Kindled flame/Разожжённое пламя

      Когда Блум проснулась, кровать рядом с ней уже была пуста. Девушка грустно вздохнула, поёжившись от накатившего холода, и растянулась на всю ширину постели. Вдруг рука феи коснулась листа бумаги, лежащего на подушке женщины. Она подняла голову и взяла в ладони письмо, аккуратно сложенное пополам.        «Мой милый, светлый ангел, доброе утро! Если ты сейчас читаешь эти строки, значит, я всё-таки не решилась потревожить твой чуткий сон и уехала раньше, чем ты проснулась. Моя поездка продлится несколько дней, после которых, я тебе обещаю, мы не потратим ни одной минуты зря. Пока меня нет, ты можешь начать самостоятельные занятия в подготовительной группе, которая начала свою работу в начале этого месяца. Вместе с начинающими волшебницами ты сможешь окончательно укрепить свой контроль над магическими силами. Очень надеюсь, что к моему возвращению ты сможешь вернуть свой уровень, к которому пришла когда-то за время обучения в Алфее. В следующий раз мы увидимся на выпускном балу, и уже сейчас я с нетерпением жду этой встречи. Я безмерно скучаю, милая!»       Блум прижала письмо к груди, с нежной улыбкой закрыв глаза. Она уже скучала по директрисе, но эти строки разливались в груди приятным теплом, сглаживая грусть расставания. Фея уткнулась носом в подушку, вдохнув знакомый аромат духов, и отложила бумагу на прикроватную тумбочку, всё-таки заставив себя подняться. Раз Фарагонда ждёт от неё результатов в развитии сил, Блум обязательно их достигнет, только бы удивить и порадовать женщину.       На сборы девушке понадобилось совсем немного времени, поэтому вскоре она уже стучала в дверь кабинета профессора Палладиума, который должен вести подготовительные курсы в этом году. — Доброе утро, Блум. Что Вас сюда привело? — Здравствуйте, профессор. Думаю, Вы уже знаете о моей нестандартной ситуации, так что я хотела попросить Вас о зачислении меня на подготовительные курсы для будущих учениц Алфеи. — Я бы с радостью Вас принял, но не так давно я передал управление курсом мисс Гризельде, так что с этим вопросом Вам стоит обратиться именно к ней.       Блум замерла, непонимающе глядя на мужчину. Тот ободряюще ей улыбнулся и закрыл дверь кабинета, оставив фею наедине со своими мыслями. Как только Фарагонда пришла в голову мысль посоветовать ей заниматься в группе Гризельды после того, как та застала их за поцелуем в тренировочном классе? Вспомнив этот случай, рыжеволосая глупо улыбнулась, совсем немного покраснев. — Что Вас так развеселило, юная леди? — Блум обернулась и встретилась взглядом с завучем. — Мисс Гризельда, это Вы! Мне как раз нужно было поговорить… — фея выдохнула, решаясь, и выпалила на одном дыхании — Я хотела бы заниматься в подготовительной группе, чтобы снова вернуться к прежнему уровню! — Это похвальная инициатива, Блум. Несмотря на то, что месяц подходит к концу, Ваших знаний будет достаточно, чтобы присоединиться к юным феям и наверстать упущенное. Ближайшее занятие начнётся сегодня в полдень, в тренировочном классе.       Фея закашлялась, не ожидая услышать это словосочетание из уст профессора, на что та лишь фыркнула. Проходя мимо девушки, Гризельда остановилась, посмотрев ей прямо в глаза. — Блум, не думайте, что я одобряю то, что происходит между вами, но даже я не могу не признать, что директрисе пошло это на пользу. Не ждите, что я стану радоваться за вас, но знайте, что и мешать я не хочу. — Спасибо… Я буду делать всё, чтобы преуспеть в Вашей группе и доставлять Вам как можно меньше хлопот!       Гризельда удовлетворённо усмехнулась и ушла. Рыжеволосая закрыла лицо руками, мысленно похвалив себя за случившийся разговор, и направилась в комнату Винкс. До занятия оставалось больше трёх часов, так что она могла позволить себе провести время в своё удовольствие за любимой книгой или разговором с подругами.       