Останься здесь.

От душераздирающих криков из комнаты напротив, чуть ли не разрывало уши. Вскоре из за двери показался Тигнари, похрамывающий и уставший. — Ты следующий, Сайно,— сказал доктор. — Хорошо.— сказал смуглый парниша, направляясь в комнату, через проходившего там Тигнари,— В мою палату.— шепнул тот последнему. После послушного кивка Тигнари, друзья разошлись. Мучительные часы экспериментов за дверью привели к полному изнеможению, от чего Сайно не без труда добрался до палаты, где того мирно ожидает друг. Ручка медленно поворачивается, а за ней и скрип двери. За окном уже смеркалось, поэтому ничего не было видно. Вошедший включил одинокую лампочку на потолке и закрыл за собой дверь. Вдруг из под койки выглянул друг помладше. —Ой, так это ты. Я думал, что доктора уже пришли. — Как ты забрался сюда незамеченным? — Хахах, ну, это было сложно... — В любом случае, нужно раздвинуть шторы, займись этим,— сказал Сайно, устало свалившись на койку, не менее скрипящую и покашливая. — Всё. Нужно ещё что то? — Выключай свет и садись,— все действия послушным мальчишкой были выполнены. Затем, Сайно достал из под подушки кусок чёрствого хлеба и смуглыми ранеными руками разделил его на две части,— на, тебе нужно поесть. Тигнари долго жал в бледных руках предложенный кусочек, однако твёрдый и маленький кусок хлеба - лучше чем ничего. Друзья поели в тишине и темноте. Они даже с трудом видели лица друг друга. Сайно и Тигнари - одни из немногих в психбольнице - в этом аду, кому посчастливилось сдружиться. К слову, первый попал сюда по признакам шизофрении, но до последнего отрицает явь своей болезни, второго же отправили беспричинно, и произошло оно совсем недавно. Буквально месяц назад. — А когда меня заберут?— вопросил Тигнари, проглотив последний кусок. — Никогда. Считай, от тебя удобно избавились,— ответил Сайно, смотря куда угодно, лишь бы не глаза друга. Будь то ранки на руках или клетчатый пол. — Ты неправ. Мама никогда бы так не поступила. — Смирись уже, я тоже так думал,— бывалый псих разложился на койке, укрылся тонким одеялом и напоследок покашлял. — Как же нам тогда выбраться? — Не волнуйся, я уже всё обдумал. На той стене я подписал три белые плитки. Пятьдесят шесть, девяносто и тридцать семь. За тридцать седьмой плиткой спрятан мой дневник. Завтра я тебе его покажу. Там расписаны планы побега на любую возможную ситуацию. — Ага,— Тигнари внимательно выслушал и запомнил, однако он не понял, зачем ему эта информация. Разве Сайно не собирается достать дневник сам?— я наверное пойду спать в свою палату... Двенадцать уже пробило. — Стой, останься здесь, пожалуйста,— выпалил владелец палаты с дрожью в хриплом голосе, и вновь покашлял. — Ты в порядке? — Вполне. Возможно это из за тех таблеток. Расположение палаты Сайно было весьма удобным. Она находилась в конце коридора, поэтому сюда не просто добраться незамеченным. Однако, вокруг этой самой комнаты по ночам всяко не шастают доктора, что даёт нечастый шанс спокойно выспаться. — Хорошо, я останусь здесь,— Тигнари, ранее собиравшийся покинуть палату, улёгся в койку к другу и укрылся одеялом,— Сайно. —М? —Я люблю тебя. —И я тебя,— после недолгой задержки послышался тихий ответ из теми,— спокойной ночи. — Спокойной ночи,— прильнувшее тепло мигом пробежалось дрожью по телу. Это была первая ночь за всё пребывание Тигнари в психбольнице, когда он так крепко и мирно спал. Но он ещё не знает, что к утру проснётся в обнимку с не дышащим худощавым тельцем смуглого друга.