Медальон

Проснувшись теплым июньским утром, Фриск некоторое время смотрела на цветок, стоявший у нее на подоконнике. Девушке хотелось снова провалиться в сон, однако солнечные лучи, бившие в глаза, пение птиц и размышления о сегодняшнем дне не дали этого сделать. Сегодня у нее день рождения, и забывать о пижамной вечеринке, которую она планировала устроить еще за несколько месяцев до праздника, нельзя. Тем более, что на встречу Фриск пригласила и всех своих друзей, и забыть о празднике, это все равно, что проигнорировать их. Девушка встала, направившись к шкафу с одеждой, и переодевшись в голубой топ с черной юбкой, услышала тихий звонок. Прошарив глазами по комнате, Фриск заметила, что экран ее телефона загорелся от нового уведомления. Удивленно приподняв брови, девушка прочитала надпись: «1 новое сообщение» «Кто мог написать мне в такую рань?» — подумала Фриск, беря телефон в руки. Открывая мессенджер, девушка поняла, кто именно: наверняка это была Чара, ее лучшая подруга. Только она может присылать ей сообщения так рано. Не Санс же это, в конце концов. «Фриски, ты еще спишь?» Ну конечно, Чара, кто же еще. Девушка улыбнулась. Ее всегда забавляла мания подруги называть ее «Фриски».

«Да нет, я только что проснулась. Как ты, Чара?»

«Фух, я думала, что ты опять проспишь до обеда, как в прошлый раз».

«Чара! Тогда это был нонсенс, я поздно легла спать (-"-;)».

Написала Фриск, при этом улыбаясь. Ее подруга, как всегда, в своем репертуаре. Интересно, сколько она будет вспоминать о том случае? «Нет, мы тогда играли в приставку до половины третьего ночи» — читая это сообщение, Фриск прямо-таки видела лицо Чары, на котором застыла чуть ехидная улыбка. «Ну да ладно, я не об этом. Та вечеринка будет в пять вечера, если я ничего не забыла?»

«Нет нет, все правильно»

«Как ты смотришь на то, что бы я помогла тебе, а после, может, прогуляемся, пока не придет время?» Фриск улыбнулась, заваривая себе чай. Чара не раз звала ее на подобные встречи, и в последнее время они стали происходить уж больно часто, но Фриск не видела в этом ничего подозрительного. Ей нравилось проводить с Чарой свободнле время, и поэтому она не возражала. Тем более, что смотря на радостную подругу, ее настроение невесть почему тоже поднималось, независимо от того, каким оно было до этого.

«Ой, Чара я буду очень рада провести время с тобой! (≡^∇^≡)».

«Чтож, в таком случае попрошу открыть мне дверь» Фриск чуть было не подавилась чаем. Девушка подошла к двери, однако посмотрев в глазок, никого не увидела. Да, Чаре нравилось по своеобразному ее розыгрывать, но что бы так…

«Прости, ты следишь за мной?»

«Нет, просто открой ее сразу, что бы мне потом не пришлось стоять у тебя под дверью».

«Чара!»

«Что? Извини Фриски, я тебя знаю». Девушка в ответ на это только недовольно сощурилась, и что то проворчала, открывая дверь. Да, Чара как всегда, в своем репертуаре.