Комната, в это время суток уже залитая солнечным светом, уже была пуста — видимо, девушки ушли на занятия. Блум растянулась на кровати, которая теперь совсем не ощущалась принадлежащей ей, и взяла в руки земную книгу о феях. Если раньше она читала подобное из интереса к теме фей и колдунов, то теперь земные легенды стали для неё отличным развлечением. Было забавно читать о том, как люди, никогда не сталкивавшиеся с магией, представляют себе это измерение и его обитателей.       Кто-то из людей воображал себе фей крошечными крылатыми существами, писал, будто они живут в цветах и питаются их нектаром, а по утрам пьют росу, выпавшую после густого тумана. Кто-то был уверен, что феи сродни ведьмам селятся на отшибе высокой скалы, недоступные для человеческих глаз. Но все, как один, отождествляли их с чем-то светлым, нежным и чувственным, дарящим покой и волшебство. Что ж, надо признать, в этом они оказались недалеко от истины. Время пролетело незаметно, и уже вскоре Блум оказалась в компании незнакомых девушек. Всего несколько из них она, кажется, мельком видела в коридоре школы последние несколько дней, остальные же лица оказались совершенно незнакомыми. Фея тихо остановилась у стены комнаты, ожидая прихода Гризельды, но совсем скоро её обступили несколько девушек, явно наслышанных о событиях битвы с Трикс. На рыжеволосую посыпалась куча вопросов, на которые она категорически не успевала отвечать, но шум голосов был прерван громким хлопком двери. — Блум, первое занятие, а Вы уже звезда моего курса? — Гризельда скептично усмехнулась и хлопнула в ладоши. — Итак, девушки, мы начинаем работу.       Блум провела в комнате для тренировок долгие три часа, каждая минута которых была заполнена упорной работой и старанием. А сама фея вдруг поймала себя на мысли, что гораздо больше ей нравилось тренировать собственные силы, когда за спиной стояла директриса, нежно обнимая её за талию и касаясь губами щеки.       Так прошли долгие несколько дней. Каждый день в полдень девушка шла в тренировочный зал или в школьный двор, чтобы встретиться там с подготовительной группой и потратить несколько часов на изнурительную работу. Справедливости ради, это приносило свои плоды: с каждым днём девушка всё сильнее ощущала свой контроль над магией, ей удавались всё более сложные заклинания и временами она ловила на себе одобрительные взгляды Гризельды, хоть та и старалась скрывать всякого рода положительные эмоции.       Близился день возвращения директрисы, и с каждым часом предвкушение становилось всё сильнее. Фея чаще думала, как произойдёт их встреча и смогут ли они хоть на минуту покинуть бал, чтобы просто сказать друг другу «Привет», а не стоять на разных концах зала, лишь иногда обмениваясь короткими взглядами и дожидаясь наступления ночи, когда можно будет снова вернуться в чужую (Чужую ли?) спальню, завернуться в тёплое одеяло, уткнуться носом в шею, пахнущую сладкими духами, и не отпускать до самого утра.       Фея немного поколдовала над своим новым платьем за день до бала, и теперь его край, до этого четкой строчкой подшитый чуть выше колена, теперь словно растворялся в воздухе, создавая ощущение, будто платье соткано из чёрного тумана. Всё было готово к последнему вечеру этого учебного года, но Блум не уставала снова и снова всё проверять. Почему-то ей было важно, чтобы первый выпускной бал прошёл идеально. — Блум, прекрати так трястись! Бал только завтра вечером, у тебя ещё куча времени, особенно учитывая то, что ты давно к нему готова. Вот у меня настоящая проблема: я не могу решить, в чём идти!       