Недоразумение с ушами

Домой экзорцист вернулся в самом худшем расположении духа, какое могло когда либо у него быть. Во-первых, работёнку, что подкинули ему власти, а они подкидывали её редко, оплатили самым ужасным образом: сказали, что оплата придёт на дом в виде посылки. Это бы наихудший вариант, так как в посылке могли прислать только полную фигню. Во-вторых, работа в лице демона убегала по городу в течении нескольких часов и портила этот самый город, за что начальство чуть не убило работника. То есть Спейда. И в-третьих, иллюзионист никак не мог сосредоточиться из-за чего постоянно упускал цель. Все мысли заняла девчонка. Как она? Ничего ли не болит? Поела ли? Деймон готов уже был стереть себе память от отчаяния, но на такие фокусы он пока был способен только с кем-то другим. Стирать себе память было чревато последствиями. В любом случае после окончания работы он зашёл сначала в аптеку за кое-какими лекарствами, затем в продуктовый. Не хотелось, чтобы девушка готовила в таком состоянии. И вообще перетруждалась. И ещё он купил новый поводок взамен пострадавшему и ещё одну тарелку. В итоге парень возвращался домой с полными пакетами и еле смог открыть дверь, ничего не уронив. Дом всё ещё находился в ужасающем состоянии. Кровь присохла, пыль въелась... Иллюзионист удручённо вздохнул: уборка была для него худшим наказанием. Поставив пакеты на кухне и захватив с собой поводок, парень поднялся на второй этаж, бросил удручённый взгляд на пострадавший коридор, сломанную дверь в ванную и разбитое окно и поплёлся на чердак. Зверька там не было. Странно, ведь поводок вёл сюда. Однако при ближайшем рассмотрении это оказалась обычная верёвка. Спейд спустился обратно на второй этаж и нашёл ещё одну. Она вела уже в кухню. По пути встречались ещё и ещё верёвки. По мере наблюдений их становилось всё больше. Часть вела во двор, несколько в шкаф, две в ванную. Деймон несколько раз оббегал дом и двор, заглянул в сарай, но Алауди не нашёл. Естественно, улучшению настроения это не способствовало. Наоборот. Теперь парень беспокоился за котёнка ещё сильнее, а уставший мозг строил самые разные картины, ни одна из которых не была достаточно радужной. И наконец вопрос дня: как она смогла уйти без разрешения? Голова была перегружена. А потом пробилось осознание, что привязанность к этому ушастому созданию уже переросла все границы и пора бы заканчивать с ней. Демон не может жить рядом с человеком. Не может быть другом. Прислугой, рабом, на ходой конец игрушкой, но не другом. Все эти размышления носились в голове у экзорциста ровно до тех пор пока он не упал на кровать. Одеяло рядом зашевелилось, и из под него появилась пшеничная макушка, заклеенный пластырем лоб и наконец заспанные глаза цвета зимнего ясного неба. - И почему ты не на чердаке? - недовольно спросил Спейд. - Там собачатиной воняет, - скривила нос блондинка, принимая сидячее положение. - И что? - Деймон продолжал допрос, про себя отмечая, что раны аккуратно перевязаны, одежда новая, но вид всё ещё оставляет желать лучшего. - И кровью всё перемазано, - так же вяло ответила девушка. - И кто в этом виноват? - Ты, - парень чуть воздухом не подавился. - Тебе просто не следовало носиться здесь и крушить всё подряд. - Хорошо. В следующий раз позволю псу перегрызть мне горло, - её голос был слаб и без эмоционален, и это начинало раздражать. Что она позволяет себе в общении с ним? - Ты моя. И мне решать, что тебе можно, а что нет, - жестоко подытожил иллюзионист, вытаскивая девушку из кровати, закидывая на плечо и даже не обращая внимания на сдавленный вдох. - Тебе не стоит мне перечить. Деймон вынес Алауди во двор и