я не успел тебе сказать

Время. Какой же, однако, ценный ресурс, и как легко люди тратят эту драгоценность на свои жалкие и никчёмные жизни, обременяя себя кучей проблем. Работа, дом, семья — стандартная схема на все времена. В ней всё просто и лаконично. Зачем добавлять что-то в этот сумбурный поток однотипных вещей и почём зря напрягать свой и так почти сгнивший разум? Развлечения, хобби и даже прогулки с друзьями не имеют значения, если ты тратишь время, не задумываясь о том, сколько полезного ты мог бы сделать, не для себя, а для окружающих. Ведь намного легче напрягать мир своим существованием и ждать ответы на волнующие тебя вопросы от других, чем пытаться сделать что-то стоящее самому. Этой тёмной февральской ночью времени и вправду было слишком мало. По крайней мере для Дазая. Сам парень никогда не относил себя к касте высших людей, научившихся распределять своё время правильно. Подобная роскошь была недоступна шатену с его-то жизненными принципами и желанием поскорее растратить данную ему жизнью привилегию. Бессмысленная ссора с напарником навевала тоску. Дазай никогда не показывал своих истинных эмоций Накахаре, поэтому, в очередной раз отшутившись и надавив на больное, тот просто ушёл, оставшись на своём. Перед Чуей нельзя было упасть в грязь лицом ни в коем случае. Подонок и мудак. Рыжик попал в точку, крича эти слова вслед шатену. Осаму, сколько себя помнил, всегда плохо сходился с людьми. Наверное, лишь Одасаку и Анго стали неким исключением. Но о подобном думать совсем не хотелось. Во всяком случае не в том положении, в котором на данный момент находился парень. Сейчас его мысли были на удивление глупыми и смешными. Дазай забыл полить цветок у себя в квартире, и его волновало лишь бедное растение — анемона — которое было подарено ему ещё в прошлом году. Шатен старался следить за ним как мог, однако цветы никогда не имели для него особого значения. Подобный подарок был спонтанным и неожиданным, причём неожиданным он был из-за того, что его ему вручил сам Чуя. А спонтанным, потому что это произошло на следующий день после слов шатена о глупости подобных подарков. Возможно, Накахара хотел обременить его лишними заботами в уходе за цветком. Либо это имело какое-то скрытое послание. Шатен плохо знал язык цветов, но когда тот решил посмотреть, как же всё-таки ухаживать за внезапным подарком, то узнал следующее: анемона — она же «ветреница» — означает, что ветер, который раскрывает цветок, в конце концов тоже уносит увядшие лепестки. Может, Чуя что-то знал заранее? Навряд ли. — Больно, не люблю боль... — Осаму тяжело дышал крепко зажмурив глаза. Рана, полученная до этого на задании не была столь тяжёлой. Возможно, адреналин держал его в тонусе какое-то время, но сейчас шатен заметил, что пятно крови в области левого бока стало более явным. Дазай не мог понять, где сейчас находится — на эмоциях он разошёлся с Накахарой по разным сторонам. И потянул же его чёрт пойти вглубь леса. Парень не помнил, как оказался среди деревьев. Всё это время ноги просто несли его подальше от мирской суеты и рыжего напарника. — Наверное, Чуя будет рад узнать о моей кончине. Хотя не хотелось бы подводить коротышку. Он же без меня точно пропадёт. Мысли вслух приятнее выговаривать, когда есть уверенность в том, что тебя не услышат. Снег мелкими хлопьями падал прямо на голову. Найдя себе пристанище под ближайшем деревом, Дазай думал о всяких мелочах. Идти не было сил, а желание позвонить кому-то и попросить о помощи так и не появилось. Быть может, ничего бы не произошло, если бы Дазай умел держать язык за зубами и не напоминал Накахаре о его прошлом. Не ворошил старые раны, только чтобы тыкнуть рыжику на его ошибки и показать, какое он ничтожество, обязанное радоваться тому, что сам Осаму обратил на него внимание. Хотелось разбежаться и влететь в стену, чтобы разбить себе нос и захлебнуться в собственной крови. Зажать рот двумя руками, дабы больше не нести бред и не травмировать окружающих. Если тебе плохо, никто в этом не виноват — только ты сам. Это ты не такой, как все, а люди живут себе и дальше, и плевать они хотели на тебя. Крови становилось слишком много на снегу и слишком мало в самом Дазае. Руки уже плохо слушались: было до ужаса горячо, но вместе с тем до жути холодно, от чего не спасало даже накинутое на плечи пальто. Шатен кутался в бесполезный кусок ткани, стараясь сохранить в своём теле остатки тепла. Не будь Осаму таким придурком, они с Чуей уже давно пили бы чай или кофе у кого-то из них на квартире, зализывая полученные в ходе задания раны. Дазай шутил бы глупые шутки и доставал напарника, а тот, в свою очередь, бесился бы и говорил гадости. Но не со зла. Уж точно. Накахара неплохой — Дазай это знал — и он явно заслуживает лучшего напарника, чем имеет. — Хах, забавно получается. — Осаму дрожащей рукой потянулся к карману пальто, вытаскивая от туда телефон и стараясь не уронить тот, ведь пальцы едва могли нормально сжать потрёпанную временем вещицу. Столько воспоминаний, плохих и хороших. Дазай уже было хотел набрать выученный наизусть номер, но когда большой палец был готов нажать на кнопку вызова, телефон упал в снег, образовавший возле шатена небольшой сугроб. — Я так и не успел извиниться за всё. Прости меня Чуя.