Стелла крутилась перед зеркалом, поочерёдно вытаскивая из широкого шкафа целый ворох платьев. Пышные, коктейльные, яркие и нежные — она отбрасывала в сторону каждый вариант, с отчаянием в голосе ища то самое. — Стелла, ты просто не понимаешь! Завтра последний учебный день, я вернусь в Гардинию и, что бы кто не говорил, должна буду хотя бы месяц добросовестно прожить в родительском доме. А месяц, особенно после целой недели в одиночестве, будет просто невыносимо долгой пыткой! — Глупая, ты думаешь, она оставит тебя на целый месяц после того, как вы всё-таки перестали играть в кошки-мышки? Ты даже соскучиться не успеешь, как снова с ней увидишься.       Девушка смущённо опустила глаза и хихикнула, мысленно поблагодарив подругу за то, что та так спокойно отнеслась к нынешнему статусу их отношений с директрисой. Почему-то она ожидала, что подруги воспримут это если не негативно, то как минимум с сомнением, ведь быть влюблённой в женщину многим старше тебя — это одно, а вступить с ней в отношения — совсем другое, но Винкс, стоило рыжеволосой упомянуть Фарагонду в таком контексте, радостно набросились на девушку, крепко её обняв.       Весь оставшийся перед балом день Блум провела с подругами, пытаясь отвязаться от навязчивых мыслей, но предстоящее мероприятие не давало ей покоя. Утро следующего дня началось для феи с тихого стука в дверь кабинета директрисы. Девушка растерянно обвела взглядом комнату и пару раз хлопнула глазами. Все в школе знали, что Фарагонда уехала, поэтому, если сейчас дверь кабинета откроет Блум, явно появятся вопросы. А девушка всё не могла заставить себя ночевать в другой комнате: только в спальне женщины она чувствовала, как тоска отступает.       Стук вскоре прекратился и за дверью послышалась тихая возня. «Блум, если ты там, открывай, у меня деловое предложение!» — раздался тихий шёпот снаружи. Девушка облегчённо выдохнула и скользнула в коридор, прикрыв за собой дверь. Перед ней стояла Муза, с улыбкой глядя на подругу. Феи молча вышли из учительского крыла и, оказавшись в общем коридоре, крепко обнялись. — Ну рассказывай, что у тебя за предложение. — У меня есть кое-что от мисс Фарагонды, и я тебе это покажу, если ты согласишься поехать с нами в Магикс, чтобы развеяться перед балом! — Муза, ты невозможна! Что там? Немедленно расскажи мне всё, что ты знаешь! — Поедешь с нами? — Я… Ладно, хорошо, поехали. Всё равно я бы не смогла целый день провести одна в ожидании чуда. Только пообещай мне, что всё расскажешь! — Слово феи. — Торжественно произнесла девушка, положив руку на сердце.       Меньше, чем через час Винкс в полном составе сидели в небольшом автобусе, оживлённо о чём-то болтая. Блум то и дело подсаживалась к Музе, но та всё время была занята разговором с кем-то из девушек. Наконец, она откинулась на спинку сидения, и перед глазами тут же возникло заинтересованное лицо рыжеволосой. — Ты обещала мне рассказать что-то о мисс Фарагонде. — Точно, я уже забыла. Директриса вернулась сегодня утром, но тут же уехала в Облачную Башню, чтобы окончательно закончить со всеми своими делами. Она не хотела тебя будить, поэтому оставила тебе кое-что и просила не открывать. Сказала, ты поймёшь, что она имела ввиду.       Блум приняла из рук Музы бумажный свёрток и осторожно развернула упаковку, заглянув внутрь. Сначала из-за теней, мелькающих за окном автобуса, и лёгкой тряски, девушка не разглядела содержимое подарка, но после тихо ахнула, смущённо улыбаясь. Внутри лежала стеклянная сфера с бутоном цветка внутри — в точности такая же, как та, что подарила Фарагонде сама Блум в день, когда они признались друг другу в чувствах.       Когда тонкое стекло испарилось, в руках феи расцвела яркая оранжевая цинния, перекликающаяся с цветом волос девушки. Блум тихо хихикнула, прижав цветок к груди, и осторожно заправила стебель в карман рюкзака, чтобы волшебный цветок всегда был на виду.       Как и обычно, девушки провели почти целый день в городе, заглядывая в разные магазинчики и проводя время за столиком в любимом кафе. Весёлые разговоры часто сменялись ностальгическими воспоминаниями о том, как прошёл их первый учебный год. Иногда феи неуверенно заводили разговор о будущем, и лишь Блум на это молча улыбалась, прекрасно зная, чего хочет от ближайшего будущего.       