важнее, чем учеба

Дабы забыть то, что видел Димка на улице, он решил оторваться по полной. Неприятное чувство ревности и желания, чтобы он был только твоим отлично перебивал алкоголь. В любой курьезной ситуации Побрацкий пил, лишь бы его отпустило и он больше не думал о чём-то таком, из-за которого холодок пробегается по телу и в ушах начинает неприятно звенеть, смешивая этот надоедливый звон с болью в сердце. Каждый раз его уже треснутое сердечко обливалось кровью, как только он вспоминал эту картину. Она въелась в его память до такой степени, что он даже помнил все в малейших деталях. Вспоминал, как Душнов своими тонкими руками сжимал их на спине собеседника, как прислонялся к широким плечам и осторожно клал туда свою голову, закрывая глаза и расплываясь в слабой, но через чур тёплой улыбке. Высокий шатен, взамен на это, прижимал этого парня к себе всё сильнее, словно желая уберечь от других людей. Не сложно было догадаться, что отношения между ними были очень тёплыми и доверчивыми, словно матушка с ребёнком. И от этого становилось ещё неприятнее. Если бы Дмитрий знал, что влюбится в своего учителя как наивная 7-ми классница в старшеклассника, то не стал бы портить с ним отношения в самый первый день. Но, раз заварил эту кашу, то нужно ее и расхлебывать, так как обиды не забываются просто так. Но ложка, казалось, не хотела держаться в руке… Шашлык не делал ничего для того, чтобы Олегсей понял, что студент не самая последняя тварь. Вместо этого он предпочитал заполнять боль в душе плохими напитками, как бы их обозвало общество, но для гитариста это было словно волшебным эликсиром, заставляющий почувствовать себя снова родившимся. Именно поэтому алкоголь уже вновь тёк по его венам, обогащая тело свободой. В такой момент мозги мало чего соображают, поэтому сам для себя парень решил, что не любит больше этого мудака, который родился с золотой ложкой во рту. Приметив в толпе красавицу, он без стеснения подошёл и стал знакомиться, наблюдая за тем, как девчонка с большой охоткой идёт на контакт. Глаголили они достаточно долго, до такой степени, что действие «эликсира» уже начинало спадать. Но несмотря на это, когда девушка пригласила его к себе, дабы он помог ей прочистить трубы, парень согласился. Какие трубы посреди ночи?.. Наконец добравшись до места назначения, ещё даже не успев нормально снять курточку, Дима вдруг услышал ее зов из другой комнаты. Зайдя, он узрел, что девчонка стоит в одном нижнем белье, призывая его помочь ей «переодеться». Позабыв обо всём, Дмитрий с радостью отозвался помочь юной девушке. В процессе страстных поцелуев, они падают на двуспальную кровать. Дмитрий нависает над женской особой, лаская ее шею и ключицы своими игривыми, так сильно жаждущими чего-либо развращенного губами. Но парень не понимает, что же это за странное ощущение посещает его, когда он оставляет румяные засосы, наслаждаясь этой девушкой сполна. Где-то мы уже это слышали… Слушая приглушённые постанывания, он целует уже практически всю румяную шею. Приподнимаясь, он видит, как она беззащитна. - Ты желаешь меня? Желаешь взять мое тело силой?- внезапно произносит девушка.

Что?

