Армия калечит

— Вернёмся домой. Нил так тихо и с некой осторожностью говорит эту фразу, как будто он не уверен, что этот самый дом существует, не уверен существует ли ещё что-то кроме звуков выстрелов и летящих на тебя пуль. — У тебя есть дом? — усмехаясь, спрашивает Эндрю. — В любом случае я «дома» не имею и возвращаться мне некуда и не к кому. Джостен смотрит на него, как на самого глупого человека в этой стране. — Миньярд, мы тысячу и один раз обсуждали это. — И я в каждом из этих обсуждений тебе отказывал. — Нас с тобой в любом случае совсем скоро уволят. Кому нужны психи в армии, а? — с натянутой улыбкой спросил Нил. На это заявление Эндрю было нечего ответить. Любой из разговоров, который затрагивал тему увольнения, заканчивался одним и тем же, но в этот раз Джостен решил довести начатое до конца. — Куда ты пойдешь, Эндрю? У тебя нет дома и родственников, только брат, который живёт в другой стране. Я конечно уверен, что он с распростёртыми объятиями примет тебя, но боюсь, что ты, Эндрю, долго не продержишься в компании Ники и его мужа. — У меня есть ещё один брат, — возразил Эндрю. — Который ненавидит тебя из-за того, что ты спас его от матери-тирана, — закатывая глаза произнёс Нил. — Зачем я тебе все это рассказал? Меньше проблем было бы, — Эндрю вздохнул и развернувшись пошел к грузовикам. Нил, не на секунду не задумываясь, последовал за ним — Не уходи от темы, Эндрю, — садясь подле Миньярда и облокотившись спиной на машину, продолжал Джостен. — Я понимаю, что ты не хочешь привязываться к людям, но уже поздно. Поэтому давай просто не разрушать это. — Я хочу это разрушить. — Не сомневаюсь, — Нил нисколько не обиделся на это высказывание. — Но мы оба знаем, что у тебя не получится. — Ты невыносим, Джостен, — пробурча это, Эндрю уткнулся в плечо Нила. — Сто пятьдесят? — Сто пятьдесят один, — прошептал парень перед тем, как полностью расслабиться и уснуть на плече товарища. Нил улыбнулся и запрокинув голову назад стал сторожить чуткий сон своего партнёра.

***

Увольнение и торжественное вручение медалей «За героизм и отвагу…» не заставило себя долго ждать. Правду сказал Джостен, психов в армии не держат, даже если они одни из лучших бойцов подразделения. Зато теперь им всю оставшуюся жизнь будут платить не маленькую пенсию и все потребности в медицине за счёт государства. Они въехали в новую квартиру, в незнакомом городке, где никто их не знает. Чтобы, как бы банально это не звучало, начать жизнь с чистого листа. Вещей было совсем мало, что вообще может быть у двух мужчин, которые половину своей жизни провели в армии? Квартира выглядела до нельзя пусто, и обоим это нравилось. Потому что пустые полки можно заполнить вместе, общим будущем. Постепенно всё начало налаживаться. Пара даже познакомилась с соседями, которым они показались безумно милыми. Что их заставило сделать такое умозаключение Эндрю ещё несколько дней пытался понять, стоя перед зеркалом. Джостен тогда подошёл к нему сзади и они просто какое-то время смотрели друг на друга в отражении. Нил тогда усмехнулся, и отвернувшись, сказал, что мороженое стоит на столе, пошёл подстригать газон. Невероятно. Лучший солдат спецподразделения, убивший не один десяток противников подстригает собственный газон, в тот момент, когда его партнёр, такой же солдат, поедает в их общем доме мороженное с шоколадом. Не будите Джостена, пожалуйста, он так не хочет просыпаться. Всю армейскую форму и медали они сложили в один большой мешок, который собирались сжечь. Слишком много горя и крови впитала в себя военная форма, слишком много беззвучных криков было подавлено за эти медали. Горело хорошо. Они сжигали своё прошлое, потому что не смогли его принять, не смогли принять те потери, которые им обоим пришлось пережить. Они ходили к психотерапевту. На удивление Эндрю шёл на контакт намного охотнее, чем Джостен, который довольно скептически относился к подобному роду вещам. Но несмотря на то, что, днём всё было хорошо, ночи были тяжёлые. Всегда после того, как просыпался один, за ним неминуемо вставал второй. Они молча курили на балконе и смотрели на ночное небо, после чего долго и медленно разделяли поцелуй. Спать ложились уже под утро, благо встать ни на какую работу было не нужно. Спасибо, отработали уже. Иногда Джостена накрывали панические атаки, с которыми Эндрю довольно быстро научился справляться. Он касался задней стороны его шеи и разговаривал, один только голос Миньярда был способен вывести Нила из паутины ужаса и страха окутывающего его. Они редко куда-то выбирались, предпочитая проводить время дома, где нет назойливых людей, которые могут ранить или даже убить. К сожалению армейская паранойя развилась у обоих, но они учились постепенно с ней справляться. Ники обещал им приехать к Рождеству и познакомить со своей маленькой дочкой. Как бы Эндрю не скрывал, но он был в предвкушении и некой эйфории после того как узнал, что теперь у него есть племянница. Они специально выбрали штат, где нельзя было носить оружие, потому что оружие ещё слишком знакомо лежало в руке, а порох всё ещё навевал горькие воспоминания, к которым они пока ещё не были готовы. Когда всё-таки приходило время выбраться из своего убежища от внешнего мира, они всегда выходили из дома вместе. Потому что понимали, что если что-то произойдет, то никто, кроме партнёра не сможет успокоить и остановить. Иногда накрывало в магазине, чаще в автобусе, могло в кафе. Но они справлялись, как умели. Болезненно, может быть даже неправильно, но справились же. А что ещё им собственно нужно? — Эндрю, — лениво протянул Джостен лёжа на кровати. Миньярд кивнул, не отрывая взгляда от телефона, тем самым давая понять, что он его внимательно слушает. — Может поженимся? Эндрю удивлённо поднял округлившиеся глаза на Нила. — Зачем? — Как это зачем? Это даёт массу преимуществ в юридическом плане. Например, если тебя не будет рядом, а я… Миньярд не стал дослушивать парня и перебил его. — Я всегда рядом. Джостен вздохнул. — Я знаю, знаю. Но если меня не будет рядом… — Ты тоже всегда рядом. — Эндрю! Пожалуйста, мне будет намного спокойнее если, — комок встал парню поперёк горло и он просто не смог договорить это зловещее «Если с тобой что-то случиться.» Потому что только задумываясь об этом, что-то сосало под ложечкой и глухая паника появлялась в груди. — Ладно. Миньярд встал с мягкого пуфа и присел на кровать рядом с Джостеном. — Да или нет? — С тобой всегда да. Эндрю вздохнул и не стал поправлять парня, осознав, что это абсолютно бессмысленно. У них всё ещё будет. Будут горькие и громкие ссоры, после которых неминуемо будут следовать сладкие и не менее громкие примирения. Будут многочисленные встречи с племянницей, выезд за город, прогулки по вечерам и рассада. Конечно же будет. А сейчас они просто целуются на их общей кровати и не знают, но определённо догадываются, что их ждёт в столь далёком, но определённо общем будущем.