Бей, беги

Беги.

Стекло неприятно врезается в тело сквозь красную рубашку, рискуя прорвать кожу и пролить такую же красную, кипящую от негодования кровь. Парень, почти мужчина, лет двадцати четырёх, врывается в небольшое помещение-корпус, чувствуя дождь из мелких осколков стекла в спину. "Они забрали наши яйца, наших детей." "Они хотят их съесть." Взревев, красноволосый побежал было вперёд, но, остановившись, он услышал шаги. Он совсем забыл об осторожности. Прислонившись к картине и замерев, мужчина посмотрел вниз, где шёл его ненавистный враг со своей свитой. — Обыскать все места во дворце! Он может быть где угодно!! — лысый зеленобородый король с курносым носом явно волновался, отчего его чёрные глаза бегали по каждому из подчинённых. И никто не заметил наверху Рэда. "Вот же ж твари," — только и мог цедить Рэд. Пока один маленький паж, идущий позднее всех, не взглянул наверх... — А! — боязливо пискнул он, оборорачиваясь в сторону свиты: её уже не было. Как и Рэда на картине.

Бей.

Толпы зеленоволосых и лысых извращуг буквально несколько минут назад брызгали слюной по тарелкам в ожидании человеческого омлета, но уже сейчас каннибалы обращались в бегство. Парень с густыми чёрными бровями буквально налетал на каждого, кого видел, и бил. Бил, бил, бил беспощадно. "Они хотят съесть наших детей." Тарелки летели в стороны со стола, разбиваясь, вилки падали со звоном, а король всей этой нации сейчас сидел в конце и дрожал от гнева. — Леонард! — Рэд нёсся к нему по столу, словно разъярённый дракон, а тот готовился давать отпор и сражаться за столь труднодобытую еду.

...

Желтоволосый поник на плечах старшего, не переставая стискивать его в объятиях. Голос весельчака звучал тревожно и грустно, голова и чёрные прядки взлохматились, а тело дрожало: — Я-я думал, ты погиб! О, Могучий Орландо, как я переживал! Рэд стоял, не в силах пошевелиться. В душе было пусто, а голова шла кругом. Неужели, так переживать о нём? О нём ещё никто так не переживал. Рэд медленно, но уверенно сомкнул руки на спине зеленоглазого, всё ещё чувствуя тепло на щеке. Был ли это восхищённый поцелуй? Но если и да, то... почему же Чак так волнуется сейчас? Бомб и тройняшки с синими волосами с любопытством смотрели на новоиспечённую пару, и могли только молча радоваться за них, что у этих двух всё сложилось.