***

Тихо насвистывая себе под нос невнятную мелодию, Чара неспешно шагала по тротуару, направляясь к дому Фриск. Девушка не спешила торопиться; пока ее лучшая подруга позавтракает, соберется, и приведет себя в порядок, может пройти не меньше получаса. Впрочем, как подметила для себя Чара, странно, что она называет их «лучшими подругами». Такими они обе были в глазах Фриск, в то время как Чара считала ее своей девушкой. Хотя, последнее было слишком уж громким заявлением. Да, как ни странно это было осознавать даже самой Чаре, но с того самого момента их с Фриск знакомства она начинала понимать, что у нее медленно зарождаются к ней чувства. И не смотря на то, что Чара до сих пор не заявила о своей влюбленности, она не могла избавиться от мысли, что рядом с Фриск она ведет себя себя как чертова цундере. Также девушка невольно проводила параллель между ее отношениями с Фриск, и отношениями Альфис и Андайн. Один испытывает к другому чувства, но не признается, а второй воспринимает эти отношения как дружбу. Чара не думала, что ей в ближайшем времени хватит Решимости признаться Фриск в чувствах, но знала, что рано или поздно этот момент все же настанет. Спустя около четверти часа она дошла до нужного дома, и, постучав в дверь, открыла ее. Фриск, видимо, услышавшая характерный щелчок, через пару секунд появилась в коридоре. — Чара! — они обе обменялись поцелуями в щеку, чуть приобнявшись. — Проходи скорее. Войдя в дом, Чара чуть приподняла брови. Коридор, и, судя по всему, все остальные комнаты, уже были украшены к празднику. Ясно, Фриск решила избежать лишних хлопот, и не подниматься с кровати в четыре часа утра. — Воу, ты проделала хорошую работу, Фриски. — похвалила подругу Чара, проводя кончиками пальцев по серпантину, свисающему с карниза. — Спасибо, Чари, — Фриск довольно хихикнула. — и извини пожалуйста, что не позвала тебя вчера вечером украшать дом. — Да что ты, я не обижаюсь, — ответила Чара, отвернувшись, и надеясь, что Фриск не заметит, что ее щеки стали примерно одного цвета с красноватыми глазами. Чара так и не привыкла к тому, что Фриск иногда так произносит ее имя. — просто ты не хочешь, что бы мы обе опять были в блестках, как го… Извини, как два года назад. Фриск поджала губы. Чара не сомневалась, что тот случай, когда они обе украшали дом к ее семнадцатилетию, кареглазая ни за что в своей жизни не забудет. Тогда Чара решила неизвестно зачем устроить перестрелку, начав швыряться серпантином, а когда он закончился, в ход пошли блестки. — Хотя… — протянула Чара, перечитывая список необходимых блюд и продуктов, составленный ими обеими заранее. — никто не поспорит с тем, что тогда ты была «главной звездой праздника». — Говоришь прямо как Меттатон, — усмехнулась Фриск, доставая из холодильника молоко. — Да, кстати об этом, а кого ты приглашала? При этих словах глаза Чары едва заметно прищурились, а ей самой пришлось приложить некоторые усилия, что бы оторвать взгляд от лучезарной улыбки Фриск. — Всю компанию, простыми словами. Папирус, Санс, Андай, Альфис, ну и прочие. — И этот чертов роботизированный болван, — пробормотала Чара себе под нос, но к несчастью, в тишине пустой комнаты Фриск все же расслышала ее слова. — Чара, Меттатон никакой не болван! Тебе он не нравится только из-за своей манерной самовлюбленности. — Фриск слегка толкнула локтем подругу, которая, стоя рядом, была занята перечитыванием рецепта шоколадных маффинов. — Ну хорошо. Максимум роботизированный павлин. — Чара ухмыльнулась, отламывая от плитки шоколада два небольших кусочка, и кладя один из них себе в рот, а второй в рядом с ладонью Фриск. Фактически, Фриск была действительно права. Чара и правда относилась к Меттатону скептически, но дело было не в его, нужно признать, самовлюбленном характере или банальной зависти, в ввиду того, что робот был довольно популярен в шоубизнесе. Нет, Чаре это занятие и все прочее было до лампочки, а дело в банальной ревности. Конечно, Меттатон навряд ли был влюблен в Фриск, но Чару всегда неприятно коробило, когда робот называл кареглазую «дорогуша». «Какая она тебе дорогуша, банка ты консервная?!» Следующие часа четыре пролетели за готовкой. Чара, которая вместе с Фриск съела добрую половину шоколадной плитки, хотела было, по старому обычаю начать перестрелку мукой или сахарной пудрой, но довольно быстро поняла, что внезапная уборка ни ей самой, ни уж тем более имениннице никакого удовольствия не принесет. Так что все ограничилось только тем, что Чара, к явному негодованию Фриск, съела почти четверть сливочного крема (вдобавок «нечаянно» испачкав ее лицо). Когда эта кулинарная эпопея подошла к концу, кухня была убрана а угощения спокойно остывали на столе, Фриск плюхнулась на диван, стоявший в гостиной. Лицо у нее было усталое, но довольное. Чара сидела рядом, борясь со своим желанием сдать Фриск в объятиях. Чувсвуя, что если тишина продолжится и дальше, она навряд ли сможет себе сдерживать, Чара сказала, пытаясь не смотреть на Фриск: — Слушай, недавно подумала… Вечеринка пижамная, собственно, она будет вечером… — И ты хочешь пригласить меня прогуляться? — закончила за нее Фриск, открывая глаза. Чара сейчас же отвернулась, не желая, что бы именинница заметила, что она сидит как на иголках. — Ну, нет, не то что прогуляться, это вовсе не означает, что… — быстро затараторила Чара, но обернувшись, и увидев, что Фриск ничего не понимает, заговорила уже с нормальной скоростью: — Нет, я просто хочу пройтись по парку. С тобой. Ты пойдешь? В этот момент Чара проклинала собственный голос, который начал предательски дрожать. — Хорошая идея, Чари, — Фриск снова улыбнулась. Внутренности Чары задрожали от звуков собственного уменьшительно-ласкательного имени, исходившими из уст Фриск. — Сейчас всего двенадцать, до поаздника еще пять часов… Думаю, мы успеем. Только подожди меня немного, ладно? Прости, мне нужно сходить в душ. Чара чуть было не сказала «А можно мне с тобой?», но вовремя прикусила язык, в ответ только кивнув. Когда Фриск скрылась, девушка вышла на улицу, ударив себя ладонью по лбу. Ну через сколько лет она перестанет вести себя так глупо, находясь с Фриск наедине?

