Порог пресечения

В комнате с синими стенами загорелся свет. На улице уже стемнело, и солнечные лучи покинули помещение, обещая вернуться завтра. Энди осторожно проходил к кровати, стоявшей между двумя большими окнами у центра длинной стены. Его товарищ Пакстон Троппус поддерживал его на этом пути, хоть Энди и пытался утверждать, что способен достичь цели самостоятельно. – Пистолет, чёртов пистолет, Пакс! Как это вообще вышло?! Я же всё проверял перед отправкой! – Успокойся, Энди, тебе сейчас надо перевести дух и обработать раны. Я всё сделаю. И с пушкой тоже разберусь. При помощи Троппуса Энди аккуратно сел на кровать. Пиджак в районе живота уже был бордовым. Энди, торопившийся как можно быстрее сбежать из жаркого Венадильо, истекал по́том и кровью. – Ты снимай пиджак и рубашку, а я пока схожу за бинтами и антисептиком, – сказал Троппус, выдохнув. – А вообще надо бы аптечку и в этой комнате держать. После этих слов Пакс направился к двери и вышел в коридор. Энди проводил его взглядом. Затем он осторожно снял пиджак, отбросил его в сторону и принялся расстёгивать рубашку. Преодолев большую часть пуговиц, Энди увидел первый след ножа на животе. Из него не текла кровь. Это была старая рана. Шрам, оставшийся на всю жизнь. Энди прекратил расстёгивать рубашку и задумался. Он вспоминал.

