Часть 12
5 октября 2024 г., 01:57
Примечания:
Автор сам настрочил, сам поплакал.
Ну а вам приятного прочтения. Надеюсь на ваши отзывы☕
***
7. За разговор.
Надпись красовалась на листе. За разговор, который толком и не завершился. После того как Вару вышел из ванной, Пик попросту не решился продолжить этот разговор и они в результате просто отправились спать. На душе было так тягостно. Ему бы не удалось поддержать зеленого как следует после всего что произошло. Не умел, даже жалкой попытки не сделал. Да и как? Если причиной слёз является он. Собственной персоной. Слышал тихие всхлипы и видел эти заплаканные красные глаза, а сделать ничего не мог. А может и вовсе не хотел, чтобы не сделать только хуже. Так больно, досадно, мерзко и стыдно. Совесть накрывала волной за все проступки. Уже лежа в кровати желтоглазый понял что его что-то грызет, терзает, не давая погрузится в царство Морфея. Старшему казалось что он упустил немыслимо важное. И, о да, так и было. А что же? Обычные разговоры. На любую тему. Хотя бы о том как у кого прошел день или о погоде. Как бы не было банально, но разговоры про климат на самом деле занимательная тема. Конечно, они беседовали, правда это произошло только сейчас, после переломного момента в их длительных отношениях. Может если бы общались и раньше, нормально, то сейчас было бы легче. Эти мысли не давали покоя, так как он увидел ценность и важность этих разговоров. Это же неотъемлемая часть любых взаимоотношений. И надо исправлять то что имеется. Только вот Вару… ненавидел любые душевные посиделки. Его буквально выворачивает от разговоров про наболевшее или сокровенное. Ему попросту неловко от всего этого. В принципе, этот “перелом” должен был когда-то случится. Нельзя же было жить так как прежде, будто чужие. Зная о друг друге только предпочтения в сексе. Так как ничего больше о младшем Пик вспомнить не смог. И в этот же миг к нему пришло осознание того что Вару, в общем то, почти не делился важными событиями. А если такое и было, то без особых деталей и откровений. Да что о них говорить, если старший даже его любимого цвета не знал. Ужасное чувство. Тогда же пришло понимание что не общались толком. А сблизились они, и отдалились в тоже время, благодаря этому глупейшему листу с извинениями. Конечно, эта затея была тем ещё глупым занятием. Но, благодаря ему он хотя бы старался найти общий язык с Вару. Даже если попытки были не особо хорошими - они были. И это главное. А сейчас же, надо почти заново выстраивать отношения, узнавать друг друга и учиться доверять. Пик встал как всегда рано, так как на часах жалких семь утра. В доме ещё гробовая тишина, которую рушит лишь тиканье часов и собственные мысли. Сперва душ, тогда одна выкуренная сигарета, а затем уже и завтрак. И он даже не заметил как его жизнь превратилась в это. Не отдавала чёртовой удушающей болью в области груди, будто с лёгких пропадает воздух. Не хотелось бросить всё и начать с белого листа. Не было желания избегать Вару. Сейчас тот казался очень близким для него, важным. Это чувство одновременно очень радовало, а также сковывало его настолько, насколько вообще возможно. Но он и не особо то топротив. Давно пора, чтобы эти отношения втянули его с головой в эти все чувства. Главное - своим нетерпением не разрушить ту тоненькую нить, которую удалось выстроить за эти пару дней. А такое у него всегда выходило превосходно. Но, на этот раз проверять не стоит. Пока варит овсянку, которую Вару сто процентов будет критиковать, Пик обдумывает с чего бы стоило начать. Хотя, зелёный вчера уже сделал неплохое вступление, от которого у старшего до сих пор по коже мурашки. Но, хотя бы понятно почему тот был дёрганый такой и нервный последнее время. Сколько он ещё не знает об этом человеке