Сага о спасении

— Пожалуйста, пожалуйста, повелители, — пожилой смотритель зала Всемирной истории раскланивался, угодливо улыбаясь. — Заходите, у нас есть очень интересные экспонаты… Он с любопытством косился на одинаковые доспехи, различавшиеся только наплечниками. Космодесантники были без шлемов; цвет кожи одного из них соперничал глянцевой чернотой с керамитом доспеха; у второго черными, как доспех, были длинные волосы, зато лицо белее лунного света. Третий же носил пышные кудри с рыжеватым отливом, а если присмотреться, на щеках его можно было различить веснушки. Но так присматриваться мало кому хотелось — желтые волчьи глаза и клыки отпугивали зевак. Гнездо генокрадов в подулье было зачищено с похвальной быстротой — сказались бдительность и своевременное обращение в Ордо Ксенос. Местный монастырь Сестер Битвы, в отличие от штатских правительств, был достаточно осведомлен, не боялся инквизиции и не настолько пекся о доходах от паломников, прибывающих на храмовый мир Профундис, чтобы скрывать появление ксеносов до той поры, когда их уже невозможно выкурить с планеты иначе как экстерминатусом. В награду отделению Караула Смерти выдали час личного времени, и трое неразлучных друзей — брат Карвен из Саламандр, брат Ардарик из Гвардии Ворона и Бенгт Скальд из Космических Волков — решили провести его в местном музеуме. Когда еще выдастся случай сходить в музеум, подобно приличному человеку… Карвен задумчиво разглядывал выставленные в стазис-камерах древние книги. — Вот уже и почти ничего не понять, — сказал он. — А прошло всего-то семьсот лет, и готик изменился до неузнаваемости. — Так это высокий готик, он и должен отличаться, — возразил Ардарик. Бенгт, для друзей — просто Бенка, читал таблички под предметами женской одежды. В этом платье четыреста лет назад тогдашний губернатор Профундис принимала капитуляцию мира-корабля Эльфарран. А в этой накидке настоятельница монастыря сестра Амалия отбила орочий ВАААГХ! Накидка во многих местах была прострелена и обожжена — летопись славных подвигов. Жаль, что у них тут нет скальдов, чтобы сложить саги, приходится заводить музеумы, помыслил Бенка. — Как бы нас не выгнали из Караула Смерти, — вздохнул Ардарик, остановившись перед витриной с реликвариями. — Но мы же только выполнили наш долг! — Наш долг, брат Карвен, выполнять приказы инквизиторов. А мы его ослушались… — Мы людей спасли! Бенка не принимал участия в препирательствах, преувеличенно внимательно изучая очередное платье очередной героической сестры. Вышивка на платье напоминала фенрисийскую, родовую его племени. Спасать людей было его предложением. Сабраил, помнится, высмеял его — что толку в жизнях жалких смертных?, Марций из Ультрадесанта напомнил, что на это не поступало приказа. Хуже всего был Горсаар из Железных Рук: «Слабость — это вина, вина должна быть покарана…» И все же они были вместе, когда эвакуировали тех шахтеров с астероида. И кару от инквизиции, если она вдруг последует, будут принимать вместе. Бенка мучился чувством вины перед братьями, но при этом был горд собой как никогда. — Посмотрите, повелитель, — обратился к нему смотритель, заметив его интерес к экспозициям. — У нас есть самая драгоценная из реликвий, гордость нашего музеума: наплечник примарха! — Примарха? — Бенка от неожиданности даже отпрянул. — А какого? — Ох, по этому вопросу наши магосы историкус до сих пор спорят. Есть мнение, что это принадлежало лорду Джагатаю, когда он был на Профундисе, — ведь нас приводил к Согласию V легион, знаете? А есть мнение, что наплечник был лорда Вулкана. При каких обстоятельствах он мог сюда попасть, неведомо, но на нем сохранились частицы зеленой краски… Он помялся. — Или синей, — признался наконец. — Но тогда это самого лорда Жиллимана! Бенка, ухмыльнувшись в бородку, пошел за ним. Наплечник существовал, и он был выставлен в отдельной стазис-камере на возвышении. Краска на нем почти облупилась, выцвела, и понять, какого изначально она была цвета, действительно было сложновато. Бенка, хмурясь, разглядывал драгоценную реликвию. По размерам она не отличалась от его собственного наплечника. Марк-IV, подумал он. Давно устаревшая, но предатели его еще используют. Что же саги повествуют об этом мире? Была, была сага, очень древняя, сложенная едва ли не самим Одинссоном — Волчьим Королем, воином-поэтом Леманом Руссом… Бездонная память скальда наконец выловила эту сагу из недр, куда ее затолкали более современные и животрепещущие истории. — Скитна! Мне жаль огорчать тебя, почтенный магос историкус, — обратился Бенка к смотрителю. — Но в этой реликвии нет никакой ценности. Это обычный наплечник рядового астартес, потерянный в рядовой битве, о которой даже записей в архивах не хранится. Я ведь угадал? — Но… но откуда… — Смотри, — Бенка наклонился. — Он такого же размера, как мой. А у примарха он должен быть вдвое больше! Смотритель поник. — По… повелитель, — запинаясь, произнес он, — вы только никому не… — Хьолда, у меня есть идея получше, — Бенка улыбнулся. — Мой наплечник получен мною после ярла Оттона Синезубого, а им — после ярла Оттара Узорчатого Топора, а им — после Ульрика Ясноокого, а первым его носил сам Бьорн Разящая Рука, и примарх Леман Русс хлопал его по плечу за храбрость! Вот по этому самому наплечнику! — Сам свя… той примарх? — запинаясь, прошептал смотритель. — Ну да. И вот он треснул, и я не знаю, что делать: выбросить нельзя, все-таки реликвия, а ремонту не подлежит… Что, если я отдам его твоему музеуму? А сам заберу этот никому не нужный здесь, но полезный мне наплечник? Смотритель заколебался. — Но директор… — Да он только рад будет, хьолда! Его же сам Русс трогал! Стазис-поле погасло. Треснутый наплечник с оскаленной волчьей головой торжественно занял место на возвышении. Тем временем выделенный астартес час отдыха истек. — Интересный тут музеум, — заметил Карвен. — Я бы чаще ходил в такие места. — Я бы еще в театр сходил, — мечтательно добавил Ардарик. — А я бы песни здешние послушал, — фыркнул Бенка. — В них сплошное вранье, конечно, но бывает, что забавное! Ардарик и Карвен рассмеялись: в то, что песни скальдов — и самого Бенки — правдиво и подробно рассказывают о настоящих событиях, они никак не могли поверить. Скальд насупился, потом тоже усмехнулся. Стоило ли рассказывать друзьям про сагу времен Великого крестового похода, которую он вспомнил? Про то, что Профундис приводили к Согласию сразу три легиона: V, VI и XVI. И поскольку наплечник не был ни красным с молнией, ни серым с волчьей головой, значит… Ему доводилось слышать о мирах, экстерминированных инквизицией из-за таких «реликвий». — Хьолда, — сказал он и рассмеялся, скаля клыки. — Ничего, вот услышите, какую сагу я сложу про спасение шахтеров! — Сага о спасении, — Карвен улыбнулся, блеснув красными глазами. — Мне нравится!