***

Фриск чувствовала, что ее девятнадцатый день рождения будет самым необычным. Начиная от того, что она будет праздновать его не в кругу семьи, а с новыми друзья, и заканчивая самой пижамной вечеринкой. Кстати, идея устроить праздник в таком стиле принадлежала Чаре, но Фриск подозревала, что у ее подруги были другие причины для такого предложения, и дело было далеко не в креативе. Сидя на лавочке и поедая мороженое, девушки говорили почти обо всем, изредка поглядывая на проходивших мимо прохожих. — Кстати, — сказала Чара, выбрасывая деревянную палочку в урну. — я тут подумала… Если в пять будет пижамная вечеринка, то форма одежды будет соответствующей, да? — Конечно, а как же? Чара тихо рассмеялась, после чего достала из кармана телефон. — Что ты делаешь? — спросила Фриск, пытаясь посмотреть, что делает Чара. — Хочу написать Альфис, что бы она сняла, как Меттатон будет одеваться в пижаму, — с характерной хитрой улыбкой ответила Чара, открывая месседжер. — Чара, серьезно? — Фриск закатила глаза. — А что? Может, мне нравится смотреть на одевающихся сексуальных роботов. — Чара ухмыльнулась. — И вообще, будь я редактором какого-нибудь второсортного журнала, я бы пол жизни отдала за такие фотографии. — Извращенка… — Сочту за комплимент, — Чара лишь пожала плечами, но щеки ее порозовели. — кстати, а когда ты будешь открывать подарки? Фриск непонимающе глянула на подругу. С чего вдруг она задает такие вопросы? Какая то она сегодня странная. — Так же как и всегда, в конце праздника. — озадаченно ответила Фриск, глядя на то, как Чара вздыхает с облегчением. — А почему ты задаешь такие вопросы? И да, кстати… — Я не скажу, что решила тебе подарить. — отрезала Чара, правильно поняв ход ее мыслей.

