Разговор

– Вера в прекрасное никогда не покидала меня. Наоборот она всегда переполняла меня независимо от того, от куда она приходила. А приходила она отовсюду: из-за морей, океанов, гор, лесов, полей, пустынь и бескрайних граней вселенной. – Торжественно и с необычайным вдохновение говорил бант, стоявшей у него на окне, прекрасной красной розе. Роза молча слушала его пламенную речь. Она не видела зачем прерывать этот словесный поток, вырвавшийся из банта и навязывать ему своё мнение. А она была совершенно другого мнения, и вообще не могла понять к чему это бант затеял этот нудный разговор. – Она моя жизнь и я не могу представить, как смогу прожить без неё. Нет, я не смогу жить без неё ни дня, – продолжал бант. – Если её не станет я тоже уйду… – Не пойму я что-то тебя. И зачем тебе куда-то уходить? – Не выдержав спросила роза. – О, да ты не желаешь меня понять, как я вижу. – Возмущённо и несколько театрально заявил бант. – Нет. С чего ты это взял? – Попыталась было оправдаться роза, но бант и не собирался её слушать. Он продолжал свою пламенную речь. – Я предан своим словам и убеждениям. Моя вера всё для меня, и я буду всегда ей предан. – Ну, ладно, ладно. Я тебе верю, но не мог бы ты выражаться яснее? – Взмолилась роза, желая хоть как-то изменить так раздражавший её разговор ни о чём. – Яснее?! – Возмущённо произнёс бант. – Да я ясен как вчерашний день. И что только ты не понимаешь: то ли что я верю в жизнь или то что я верю в любовь, или то что я верю в доброту всего вокруг, или то что я верю в изменения и улучшения всего и вся, или что я верю…, верю… – бант запнулся, размышляя над тем, во что же он ещё верит. – С этим то собственно всё понятно. Ты лучше скажи мне веришь ли ты сам в себя, веришь ли в свои силы и возможности, веришь ли в свои знания и умения, веришь ли в свою судьбу и помощь вселенной на твоём жизненном пути, веришь ли людям искренне, веришь ли в саму искренность, веришь ли сам в свою любовь? – со вздохом немного грустно спросила роза. – Что?! Да как ты не понимаешь, что я верю абсолютно во всё. – Выкрикнул взбешённо бант. – Ты явно не столь умна как я о тебе думал. И зачем я только тебе доверился. Наступило молчание. Бант шумно возмущённо дышал, его глаза покраснели от злости. Он был готов уничтожить своего ни в чём неповинного собеседника. А роза лишь печально смотрела на него и видела всё его заблуждения, но что она могла сделать с его горячими убеждениями. – Послушай, пожалуйста, и не перебивай меня. Если бы ты по-настоящему верил, то и говорил, и реагировал совершенно иначе. Ты раздражён тем, что я имею иное мнение, но как ты можешь этим быть раздражён, если ты имеешь столь глубокую и непоколебимую веру? Ты говорил, что жить не можешь без своей веры, но скажи тогда как же ты можешь без неё умереть, если ты и есть твоя собственная вера? Скажи, как, не проявляя любви ни к кому и даже к себе, ты можешь верить в любовь? Как отличаешь ты свои иллюзии и желания от истинной веры? То, что ты мне сейчас рассказывал, напоминает мне плод твоей фантазии, твоё страстное желание, но не действительность. Ты так горяч, что не в состоянии увидеть правду. Я столько дней наблюдала за тобой, слушала тебя, но не заметила разума и понимания. Тобой руководят лишь мимолётные чувства. – Да что ты знаешь! – зло выкрикнул бант и ушёл, громко хлопнув дверью. Роза печально посмотрела ему в след и, вздохнув, повернулась к окну. Там под ярким солнцем плескался голубой залив. На берегу прогуливались еле различимые фигурки людей. Многочисленные чайки летели к горизонту, чтобы подкрепиться в открытом море. Где-то у горизонта виднелся парус. Море было достаточно спокойным. «Эх. Если бы бант только знал, какой тайной и загадкой может быть каждый из участников этой картины он, наверное, по-другому относился бы ко всему». – Думала роза и задумчиво всматривалась вдаль. А бант в это время дулся в соседней комнате. Он ходил туда-сюда и не мог присесть даже на минутку. Его гнев выливался в многочисленных высказываниях. Он весь кипел. Не выдержав, он вылетел из комнаты и ворвался к розе. – Что ты себе позволяешь? Ты та, кто не знает меня, ты… Да как ты посмела… – Заорал бант. Роза искоса взглянула не него и ничего не сказав, продолжала смотреть в окно. – Это невыносимо. Тебе плевать на меня?! – Продолжал орать бант. Его гнев так его захлестнул, что на последних словах он едва не сорвал себе голос. Умолкнув он уставился на розу, но роза не обращала на него внимание, словно его не существовало. – Почему ты не отвечаешь мне? – Немного успокоившись, спросил бант. – А разве есть смысл говорить с тем, кто не желает слышать? – Едва слышно ответила ему роза, всё так же продолжая смотреть в окно. – Но я хочу, чтобы ты со мной говорила! – Слегка возмущённо сказал бант. Роза повернулась к нему и посмотрела испытующим взглядом. – Зачем? – Всё так же тихо спросила роза. – Чтобы я мог высказаться хоть кому-то. – Произнес, понурившись, бант. – Нет. – Покачав головой, сказала роза. – Но… - Начал говорить бант, когда его прервал стук в форточку. Бант открыл окно и в комнату впорхнул голубь. К его лапке было что-то привязано. Бант поспешил отвязать свёрток, а голубь, переведя дыхание, вдруг выпалил: – О, осторожнее – это ценная вещь. Знаете, мне его к ноге привязал один старец и сказал: «Отнеси этот манускрипт первому, кто откроет тебе окно. Да смотри не повреди его. Он очень ценный». Ну, вот представьте, лечу я, лечу, увидел окно и человека в нём, подлетел, постучался, а мне не открыли. И так у каждого окна, к которому я подлетал, пока к вашему окну не подлетел. Вы первые меня впустили. Я Вам так безумно благодарен. А теперь извините. Мне пора лететь. – Он расправил крылья и улетел. Бант внимательно посмотрел на розу, но та смотрела в окно вслед улетающему голубю. – Что ты об этом думаешь? – Недоумевая поинтересовался бант. Не отрывая глаз от окна, роза промолвила: – А ты прочти? Бант развернул манускрипт. На пожелтевшем от времени листе было написано всего одно слово. Бант прочёл и спустя минуту сквозь слёзы сказал: – Прости меня, роза. Ты была права, а я ошибался. – Ничуть. Ты тоже был прав, но не хотел видеть правду. – Спокойно произнесла роза, по-прежнему смотря в окно. – Ты простишь меня? – Осторожно спросил бант. – Я никогда на тебя не обижалась. – Ответила ему мягко роза.