Только когда стрелка на часах стала приближаться к вечеру, девушки вернулись в школу, чтобы успеть собраться на бал. Блум вернулась в комнату напротив кабинета директрисы и надела платье, потуже затянув корсет. Волосы фея завила в крупные локоны, и осторожно закрепила заколкой подаренный ей цветок, который почти терялся на фоне таких же огненно-рыжих волос.       Когда до начала бала оставалось всего несколько минут, зал постепенно стал наполняться гостями. Ученицы Алфеи, каждая в ярком и обворожительном наряде, кокетливо озирались по сторонам в поисках учеников школы Красный Фонтан, которые тоже были приглашены на этот праздник. Когда часы пробили ровно 8 вечера, двери главного зала распахнулись и в них стройной колонной вошли преподаватели школы магии во главе с директрисой. Сердце Блум пропустило удар, когда женщина, пробежав взглядом по рядам учеников, зацепилась за её фигуру и улыбнулась, тут же отведя взгляд. В этот момент фея могла поклясться, что увидела, как скулы директрисы покрыл румянец, а руки непроизвольно сжали ткань широкой юбки, надетой на ней.       Как и любое другое школьное мероприятие, прощальный бал начался с речи Фарагонды. Ученики внимательно ловили каждое её слово, в то время как Блум иногда забывала дышать. Директриса поблагодарила всех, кто помогал с защитой школы магии от нападения ведьм Трикс, пожелала всем хороших каникул и под громкие овации спустилась со сцены, растворившись в толпе гостей.       Иногда Блум замечала женщину, скользящую по залу. В нежном кремовом пышном платье она смотрелась особенно эффектно, из-за чего фее бывало сложно отвести взгляд и продолжить мило улыбаться парням из Красного Фонтана, которых к её огромному разочарованию в ближайшем окружении становилось всё больше. Вдруг во время очередного посягательства на гордое одиночество рыжеволосой, прямо перед компанией молодых парней возникла директриса волшебной школы. Блум замерла, глядя на неё широко распахнутыми глазами, пока та, как ни в чём не бывало, вела с ними милую беседу. — Вижу, вы уже познакомились с нашей героиней? Блум очень многое сделала для победы над ведьмами… Хотя, думаю, вы и сами это помните. Моя милая, как Вы?       Фарагонда на несколько долгих секунд сжала руку девушки в своей, тут же отпустив, и фея окончательно потеряла дар речи. Она лишь промямлила слабые слова благодарности, опустив глаза, и глупо улыбнулась. Как только толпа вокруг неё поредела, рыжеволосая разжала ладонь — в ней лежал маленький листок бумаги.        «Я буду ждать тебя через 10 минут у фонтана за школой. Я ужасно соскучилась, мой ангел!»       Фея тихо хихикнула, спрятав записку в небольшом кармане платья, и медленно стала продвигаться к выходу, чтобы не привлекать ни чьего внимания. Вскоре она оказалась в школьном дворе, где сейчас лишь иногда проходили влюблённые пары, пожелавшие улизнуть из общего зала. Блум обошла здание школы и остановилась перед входом в небольшой парк, вход в который украшал фонтан. Рядом с ним, глядя в глубину парковых дорожек, стояла Фарагонда. — Добрый вечер, мисс.       Девушка улыбнулась, подойдя поближе, и заглянула в глаза женщины. Та осторожно взяла её за руку и повела внутрь, уводя фею всё дальше от школы. Вскоре они оказались на небольшой площади, украшенной красивыми статуями и обнесённой живой изгородью. Стоило им войти внутрь, директриса тут же взмахнула рукой и единственный вход на площадь затянулся густыми ветками. Она обернулась на свою ученицу и сделала шаг вперёд, привлекая её к себе. — Моя милая, ты даже не представляешь, как сильно я по тебе скучала… — Фарагонда сжала фею в своих объятиях, кончиком носа очертив чужую линию скулы. — Никогда больше не хочу уезжать так надолго. — Я… Тоже скучала, очень. — Блум ласково улыбнулась, проскользив руками по спине женщины.       