растоптан, уничтожен. Его душа кричит разрывая глотку, а он не может, сильнее закусывая ребро ладони и прокусывая до крови. Бьёт по груди, в надежде, что станет легче, но боль удваивается, ломая самый последний защитный барьер психики. — Чёрт, Чимин! Тэхён подбегает к парню, поднимает его заплаканное лицо и прижимает к себе, давая возможность рыдать в его форму. Поглаживает по волосам, пытается успокоить словами, но Чимин ничего не слышит, кроме голоса Чонгука отдававшегося в голове. Парень его ненавидит, но по-прежнему любит. Но раз с ним Чон никогда не был настоящим, значит влюбиться в несуществующего человека – ещё больнее. — Чонгук, скотина! — Юнги разрывает изнутри, он сжимает кулаки и быстро уходит, определённо зная в чью рожу они сейчас прилетят. — Успокойся, сейчас Юнги ему устроит, — конечно, Тэхён знает, что успокоить словами не выйдет, но всё равно будет пытаться. Он точно не знает, что произошло, но раз друг настолько разбит, значит то, о чём рассказывал Юнги. Он говорил, что после того избиения Уёна Чон часто играл с чувствами других людей. Только почти никто не доходил до такого момента, как эти двое. Чону либо надоедало, либо те были слишком умны, догадываясь о его маске. Но вот Чимин влюбился и сейчас вернуть его в прежнее состояние будет практически невозможно. Тэхён помогает другу подняться, накидывает на плечи пиджак и выводит из раздевалки. Сейчас идут уроки, в коридорах пусто – они смогли спокойно выйти на улицу, где Чимин просто пошёл домой. Блондин сразу побежал за ним, но простого «Оставь меня» было достаточно. Ему нужен покой, а вечером Ким обязательно сходит проведать. В такой ситуации он не знает как поступать, а выяснить, что конкретно случилось – только нагонять ему плохих воспоминаний. Надо посоветоваться с Юнги.

***

Чонгука не было в школе, как и его машины. Юнги сразу понял куда надо держать путь. Стоя возле его двери, уже хочется снести её ногой и вломиться, не давая шанса и понять что произошло. Но парень просто стучит, пока не слышит как поворачивается ручка и дверь приоткрывается, показывая Чонгука с ухмылкой на губах. Он точно знает, что здесь делает Мин, и знает, что будет дальше. А Юнги не церемонится, хватая его за воротник и врываясь внутрь. Спокойные глаза в смеси с ухмылкой бесят до невозможности, и он не терпит, ударяя парня прямо в глаз. Это вызвало только смешок, а гнев Мина увеличился в двое. Книги с полок полетели на пол, когда тот толкнул его в стену и разбил губу. Чонгук готов вытерпеть всё, ведь знает, что примени он силу, хёну непоздоровится. — Что ты с ним сделал?! — То, что и со мной, — опять спокоен, но теперь глаза начинает щипать, и совсем не от физической боли. — Ты сломал его! Чон опускает голову, прикрывая глаза тёмной прядью волос, с силой отталкивая Мина от себя. — Думаешь, меня не сломали? Я не был куклой того сраного ублюдка? Я не делал всё, что он захочет, чтобы получить каплю ответной любви? — с каждым предложением он надвигается на Юнги. Его глаза слезятся, а голос повышается. Он тоже был жертвой, та боль осталась шрамом в сердце на всю жизнь. — Я не прощал ему все измены, веря, что только он будет любить меня до конца жизни? Я не хотел сдохнуть, потому что, когда, наконец, почти отпустил, он меня изнасиловал? На последних словах, Юнги застывает, медленно расслабляя кулаки. — Тебя изнасиловали? — впервые Юнги выглядит настолько взволнованным. В его глазах сожаление, а в голосе дрожь. — Представляешь, а ты не знал, — Чонгук смеётся истерически, не торопясь вытирать слёзы заполнившие все лицо. — Никто не знал и не знает до сих пор, зато я главный ублюдок школы. Я просто хотел быть любимым, но получил лишь страдание и боль. Чимин попал под горячую руку, я не испытывал к нему никаких чувств, кроме обычных дружеских. Но, блять, я запутался, хён. Он стал для меня важен. Я полюбил его – остаётся неозвученным. — Чонгук, мне очень жаль, — Юнги впервые за их дружбу обнимает, но Чонгук не в силах сделать это в ответ. — Но ты не должен превращаться в него. Я видел в твоих глазах что-то новое, когда ты смотрел на Чимина. Подумай, ты ещё можешь стать любим. — Я бы хотел, друг. Но снова всё испортил.