прицепил коротким поводком к забору. - Думай над своим поведением, - резко скомандовал он и ушёл. Девушка осталась одна. Ужасно болела голова, ныло тело, но поводок, привязанный слишком высоко, не позволял даже лечь. Пришлось облокотиться спиной о забор и закрыть глаза. Резкие порывы ветра трепали лёгкую одежду, погода портилась, но экзорцисту, похоже, было плевать на это. Он был груб. Но она ведь не человек. Во всяком случае наполовину. Значит, такое отношение заслуженно. Хотя другой на его месте давно бы убил и не считал это зазорным поступком. Блондинка посмотрела в небо, которое начинали закрывать тучи. Воздух стал заметно разреженней. Собирался дождь, а Спейд всё никак не возвращался. Скорее всего он куда-то ушёл или, может, хочет проучить. Ветер свистел всё сильнее, гнул стволы деревьев и гнал целые тайфуны, состоящие из оборванной листвы, мелких веточек и пыли. Всё это больно било по незащищённым ногам и лицу. Стихия бушевала уже почти час. Может больше, но проклятого иллюзиониста всё не было. Девушка снова подняла голову и на нос упала первая крупная капля. Такая же упала на лоб, а затем, мягко шелестя травой, пошёл дождь. Он всё усиливался, пока не перерос в полноценный ливень. Блондинка, поначалу недовольно дёргавшая ушками и хвостом, смирилась и опустила голову на колени. Ещё через полчаса она сидела в огромной луже, одежда пропиталась насквозь, а с волос лилась вода, затекая за шиворот и уже не причиняя неудобства. Теперь мир был похож на огромный аквариум, который боги решили заполнить до краёв. Небо прочертила белая полоса молнии. Вслед за ней послышались раскаты грома, словно кто-то бил по старому деревянному забору палкой. Вдали что-то рухнуло. Девушку всегда мало заботило отношение людей к ней, но безразличие иллюзиониста сейчас, под проливным дождём, казалось до боли противным. Полу демону не место среди людей. Тем более рядом с экзорцистом. Простая истина. - Деймон, – тихо позвала она, даже не надеясь, что кто-то услышит сквозь шум дождя. Однако уже через мгновение дверь дома открылась и во двор выбежал Спейд. - Алауди! – он отстегнул поводок и, подняв котёнка на руки, унёс в дом. - Мяу, – только и ответила она. Дождь всё хлестал по окнам розгами воды, но парню было не до этого. Он взволнованно бегал по дому, собирал одеяла и полотенца, заваривал чай, пока всё это время девушка сидела в горячей ванне. Когда же он закончил, то немедленно зашёл к ней и, встав на колени перед ванной, поставил кружку с чаем на край. - Я тебе чай принёс, – негромко проговорил иллюзионист, на что девушка по кошачьи фыркнула и отвернулась. – Ну, прости. Я же не знал, что пойдёт дождь. - Тебя не было несколько часов. Только не говори, что не видел дождя всё это время. - Так получилось. Хочешь, будешь сегодня спать на моей кровати. - Нет, спасибо. Пойду на свой коврик. - Но он холодный! Простынешь ведь. - Всё что угодно, только не твоя кровать. - А сегодня ты на ней уже спала. - Сегодня мой коврик был грязным. - Я виноват. Поэтому сегодня ты будешь спать на кровати. – синеглазый будто не услышал последнюю фразу. - А ты на коврике? - Всё. Вылезай. – Спейд снова притворялся глухим. - Тогда выходи. И принеси мне одежду. - У меня нет одежды на тебя. Последний комплект одежды сейчас висит в сушилке. – парень улыбнулся и привстал так, что его лицо было всего в нескольких сантиметрах от её. – Может, походишь в полотенце? – ехидно улыбнулся он. - Ты дашь мне и полотенце, и что-нибудь из своей одежды. – прошипела девушка, показывая клыки. - А если не принесу? – Ухмылка стала шире. - Я уйду. - Сама знаешь, что это невозможно. - Тогда почему бы не умереть? - Алауди