Слушай, что я скажу о моем короле

Агний провел Дика мимо знакомого кабинета дальше по коридору. Остановился он только перед дальней дверью. — Вас примут. — Хорошо. — Ричард подошел к двери и в последний момент обернулся. — Агний, когда мы в последний раз беседовали с кардиналом и епископом Оноре, шадди варил ты? — Да, Ваша Светлость. — Агний смотрел на Ричарда бесстрастно. — И пока ты варил, на кухню никто не входил? — Только кухонные слуги. — С этими словами он ушел обратно к кабинету. Ричард еще несколько секунд постоял перед дверью и постучал в дверь. — Ваше Высокопреосвященство. Позволите? — А, герцог Окделл. — Кардинал сидел в глубоком кресле. Вид он имел изможденный: глубокие тени залегли под глазами, это особенно было заметно из-за слишком бледного цвета лица, старческие руки Дорак положил на колени, что бы не были видно, как они трясутся. Ноги его были укрыты теплым клетчатым пледом, в складках которого можно было заметить корешок книг. — Пришли проведать больного? — Если вы меня не прогоните. — Ричард встал перед кардинальским креслом и поклонился. Сильвестр слабо улыбнулся, и предложил Дику присесть в соседнее кресло. Ричард пододвинул кресло ближе к кардиналу, краем глаза он заметил на подоконнике вазу с вишневыми ветками. — Я вас не прогоню. Наоборот, даже буду удерживать силой, чтобы услышать ответы свои вопросы. — А мне позволено будет задать несколько вопросов? — Ричард удобнее устроился в кресле. — Только если я останусь удовлетворенным вашим рассказом. — Дорак приготовился слушать. Ричард начал рассказывать начиная с того, как на диспут вместо кардинала вышел епископ Авнир. О том, сколько крови пролилось в эту ночь он постарался затронуть мельком, все же воспоминания были не самые приятные. Кардинал все это время внимательно наблюдал за Диком. — Вы удовлетворены моим рассказом, святой отец? — Ричард вскинул голову и посмотрел своими серыми глазами. — Вполне. Но все же некоторые вопросы у меня есть. — Дорак приказал принести шадди для юноши и ромашковый отвар для себя. — Почему же в столице не было ни одного надорца? — Вы мне все равно не поверите. — Дик потягивал горьковатый напиток. — А вы попробуйте. Кто знает, может и поверю. — Сильвестр потянулся за запахом любимого напитка. — Еще до того, как прошел диспут, мне приснился сон. — Пришлось отложить фарфоровую чашку, иначе риск разбить ее был увеличивался. — И я предупредил одного знакомого кузнеца, видимо, он и рассказал остальным. — Сон? — Да. — Ричард пожал плечами и посмотрел на кардинала щенячьими глазами. — Только, пожалуйста, не надо сжигать меня на костре. Грудной смех разнесся по комнате: — Хорошо. Можете не опасаться костра. К тому же в Талиге такая казнь запрещена законом. — У вас еще остались вопросы? — Дик смущенно улыбнулся и попытался скрыть улыбку за чашкой. — Все что нужно, я узнал. Но они остались у вас, так что задавайте. — Почему Авнир? Вы не могли не знать, что он фанатик, и тем более не могли не знать, что он ходил во Двор Висельников. — Когда Авнира назначили епископом города, он не был фанатиком. — Дорак посмотрел в окно. — Но вы не могли не знать, что с ним случилось за это время. — Ричард выжидательно смотрел на кардинала. — Люди, к большому сожалению, не шахматные фигуры. Их не передвинешь по своему усмотрению, не уберешь на полку, когда они уже не нужны. Авнир был хорошей пешкой. Дик опустил чашку и тоже перевел взгляд на окно. — То есть Авнир всего лишь пешка. Интересно, какую фигуру вы отдали мне. — А вы, герцог Окделл, конь. Черный конь. — Сильвестр отсалютовал чашкой отвара. — Признаться, я думал только пешка. — Смущение невероятно шло Повелителю Скал. — О нет, пешкой вы перестали быть, когда стали оруженосцем короля. — Спасибо. — Ричард попытался скрыть пылающие щеки за отросшей челкой, но вышло у него это плохо. — Партию? — Кардинал приподнял одну бровь. — Конечно. — Дик весело улыбнулся потер руки. — Я намерен, продержаться в этот раз три четверти часа.

