В кабинете у директора

— Здравствуйте, Сяньшэн, — Дилюк выглядывает из кипы бумаг, внимательно следя за фигурой. Пришёл забрать вещи, видимо. Время близится к позднему вечеру, часы нервирующе тикают, возвращая из мира чисел и расчётов обратно в реальность. — И Вам здравствуйте, господин Дилюк. Я ненадолго, — Чжун Ли скользит в кабинет, медленно закрывая дверь (заботится о состоянии занятого работой). Чжун Ли слишком громкий. Он копается в сумке, ищет вещь, без которой будто случится конец света. Дилюк ритмично стучит носком туфли, намекая на то, что заместителю скоро оторвут руки за неподобающее поведение в кабинете директора. — Тише, — отрезает Люк, даже не подняв взгляда. Чжун Ли, вздыхая, укладывает находку в задний карман джинс, сложив руки на груди. Решает излюбленно постоять над душой, дабы на него обратили внимание. Люк нетерпеливый, и он это прекрасно знает. — Вам стоило бы передохнуть, — Сяньшэн подходит ближе, смотря свысока на красную макушку. — А Вам стоило бы занять рот чем-то. Молчание Вам идёт больше, — Дилюк поднимает глаза, подперев подбородок рукой. Его орлиный и серьёзный взгляд — запретный плод. Засмотришься и не заметишь, как уже стоишь за дверью. Ещё и с надписью «уволен» на лбу. — Странные у Вас шуточки… — Сяньшэн беззаботно ухмыляется, сдерживая визуальный контакт. Дилюк задумался. Видно по его сонному взгляду. Если так судить, в тесных отношениях они с давних пор, но Люк соврет сам себе, если будет отрицать искру, иногда пробегающую между ними. Например, не так давно, когда Сяньшэн остановил его в коридоре, оперевшись рукой о стену, чтобы передать папку-планшет, кучу мультифор и бесполезных документов. Или же когда помогал накидывать пальто, оглаживая напоследок бледные плечи, за что получил незаметную улыбку как награждение, подразумевающее под собой ответный флирт. Можно напомнить и о том, как Сяньшэн не упускал возможности пригласить выпить чая вместе за закрытыми дверями кабинета во время обеденного перерыва, что всегда заканчивалось обжигающими гляделками, дурными шутками и ненавязчивыми ласками. Сяньшэн открыто демонстрировал свои чувства, в отличие от Дилюка он всегда следовал своим принципам, и если что-то его потревожит, он будет этим делиться. Например, своими чувствами к Люку. И даже сейчас, оглядывая его раскрытую шею, хотелось в неё вцепиться, чтобы после все видели, чей же это господин. Но умение держать себя в руках важнее всяких желаний. Наверное. — Шуточки… — Дилюк хотел выкинуть матерную рифму, но вовремя поджал губы. — Дел выше крыши, это утомляет. — Утомляет? — Сяньшэн нагибается, заботливо отодвигая бумаги, дабы руки на столе лежали поудобнее. — Угу, — мычит Люк, всматриваясь в дымку чайных глаз. Он никогда не замечал в них чего-то… глубокого, покрывающего тайны. Того, что сейчас сжимает его сердце в кровь от чего-то предстоящего. Вероятно, предвкушается, что видно по его жутко горящим щекам, которые сейчас ведут себя совершенно предательски по отношению к нему. Чжун тянется ближе, расстояние незаметно сокращается для обоих, Дилюк шумно выдыхает через нос, ожидая инициативы. Но вместо нее последовал лишь лёгкий удар по кончику носа указательным пальцем. Издевательство? — Вас так просто вывести на искренность. Неужто мои чувства взаимны? Чувства? Почему от этого слова в глазах Дилюка всё поплыло? Это не было отрезвляющим щелчком, скорее путем в сладкие грёзы, но Дилюк хотя бы стал честен сам с собой. Рабочий роман? Ему и быть, если сердце Дилюка замирало, когда Сяньшэн был чуть ближе к нему, когда Сяньшэн брал больше работы, дабы