Genjitsu no yugami

      Улицы наполнены городским шумом: рычание моторов машин, затмевал говор людей, слоняющихся по городу. На дворе был будний день, означающий, что трудяги-японцы корпят на своем рабочем месте, не покладая рук. Одним из них был Куникида Доппо, который ответственно подходил к своей работе и писал все отчеты вовремя, как швейцарские часы, которые он не мог себе позволить. Молодой человек также внимательно следил за своими коллегами, чтобы те так же усердно трудились, чтобы документация Детективного Агентства не зарастала так же, как лоза Джона Стейнбека. Ух… как только в голове всплывают вспоминая об этом, Куникиду в тайне ото всех передергивает. Чтобы лоза, да из человека… необычно и противно. Но противнее всегда приводить в себя непутевого коллегу Куникиды – Дазая, который мог и грибов объесться и в бочке застрять. На это у блондина со строгими очками всегда есть дельное решение – наорать, понервничать и в итоге, сделать всю бумажную работу самому. От суицидального брюнета пользы в этом плане меньше, но вот загадки распутывает отменно. Но, иногда Куникида воображает себе, что Осаму сидит себе спокойно за столом и так же строчит как он очередной отчет, поправляя очки. Хотя нет, он же не носит оправу. Может линзы? Так, почему вообще о зрении зашла речь?       День в краснокирпичном здании протекал обычно. То есть Куникида писал, Ацуши ныл, Дазай наркоманился, Рампо ел, Танизаки вместе с Наоми совершали не Христианские вещи, а Акико … гуляла по магазинам. Доппо на секунду оторвался от листа с написанными кандзи и посмотрел по сторонам, чтобы убедиться в «стабильности» своих коллег. Он глубоко вздохнул и встал с рабочего места.              «Раз все херней страдают, то почему бы мне нет?»       На самом деле, и такое бывало, но не часто. Все-таки Куникида тоже человек, правда одаренный, и он тоже любит расслабляться. Только по-своему.       Он важно подходит к кабинету Директора, растягивая сие удовольствие, вновь оглядывается по сторонам, чтобы убедиться в чем-то (даже автор не понимает его намерения в таком бессмысленном жесте), и стучась, открывает дверь. Но она не поддается.       Точно.       Как он мог забыть, что Директор на форуме по защите котов Японии. Доппо агрессивно выдохнул через зубы и выпрямился. Руки уже потрясывало от злости за то, что он выставил себя перед собой же дураком. Он развернулся и побрел к своему рабочему месту.       Появившись в проходе в сам офис, все взгляды обратились на него.       – Куникидушка-а-а-а-а… тебе уже привиделся директор? – в своей противной манере протянул Дазай, улыбаясь во все тридцать два.       Блондин сдержал себя, чтобы не вцепиться в непутевого парня, а просто ответил:       – Чтоб тебе так работа виделась.       – Значит все хорошо: ни Директора, ни работы, – весело пропел Дазай.       – А он случайно не оставлял никакого задания? – нервно спросил Танизаки, уклоняясь от поцелуя Наоми.       – Нет, – отрывисто ответил Дазай.       – Точно?! – голос Танизаки сорвался на фальцет.       – Вроде, он что-то оставлял, – раздалось из угла, где сидел Рампо, с набитым ртом.       – Правда?! – в унисон выкрикнули Куникида, Танизаки и до этого молчавший Ацуши, которому было абсолютно нечего делать. Дазай лишь закатил глаза и откинулся на спинке дивана.       – Если, я, конечно, не выполнил…, – задумчив протянул Рампо, рассматривая печеньку поближе.       – Ну, Рампо-сан, проверьте, пожалуйста, делать совсем нечего! – завыл Ацуши, хоть он и тигр.       Эдогава посмотрел на беловолосого сквозь прищур. Встал, с вкусняшкой в руках, и куда-то ушел.       – И что ты сделал, шкет! Хватит пугать людей своим нытьем! – рассвирепел Куникида, которому уже надоело все, он хотел лишь проветриться и поработать, ведь он давно уже пропускает прогулки, исходя из «Идеала».       – Вообще-то, он возвращается, – заметил Танизаки, удерживая свои сестру от объятий.       Рампо плавно прошел к своему месту, засунул печеньку в рот, пока трое парней пялились на него и ждали ответа.       – Нет, я его не выполнил.       Ацуши подпрыгнул, Танизаки издал победный писк, а Куникида прижался подбородком к груди, скрывая рвущуюся улыбку.       – Но, по поручению Директора, я сам выберу, кто отправиться.       В помещении резко стало тихо.       – Понадобиться Куникида и…, – потянул Рампо, размышляя у себя в голове. – И Дазай.       Упомянутый вздрогнул и разлепил глаза.       – Ну не-е-е-е-е-ет! – жалобно протянул Дазай.       – Можно я буду вместо Дазай-сана? – умоляюще протянул Танизаки.       – А, может я? – это уже выдал Ацуши.       – Нужен именно Дазай! – твердо решил Рампо, несильно хлопнув кулаком по столу.       Танизаки повесил нос, а Наоми, воспользовавшись моментом, набросилась на него.       – Не грусти, братик, мы хорошо проведем это время! – слащаво пропела она.       Рампо перевел на них свой взгляд. Танизаки поймал его. Искра. Буря. Безумие. Два мужских сердца вплелись воедино. Это звучит как начало к книге для другой аудитории, но нет, их мысли просто совпали. В груди Великого Детектива шевельнулась совесть. Или воспоминание о том, что он должен Джуничиро 230 йен.       – Танизаки нужен для подстраховки.       Глаза парня загорелись. Он встал, нечаянно (или нет), сметая Наоми в сторону. Она лишь надула губу и отвернулась, в то время, как ее брат отплясывал Канкан. Рампо на секунду пожалел, но сразу же забыл об этом, как пачка печенья закончилась.       – Я обобщаю, – раздался властный голос Куникиды. – Я, суиц… Дазай и Танизаки едем на задание, верно?       Рампо кивнул.       – Ну, вводи нас в курс дела, – выдохнул Дазай, переставший притворяться, что он не хочет на задание.       – Сначала, нужно кое-куда поехать, – начал Эдогава, открывая баночку газировки.

***

      – Что за чертовщина?! – крикнула я, отпрыгивая от машины.       Увиденное в отражении стекла, заставило мурашкам побежать по коже. Я руками нащупала крестик на груди и перекрестилась.       Я встала, медленно начала подходить к машине. Снова посмотрела в стекло, где было мое отражение. Вроде бы мое обычное лицо: все те же темно-рыжие волосы и зеленые глаза. Лицо как лицо.       Только, почему я увидела два горящих пламеня, вместо глаз?!              Смысл слов Мори просматривался сейчас в голове: " ... Я слышал, что у вас, славян, глаза иногда меняют свой цвет, в зависимости от погоды и настроения".       О нет.       Изменение цвета, странное поведение Чуи и Хигучи, вопрос Мори, все это не просто так. Подумаю об этом дома.       Открываю дверь, сажусь. Киваю водителю, он ловит мой взгляд через зеркало и мы едем. Я, как всегда, уткнулась в окно и смотрела уже на запомнившиеся пейзажи. Я бы так и дальше заскучала, но машина повернула раньше времени.       – Эй, куда? Вы не доехали, – обратилась я к водителю.       Он не отреагировал.       – Послушайте! – я повысила голос, но реакции ноль.       Рисковый поступок, но я коснулась его плеча, он также не шевельнулся. Даже глазом не моргнул.       – Что за херня?! – не удержалась я и крикнула, что есть мочи.       Мужчина отвлекся от дороги и посмотрел на меня через зеркало, с поднятой бровью. Что-то он слишком самоуверенно ведет себя. Не так, как обычно. Он боится лишнее слово сказать и все время напряжен, а сейчас спокоен как чертов удав. Происходит некий пиздец.       В голове всплывает мысль, что он должен посмотреть мне в глаза. Странная мысль в момент, когда левый чувак везет тебя непонятно куда, но виды были смутно знакомы.       – Эй, мистер, скажи, хоть куда едем?       Снова ничего.       – Слышь, сучара, я твои глазенки на жопу натяну, а патлы повыдераю!       Самой от такого лексикона уши режет, но уроки местного барыги – Мучачеса были не напрасны, и моя мысленная теория оказалась права. В японском языке нет жаргона и матерных слов, соответственно, это не переводиться и звучит по-русски. Гений я.       Он вновь посмотрел на меня недоуменно. Знаю, звучит страшно, но это мне и нужно было. Я ловлю его глаза. Наш контакт длиться пять секунд, но этого хватает, чтобы он почти что не врезался в фуру. Водитель резко тормозит, а это дает мне фору, чтобы быстро открыть дверь и быстро побежать куда глаза глядят. Периферийным взглядом я вижу, как тот мужчина вышел из машины и бежит за мной.       – Прекрасно, Кристина, за тобой увязался какой-то хуй бумажный, – откуда-то на правом плече появился тот самый дьяволенок.       – А не зачастила ли моя шизофрения со мной болтать, особенно в такие моменты?!       – Я не шиза! – чертенок вспых, судя по тому, что плеч закололо.       – Ладно, как скажешь, только это потом решим, а пока брысь! – с этими словами стало тихо.       Впереди я увидела подворотню. Я взглянула через плечо и никого не увидела. Мой гениальный мозг решил завернуть, чтобы спрятаться и отдохнуть.       Я оперлась о стену и стала переводить дух, потому что я пипец как запыхалась. Мои короткие-округлые ножки не справляются с такой задачей как бег.       Постояв так несколько минут, я высунула голову, чтобы осмотреться. Никого не было. Ни души. Я уверенно вышла и начала оглядываться. По логике, если водила бежал вперед, тогда, чтобы не пересечься с ним, то надо идти обратно.       Спокойным прогулочным шагом я поворачиваю налево, и не успеваю сделать второй шаг, как какая-то сила тянет меня назад и прижимает к стене в подворотне. Я сопротивляюсь, хочу уже заорать, но мне закрывают рот. Открываю зажмуренные глаза, которые я зачем-то закрыла, да, ума столько же, сколько косинуса из девяносто градусов. Ноль, если что. Но, когда я увидела, кто передо мной, я была в шоке. Высокий, широкоплечий, в неполном светлом костюме тройка, с прямоугольной оправой, с блондинистыми волосами и с длинной косой сзади. Сам Куникида Доппо в студии! Только что-то слишком враждебно он на меня смотрит. Сзади него появляется фигура водителя, которая преображается в облик рыжеволосого парня со светлым лонгсливом и перевязанной рубашкой на поясе, и имя ему Джуничиро Танизаки. Теперь некоторые моменты стали ясны, но остался один.       – Что происходит? – сказала я, как только Куникида убрал руку, давая мне вновь говорить.       – Курисутина Исаеба? – спросил блондин, проигнорировав мой вопрос.       Я хотела выразительно поднять свою бровь, как это делает Чуя, но я подняла обе, что мой лоб сложился в карточный дом, а подбородки вышли из своего укрытия, как только я наклонила голову вперед. Я настолько была в негодовании.       – То есть, сначала вы меня, по сути, похищаете, преследуете, а потом прижимаете к стене, будучи неуверенным, что я есть ваша цель?!       Молодые люди переглянулись.       – Так вы не Курисутина Исаеба?       Мой глаз начал дергаться.       – Куникида, а может это не она? – тихо спросил Танизаки своего коллегу, да так, что я все равно все услышала.       – Этого не может быть, – тихо шепнул тот.       В голове появилась "гениальная" идея.       – Вас интересует являюсь я Курису как-то там?       Оба кивнули.       – Нет, меня зовут Лада Багрова, – да простит меня подруга за то, что я украла ее имя.       – Рада Багурова? - переспросил Куникида.       – Да, а кто же еще?!       Парни вновь переглянулись. Блондин сделал два шага назад, выпуская меня из плена его рук. Оба молодых человека поклонились мне и извинились. Я просто возвышалась над ними и чувствовала минутное превосходство. Но отогнав помутнение, я решила по-быстрому ретироваться, пока они не попросили документы или еще что-то. Сказав, мол, "все хорошо, это ваша работа, наверное, я прощаю вам свое похищение, преследование и харасмент, клевету и еще тонну статей, но я убежала". Быстрым шагом покидаю подворотню и иду в обратную сторону, набирая Акутагаву, чтобы тот поделился водителем, так как я не ориентируюсь в местности, и еще, он мой песик.       Делаю все те же несчастные несколько шагов, как натыкаюсь на кого-то. Я молюсь Зевсу, Иисусу, OG Будде, всем, в общем, что это просто слепой прохожий, но нет... Вселенная решила меня не просто добить, а убить.       – Кури-кун, ты что ли? – раздался наглый и противный мне голос.       Я быстро моргаю, даже протираю глаза и поднимаю голову, умоляя себя, что это просто мираж, но на меня направленна лыба Дазая. Он даже чуть наклонился ко мне, чтобы сровнять рост! Сука!       – Нет, это не я, – сквозь сжатые зубы отвечаю я, что слышен их скрежет.       – А, правда, тогда, всего хорошего! – он мило улыбается и машет мне рукой, открывая мне проход.       