***

Когда стрелка часов указала на пять часов вечера, Фриск услышала звонкий дверной звонок. Гадая, кто именно мог прийти к ней ровно в пять, девушка открыла дверь, к удивлению увидев на пороге Чару. Возможно, Фриск уже привыкла видеть подругу в ее повседневном образе: салатового цвета топ и темно-серая юбка. Однако увидить ее именно в платье было, мягко скажем, неожиданно. В руках девушка держала длинную узкую коробку, перевязанную светло-розовой лентой. — С днем рождения, Фриски! — Чара широко улыбнулась, говоря таким тоном, будто ни утренней готовки, ни прогулки по парку не было. Впрочем, как ей самой показалась, она довольно умело скрыла замешательство. Приняв из рук подруги коробку, и вытирая с щеки след от губной помады, Фриск прошествовала за ней в гостиную. — У тебя забавная пижама, Фриски. — усмехнулась Чара, оглядывая подругу, и одновременно с этим разглаживая складки на юбке. — Спасибо. — девушка улыбнулась, кладя подарок на стол. Сама же Фриск была одета в короткие тёмно-синие шорты и голубую футболку с двумя розовато-лиловыми полосками. –Можно я уточню… — протянула Чара, оглядывая подругу. Та сразу поняла, к чему она клонит. — Если хочешь переодеться, можешь сделать это хоть сейчас. — девушка упала на ближайший пуфик. — Тогда я пойду к тебе в комнату, окей? — в ответ на это Фриск кивнула. Когда Чара, спустя пару минут, вышла из спальни, Фриск невольно хихикнула. Да, их стиль в одежде и так был похож, но почти одинаковые пижамы… Это уже что то с чем то. Ночные наряды девушек различались, пожалуй, только цветовой гаммой: смена голубого и розового на зелёный и желтый. — Знаешь, мне кажется, что для лучщей мобильности все надо расположить в коридоре, — Чара толкнула ногой стоявший рядом пуф. Фриск засмеялась. — Я прямо представляю, как ты встречаешь гостей, лежа в кресле с бокалом шампанского. Обе девушки засмеялись. — Как думаешь, у кого какая будет реакция на эту сцену? — Фриск говорила деланно-серьезным тоном, пытаясь сделать вид, что не поняла очевидного сарказма. — Я прям вижу лица Ториэль и Азгора, Боже… — Альфис явно не поймет, что происходит, — перебила Фриск Чара. — Андайн… Вероятно, она сразу двинется в гостиную, Папирус аналагично Альфис… — Санс переведет все в шутку, — продолжила за нее Фриск. — а Меттатон… — Будет вдохновляться этой сценой для создания новой вступительной заставки! — раздался из прихожей голос, который при всем желании нельзя было ни с чем перепутать. Вслед за ним послышался и стук каблуков, вперемешку с металлическим клацаньем. Чего и следовало ожидать, Меттатон не затягул со своим поялением. Взгляд Фриск невольно скользнул по расстроенному лицу Чары. Увы, но пижамы на Меттатоне не было, впрочем ничего страшного. — Ох, дорогуша! — робот вручил Фриск подарок, при этом обняв. — Это конечно, — сказала Чара, глядя, как Меттатон садится в ближайшее кресло. — но не воруй мою идею. — Она твоя только на словах, дорогуша. ~ Чара на пару секунд скривилась, но после чуть сощурилась, и хитро глядя на Меттатона, сказала: — А я сниму это на камеру, и подам на тебя в суд за плагиат. — девушка закинула руки за голову. — Посмотрим, как ты тогда выкрутишься. — В такие мометы я очень жалею, что у меня дома нет видеокамеры. — Фриск прервала возможный спор, начиная трястись от беззвучного смеха. Следующие полчаса продолжали прибывать гости. Но что было действительно забавно, так это их реакция на происходящее в гостиной, ибо с каждым новым прибытием ОЗВ (Ответвенных За Веселье, как прозвала Чара всех участников вечеринки) шуму, и, соответственно, веселья от происходящего было в несколько раз больше, чем планировалось. Фриск не сомневалась, что если не все, то половина гостей точно, ждут того момента, когда именниница начнет распаковывать подарки, но сама Фриск с этим делом не спешила. Главным образом потому, что ей просто хотелось поболтать с друзьями. Она была в хороших отношениях со всеми, но