по своей глупости? Жаль только, что напрямую так спросить не выйдет. Как никак - это Вару. Чтобы не было, он довольно упрям. -Блядский всевышний, не говори что это снова каша. Ещё и овсянка, - недовольно заявил как раз зашедший на кухню младший. Заспанный такой, уютный, если так вообще можно выразиться про человека. - Меня уже от неё выворачивает. -И тебе доброе утро. Если конечно хочешь, то можешь сам готовить. Только учти что для этого тебе придётся идти в магазин, по что-то более “съедобное”, - хмыкнул Пик помешивая своё творение. - Ну и знай, за такие слова тебя Боженька не поцелует в лоб. -Да. Пусть целует мой зад, - фыркнул младший, встретившись со слегка осуждающим взглядом жёлтоглазого. - Ты и так уже обо мне позаботился. Чувствую себя прекрасно. Теперь это ни к чему, а то ещё одна порция грёбаной каши и я сброшу десяток, - промолвил Вару садясь за стол и начиная что-то печатать в телефоне. Ну конечно, среда. А значит очередной сеанс у психолога. И он даже не знает стоит ли идти. Ему как бы положено оставаться дома. Решение приходит молниеносно - пойти. Вместе с тем пока пока он пишет Элизабет, возможно ли перенести всё хотя бы на час раньше, может два, или даже три, Вару как-то задумался об этом. Хватит ли ему решимости рассказать Пику о том что посещает психолога? Сможет ли поделиться этим грузом? Серьёзные разговоры никогда не были его сильной стороной. Да и тем более, не осудит ли старший? -Да куда тебе ещё. Ты и так… худой, - тихо произнёс жёлтоглазый, надеясь что сказанным никак не заденет очкарика. - Очень. А каша - вынужденная мера. Кроме того, хочешь, можем добавить фруктов и орехов? На первое предложение Вару не отозвался никак. Комментировать это не было потребности. Не особо комфортно, да и сказать нечего, но вот второе… -Как к ребёнку обращаешься. -Будто ты себя так не ведёшь. Как ножом по сердцу. Кажется, ответ на свой недавний вопрос зелёный нашёл, и он весьма печальный - осудит. Ну, скорее всего.***
Обед, того же дня. 12:06 Пика дома, конечно, не было. Тот давным давно ушёл на работу. А Вару этому сегодня был даже рад, не то что вчера, поскольку порции вопросов он бы не выдержал. Чтобы сказал ему, если его спросили куда идёт? Лапшу на уши повесить не вышло бы. Но, утренний разговор даёт о себе знать в виде неприятного осадка и понимания того, что лучше тому не то что лгать, а и вовсе не знать о психологе. Зелёный подходит к шкафу с одеждой и берёт вещи старшего. Гардероб желтоглазого теперь был и его. Так что он спокойно там хозяйничал, выбирая футболку и свитер. На улице слишком резко похолодало, поэтому одни только майки и шорты будут покоится в углу полки до “бабушкиного лета” или впрямь к июню. Эта мысль даже обрадовала парня. Более закрытые вещи ему были больше по душе. Вару вытянул симпатичный полосатый свитер. Синий, в голубую полоску. Честно, такие вещи в гардеробе старшего даже удивляли очкарика. Так как обычно там были кожанки и футболки с черепами или с “оффницкими” надписями. Но, не время думать об этом, не надо отвлекаться, а побыстрее собираться. Опоздание - признак плохого тона. Он стянул с себя домашнюю одежду и сложив её, положил на свою полку. Шкаф старый, скрипел знатно. Зелёный уже аккуратно хотел закрыть дверцу, но взору представилось зеркало, которое находилось внутри. -Ну, худой, - сам себе сказал Вару, смотря на своё отражение. Падающий с окна свет хорошо подчёркивал впалый живот, худые руки с выпирающими венками. Такие же ноги. И конечно - еле заметные скулы. Он не выглядел болезненно, не был костлявым, а изящным. Будто фарфоровый, учитывая светлую, почти что белую кожу. И ей в контраст была россыпь веснушек, на плечах и лице. Вполне себе симпатичный и привлекательный. Может, Пик когда говорил что он