Потоки вдохновения

      Так ли прекрасна жизнь в влиятельной семье? Все следят за твоими действиями, ждут от тебя что-то, и Син Цю давно такое осточертело. Его роман никто не принял в Ли Юэ, но прекрасно встретили в Инадзуме. Найдя в этом небольшом увлечении свою стезю, он просто не мог не продолжать. В этот раз парень захотел написать нечто необычное даже для себя. Теперь его перо желало окунуться в чернила и написать самый настоящий BL-роман.       Ранним утром парень уже покинул город и ушёл в горы. Он неспешно шёл через Южные небесные врата, набираясь вдохновением. Он уже представлял, как два его героя на своём свидании проходят это место, держаться за руки и говорят о самых разных вещах. И в конце их прогулки главный герой сливается со своим возлюбленным в нежном поцелуе.       Солнце только-только вставало в зенит, когда парень наконец решил сделать перерыв в своих блужданиях. Некоторое время бродя вниз гор, Син Цю успел изрядно устать и теперь он расслабленно рассиживался под деревом на вершине горы Хулао. Неподалёку от края, где ветер дотягивался до его лица, забирался в короткие волосы и освежал. Это было прекрасным местом, чтобы остановиться и отдохнуть, попутно записывая свои идеи в небольшой блокнот, который парень всегда держал при себе. Никогда ведь не знаешь, когда именно мысли посетит вдохновение и подкинет прекрасную для продвижения сюжета идею.       Син Цю, по правде говоря, было довольно лестно писать нечто подобное, основываясь на собственном опыте и похождениях. Он ассоциировал себя с главным героем, но кто же тогда партнёр в его истории, наполненной не сколько приключениями, сколько потрясающим накалом страстей? Он как раз подходил к месту, где писатель скрывался.       — Ты как раз вовремя, — мило улыбнулся Син Цю, когда Чун Юнь зашёл к тему в тень. — Я как раз размышляю над идеей для своего романа. Присоединишься?       Чун Юнь отнёсся к предложению с лёгким подозрением. У его друга было слишком озорное настроение. И пусть они довольно долгое время встречаются, писатель не перестаёт иногда подшучивать над милым экзорцистом.       В итоге Чун Юнь аккуратно присел на траву, положив свою голову на чужие колени. Он смиренно лежал, пока изящная ладонь парня гладила его по волосам, а другая держала записную книжку. Время от времени ладонь отвлекалась от волос, чтобы записать ещё одну придуманную сцену. Экзорцист же продолжал лежать, прикрыв глаза.       Снова рука писателя изящно скользнула по его волосам, спустилась к лицу и одними пальцами прошлась вдоль шеи, пуская потоки мурашек. Чун Юнь резко сел, как ужаленный, отчего Син Цю заговорчески ухмыльнулся.       — И-издеваешься?       — Конечно нет, — отложил парень блокнот, приблизившись близко-близко к возлюбленному. — Просто проявляю заботу по отношении к своему милому парню. — тонкие пальцы писателя одними подушечками прошлась по шее парня и выше, посылая новый табун мурашек пробежаться по всему телу. — Хочешь, зачитаю тебе один из отрывков?       Экзорцист даже не мог ничего ответить. Его лицо ужасно покраснело, когда зоркий взгляд парня смотрел прямо на него.       — «Чэнь Цю долго не виделся со своим прекрасным возлюбленным. Их разделяли повседневные хлопоты, но они всегда могли встретиться в бою. И вот, когда Син Юнь так близко, он не смог сдерживать свои порывы.» — начал прямо цитировать он недавно записанные в блокнот строчки, не переставая нагловато улыбаться. — «Ладонь мечника коснулась его светлейших прядей,» — сказал Син Цю и действительно коснулся волос рядом с ушами экзорциста. — «Завёл один из незначительных локонов за его ухо, приблизившись ещё ближе к желанным устам.» — парень повторял всё, что говорил. Небольшой локон зашёл за ухо, после чего писатель поставил свои руки по обе стороны от парня. Он приблизился к обомлевшему Чун Юню, который с замиранием сердца ждал, что с ним сделают дальше.       От такого парня убегать себе дороже. Ему не так важен статус своей семьи, но он без труда может им воспользоваться и достать своего милого парня хоть из-под земли.       — Прекрати издеваться, — повернул экзорцист голову в сторону, на что Син Цю довольно засмеялся. Ему так нравилось смущать его. Он всё равно приблизился к нему, нежно коснувшись губами его щеки, скул, и отстранился, словно бы и не собирался трогать его губы.       Чун Юнь осторожно взглянул на писателя — у того не спадала улыбка с лица. Экзорцист вновь стал жертвой его издевательств.       — Ну, к чему такое нахмуренное лицо? — полу-шёпотом произнёс Син Цю, нежно взяв ладонь своего возлюбленного и поцеловав тыльную сторону его ладони, не переставая игриво ухмыляться.       Чун Юнь ещё долго будет подвергаться подобным издевательствам, даже когда эта книга выйдет в печать. И пусть в Ли Юэ подобное могут встретить не очень хорошо, в Инадзуме одно популярное издательство примет работу с распростёртыми объятиями. Чувствует экзорцист, что если он увидит хотя бы одну копию этого романа, то точно сгорит со стыда.