Чимин... заболел

Чимин заболел. У него была температура, сопли, кашель, слабость. Его бесконечные тренировки, недостаток сна и еды, да еще и холодная осень сделали свое дело. И пока одногруппники репетировали, ходили вместе в спорт зал, общались, Чимин лежал, закутанный в десять одеял и пытался не умереть. Он делал попытки поужинать вместе с ребятами, но в итоге его прогоняли обратно на кровать, а потом посылали Намджуна принести ему супа. И не рамена, как всем, а куриного бульона, или, что еще хуже, овсянки. Но Чимин бы не съел бы ни второе из перечисленного, ни третье, ни, даже, первое. Слишком тяжелое было состояние. Утром парень проснулся в поту. Дышал тяжело, от сна нужно было отойти. Рядом на тумбочке как нельзя кстати стоял стакан с водой и жаропонижающие. Тихий разговор Чимин услышал случайно. Намджун и Шуга почти шептались, пока все вокруг должны спать. - …он ничего не ест. Я паникую. Мы с Джином на всякий таблетки ему положили, но он не ест, а лекарства так не пьют. Я волнуюсь. А если что-то случится? - Не волнуйся, Намджун. Мы должны верить в него. - Произнес Юнги. Приятно, что за тебя кто-то волнуется и держит кулачки. Так тепло становится на душе. Но Чимин снова провалился в сон, потому что в его состоянии грех долго бодрствовать. Когда он вновь проснулся, рядом сидел Шуга. Чим испугался его (конечно, кого еще бояться, только его), но страх сменился на глубокое спокойствие. Мин Юнги рядом с ним, все будет хорошо. - Чимин. – Тихо произнес он. Парень посмотрел на него внимательнее. - Ты должен есть. Его тихие серьезные слова не заставляли закатить глаза, как было, к примеру, с Намджуном или Джином. Слова Шуги заставляли стыдиться себя за то, что старших не слушаешься, и выздороветь никак не можешь. - Я могу покормить тебя, если хочешь. – Предложил Мин Юнги, наблюдая за тем, как Чимин опускает глаза, немного краснеет, а потом смущенно кивает. - Я подумал, что куриный бульон слишком банально, и тебе не нравится, поэтому сварил что-то типа овощного. Привстань чуть-чуть. Чимин привстал, голова закружилась, он схватился за нее, а потом за руку Шуги, который так вовремя дал ее. - Тихо, тихо. Земля внизу, где ты сидишь. – Успокаивающе произнес Юнги, как бы заставляя Чимина взять себя в руки. – Посмотри на меня, Минни. – От прикосновения к руке Шуги и от милого прозвища Чим покраснел (от внимательного Юнги это не ускользнуло, но Мин притворился, что ничего не было, чуть улыбаясь) – Так. Три ложки. Слышишь? Всего три ложки и я тебя отпущу. – Сказал Юнги, успокаивая тем самым парня. Он знал, что это сработает. Юн зачерпнул немного из тарелки и поднес ложку ко рту Чимина. Тот все послушно ел, старался, хоть и сложно было (организм выталкивал еду), но ради Шуги можно и постараться (не в обиду Намджуну и Джину, конечно) - Какой умница, Минни. – Шуга убрал тарелку с супом, увидев вновь, как от его похвалы расцветает это чудо. Немного совсем, но эти краснеющие, совсем не от температуры, щечки, смущенный взгляд куда-то в кровать. Это было так мило. И Мин, не привыкший кого-то хвалить, вдруг понял, что для Чимина можно сделать исключение. - Ты сейчас поспи, отдохни, если станет совсем невмоготу – пей таблетки. Я буду в студии, но советую не ходить тебе далеко. Приду и разбужу тебя где-то в обед. До встречи, Минни. – Закончил Шуга, поцеловал руку Чимина. А затем уложил его в кровать, поправив одеяло. Теперь стало понятно: с Шугой шансы выздороветь заметно повысились. *** Так и ел Чимин – только при присутствии Шуги. Намджун и Джин хотели расцеловать его за то, что тот взялся за Чимина, но Шуга вежливо(нет) отказывался и уходил в студию записывать очередные ремиксы. В один из вечером немного погодя после того, как Мин взялся за Чима, а все одногруппники разошлись разом куда-то по своим делам, Чимину стало особенно плохо. Это было даже хуже, чем когда он проснулся посреди ночи, в огромную кучу раз. И первое, что он сделал, конечно, это… Позвонил Шуге. Они обычно не созванивались. В крайнем случае – переписка, но звонок – никогда. Но Чим не мог писать, он с трудом даже ткнул на нужные две кнопки вызова. Испуга потревожить своего одногруппника, какой возник бы в его здоровом состоянии, не было. Юнги. Ему нужен Мин Юнги. Шуга, услышав, что ему кто-то позвонил, уже начал было закатывать глаза, гневаться и раздражаться, но, увидев, что ему звонит Чимин, насторожился. Трубку взял сразу, как чувствуя, что что-то определенно не так. - Юн… - Послышался голос из трубки. Как никогда болезненное «Юн» эхом засело в голове Шуги. - Да, да, что случилось? - Мне… Плохо.. Очень. – Произнес Чимин, а дальше звонок прервался. Говорить Чимин больше был не в состоянии, а для Шуги