Мои глаза округлились. Что за театр одного актера? Кому-кому, но ему я не верю. Он точно что-то задумал. Однако, Дазай продолжал улыбаться во всю. А ведь и не скажешь, что не натурально, но это мы уже проходили, на те же грабли не наступаем.       – Да, и вам того же, – растерянно отвечаю, кивая, и иду вперед, не оглядываясь. Хотя я прекрасно знала, что он смотрит мне в спину, то ли прожигая, то ли провожая.       В любом случае, я рада, что он меня отпустил, мне, знаете ли, не хотелось с ним связываться. Тем более, от меня что-то понадобилось Агентству. Любопытство распирает меня, но с другой стороны, я уже в Мафии, а Детективы меня кинули. Дазай кинул меня. Опять стало не по себе. Прямо как в те дни, когда я вспоминала нашу первую встречу: его широкую, казалось бы, искрению улыбку, а потом картина полного безразличия. А что я хотела? Гении – странные, недопонятые. И опять я кого-то оправдываю.       Подъезжает черная машина, но уже с нормальным водителем и с Акутагавой, как с пассажиром. Как только я сажусь в салон, он просто переводит на меня свой недовольный взгляд и пытаясь меня им убить. Он мог бы это сделать одним движение Расёмона, но уговор еще держит меня живой.       – И что ты тут забыла?       Я медленно перевожу взгляд на парня.       – Да так, решила прогуляться, – растяжно ответила я, отводя взгляд в окно.       – И догулялась до территории Детективного Агентства? – он скорчил странную рожу: будь у него брови, означало бы, что он поднял левую.       – Что за Агентство? – в любой непонятной ситуации – прикидываемся дурочкой. Девочки, записываем.       Акутагава не отрывал от меня своего осторожного взгляда.       – Шайка Бродячих псов, которые кличат себя детективами, – с этими словами он повернулся к окну.       Я лишь усмехнусь. Бродячих псов значит.       – Будем проезжать мимо офиса, останови, – это было обращено водителю. Тот кивнул. Он даже не представлял, как я рада этому жесту!       – Это еще зачем?! – Акутагава вновь разразился.       – Надо.       Всю поезду до офиса он дулся, но молчал.       – Только быстро, я хочу есть, – проворчал парень, когда я выходила из машины.       – Как скажешь. Ты какое вино пьешь, кстати говоря?       Лицо Рюноске разгладилось. Он задумался.       – Красное сухое.       – Какое совпадение, я тоже! – с этими словами я побежала к тому самому долгожданному алкомаркеу, чтобы затариться алкоголем и провести этот вечер в компании Акутагавы. Может сблизимся. Кто знает. Но я знаю точно, что любого пса можно выдрессировать.

***

      Проводив девушку своим внимательным взглядом, молодой человек опустил голову и усмехнулся. Неспеша повернулся в сторону той самой несчастной подворотни. Как только Дазай хотел завернуть, к нему навстречу пришли его коллеги.       – Чертов Дазай! Из-за тебя мы потратили время впустую, побеспокоили левую девушку, опозорились, и вообще, будет хорошо, если она не пожалуется на нас правоохранительным органам! – у Куникиды, казалось, была истерика, или он просто хотел поорать.       – Она никому не будет жаловаться, Куникида-кун, так что расслабься, – уверенно сказал Дазай, идя вперед и оставляя сзади двух молодых людей.       – Это еще почему?! – негодовал блондин.       – Потому что она спокойная девушка, тем более вы извинились, – плавно, как лебедь на водной глади, доносилось слова из уст брюнета.       – Точно? – очкарик не унимался.       – Клянусь жизнью! – Дазай расплылся в широченной улыбке.       – Это обещание ничего не значит! Ты можешь хоть сейчас сброситься с моста!       – Но для этого нужна прекрасная девушка! – мечтательно проговорил тот.       Куникида глубоко вздохнул, решивший не продолжать бессмысленный диалог. А молчавший до этого Танизаки, наблюдал за Дазаем. Как только он перестал разговаривать с Куникидой, Джуничиро поравнялся с ним.       – А о чем вы разговаривали с ней?       Дазай молчал несколько секунд, а затем перевел свои темные глаза на школьника.       – Да так, показывал дорогу до метро.       Тут уже задумался Куникида, который слушал.       – Так оно ж в другой стороне.       – Ой, перепутал, – он неловко почесал затылок. – Надеюсь, она не потерялась, – с этими словами он поднял свои глаза наверх, замечая появляющиеся звезды.