страшный, имел ввиду пустой стереотип? Так как зелёный же не был как типичный парень, который живёт качалкой и выглядит “гигачадом”. Это было так… странно. Впервые за долгое время смотря в зеркало, не считать своё тело полным разных дефектов. Не бояться себя рассматривать и даже коснуться, хоть и разок. Ах, ну конечно, это любование подождёт. Так как надо собираться. Да и в конце концов, стоять посреди квартиры в одном только бельё - сомнительное удовольствие, так как холод пробирает куда только можно. Он выходит из дома. На душе нет того обычно тяжёлого груза, когда идёт в больницу. Легче, конечно, в связи с последними событиями, но всё равно коты скребут. Жаль, что не безоблачно. И сейчас дело совсем не в погоде. Хотя, стоит отметить что ветер пробирал до костей. Поэтому самое разумное решение Вару принял в тот же час - кофе. Латте, с ложкой сахара, купленное в маленькой кофейне. Любимое, сладкое и вкусное. Как раз есть время его выпить пока направляется к остановке, так как идти пешком в такую погоду он не намерен. Транспортом это жалких полчаса, поэтому всех ворчливых пенсионеров, яжемамок и их детишек можно потерпеть. … Элизабет, кажется была в неплохом настроении. От женщины почти что излучался свет и веяло теплом, что самому Вару стало спокойнее. Так как эти стены всё же давили пониманием того, зачем он пришёл. -Здравствуйте. Проходите, - мягко, с улыбкой на лице произнесла дама. - Осмелюсь предложить вам чай. Всё же, на улице не июль, и даже не август. -Пожалуй откажусь, - промолвил зелёный, снимая шарф и куртку, а затем усаживаясь в кресло. -Хорошо. Тогда начнём? - уже менее позитивно произнесла психолог и села напротив него. Вару аж неловко как-то стало, поэтому потупил взгляд в пол. И так каждый раз. Эту привычку, кажется, никак не искоренить. … Эти полтора часа буквально пролетели. Будто их и не было. Как и самого сеанса. Насколько он понял по объяснению Элизабет, это был психоанализ. А если быть точнее - свободные ассоциации. От него же требовалось просто говорить. О всём что придёт в голову. Нет, конечно, не про ядерную физику, а жизнь. Такая какая она есть, во всех её проявлениях. Это должно было помочь выявить скрытые бессознательные мысли и переживания. Вару даже как-то легче стало, так как говорить о чём-то напрямую гораздо тяжелее. А тут ты просто рассказываешь о своей жизни. Поэтому самая глупая мысль которая ему сейчас пришла в голову, довольно символическая кстати, и будь они героями какого-нибудь сериала или аниме, то её бы точно впихивали постоянно пол предлогом “рычаг надежды и толчок к цели” - написать ещё один пункт.8. Может он когда-то поймёт. Глупо.
Очень. Но так уж и быть.
Глаза бегали по всему что здесь было. Наверное, это самое странное из всего списка. В такие моменты становилось не по себе, так как Вару вёл перепалку сам с собой, в мыслях, рассуждая насколько это бредово звучит. Вывод всегда был очевиден ещё до начала, но пункт оставался нетронутым. Пока он рассматривал это, у него аж глаза заболели. Наверное, стоит это делать дома, а не в троллейбусе. Поэтому Вару просто опёрся локтем у окна и начал разглядывать “пейзажи”, которые состояли из старых хрущёвок и девятиэтажек, куда-то спешащих людей и золотой осени, которая медленно, но верно, приближалась. Листья деревьев помалу окрашивались в ярко жёлтый, почти что золотой, порой оранжевый, красный, иногда и под болотный. Это время года довольно холодное, но сама атмосфера согревает. Так и хочется собирать букеты из разноцветных листьев, пить горячий кофе и гулять со своим молодым человеком за ручку. От таких мыслей кровь в жилах начинала танцевать танго, а щёки заливались румянцем. Романтизация всего - буквально его жизнь. Без любви к этому жить тяжело. Он, кажется, в прошлой жизни