Фарагонда немного отстранилась и коснулась чужих губ своими, устроив руки на талии девушки. Та с шумным вздохом ответила, каждой клеточкой тела стремясь к старшей. Что-то внутри приятно потеплело, сжавшись в тугой комок, отчего сердце юной феи колотилось особенно часто.       Где-то со стороны школы до площади донеслись приглушённые звуки музыки, в которых они обе узнали вальс. Фарагонда хитро улыбнулась, напоследок оставив на губах феи невесомый поцелуй, и взяла её руку в свою, другую так и оставив на талии. — Не хочешь немного потанцевать?       Блум смущённо улыбнулась и кивнула, доверчиво прижимаясь к старшей. Та медленно шагнула вперёд, задав темп, и вот они закружились по площади, не отрывая взгляда от чужих глаз. Весь мир вокруг как будто погас, и не было уже ничего, кроме их двоих, кружащихся в вальсе в пустом парке.       Девушка не могла сказать точно, когда музыка, доносящаяся из школы, стихла. Она не могла сказать, когда шаги по мелкому гравию тоже замерли, а чужие руки, до этого бережно сжимавшие её, как самое дорогое сокровище, поползли вдоль тонкой талии и устроились на бёдрах, прижав ещё ближе. — Я хочу, чтобы ты снова осталась ночевать со мной. — Фарагонда порывисто поцеловала уже покрасневшие от поцелуев губы и улыбнулась. — После этого бала все разъезжаются по домам и даже учительское крыло будет пустовать.       Рыжеволосая шумно вздохнула, дрожащими руками сжав чужие плечи. Она согласно кивнула, зажмурившись. Фея сейчас согласилась бы на всё, только бы не прерывать эти прикосновения, только бы не умолкали звуки чужого голоса. Блум с тихим всхлипом откинула голову, позволяя чужим губам нежно проложить дорожку из поцелуев по её шее. — Нам стоит вернуться в зал, иначе будут вопросы. — прошептала женщина, чуть прикусив тонкую кожу повыше ключицы. — Я буду ждать тебя вечером. До встречи, моя девочка.       Директриса взмахнула рукой и указала фее на выход с площади, считая, что возвращаться одновременно им не стоит. Блум послушно вышла и, стоило женщине скрыться за рядами живой изгороди, закрыла пылающее лицо руками. На лице всё ещё была счастливая улыбка, и когда фея в таком настроении вернулась в зал, Винкс, которые успели её потерять, лишь молча переглянулись и многозначительно промолчали.       Весь оставшийся вечер прошёл для рыжеволосой, словно в тумане: она ходила по залу, иногда бездумно отвечая на чужие вопросы и шутки, почти всё время проводила в компании подруг, чтобы избавить себя от лишних знакомств, и часто поглядывала на большие часы, следя за каждым движением стрелок.       В полночь под бой этих часов Фарагонда снова поднялась на сцену, оглядев с улыбкой уставших, но довольных жизнью учеников и преподавателей. Её взгляд на долю секунды зацепился за хрупкую фигуру в чёрном платье, отчего руки едва ощутимо задрожали. — Дорогие ученицы школы Алфея и гости из Красного Фонтана! Мы с преподавателями объявляем этот учебный год завершённым! Вы все большие молодцы, и я надеюсь, что летний отдых, в отличие от последнего учебного семестра, пройдёт для вас без происшествий! До свидания, милые девушки, счастливых вам каникул!       Женщина спустилась со сцены и покинула зал, отчего сердце Блум сделало кульбит. Она прекрасно знала, что сейчас женщина ждёт её в собственной спальне, и фея не хотела больше ни секунды задерживаться среди других учениц Алфеи. Под гомон голосов она выскользнула из толпы девушек и направилась в учительское крыло. В комнате, ставшей уже совсем привычной, приглушённо горел свет, а на краю кровати, неотрывно глядя на Блум, сидела директриса. — Подойди ко мне, мой ангел. — Женщина улыбнулась, ласково коснувшись щеки девушки. — Я люблю тебя, Блум. — Я знаю, мисс. — Фея склонилась к старшей, опалив дыханием кожу. — Я… тоже т-тебя люблю.