такой действительно большой компанией они ни разу не собирались. — А что такое ОЗВ, если не секрет? — примерно в середине вечеринки спросила Санс, беря себе кусок именнинного торта. — Ответственные За Веселье. — расшифровала аббревиатуру Фриск, беря в руки бокал с вишневым соком. — В огинале «Ответственное», — поправила ее Чара, забирая с блюда последний маффин. — То есть? — Под «Ответственным За Веселье» объектом я поразумевала бутылку шампанского, — пояснила Чара. — но поскольку оно безалкогольное, число и смысл повернулись на сто восемьдесят градусов. — Что ж, зато честно. — усмехнулся Санс. Фриск устало откунулась в кресле. Она и подумать не могла, что подобное мероприятие ее так сильно утомит. Девушка глянула на часы. Восемь вечера. Фриск не знала, стоит ли им всем засиживаться вплоть до полуночи, либо же она, как обычно, ляжет спать в десять вечера. — Фриск, у тебя до начала второго курса два с лишним месяца безделья, не беспокойся. — девушка не знала, чему больше удиаляться. Тому, что она сказала последние мысли вслух, или тому, что эти слова сказала Ториэль, а не Санс, как следовало бы ожидать. Да, Ториэль была склонна к таким неожиданным фразам, но каждый раз на нее удивленно смотрели все, кто был в комнате. — Тем более, что тебе явно хочется побыть со своими друзьями. — Пожалуй, ты права, — девушка чуть улыбнулась. — Немного отойдем от темы, — Азгор прервал ненадолго окутавшую их всех тишину. — Фриск, когда ты будешь открывать подарки? — У меня тот же вопрос. — хором подтвердили Папирус, Андайн и Альфис. — Еще пару минут, — уклончиво ответила Фриск, пытаясь отвести взгляд от всех тех глаз, которые сейчас смотрели на нее. — Эта отмазка уже была, — недовольно сказал Папирус. — полчаса назад, — уточнил он, глянув на часы. — Хорошо, тогда десять минут. — Час назад. — Пятнадцать, — с трудом сдерживая смех продолжила Фриск, глядя на Папируса, которого, кажется, этот разговор начал явно раздражать. — Два часа. Обстановку разрядил Санс, абсолютно неожиданно передав Меттатону пустой бокал. — Зачем он мне? — вполголоса спросил Меттатон, недоуменно глядя на улыбающегося скелета. — На секунду представь, что это микрофон. — в отличие от робота, Санс говорил в полный голос, так что сразу стало понятно, что он хочет разрядить обстановку, переводя стрелки. — У нас тут страсти накаляются, это уже по твоей части. Все рассмеялись, кроме самого Меттатона, вид у которого был явно не самый довольный. Однако, вопреки своему обыкновению, он промолчал, просто поставив бокал на стол. — Знаешь что? — спросила Чара, обращаясь к Меттатону. Фриск, на всякий случай, несколько раз глубоко вздохнула. Зная, как Чара относится к Меттатону, можно ожидать всего, чего угодно. — Если у меня когда нибудь будет свадьба, я позабочусь о том, что бы ты стал тамадой. Пол жизни на это поставлю, но поверь, я этого добъюсь. Теперь уже смеялись все, включая самого Меттатона. Фриск случайно скользнула взглядом по лицу Чары, которое, странно, выглялело чуть смущенным. Поняв, что Фриск смотрит на нее, Чара быстро отвернулась. — Ну, этого мы еще подождем, — Андайн кивнула Чаре, глядя на Фриск поверх бокала. Возможно, у нее разыгралось воображение, но когда Фриск поймала на себе этот взгляд, почувствовала себя странно виноватой. Впрочем, резонно, с учетом того, что Андайн является начальником полиции. — я бы хотела вернуться к теме, которая послужила причиной репортажа. — Ладно, — Фриск подняла вверх ладони, направившись к столу. Она уже поняла, что пока не откроет подарки, от нее никто не отстанет. Но проходя мимо Чары, Фриск услышала ее еле слышный шепот: — Чуть позже, — ее глаза мельком указали на подарки, и Фриск понимающе кивнула, но так, что бы заметила это только Чара. Странно, но Фриск почему то было крайне неловко открывать именно при всех. Возможно, она просто привыкла делать это у себя в спальне, но что поделаешь. Возможно, дело было в том, что она