***

Перед тайным советом Ричард сидел в гостиной короля, дожидаясь Его Величество. Тот обсуждал с Тристаном последние события и готовился к предстоящему совету. — Ричард, ты уверен, что Ариго уехали сильно задолго? — Эр Фердинанд задумчиво посмотрел в окно. — Да. Я проходил рядом с особняком за два дня до диспута. — Это тянет на Багерлее. — Тристан попытался прикрыть зевок рукой. — Хоть и отвертятся. — Иди спать Тристан. — Король обеспокоено посмотрел на мастера ядов. — Ты уже трое суток на ногах. — Нужно еще одно место проверить. — Тристан тряхнул головой. — Потом пойду спать. — Может это могу сделать я? — Дик переводил взгляд с одного мужчины на другого. — А что не плохо. — Тристан написал на листке адрес и передал его Дику. — Нужно будет поговорить с хозяйкой. — Хорошо. — Ричард положил бумажку в отворот манжета. — После проведаешь Алву. Если, конечно, первый адмирал не перехватит его раньше. Ричард опустил взгляд на пол. С того завтрака в компании Савиньяков, они с Вороном еще ни разу не встречались. И если не врать самому себе, то встречаться было страшно. — Хорошо. — Дик глубоко вздохнул. Часы главной башни пробили полдень. Фердинанд стал с кресла и разгладил складки на камзоле. — Тристан, спать. — Как прикажете Ваше Величество. — Тристан поклонился королю и быстро скрылся в одном из потайных кругов. Иногда Ричард задумывался где все-таки живет Тристан. Но ради собственного благополучия не спрашивал об этом. Мастер ядов хранил свои секреты пуще всякого дракона. — Идемте, молодой человек. Дик встал за спиной короля, отставая на полтора шага. Фердинанд не стал заходить в покои королевы, только отправив приглашение через дежурную фрейлину. Ожидать королеву пришлось недолго. Катарина вышла печальная и бледная, крепко держась за муслин платья. — Ваше Величество. — Она присела в реверансе перед королем и опустила взгляд в пол. — Моя королева. — Фердинанд поцеловал руку королевы. Ричард отвел взгляд от королевы. В этот раз королева действительна была печальна. Камни согласно загудели. Иногда Дик пугался новообретенной силы, поэтому старался не особо часто прибегать к их помощи. Триумфальный зал в этот раз заполнен разве что только наполовину. Не было лишних писцов и секретарей, послов соседних государств так же не наблюдалось. Но вместо них, казалось, в столицу прибыл весь высший офицерский состав Талига. Маршал фок Варзов стоял в глубине зала и тихо о чем-то переговаривался с Алвой. Берто остался стоять по ту сторону двери, Первый адмирал взял его в столицу. Тот с интересом смотрел на собравшихся и улыбнулся, когда заметил Ричарда. Вальдес, который сидел рядом, кивнул Дику и вернулся к разговору с Альмейдой. Кардинал сидел на своем привычном месте, все еще немного бледный он теребил в руках четки. Валентин, которого так же не пустили на совет, остался с Берто. Ричард встал за спинкой трона рядом с Лионелем. Капитан гвардии поздоровался одними глазами и вернул все свое внимание происходящему в зале. — Его Величество, король Талига — Фердинанд Оллар. — Арнольд Манрик возвестил о прибытии короля. Все встали и поклонились королю. Сели на свои места они только по знаку короля. — Объявляю Совет открытым! — Фердинанд сел на трон. Ричард внимательно наблюдал за собравшимися. Обсуждение Октавианской ночи началось. Кансилльер настаивал на невиновности коменданта. — Граф честный человек. — Штанцлер говорил громко и достал из внутреннего кармана уже знакомый Дику документ. — Он думал, что выполнял приказ Его Преосвященства. — Но духовные лица не имеют отношения к делам армии. Фердинанд изучил документ и внимательно прочитал его содержимое. — Ваше Высокопреосвященство, вы подписывали эту бумагу? — Никак нет, Ваше Величество. — Кардинал покачал головой. После ведение совета перешло на плечи генерала Савиньяка. Он