был Полианной. Сказал бы Пику об этом, то, наверное, подвергся насмешке, так как вот этой всей романтики не было так уж много в их жизни. Особенно если это касалось слов. Так как каждый раз ему от неловкости, а также боли, которую он испытывал при разговоре, хотелось просто разрыдатся. Жаль лишь некому было подставить своё плечо. Языком любви у обоих являлись действия. Сделать что-то, всегда легче чем выразить это через слова, так как в подобные моменты, словарный запас уменьшается до последней буквы в алфавите - я. И только это и можешь сказать, панически заикаясь. Но как бы горько не было, ему хотелось быть рядом с Пиком. Таким хладнокровным, отстраненным. Жаль, таким он был только с ним. Это… досаждает. Хорошо. Надо отбросить эти мысли в сторону и просто спокойно доехать домой, зайти в магазин за чем-то съедобным и отдыхать. День был на удивление довольно спокойным. Шаги были лёгкими, на душе уже не было так тягостно. Всё и правда станет лучше. Когда Вару вернулся домой на часах было 15:36. Немного позднее, чем он рассчитывал. Но, это такое. Не страшно. Главное, что раньше самого Пика. Так как кто ж знает когда тот вернётся. За это время есть о чём подумать и начать готовиться к завтрашнему дню. Уже завтра ему надо выйти на работу, после трёх дней отсутствия. Ещё и получить по башке за больничный, который толком не оформил. Поскольку то что очень красноречиво напечатал Пик его начальнице, пока сам Вару без каких-либо сил лежал рядом на кровати, выглядело слишком жалко. А значит сейчас ещё придётся писать семейному врачу, чтобы записаться к нему на приём. В такие моменты хотелось закутатся в одеяло и горько заплакать, от понимания того что ты больше никогда не сможешь делать что-то беззаботно, как ребёнок. В принципе, это он и сделал. Только без изматывающих рыданий. Просто побыть в уютном тепле, прислониться лицом к мягкой подушке и позволить себе подремать. Час. Может больше. Плохая погода знатно бьёт по самочувствию, поэтому устаешь в считанные секунды. … Пик же в это время помалу возвращался домой. Благо, он мог позволить себе ехать на мотоцикле. Поскольку погода была не слишком плохой. Это уменьшало риск попадания в автокатастрофу, да и управлять транспортным средством было намного легче, когда перед твоими глазами не целый водопад. А за ним остаётся только следить за ситуацией на дороге. Только в такие моменты он жалеет что едет своим ходом. Так как в троллейбусе ты хоть можешь себе спокойно отдохнуть и послушать музыку, зато ехать свыше часа. Минусов, лично для Пика, больше чем плюсов. Поэтому он поднажал, чтобы поскорее оказаться дома. С Вару… Старший попросту не верил в то что едет туда ради него. Ради него… которого избегал столько времени, радуясь допольнительной работе. Ах да, точно. На дороге отвлекаться нельзя. Об этом Пик вспомнил лишь из-за того что чуть не тронулся на красный свет светофора. Было бы плачевно, так как за углом он увидел синие мигалки. Всего один район и можно будет выдохнуть спокойно - место назначения. Поэтому какая приятная лёгкость, а затем и усталость, накатила как только он перешагнул порог их квартиры. Но, всё же - дома. Кожанка была брошена на тумбочку в прихожей. Ботинки закинуты в угол, а потом всё же заботливо поставлены сушиться. В квартире тихо, уютно, что буквально подкидывает “дров” в и так уставшее тело. Поэтому единственное что может помочь смыть усталость - холодный душ. Так как он намерен ещё хотя бы на один разговор с Вару, а для этого надо быть склееным. Поэтому после водных процедур, одевшись в чистую одежду он направился в их комнату. Вару спал. Свернулся чуть ли не клубочком. Мелкий такой. И Пик словил себя на отвратительно сексистской мысли, о том что тот выглядит довольно… феминно. Старшему аж самому