не хотела обидеть друзей своей реакцией. Впрочем, как говорил Папирус, признак хорошего подарка — если он после получения используется по назначению, а не лежит в мусорке. От Альфис она получила пятый том манги «Прикосновение вишни» (кстати, ученая была одним из тех немногих, кто знал о том, что Фриск крайне интересен такой формат комиксов). От Андайн — диск с игрой для приставки. В отличие от многих, Фриск не сильно удивилась, ибо стоило учитывать тот факт, что начальник полиции состояла в отношениях с Альфис. Подарок Меттатона, что странно, не был связан с ним самим; это оказался альбом с артами, содержавщий в себе не мало интересного о любимом сериале Фриск, «The Empty Knight». Санс и Папирус, судя по всему, решили подарить один подарок за двоих, но с учетом того, что это оказался мольберт с холстами и красками, можно было им это простить. Но, пожалуй, самым впечатляющим подарком стала роза в стеклянном футляре от Ториэль и Азгора. Причем не обычная, а огненная, лепестки которой плавно меняли свой цвет, повторяя спектр радуги. — На нее можно медетировать, мне кажется. — сказала Чара, глядя, как лепестки розы меняют цвет. Фриск искоса глянула на подругу. Она так и не открыла ее подарок, и ее не покидала интрига, что там такое, если Чара сказала повременить с его распаковкой. После распаковки празднование длилось довольно недолго. В частности, потому, что у большинства гостей не было «двух с лишним месяцев безделья», так что завтоа нужно рано встать, чтобы не опаздать на работу. Фриск поняла этого и спорить не стала, но разрешила тем, кто хочет, переночевать у нее. Ну так, мало ли. Когда уже почти все разошлись, Фриск повернулась к Чаре. Та, кажется, дремала однако вопрос, заданный Фриск, заставил ее вздрогнуть: — Эм… Чара? Почти никого уже нет… Я могу открыть твой подарок? Та только кивнула, и покраснев, протянула ей коробку, со словами: — Ну… Я не знаю, понравится ли тебе это… Но ты говорила о том, что тебе это интересно… В-вообщем, вот, держи. Фриск развязала ленту, чувствуя, как у нее забилось сердце. Открыв коробку, и увидев ее содержимое, Фриск чуть было ее не выронила, переведя удивленный взгляд на Чару. — Это скрипка? — изумленно спросила она. Чего она точно не ожидала от Чары, так это именно такого подарка. Да, она хотела научиться играть, но не помнила разговора, в котором упоминала об этом. Чара только кивнула, что то пробормотав. — Не подумай, Чари, она мне очень нравится! — Фриск обняла подругу, и отстраняясь, сказала, откладывая скрипку в сторону: — Знаешь, мне кажется, тебе лучше пойти спать. Все это явно тебя утомило. Чара кивнула, чуть улыбнувшись, после чего прошла в одну из гостевых спален. Фриск некоторое время смотрела на подарки, с ее лица не сходила улыбка. Но, перед тем, как лечь спать, она решила хоть немного прибраться, дабы утром не хвататься за голову. Убрав со стола посуду, а с пола всякий мусор, Фриск оглядела комнату. Пока, вроде, неплохо, но остальным лучше заняться завтра. Она и сама устала ото всей этой вечеринки. Уже лежа в кровати, Фриск поняла, что что-то не дает ей уснуть, и больно упирается в спину. Сев на кровати, она увидела возле подушки небольшую коробочки, которую не заметила до этого. Ломая голову над тем, что она здесь делает, Фриск открыла коробочку. В ней оказался небольшой медальон в форме сердечка. Открыв его, Фриск улыбнулась. На одной из его сторон была выгровированна надпись «Люблю тебя». Над ней было маленькое изображение сердца, половина которого была заштрихована. Не означает ли это, что медальон парный? Тогда у кого вторая половина? Ни подписи, ни поздравления в самом подарке не было. Фриск не понимала, зачем было дарить такую вещь анонимно, но понимала, что сейчас почти все спят, и будет невежливо бродить по комнатам, устраивая допрос. Девушка положила медальон на тумбочку, после чего закрыла глаза. Думая о том, кто мог его подарить, Фриск медленно заснула.