опрашивал как графа Килеана, так и полковника Анселя. Когда дошло до того, что комендант заранее знал о будущих погромах и планах лигистов. — Как вы могли такое только подумать! — Ги Ариго вскочил со стула. — Граф преданный человек. — У меня к вам, граф Ариго, тоже есть вопросы. — Лионель перевел бесстрастный взгляд на брата королевы. Ги мгновенно побледнел и сел на место. Его брат тут же потянулся к нему и что-то зашептал ему на ухо. Ричард отвернулся от них, вместо этого краем глаза смотря на королеву. Катарина, все еще бледная, смотрела на происходящее в зале глазами испуганной лани. Она глубоко дышала и нервно комкала в руках платок. Ричард перехватил взгляд Ворона и на секунду даже забыл как дышать. Рокэ хитро улыбнулся и кивнул ему. Казалось, что рассматривать Дика ему интереснее, чем обсуждение проблем Ариго. Почувствовав, что щеки начали окрашиваться в красный, оруженосец отвернулся к королю, тут же натыкаясь на хитрый прищур серых глаз. Отворачиваться дальше было некуда, только если полностью отворачиваться от трона. — Граф Ариго, Граф Килеан-ур-Ломбах, граф Энтраг вы арестованы. — Лионель говорил спокойно и величественно. Гвардейцы тут же подошли к названным и встали по бокам от них. Граф Иорам заламывал руки и понуро шел за гвардейцами. Его брат гордо вскинул голову и презрительно смотрел на членов совета. Уже бывший комендант еще пытался оправдываться, но его никто больше не слушал. — Граф Савиньяк, отныне вы новый комендант Олларии. — Фердинанд высказал последний приказ и вышел из зала. Ричард последовал за ним. Стараясь на смотреть в сторону бледной королевы и опечаленного кансилльера он вышел из зала. Берто и Валентин тут же поклонились королю. Фердинанд весело посмотрел сперва на Ричарда потом на Альберто. — Молодой человек, можете быть свободны. — Фердинанд внимательно посмотрел на Дика. — Но не забудь про адрес. Валентин подошел к королю на шаг и ближе. — Ваше Величество. Если возможно, отпустите, пожалуйста Ричарда и на завтра. Фердинанд приподнял бровь и выжидательно посмотрел на графа. — Это очень важно, Ваше Величество. — Хорошо. Ричард, у вас увольнительная до завтрашнего вечера. — Король кивнул в сторону жилого крыла. — И не опаздывайте, Октавия будет разочарована. — Как прикажете, монсеньер. — Ричард поклонился королю. Когда Его Величество ушел в сторону комнат принцесс, Окделл надел шляпу и повернулся к друзьям. — Как хорошо-то. — Берто закинул руки за голову и посмотрел на юношей. — Осталось только рея Рамона упросить на увольнительную. Валентин только покачал головой. Он коснулся плеча Дика. — Ричард, помнишь я тебе говорил, что нужно быть осторожней. — Да. — Ричард кивнул. Валентин протянул записку, и Дик с сомнением развернул ее. Р. О. не боишься повторить судьбу Джастина? Записку Дик быстро спрятал в рукав. Растерянно посмотрев по сторонам он положил руку на плечо друга и немного притянул его к себе. Берто встал так чтобы отгородить их от выходящих из зала. — Не думай об этом. Это просто чья-то глупая шутка. — Ричард погладил Вальхена по спине. — Мы во всем разберемся. Обязательно разберемся. — И какими же ветрами блудного родственника занесло в столицу? — Голос Алвы разнесся по коридору. Оба адмирала стояли рядом с ними и прикрывали спинами от любопытных глаз. — Дядя, — Берто широко улыбнулся наклонил голову очень знакомым жестом, — Как я рад тебя видеть. — Еще шаг и репутации конец. — Рокэ отступил от юношей на шаг и внимательно осмотрел их. — Впрочем твоей, а не моей. Валентин отстранился от Дика и поклонился герцогу. — Приходи завтра к старым руинам. — Валентин поклонился маршалу и адмиралам. — Хорошо. — Ричард сжал плечо другу и кивнул другу. Провожая Валентина взглядом он наткнулся на внимательный взгляд Ворона и внутренне содрогнулся. — Рэй Рамон, можно мне