мерзко от себя стало. Но, вытянуть это из головы сложно. Поэтому он долгих пять минут минут смотрел на младшего, а затем всё же решил как-то разрядить эту обстановку, которая возникла в его же голове. -Вару, вставай, - сказал старший, подошёв к нему и легонько потормошив за плечо. Сразу послышался неразборчивый бубнёж и недовольства. Но зелёный всё же помалу поднялся. На голове у него творился тот ещё бардак. Пик почти что инстинктивно потрепал того по волосам. А затем быстро отпрянул, увидев недоуменный взгляд Вару. Заспанные глаза добавляли какого-то шарма. Особенно когда тот был без очков. Серьёзный, но до жути милый. -Да. Это как-то… Я не подумал, - прокашлялся Пик, пока щёки помалу приобретали лёгкий красный цвет. Близко. Так близко. Есть желания прикоснуться не только вот так, к волосам. Хочется поцеловать, эти сухие, потрескавшиеся губы, но решиться сложно. -Это приятно, - как-то неловко говорит зелёный и отводит взгляд в сторону. -М-да. Словом, может пошли на кухню? - произнёс старший уже помалу направляясь туда. А Вару просто молча последовал за ним. … В воздухе витало что-то неприятное. И это “что-то” было понятно одному лишь Пику. Так как он знал о чём предстоит разговор. Одна мысль просто слишком тяготила его. Поэтому чтобы твои не молчать, он решил помалу вести диалог, пока Вару просто мирно сидел за столом, лениво крутя ложку в руках. -Чертовски устал. Работа выебала мне все нервы. Ну вот попробуй докажи какому-то мужику что его машина неисправна, когда он руководствуется тем что “Ой, ну она хорошо едет”, а ещё “Ну ничего же не стучит, значит всё хорошо”. Вот когда у него тормоза откажут, тогда наверное и поверит, - начал жаловаться Пик, попутно ища что-то в шкафчиках. - Есть будешь? -Не буду. Но от чая, всё же, не откажусь, - пробормотал зелёный, даже не смотря на старшего. Аппетита как-то не было. Лишь бы тот не стал катить на него бочку из-за этого, но… вроде всё было спокойно. - М-да, сфера обслуживания это тот ещё пиздец. -Сказал чел которому требуется всего-то впаять какой-то старушке обувь с крокодильим принтом, под предлогом что это сезон и это афигеть как модно. Ну и конечно - леопардовую шубу, - хмыкнул в ответ Пик. -Знаешь, это ещё уметь надо, - нахмурился Вару. - Но, знаешь, леопардовые шубы смотрятся круто. Просто уметь сочетать вещи надо. Ну и, конечно - быть банкоматом. Вещь не из дешёвых всё же. Старший закатил глаза, как раз ставя кружку с горячим чаем перед Вару. -Кстати за одежду. Хотел об этом с тобой поговорить, - начал Пик, уже не таким беззаботным тоном. Голос звучал серьезно и зелёный напряг уже каждую клеточку своего тела. Он, кажется, уже понимал к чему тот клонит. Но, как окажется, совсем нет. - Знаешь, я рад, что ты наконец не ходишь в этих балахонах. Аж спокойнее стало. -Балахонах? Спокойнее? - Вару с лёгким непониманием посмотрел на старшего, который вдруг тоже сел за стол, прямо перед ним, оставив готовку на начальном этапе. -Ты это к чему? - как-то более спокойно решил спросить младший, так как ещё не до конца понял тему разговора. Поэтому пока не стоит агрегировать и убегать от всего этого. -Я за то что… ну переживал блять, - кажется, Пик через силу выдавил это из себя, при этом ударив кулаком по столу. Вару от этого аж сжался. Было странно. Странно видеть старшего таким. - Знаешь, ты всё время ходил в такой одежде и я даже подумывал о том чтобы всё прекратить. Этот свой игнор, чтобы узнать всё ли хорошо. Младший просто тихо сидел, даже не шелохнувшись. Ему не было что сказать. Пока что. Слова Пика будто заново терзали только немного зажившую старую рану. И всё что он мог сейчас - слушать. -Я думал ты занимаешься самоповреждением. И знаешь, даже рад что всё разрешилось именно так. Да, ты пострадал, но тем не