***

С момента празднования дня рождения прошло несколько дней. Мало чего нового успело произойти за это время, что, впрочем, не было чем то из ряда вон выходящим. Но, не смотря на всю обыденность, голову Фриск не покидал вопрос о том, кто мог подарить ей медальон, который сейчас висел у нее на шее. Больше всего интересовал тот факт, что украшение было подарено анонимно. Не означает ли это, что у Фриск появился тайный поклонник? Увы, другого объяснения этому она найти не могла. Думая обо всем этом, Фриск листала ленту соцсети, пока вверху экрана не всплыло уведомление: «1 новое сообщение» «Кажется, это Чара, — подумала она, открывая мессенджер. — кто еще будет писать мне в семь утра». «Хей, Фриски! Как ты?»

«Да все как обычно. А что ты хотела сказать?»

«А ты, случайно, ничего не забыла?» Фриск чуть нахмурилась. Она прокрутила в голове дела, которые хотела сделать на этой неделе. Хм…

«Да нет, вроде ничего. А что это могло быть? О_О»

«Ну как что? Завтра двадцать первое число, мы каждый год в это время вместе на пикник ходим» Фриск хлопнула себя ладонью по лбу. Точно! Как она могла забыть о такой своеобразной их с Чарой традиции?

«Ой, извини меня пожалуйста! Ты ведь не обижена за то, что я забыла об этом?»

«Если бы обиделась, то это было бы крайне лицемерно. В прошлом году я сама забыла об этом» «Роли поменялись!»

«Хех, тогда как скажешь» «Не знаю как ты, а сейчас пойду готовить»

«ОК»

***

На следующмй день, проснувшись ранним утром, Фриск еще раз перепроверила, все ли готово к пикнику. Так, еда с водой на месте, простынку возьмет Чара, все остальное тоже на своих местах. Через час, будучи уже в парке, Фриск лежала на траве, и смотрела на небо, чуть сощурившись. — Ты там не спишь? — поинтересовалась Чара, откусывая кусок сендвича. — С чего бы? — спросила Фриск, поправляя медальон. Она мельком заметила, как Чара быстро оглядывает ее, после чего точно так же быстро отводит взгляд. — Ну, мало ли, мы ведь иногда все же грешим тем, что засиживаемся в интернете до двух часов ночи, и потом ходим весь следующий день с кислыми минами. — Чара пожала плечами, и потянулась к корзинке с фруктами, и Фриск заметила, как на ее шее блестнуло что-то золотое. Что то в форме сердца… Секунду! — Чара, что у тебя на шее? — спросила она, глядя как неизвестное украшение вылезает из-под одежды подруги. — Да так, ничего особенного, — Чара, явно занервничав, спрятала украшение обратно. Лицо ее покраснела, и если глаза не обманывали Фриск, то оно выражало смущение, смешанное с непонятной злостью. — просто украшение и… И все. В этом нет ничего такого. — Покажи его, пожалуйста, — попросила Фриск, держа в руках свой медальон. — Да зачем, это просто… — Чара! Фриск протянула руку, слегка потянув на себя золотую цепочку. К ее величайшему удивлению, на шее Чары висел точно такой же медальон. Та же форма, та же цепочка. Фриск открыла его, и уже сама залилась краской. Здесь тоже была выгровированна надпись и маленькое сердечко. Только в отличие от послания, гравировка над ним у Чары и Фриск различались: у Фриск была заштрихована левая сторона сердца, у Чары — правая. Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Ни та, ни другая не знали, что сказать. Первой в себя пришла Фриск: — То есть этот медальон… Это твой подарок? — Да ни в коем разе! — Чара резко отвернулась. — Хотело взять себе, но мне по счастливой случайности продали два. Как другой попал к тебя, я понятия не имею! Все это оправдание Чара выпалила одним духом, и после умолкла. Фриск, некоторое время помолчав, положила ладонь ей на плечо. Она только что подумала кое о чем… — Чара, — тихо обратилась Фриск к девушке, но та явно не желала оборачиваться. — а что означает эта надпись? — Ничего она не значит! — Прости, но это глупо. Тут слишком много совпадений, никто не поверит, что это случайность. — твердо сказала она. — Ну… Ну… Ну да. — Чара все же сдалась. — Да, ты все подумала правильно. Именно это все и значит. Чара закончила крайне тихо, так что Фриск едва смогла различить ее слова. Девушка присела к той чуть ближе, и обняла ее. — Знаешь, это так мило. — тихо прошептала Чара, взяв Фриск за руку, и положив голову ей на плечо.