Безмолвные чувства

Чон Хён сидел на кровати своей комнаты и, скучая в одиночестве, снова и снова пролистывал ленту новостей на телефоне. Он всё ещё чувствовал, как по телу разливалось тепло от испытанных сегодня эмоций. Мечта сбылась - человек, занимающий трепещущее сердце, выбрал его в качестве пары на сегодняшнем свидании. А Чон Хён выбрал его. И именно поэтому они провели такой замечательный день только вдвоём, а ещё много и долго разговаривали. Чан Мин делился сокровенными мыслями, а младший почувствовал невероятную храбрость и даже задал, волнующий его всё это время, вопрос. Ответ на него дал понять, что опасения Чон Хёна не оправдались, так что юноша не мог перестать глупо улыбаться, еле сдерживая смех. Старший думал о нём. Проявлял заботу. Этого было достаточно, чтобы почувствовать себя невероятно счастливым. Однако, после возвращения в мужской дом, всё снова стало так, как прежде. Словно только что они не держались за руки и не объяснялись в своих чувствах друг к другу. Старший ушёл, ничего перед этим не сказав, и долго отсутствовал, что заставляло почувствовать себя одиноким и подавленным. Младшему очень хотелось устроить свидание в школьной форме, но, к сожалению, Чан Мину написали целых три письма, и старшему пришлось устроить встречу с кем-то из отправителей, помимо самого Чон Хёна, которому старший ответил взаимностью. Вернувшись, Чан Мин это всё объяснил, чем снизил угнетающую ауру между ними. Однако уверенность Чон Хёна начала снова угасать, ведь старший всё равно остался привычно молчалив, не оказывая младшему особых знаков внимания. Даже компания Хёна и Ын Чана не приносила радости, так что парень просто поднялся наверх и, не закрывая дверь комнаты, лежал, тупо уставившись в экран. Время было уже позднее, так что никто бы не обратил внимание на отсутствие одного из участников. Через час или два все уже начнут готовиться ко сну, а юноша просто притворится, что устал и решил лечь пораньше. В этом тоже крылся плюс одноместной комнаты - можно побыть со своими мыслями один на один. Хотя Чон Хён надеялся разделить комнату с любимым старшим, всё же он был доволен такой возможности, которую получил благодаря заботе Чан Мина. Чон Хён продолжать думать о том, насколько старший непоследователен в своих действиях. То он проявляет заботу, то словно переключает внимание на кого-то другого, а то и вовсе выглядит так, будто ему безразлично, что происходит вокруг. Прошло почти полчаса, когда боковым зрением Чон Хён заметил, как чья-то тень периодически мелькала около его комнаты, то нерешительно приближаясь, то снова возвращаясь в исходную точку. Пронаблюдав за этим теневым представлением несколько минут, Чон Хён не сдержал любопытства и подал голос: - Хён? Движение резко прекратилось, отчего на пару секунд воцарилась мёртвая тишина. Затем старший всё-таки вошёл, и Чон Хён обнаружил, что обладателем тени оказался никто иной, как Чан Мин. - Что-то случилось? - Чон Хён вопросительно посмотрел на своего немногословного гостя. - Ничего.. просто решил.. зайти. - Ну… ладно. - Не получив желанного ответа, младший снова уставился в телефон, демонстративно игнорируя присутствие другого человека. Закрыв за собой дверь, Чан Мин сел на кровать рядом с ногами Чон Хёна и попеременно смотрел то на парня рядом с собой, то на свои колени, на которых перебирал пальцами, сцепленными в замок. Хотя молчание было ужасно неловким, Чон Хён не собирался сдавать позиций, что доказывали его хмурые брови и слегка надутая нижняя губа. В прошлый раз Чон Хён не выдержал и, чтобы прояснить ситуацию, заговорил первым. Но прошло совсем немного времени, когда атмосфера между ними снова начала мрачнеть. - Мне кажется, что, возможно, ты расстроен чем-то? - неуверенно начал Чан Мин. Только теперь Чон Хён отложил телефон в сторону и обратил внимание на Чан Мина. Юноша ответил не сразу, какое-то время он молча смотрел на парня перед собой. Поразмыслив над тем, что стоит сказать, Чон Хён наконец заговорил: - Хён, я чувствую, что мне не хватает внимания.. может побудешь со мной? Хотя мы уже не на свидании, это не важно, если наши чувства совпадают, разве нет? Чан Мин ничего не ответил, лишь