директор смог спокойно поспать, когда Сяньшэн приносил ему кофе с сахарным печеньем во время катастрофических завалов, и когда… так можно перечислять бесконечно. Но Чжун Ли действительно относился к директору как к хрустальной куколке, за которой требовались нужные руки, уход и забота, чтобы она радовала глаз. Но Люк молчит. Просто не нашёлся, чем ответить. Да и Сяньшэн привык. За такое время он уже научился читать директора как открытую книгу. — Эй? — щелчок перед глазами, — вы такой несобранный. Возьмите чёртову паузу, я всё сделаю. Дилюк разворачивается. Слишком долго витал в облаках, раз не заметил, как заместитель оказался за спиной. Никуда не денешься. Расслабиться и правда будет кстати. Чжун Ли перебирает аккуратный высокий хвост (все по стандарту, как и любит Дилюк. Ухоженность — залог успеха), массирует голову, жмясь ближе к спинке кресла. Люк все прекрасно чувствует: его руки, его тело, его дыхание и его сконцентрированный взгляд. Но Чжун прерывает расслабляющие минуты резкой перестановкой кресла подальше от стола. А после плавно передвигается в образовавшееся свободное место. Сяньшэн… Дилюк теряется, ему хочется закрыть глаза и спрятаться от своих же настигающих чувств. Он никогда не вёл себя так по-детски, всегда славился холодным умением вовремя поставить на место. От себя не спрячешься. Но Люк, дабы сохранить остатки власти, поднимает голову выше, разводя ноги, дабы отодвинуться от стола ещё больше, но только в последний момент замечает, как Чжун Ли придвинулся ближе, выкрав место меж ног. Наверное, Ли долго ждал этого момента, когда он сможет взять галстук директора и намотать на ладонь, а после, подкрадываясь к узлу, без особых сложностей его распутать. Расстегнуть пару пуговиц его выглаженной белой рубашки, провести парой пальцев по выступающим ключицам, легонько придушить и всматриваться в то, как плывут красные глаза в непризнанном удовольствии. Вслушиваться, как сбивается его шумное дыхание. И замечать краешком глаза, как его губы приоткрываются. Кто тут ещё занимает доминирующую позицию? Сяньшэн продолжает разбираться с пуговицами. Дилюк, видимо, наконец восстановил самообладание, решая разделить инициативу. Они же всегда работали в паре, почему здесь должны быть преграды? Мужчина кладёт обе руки на (удивительно) холодные щёки, намекая заместителю, что стоит опуститься чуть ниже для поцелуя. И Чжун Ли послушно выполняет требование. Напоследок их глаза вновь встретились, в них чётко читалось желание похоти, наверное, это неправильно, и стыд нахлынет на директора уже после процесса, но Сяньшэн обязательно проявит свою открытую для честного диалога душу. Поцелуй жарок. Для обоих он обозначал запредельно интимный жест, в который они были обязаны вкладывать максимум удовольствия, чтобы его запомнить надолго. Обычное касание губ резко меняется сцеплением языков, руки Сяньшэна сами по себе сбрасывают рубашку визави с плеч, обласкивая их тонкими и холодными (как и щёки) пальцами, что только снесло крышу Люку. Люк, протяжно мыча в поцелуй (подбадривающе), неприлично проводит обеими руками по мужским бёдрам, по-хозяйски заводя ладони под рубашку. Тут же нащупывает пресс, наверное, Чжун Ли приятны эти касания на контрасте, раз он с таким пылом вжимает директора в кресло, буквально выжимая из поцелуя все соки. Но задерживаться под одеждой Дилюк не намерен. Решает так же поиздеваться над младшим (имеется в виду титул), вновь опуская руки к бёдрам. Материал его брюк приятен к телу, мужчина заигрывается, заводя руки назад. Мизинца коснулось что-то острое. По автомату