Джек, сын сквиба

Джек довольно быстро освоился в новых условиях. Трансфигурация - то самое, благодаря чему он надеялся получить шоколадную лягушку из обычной в поезде - ему не особо давалась, и в своём классе он был среди отстающих. Но и не худшим. Заклинания из числа полезных - например, манящие чары, способные призвать бутерброд, когда тебе лень встать с кровати, - он выучивал довольно легко, и любил представлять себе, как порадует ими отца, когда вернётся домой. Более скучные отрабатывать он быстро забрасывал, так что вряд ли мог рассчитывать, что станет любимцем учителя или победителем соревнований. Впрочем, он и не стремился к этому, а превратить воду в лёд может и холодильник. Язвительный профессор Снейп заглядывал в котёл Джека попеременно то со злорадством, то с отвращением - но далеко не с таким сильным, с каким учитель английской литературы возвращал Джеку очередное проверенное сочинение. Через четыре недели после начала занятий Джек, заручившись поддержкой своего отца и местных авторитетов по фамилии Уизли, отец которых был магловедом, прикрутил к своей летательной метле велосипедное сиденье. Отчего получил сперва выговор от тренерши, но затем - несколько заказов на такой же апгрейд от других учеников. Джек не мог этого предвидеть, но через десять лет это стало мировым стандартом квиддичной метлы - впрочем, с его именем это никто не связывал. Казалось, идея появилась и прижилась сама собой. К ноябрю Джек стал прогуливать занятия по защите от тёмных сил, на которых профессор Локонс то и дело создавал опасные или противные ситуации и пускал их на самотёк. Джек был благодарен одноклассникам, хорошо знакомым с магией, которым удавалось иногда спасти ситуацию - например, Джинни Уизли и Александру Элку, но всё же решил не тратить на это время. Его удивляло, что никто не привлёк его к ответственности за это - но, похоже, профессор Локонс не занимался такой мелочью, как учёт учеников. Это было удобно. Джек не особо стремился к общению с другими учениками, но и не избегал его. Он был со всеми одноклассниками в приемлемых отношениях, с некоторыми даже в приятельских. Школьные хулиганы едва замечали его - он для них был одновременно в нужной степени скучноват и в необходимой - мускулист. Что было немаловажно, хоть конфликты и решались чаще при помощи заклинаний, нежели рукоприкладства. Когда два самых подозрительных, по мнению Джека, профессора открыли в школе дуэльный клуб, почти все гриффиндорцы сочли крутым и обязательным записаться в него. Джек воздержался. И, судя по всему, правильно сделал - после первой же встречи кружка ему пересказали поразительную сплетню, будто какой-то парень со второго курса на этом факультативе разучился говорить на английском языке, а вместо этого стал шипеть, как змея. Причем сам не заметил собственного эдакого "акцента". По мнению Джека, это было на грани сказочного превращения человека в лягушку, и он решил, что лучше подождать появления кружка по защите от подобной фигни. В целом Джек действительно неплохо вошёл в учебный процесс. Всё, даже с учётом двигающихся лестниц, приведений и прочих странных атрибутов типа пергаментных свитков вместо тетрадей, шло, что называется, нормально. Пока кто-то не убил кошку завхоза и не написал её кровью граффити на стене.