говорить что-то еще было бессмысленно. Он рванул к Чимину, в общежитие бантан, оставив в компании, где он и Намджун работали вместе, Джуна. На него косились, но он лишь спросил: «где аптечка?», ему ответили, что в общей комнате, а потом все. Мина и след простыл. Шуга пришел с аптечкой, где, к счастью, было все необходимое для предполагаемых процедур, к Чимину. Тот выглядел ужасно. Словно убитый лежал на кровати, дышал тяжко-тяжко, еле-еле. Растянутая футболка пропиталась потом, грудь вздымалась (пыталась впихнуть больше воздуха, но нет, не выходило), а реакция на приход была абсолютно минимальная. Только приоткрытый глаз на одну секунду. Шуга, сохраняя полнейшее спокойствие и здравый ум, подошел к Чиму и потрогал его лоб своими губами. Естественно, температура страшная. Жаропонижающие уже никак не справятся, а если справятся, то вечность нужна. Уколу тоже нужно время, но он быстрее. - Чимин. – Позвал Мин. Он сидел на корточках рядом с парнем, всматриваясь в его лицо. – Я сделаю тебе укол, слышишь? Перевернись. Лицо Чимина, бывшее неестественного оттенка цвета для кожи, стало еще бледнее. Рот открылся словно Чим произнес: «ах», а затем испуг, парень начал отползать. Это было похоже на то, словно он не отползает, а пытается отползти. Он оставался на месте, просто ворочался. Мин сразу понял, что будет непросто – его чудо боится уколов, и наверняка до смерти. - Минни, Минни, тише... – Произнес он как можно более успокаивающе, а затем погладил по голове, лицу, волосам. – Со мной будет не больно. Только если чуть-чуть. Веришь мне? Чимин задумался на секунду, но ему ничего не оставалось, как просто кивнуть. В любом случае, Мин правда не сделает ничего плохого. Мин быстро сделал лекарство и набрал его в шприц. Его руки словно уже имели привычку, долго учились этому и тренировались. - Так… Хорошо… - Мин оглядел испуганного парня, непонятно от чего дрожащего – от температуры или страха, а затем тихонько перевернул его на живот. Да уж… Если он будет так трястись, и правда будет больно. - Минни, пожалуйста. – Привлекая внимание больного, сказал Мин. Он, конечно, понимал, что нужно не допустить температуру за сорок, но торопиться нельзя. - Вслушайся в мои слова. С тобой все будет хорошо. Обхвати что-нибудь под собой, можешь подушку. Когда я скажу «три» ты просто полностью сдерживаешь себя, не дрожишь, молчишь, обхватываешь подушку, а потом, когда я скажу, что все, расслабляешься. Ясно тебе? Я не ошибаюсь, во мне будь уверен. Слышишь? Чимин как-то… заплаканно?.. Ответил что-то типа «угу» и послушно схватил подушку. - Умница. Начнем. – Шуга приспустил штаны, взял ватку, обмоченную в спирте, начал обрабатывать кожу. Проговаривал слова поддержки (заметил, что Чим плачет, но виду не подал) – Раз. Два. Три. – Медленно, делая паузы, сказал Шуга, и видит, как Чимин напрягся. Старается. Старается для своего хена. – Воткнув шприц, тихонько выдавив жидкость, Мин закончил, а на небольшую ранку положил ватку и начал «разгонять кровь?» Наверное, чтобы лекарство быстрее обработалось организмом, или что-то вроде того. – Все. И вот тогда, после этого волшебного слова, Чимин отпустил себя и заплакал. Только что он пережил укол – самый страшный на свете страх (или один из), а еще прямо сейчас его температура совсем на него давит. Так плохо. Мин слышал всхлипы, пока убирал инструменты, а затем сделал то, чего никогда не делал. Он взял Чимина аккуратно-аккуратно в свои руки, перевернул его, положил к себе на колени, а затем завернул в одеяло. - Тише, Минни. Маленький. – Произнес Шуга тихо, но Чим все услышал. Прижался только сильнее, словно котенок. – Скоро тебе станет полегче. Укол подействует, температура спадет. – Шуга гладил Чимина по лицу, обводя на нем какие-то узоры, известные только ему. Послышался звук открывающейся двери, чей-то смех, разговоры и шаги. В общежитие пришли остальные. «Хоть бы потише были» - подумал про себя Юнги. Дверь комнаты открылась, в нее чуть не вошел Намджун. Юнги переглянулся с ним, потом приложил к своим губам указательный палец, что, мол, не шумите» Намджун понимающе кивнул и как можно скорее вышел, дабы не мешать Шуге и Чимину. Потом договорился с одногруппниками. На руках у Юнги засыпал его Минни. Его чудо. Он, конечно, пока об этом не знает. Вот заснет совсем, погрузится в дремлющее состояние, Мин его переложит на постель и укроет тепленько одеялом. - Юн?... – Шепотом, почти заплетающимся языком от стремительно захватывающего в свое царство, сна, произнес Чимин, тем самым вырвав парня из раздумий. - Да, милый? – Спросил Юнги, тоже тихо. - Спасибо. – И вот тогда он погрузился в сон, оставив старшего в абсолютном недоумении. «да всегда пожалуйста, Минни»