20 лет назад

В тот день они с подругой Райли допоздна гуляли по Нью-Йорку. Домой возвращались через Центральный парк. Нью-Йорк никогда не спит. В парке круглосуточно кто-то есть. Однако ночью народу всё-таки поменьше. И укромные места среди рядов деревьев имеются. В одном из таких мест, возле одиноко стоящей лавки, навстречу к Энди и Райли вышел мужчина в потрёпанном, выцветшем пальто. Руки он держал за спиной, а запущенная щетина и растрёпанные волосы делали его вид несколько замученным. Представился он Риддером, сказал, что недавно освободился из тюрьмы, и попросил у ребят немного денег на еду. А во время своего рассказа потихоньку сокращал расстояние. Энди и Райли было по 12 лет, в их сознании царили наивность и искренняя вера в людей. Хоть дети почувствовали что-то неладное, но не предприняли ровным счётом ничего, чтобы избавиться от этого чувства. Они стояли на месте, слушали несчастного мужчину и будто не замечали, что с каждым словом он оказывается всё ближе и ближе. Когда Риддер подошёл совсем близко, из-за его спины вдруг показалась рука с ножом. Именно он оставил вечную отметину на теле Энди. Нож прошёл по касательной и зашёл под ребро. Другой рукой Риддер схватил Райли за горло. Это последнее, что успел заметить Энди, перед тем, как в глазах потемнело и он потерял сознание. Потом ему рассказывали, что от смерти его спас какой-то спортсмен-любитель, совершавший в это позднее время пробежку по парку. Энди очень повезло, потому что это был единственный день, когда у спортсмена не нашлось другого времени, кроме ночного, чтобы побегать. Однако Райли это, к сожалению, не спасло, поскольку Риддер принялся за неё первой... Когда спортсмен спугнул маньяка, на девочке уже не было живого места. А что самое ужасное – Риддеру удалось скрыться. Он бежал так, что пятки сверкали. И даже спортсмен не смог его догнать. Энди ненадолго замер, пока вспоминал всё это. Затем расстегнул оставшиеся пуговицы, снял изрезанную рубашку и прикрыл ею раны. Он осмотрелся. Синяя комната была похожа на больничную палату, но фактически представляла собой что-то вроде комнаты отдыха для одного человека. Около стен стояло множество белых шкафов с книгами, папками, коробками. В двух концах комнаты располагались рабочие столы с компьютерами. Рядом с кроватью стояла тумба в одном стиле со шкафами. Бело-голубые жалюзи на окнах чуть колыхались под действием ветра проникавшего в комнату через приоткрытое окно. С улицы доносился шелестящий звук. Начинался дождь. На тумбе одиноко лежала какая-то новая книга. Энди зацепился за неё взглядом, затем потянулся и взял её в руки. На обложке было написано: «Серия. Охотник на маньяков о психологии серийных убийц». Энди открыл книгу на оглавлении. – Глава 1 «Тяжёлое детство», Глава 2 «Проблемы с психикой»... Дверь в комнату вдруг распахнулась, в неё вошёл Троппус. В руках у него была аптечка и дополнительно ещё несколько бинтов. – Надо будет оставить аптечку здесь, – вновь пробормотал Троппус, подходя к Энди. – Пакс, а что это за книга? – А, я как раз хотел тебе показать. Это сочинение Антиманьяка. Не научная работа, а что-то вроде мемуаров. Он записал свой личный опыт работы с серийниками. – Анти... Антиманьяка?.. Что это за хрень? – Ты ни разу не слышал? Называют его так. Чарли Кэнт, ветеран полиции, прославился вычислением восьмерых серийных убийц на территории Штатов с общим числом жертв почти в 300 человек. Почитай на досуге. А пока давай тебя заштопаем. Троппус принялся обрабатывать раны и перевязывать Энди. Тот сидел задумчиво и неподвижно. – Как же я обо всём расскажу Лиз? – спросил он через некоторое время. – Придумаем что-нибудь. – Придумаем... Врать ей я не умею. Обязательно почует неладное. А сказать правду... «Здравствуй, дорогая! Представляешь, меня сегодня почикал ребёнок, которого я сначала пытался застрелить, а потом зарезал». Троппус вдруг прекратил перевязку. – Но ведь это был не обычный ребёнок, – сказал он. – Может, ей аккуратно всё рассказать? – Как ты себе это представляешь? Она же в жизни не поверит. Ты бы сам-то поверил, если б не знал?.. – Достань... Сейчас, погоди, – ответил Троппус. Затем встал с кровати и подошёл к тумбе, около которой стоял портфель Энди. Пакстон его раскрыл и достал небольшую стопку бумаг. – Достань вот это, прочитай ей. – Пакс... – Фернандо Карнисер, год рождения – 1957, Венадильо, Колумбия. Прозвище – Латинский мясник. Заманивал жертв в укромные места под предлогом подвезти их до дома, работы, родственников, а затем жестоко насиловал и убивал, порой нанося до двухсот колото-резаных ран. Порог пресечения – 70 человек, в основном девушек и женщин. Руперт Фрейзер, год рождения – 1969, Аврора, Северная Каролина, США. Прозвище – Кровавый молот. Известен тем, что забивал своих жертв тяжёлыми тупыми предметами, а также голыми руками до неузнаваемости, у многих просто не оставалось твёрдого черепа. Не имел предпочтений по полу и возрасту, убивал всех, кого хотел. Порог пресечения – 26 человек. Энди, ты спас почти 100 человек, ликвидировав этих двух детей! Кстати... Это же точно работает, да? – Точно. Я звонил первой жертве Фрейзера, Фрэнку Примо, убитому несколько лет назад. Он жив. Значит, живы и остальные. – Это... Просто потрясающе, – проговорил Троппус и медленно подошёл к окну. – Просто потрясающе... А книгу ты в следующий раз с собой возьми. Вдруг в изменённой реальности она не будет написана... Гхм, ну так что, перевязываемся? – Давай уже. Только окно прикрой. Холодает. Пакстон положил бумагу на тумбу и подошёл к окну. Дождь, сопровождаемый прохладным ветром, усиливался. Его капли уже попали на внутренний подоконник. Троппус закрыл окно, посмотрел через него на намокающую улицу и отправился помогать Энди.