он заводит руку в чужой карман, пытаясь понять, что за округлый предмет находится, по всей видимости, упаковке, но Чжун Ли разрывает поцелуй, вовремя сжав любопытную руку. Сегодня у него другие планы. Сяньшэн опускает голову ниже, пристальным взглядом рассматривая давящий на пах ремень. Сразу соображает, что с ним делать, воплощая план в реальность. Для удобства мужчина, не брезгуя грязным полом, опускается на колени. Дилюк, скрепя сердце, почему-то решил представить, как эти идеальные брюки будут запачканы. И только брякающий звук упавшего ремня его возвращает в блаженную действительность. — М? — Сяньшэн поднимает глаза на мужчину. В этот момент он смотрелся двояко — и властно, и приниженно. Чиркает молния, с глухим звуком расстёгивается пуговица, нижнее белье моментально уходит вниз, и Чжун Ли уже накладывает свою руку на давно стоящий член. — Вы всегда давали мне указания. Ну же, покомандуйте мной и в этот раз, босс. Подлец, который знатно умеет раскрыть тёмную сторону своего начальника. Вот как его надо это обвенчать. — Просто откройте рот и сделайте своё дело, — Люк было хотел добавить «я не могу терпеть», но посчитал фразу слишком унизительной. Его партнёр фыркает, но тут же ощущает чужие пальцы на своих губах. Что такое? Люк проводит меж губ средним и указательным пальцем, а после намекающе надавливает, и Чжун Ли исполняет эту немую команду. Пальцы обволакивает (неожиданно) тёплая слюна, язык старательно пытается их заласкать, но они юрко перемещались от одной внутренней стороны щеки к другой, раздвигались и пропускали язык между собой. Чжун Ли питался хищным взглядом. Ему определенно хотелось разбавить спектр его эмоций. Люк, вытаскивая пальцы, проводит ими по горячему члену, натирает головку, пока они не станут сухими, замечая, что Чжун Ли теперь похож на внимательное животное, следящее за любимой игрушкой. — Возьмите в рот, — на удивление достаточно грубо звучит из уст Дилюка. И Сяньшэн слушается. Приоткрыв губы, он накрывает головку, слизывая предэякулят. Дилюк шипит, после прикусывая нижнюю губу. Его ладонь самовольно укладывается на каштановые волосы, сжав с небольшой силой. Внутри так приятно тянет возбуждение, каждый судорожный вдох становится глубже, выдох протяжённее. Чжун Ли не теряет возможности добавить ещё два козыря: одной рукой он оглаживал внутреннюю сторону бедра директора, а другой ему мастурбировал. Приятно, слишком приятно. Дилюк хватает со стола какие-то скреплённые степлером счета, закрывая ими своё утолённое лицо. Рука на каштановых волосах прижимает голову к члену грубыми движениями, Сяньшэн старается вбирать как можно глубже, всё ещё надеясь увидеть партнёра в полной красе. Волосы натягиваются сильнее, и Дилюк сам вбивается в тёплый рот. Ли очень старается (если судить по движениям языка), и это похвально, он обязательно будет награждён в конце. Но и сам Ли терпеть долго не сможет. Он уже разделался с преградами, чтобы параллельно уделить минутку и себе. Люк переводит глаза вниз, и внизу вновь затянуло от развратного зрелища. Сяньшэн трёт свою головку большим пальцем, промычав от получаемого удовольствия со всех сторон. Мычание доносится лёгкой вибрацией, но и её хватило, чтобы среагировать и быстро вытащить свой член изо рта. Чжун Ли крепко закрывает глаза, немного морщится, чувствуя горячую сперму на своих губах и щеках. Даже капельку на лбу. В порыве оргазма младший пытается воспользоваться положением, опуская Люковскую руку с бумагами, надеясь, что хоть сейчас сможет вглядеться в его лицо, на что получил злой шлепок. Лица так и не увидел…