придвинулся ближе, сокращая расстояние между ними до пары сантиметров, и осторожно протянул руку, чтобы убрать с волос младшего небольшую пылинку. Старший посмотрел на неё, а затем сдул со своих пальцев, провожая взглядом, который после этого снова обратился в сторону младшего, сидевшего, затаив дыхание. Сердце Чон Хёна забилось чаще. Необщительный и скрытный Чан Мин мог оказывать воздействие на чувства младшего даже, когда был безмолвен и не делился своими мыслями. Ведь не важно знал ли Чон Хён, что творится в голове у старшего, или нет, юноша был уверен, что его выбор останется неизменным, несмотря ни на что. Однако нахождение в неведении всё же причиняло боль. Заставляло качаться на качелях, которые возносили на небеса и заставляли верить Чон Хёна, что он особенный для своего любимого старшего. Но потом резко спускали на землю, заставляя чувствовать внутри пустоту и убиваться в догадках. - Идёт. - младший не ожидал услышать подобный ответ и с удивлением посмотрел прямо в серьёзные глаза перед собой. - Чего бы ты хотел? Чон Хён опустил голову, чтобы скрыть своё смущение, и тихо произнёс: - Обними меня. После смелых слов весомой казалась каждая секунда. Одна. Две. Три. Четыре. Сердце пропустило удар, сбивая со счёта, ведь в нос ударило запахом любимого человека, а спину обхватили большие тёплые ладони. Чон Хён сжал руками низ футболки Чан Мина и жадно вдыхал желанный аромат, стараясь прочувствовать момент и насладиться им сполна, не испытывая в последствии никаких сожалений, словно такое счастье могло быть единожды и больше никогда не повториться. - Знаешь, я ведь с первого дня думал о тебе… - признание Чан Мина нарушило затянувшееся молчание. - Разве я не был очевиден? - Вовсе нет. - пробубнил в ответ Чон Хён, не отрывая лица от груди любимого. - Твоё поведение с каждым разом всё больше вводило меня в замешательство, заставляя думать, что я один считаю, будто между нами что-то происходит. - Вот как. - Чан Мин нежно погладил младшего по макушке. - Прости, я этого не хотел. Просто ты заполняешь все мысли, от чего они приходят в беспорядок. Но, не зная твоих истинных чувств, я не хотел причинять неудобств своими желаниями. - Дурак. - ладони на футболке Чан Мина, с каждым произнесённым словом их владельца, всё крепче сжимались. - Я ведь совсем не против. Теперь ты знаешь о моих чувствах, так что, прошу, говори о чём думаешь. Если будешь оставлять мысли в своей голове, не озвучивая их, как мне понять твои намерения? - Хорошо, я понял. Если это то, чего ты хочешь. - Чан Мин приподнял голову младшего и положил ладонь на его мягкую щёку, нежно поглаживая её своим большим пальцем. - Что теперь? - А чего бы ты хотел? - глаза Чон Хёна блестели, отражая лунный свет из окна, благодаря которому в них можно было разглядеть нечёткий силуэт человека, находящегося прямо перед ними. Чан Мин положил младшего на бок, а сам улёгся напротив и, не отрывая глаз, смотрел на Чон Хёна перед собой. Младший тепло улыбался в ответ, заставляя сердце совершать кульбиты, а живот переполняться роем бабочек. Чан Мин снова потянулся к волосам Чон Хёна. На этот раз, чтобы ласково перебирать непослушные пряди, выбившееся из чёлки, и убирать их со лба. - Не боишься, что кто-то увидит? - с лёгкой ухмылкой поинтересовался Чон Хён. - Нет, я закрыл дверь. Если войдут без стука, это уже их проблемы. - А камеры? - изогнул бровь младший. - Ну и что, мы ведь ничего такого не делали. Двое неравнодушных друг к другу парней ещё какое-то время лежали так, беседуя на всевозможные незначительные темы, широко улыбаясь и смотря в полные любви глаза. Чон Хён как раз увлечённо рассказывал о том, что в следующий раз обязательно обгонит старшего на картингах, когда постепенно увеличивая паузы между фразами, не заметил, как совсем уснул, еле слышно посапывая. Чан Мин наклонился к лицу любимого и нежно поцеловал в лоб. - Спокойной ночи. - прозвучал тихий шёпот, последовавший после. Младший что-то неразборчиво пробормотал во сне и закинул правые ногу и руку на Чан Мина. Тот, слегка рассмеявшись, притянул Чон Хёна ближе, накрыл их одеялом и погрузился в сон, не разрывая крепких объятий до самого утра.