Дмитрий застывает, пялясь на особу под ним. Что это?… Дежавю?.. Перед глазами смутно вырисовывается образ Душнова, лежащий в той же позе, с теми же румяными следами от губ студента на своей холодной и костлявой шее. Его волосы так же взъерошены, а стеклянные глаза, смотрящие прямо в душу и пронзая ее насквозь, потихоньку помогают слетать с катушек, толкая куда-то в пропасть. Всё вокруг вдруг перестало существовать. Темнота. Лишь ярко светящийся силуэт, парящий в еле видном окне, злобно ухмылялся, заставляя ощущать тяжелый взгляд на себе. Ничего, кроме четкого очертания своего преподавателя и его ехидной и злой ухмылки Побрацкий не видел. Вдруг губы стали двигаться, составляя слова. В гробовой тишине он смог услышать лёгкий шёпот, сопровождающийся ловкими движениями губ, гласящий: «you can run, but you won’t get far.» - Всё хорошо? Почему ты побледнел?..- вытянула из «астрала» девушка. - Ах, извини… Ничего, всё нормально… - Хочешь продолжить? - Извини, я не думаю, что смогу продолжить… Давление, кажись, поднялось.- слезая с девушки и надевая кофту обратно, говорил парень, больше не желая продолжать. Желание, после такой галлюцинации, естественно, больше и не думало появляться. Либо ему в алкашку что-то подмешали, либо тело само намекает на то, что чувства просто так не отменить. Сердцу не прикажешь. - Может оставишь мне свой номер хотя бы? В следующий раз повторим… - Угу.- взяв листочек с ручкой на рабочем столе девушки, он быстро начеркал на него цифры своего номера, прекрасно зная, что даже если она будет звать его трахаться, то он не согласится, потому что не сможет вывезти всё это морально. Отвлечься не получилось, стало только хуже. Следующий день. Универ. - Дима, что с тобой, черт возьми? Ты снова нахуярился вчера как последняя сука и еле как до дома добрался? - Оль, я уже сказал, что не хочу это обсуждать. Я бы желал забыть это как страшный сон. - Но у нас же нет друг от друга секретов. Выговорись мне, тогда тебе станет легче отпустить. - Ты посчитаешь меня шизофреником и параноиком. Не хватало ещё и того, чтобы меня в психушку забросили. - Я всегда за тебя, ты же знаешь. - Ладно… В общем, я вчера и вправду нахуярился в приличном количестве, а после полез к девушке. Не помню дальнейшие события, но то, что между нами вспыхнул огонь будет ничего не сказать… Короче, я нависаю над ней и она вдруг произносит ту же фразу, что и Олег, когда мы с ним собирались трахаться. Я сразу в аут. И прикинь че, прямо на моих глазах вырисовывается Олег, в той же позе, в которой я его помню. А потом у меня то ли в глазах потемнело, то ли че, но в окне я увидел его, белого как ебучего ангела, а он мне по английски съебашил что-то типо: «ты можешь съебаться, но не убежишь далеко.» Я ахуел. - Мда. Заканчивай так много пить, а то уже до белой горячки накидался… - Я вот теперь вообще глоток боюсь делать. Если он будет мерещиться мне каждую пьянку, то я лично приду к нему и скажу, чтобы он отъебался. Нормально даже выпить человеку не дают. Совсем уже сандали попутали. Глядя в толпу, Дима вдруг заметил того высоко шатена, которого видел тогда с Олегом. Вспомнишь говно- вот и оно. - Блять, это он… - Кто? Указав взглядом на парня, Шашлык скорчил рожу возмущения. - Это я его с Олегом видел тогда… Ты узнала у него кто это? - Да… Это, вроде, Антон. Олежа сказал, что они давние знакомые. Больше ничего говорить не захотел. - Ха… Гандон. Я его не знаю, а уже ненавижу. - Успокойся. Я не думаю, что между ними что-то есть. Ты теперь Олега будешь ко всем ревновать? - Сердцу не прикажешь. Я не контролирую это и не решаю, ревновать мне или нет. - Ну, ты же понимаешь, что иногда люди влюбляются в тех, кому на них совсем уж наплевать… - Это ты не понимаешь. Я впервые чувствую такие острые ощущения, по отношению к какому-либо человеку. Он обязан быть моим, иначе я морально погасну. - Тут я уже ничем помочь не могу, прости. - Плевать. Просто качай из него информацию, словно нефть из земли. Мне нужно знать все, что ему нравится и что нет. - А сам почему не спросишь? - Он уже на вдохе, когда я захочу что-то сказать, пошлёт меня. Вопросы? - Поняла… Будет сделано. - Я надеюсь на тебя. - Принято.