потянулась к ошейнику. - Зачем мне жить с тобой, да ещё и в таких условиях? - Замолчи, - рыкнул иллюзионист, перехватывая руку и сжимая её так, что костяшки его пальцев побелели. Провокация сработала. От слов девушки стало не по себе. Неужели он настолько привязался к ней? Настолько, что готов забыть о сущности демона? Впрочем, пронзительно голубые глаза отливали всё той же сталью. Зато в синих плескалась злость и раздражение. - Ты принадлежишь мне. И умрёшь только тогда, когда я этого захочу. Нет. Ничего не изменилось. Всё то же собственническое чувство и гнев на свою игрушку. А раз нет более высоких эмоция, то и церемониться не стоит. Деймон рывком вытащил девушку из ванной, не смотря на сопротивление, закутал в огромное полотенце и потащил в комнату. - Лежать, - приказал он, когда сбросил котёнка на свою кровать. Как ни странно, та повиновалась, и положив голову на подушки, затихла. Но Спейд даже не повернул головы. Он рылся в шкафу в поисках достойной замены намокшей одежде. В конце концов из шкафа была извлечена бледно-голубая рубашка и шорты. Всё это было брошено блондинке, а сам вышел из комнаты: стоило сделать чаю и найти какие-нибудь витамины, чтобы зверёк ни в коем случае не заболела. Вернувшись в комнату, иллюзионист тут же уставился на увлечённо застёгивающую пуговицы Алауди. Одежда уже была на ней, но упрямые пуговицы отказывались застёгиваться, да и застёгивались очень криво. Синеглазый довольно хмыкнул и, сев на кровать, сам стал заниматься застёгиванием. - Дурочка, - почти ласково произнёс парень. - Пуговицы надо застёгивать вот так. Блондинка подняла мутные глаза и, подавшись вперёд, внезапно лизнула парня в нос. Тот удивлённо замер. А девушка, немного подумав, облизала нос ещё раз и перешла на щёку. - Алауди... Что ты делаешь? Блондинка не отреагировала, а лишь мяукнула и совсем по кошачьи наклонила голову, сложив ушки. Затем придвинулась ближе и облизала уже губы. Шершавый язык мягко прошёлся по коже, пробуя на вкус, но как только девушка решила отстраниться, иллюзионист притянул её обратно и впился в губы поцелуем. Котёнок сдавленно мяукнула, упёрлась руками в грудь парня, но тот не отпустил. Он прикусывал нежную кожу на губах, даже не заботясь о том, что зверьку больно, водил ладонями по спине, перебирал пальцами мягкие, ещё мокрые после ванной, волосы. И это было приятно. Случись этот поцелуй раньше, даже будь он случайным, экзорцист плевался бы. Всё таки демоническую сущность в девушке он не отменял. Но сейчас, наверное запоздало, в голову пришла ненавязчивая мысль, что есть и вторая сторона медали. Человеческая. Эта сторона отражалась если не в поведении и некоторых дефектах внешности, то в глазах. Два голубых омута смотрели по детски непонимающе, но по взрослому серьёзно. Спейд водил языком по ровному ряду зубов, жмурясь от удовольствия, а Алауди пыталась то ли ответить, то ли вытолкать нарушителя её границы. В любом случае получалось забавно. От её тела исходил приятный аромат жасмина и жар, как от печки... Стоп. Жар? Парень отстранился и приложил ладонь ко лбу котёнка. Так и есть. Температура. Сидение под дождём дало о себе знать. Однако от покрасневших щёк и доверчиво распахнутых глаз невозможно отвести взгляд. В довершение образа блондинка мяукнула и потёрлась головой о грудь парня, а затем и вовсе облизала ему шею. Знала бы она с каким огнём играет. Но Спейд пересилил себя и экстренно пристегнул один конец поводка к ошейнику, другой к кровати, благо тот лежал недалеко, после чего тут же убежал в ванную. Нужно было охладиться. Когда же он вернулся, девушка уже спала на подушках. Парень укрыл её одеялом и ушёл спать на диван.