менее, когда я увидел что на тебе нет никаких следов повреждения… блять, это было такое облегчение. А то ходил в этих балахонах, весь такой тихий, но теперь хотя бы как человек, - сказал Пик, подняв взгляд на Вару, который с еле скрываемым шоком смотрел ему прямо в глаза. В горле у зелёного стоял ком. А тусклое освещение вокруг будто специально предавало драматичности. - В каком-то смысле я доволен, что смог держаться целый месяц. Так как ты изменился… в лучшую сторону. Старший видел как изменилось выражение лица зелёного. На глазах заблестели слёзы. Пик смотрел на него, и ему почему-то казалось что это очень тронуло того. Будто что-то милое. И как же он был неправ. Чертовски. Вару казалось, что его сердце сейчас проткнули несколькими иглами. Это было настолько невыносимо больно, что хотелось кричать, но он не мог. Может и вовсе не иглы, а слова. Да такие острые, что даже меча не надо. Уж слишком много в них “искренности”. Жаль лишь что ядовитой. Которая помалу отравляла организм. По коже крупной волной пробежали мурашки, а на глазах выступали слёзы. -Ты рад тому что игнорировал меня целый месяц, придурок? Ты рад тому что я изменился? Но какими же усилиями, - сквозь всхлипы выдавливал из себя Вару, под непонимающий взгляд старшего, который теперь так же замерев слушал его. - Да я всё время ходил как… даже не знаю кто. Вот эти “балахоны” носил лишь из-за того что ты сказал какой я страшный. И какая у меня была блядская ненависть к своему телу из-за этого. Я считал себя каким-то неполноценным, - тараторил зелёный, будто скороговорку, боясь что его перебьют. Но, наверное, Пик бы и не смог, насколько же сильным было его потрясение. - Знаешь, как тяжело от того что единственный близкий человек игнорировал меня целыми днями? Да о чём говорить, если раньше, когда всё было “прекрасно” ты просто насмехался над тем что рассказывал тебе. А сейчас мне и подавно не было кому пожаловаться. Я блять просто сидел в тряпочку и рыдал, от того что ты такой эгоист хренов. Я был виноват перед тобой, очень, мне хотелось извиниться. А ты попросту не слышал, хотя находился рядом. И это блин… ты блять рад этому, - последнее предложение младший произнёс совсем тихо, с таким отчаянием, закрывая лицо руками, что у Пика аж всё внутри сжалось. Не так виноват зелёный во всём этом, как он сам. Конечно, легко говорить с вагоном друзей, а в придачу ещё и любимым человеком, которого почти что используешь. А каково было ему… Вару… старший же просто испепелил его как личность, при этом будучи для него самым близким и единственным. И это дошло до Пика только сейчас, когда смотрел на младшего, который нервно переминал то одежду, то волосы. Вару не мог успокоиться, после всего высказанного его будто что-то душило изнутри, поэтому начал подниматься из-за стола. Хотелось уйти отсюда. Желательно в эту же секунду. -Снова?! Ты ещё как всегда убежи подальше от всего этого! Легче же уйти от проблем. Сядь блять, - чуть ли не рыкнул от резко подкатившей злости старший, грюкнув по столу кулаком. От чего Вару как миленький уселся за стол, роняя на него горячие слёзы. Стараясь подавить всхлипы, которые один за другим подкатывали к глотке. Руками он нервно переминал волосы, будто готов вырвать их от напряжения. Никак не получалось успокоиться. Сидел на месте будто зачарованный, просто трясясь от непонятного страха. А душа, кажется, убежала в пятки. Да здравствуй паничка, которую он так боялся получить при ком-то. - Прости. Снова сорвался, -промолвил старший слова, которые и так ничего не поменяют, именно сейчас. Наверное, это было лишним. Только усугубило и без того плачевную ситуацию. Во всех смыслах. Это как раз тот момент когда ему надо помочь Вару. А он даже не умеет.17. За ненавистные и лучшие объятия.
***
