Amplexus

Обнимать людей странно       Думает семилетний Джордж, когда школьный друг обвивает его руками на прощание прежде чем побежать к ожидающему отцу. Дэвидсону кажется, что это бессмысленное прикосновение. В чем была бы разница, если его толкнут, а не обнимут? Мальчик быстро забывает ощущение ловушки, когда руки чужого человека сомкнулись за его спиной. Дети в принципе все быстро забывают, но мысль про странность объятий откладывается где-то глубоко в подсознании. *** Обнимать людей неприятно       Джорджу семнадцать и девушка из параллельного класса, которую он замечал лишь из-за частых взглядов в его сторону, неловко останавливает парня в затемненной части коридора, лопоча что-то про его милую прическу и предложение пойти на выпускной, а потом обнимает. От нее веет жаром чужого тела, кожа непритно трется о ткань, а ее лоб опирается на плечо парня, щекоча его подбородок коротко стриженными волосами. Обьятие длится секунду, прежде чем девушка успевает поднять на него взгляд в ожидании ответа, Джордж уже отстраняется, бормоча что то про занятость и уходит на лестничный проем, оставляя Дженис (или ее звали Дженифер?) в недоумении сверлить взглядом стену. На выпускной он не идет, отсиживаясь дома под тихо проигрываемый в наушниках плейлист. *** Возможно, ему бы хотелось обнять одного человека       Девидсон понимает это, когда поздней ночью (будь проклята разница часовых поясов) сидит в дискорде, слушая как на другом конце провода его лучший друг готовится ко сну. Дрим тихо ругается сквозь зубы, когда Патчес вцепляется в его штанину, требуя внимания. Впрочем, спустя секунды его гнев сменяется на милость, когда он, добравшись до кровати с ноутбуком, пристраивает кошку на груди и расслабленно выдыхает, возвращаясь к диалогу. Джорджу не особо нравится говорить, поэтому тот решает занять роль благодарного слушателя, расспрашивая у Дрима как прошел день. Американец моментально отзывается фырканьем, начиная слишком возбужденно для уставшего человека рассказывать про то как он сегодня пытался что то приготовить, чуть не разбил маску и снова перепутал важные части кода для нового плагина. Брюнет слушает импульсивного друга с расслабленной снисходительной улыбкой. К такому поведению, стимулируемому СДВГ, успеваешь привыкнуть за 4 года общения, переставая обращать внимания на резкие скачки настроения и почти автоматически подстраиваясь под собеседника. Внезапно голос в наушниках затихает, давая услышать как собеседник по ту сторону будто тайный агент прикрывает дверь в комнату, возвращаясь и резко сменяя свою болтовню на заговорщиский шепот. — А еще Ник меня совсем не обнимает — парень звучит будто обиженный ребенок и Джордж невольно представляет как он строит щенячьи глазки словно пытаясь уговорить "маму" поругать обидчика — Гоги, пообещай что когда ты приедешь ты не будешь таким злым и полежишь со мной в обнимку.       Дрим почти канючит, забавно растягивая гласные из-за чего манера речи больше начинает походить на британский акцент. Девидсон нервно усмехается, бормоча что-то про нелюбовь к обьятиям и про нескорую встречу, на что блондин почти начинает наигранную истерику, жалуясь на предательство двух лучших друзей. Джорджу ничего не остается, кроме как подыграть этому большому ребенку и пообещать ему обнимашки. После этого Дрим успокаивается, а кареглазому думается что возможно возможно       Идея обьятий не такая уж и глупая сама по себе и это немного приятнее толчков. *** Люди обнимаются слишком много       Джордж замечает это, когда Томми при первой встрече буквально вжимает его в себя, не переставая говорить что-то и хлопает по спине, приветствуя. Потом они обнимаются еще раз для видео и Девидсон думает что это слишком много для него.       Вилбур выше и когда он заключает друга в обьятия при встрече Джорджу кажется, что его пытаются приподнять, хоть музыкант и наклонился. Сут в принципе оказывается весьма тактильным, то и дело прикасаясь как бы невзначай. Люди слишком большое значение придают прикосновениям, думает Девидсон.       Манера общения Квакити нравится Джорджу куда больше. Он не кидается с обьятиями, не хватает за руку и вообще почти не касается. Британцу спокойно в его присутствии, поэтому он позволяет себе немного подурачиться на стриме, а потом наблюдать за кучей шуток про пятилетнего в чате. Квакити шумный, иногда слишком активный и со своим иногда туповатым чувством юмора, но Джордж не против, потому что в присутствии Алекса нет нужды дергаться, напряженно ожидая новых прикосновений. Карл жутко тактильный, но Девидсона это почему-то не напрягает. Возможно всё дело в том, что Джейкобс обнимает по-другому. Он не заключает парня в ловушку кольцо из рук, не прижимает к себе и не обхватывает запястья, даря неприятное тепло. Нет, просто в какой то момент ты чувствуешь чью то голову на плече и руки, опирающиеся на стол по обеим сторонам от тебя. Это не кажется неправильным, все еще теплое, но уже не столь противное прикосновение. Впрочем, Карл замечает почти неуловимое недовольство знакомого и старается свести касания на минимум, давая Джорджу расслабиться и искренне насладиться компанией парня.       Нетактильность Сапнапа, по всей видимости, распространяется только на Дрима. Британец понимает это при первой же встрече, когда Ник ластится к нему, требуя обьятий и буквально не отлипая от него ни на секунду. Приходится привыкнуть, хотя Джордж все равно искренне рад приезду друга, выслушивая тысячу и одну жалобу на сожителя Николаса и мысленно усмехаясь тому, как двое его лучших друзей жалуются друг на друга. *** Объятия это неплохо       Флорида встречает Девидсона непривычно жаркой погодой, засвечивая глаза ярким солнцем, бликующим в окнах аэропорта. Брюнет забирает чемодан с ленты выдачи багажа и направляется к выходу. Дрим обещал найти его самостоятельно, так что от Джорджа требуется просто пройти по залам и выйти на улицу. Сапнап сейчас находился в Северной Каролине, обещая прилететь со дня на день. Внезапно на него налетают со спины, прижимаясь и тихо выдыхая в шею. Когда первичный шок и легкий испуг проходит, Девидсон оборачивается, встречаясь взглядом с зелеными глазами, на лице обладателя которых появляется счастливая улыбка. Руки сами отпускают ручку чемодана, отвечая на обьятия. Носом зарывается в синюю (о, как предусмотрительно) толстовку, расслабленно выдыхая. Клэй утыкается носом в отросшие кудри британца, щекоча кожу своим прерывистым дыханием. Они прекращают объятия через несколько минут, все равно переплетая пальцы. Джордж не может сказать даже себе самому платоническая ли это любовь и что между ними, но сейчас, садясь в машину и подставляясь под холодный ветерок от кондиционера, он заглядывает вперед и видит на месте водителя самого счастливого - как и он сам - человека на земле. Может быть, чтобы полюбить объятия Джорджу не хватало одного человека.