погулять по столице? — Берто просительно посмотрел на адмирала. — Пожалуйста. Альмейда только усмехнулся и покачал головой. — Вашему выражению лица позавидует любой спаниель. — Берто смущенно улыбнулся и пожал плечами. — До утра. — В таверне на ночь не оставайтесь, — Алва еще раз внимательно посмотрел на юношей и отправился к выходу. — Гостевые комнаты в особняке еще не закончились. Вальдес весело улыбнулся и похлопал Дика по плечу. — Вы главное не напивайтесь. — Хорошо. — Оба юноши взяли стукнули каблуками. Берто проводил старших взглядом и потащил Дика к другому выходу. — Что тебе передал Валентин? — Да так, чья-то жестокая и глупая шутка. — Ричард дернул плечом. — Разберемся, не бери в голову. — Я могу чем-то помочь? — Берто обеспокоено посмотрел на Дика. — Вряд ли. Берто, правда, не стоит забивать этим голову. — Хорошо. В таком случае, пошли в город. — Салина уже начал седлать лошадь. — Только перед тем, как мы пойдем праздновать встречу, нужно будет заглянуть в одно место. — Дик придержал Ринго пока накидывал на него сбрую. — Это я уже понял. — Альберто мило улыбнулся и махнул рукой. — Guíame bárbaro del norte — Если я варвар, то ты тогда кто? — Дик пустил морисска в легкую рысь. До указанного дома они доехали за несколько минут. Только окинув дом взглядом Дику сразу же расхотелось в него заходить. Берто в изумлении посмотрел сперва на друга потом на дом. — Я боюсь спросить. Что ты тут забыл? — Вот сейчас и узнаем. — Дик постучал по дверному косяку. Дверь им открыла молодая девушка. Она затравлено посмотрела на юношей, но все же пропустила их в дом. Ричард снял шляпу и поклонился. — Герцог Окделл. — Маркиз Салина. — Берто повторил движения друга. — Добрый день. Селина. — Девушка опустила взгляд в пол. — Чем обязаны? — Вы одни дома? — Ричард осмотрел пустую и холодную прихожую. — Матушка наверху. — Селина провела их по лестнице. — И все же. В верхней гостиной в окружении детей сидела уже немолодая женщина. Ричард и Берто повторили приветствие. — Луиза Арамона. Юноши удивленно переглянулись. Видеть вдову Арамоны стало неожиданностью. Ричард встал рядом и внимательно посмотрел на капитаншу. — Вы можете рассказать, что произошло в Октавианскую ночь? — Дик смотрел, как побледнела вдова. — Зачем вам это знать? — Луиза испуганно посмотрела на юношей. — Извините, — Дик склонил голову на бок, — Я не могу ответить на этот вопрос. Но пожалуйста, расскажите все, что помните об этой ночи. Берто попросил Селину принести воды и присел на свободный стул. Луиза посмотрела на оруженосцев и начала рассказывать. О том как в ночь, святой Октавии к ним в дом пришел выходец ее мужа. О том, как он увел за собой младшую Присциллу и обещал вернуться за остальными. К концу рассказа она плакала и Дик отдал ей платок. Внизу хлопнула дверь и кто-то взбежал по лестнице. — Матушка! — к комнату вошел молодой человек. — Добрый день. — Ричард и Альберто встали со стульев. — Герард Арамона. — Он поклонился и настороженно посмотрел на них. Он рассказал ту же историю, что и его матушка. О четверном заговоре и о том, что отец приходил уже второй раз. — Вам так повезло. — Герард посмотрел на оруженосцев с грустной улыбкой. — От чего же? — Дик с интересом переглянулся с Берто. — Вы служите в армии. - Герард говорил с ними все еще немного напугано, но уже более открыто. — Так напиши прошение. — Берто пожал плечами. — За чем дело стало? — Я писал. На имя маршала Ариго. — Герард грустно вздохнул. — Но мне, к сожалению, отказывали. Ричард внимательно посмотрел на сына капитана. — Пиши на имя Первого маршала. — Да пиши. — Но, как же так? — Арамона растерянно посмотрел на Дика и Берто. — У герцога Алвы и так дел много. — Пиши, пиши. — Салина подтолкнул чернильницу. — Об остальном не волнуйся. Когда они уже ушли из дома капитаншу, Берто с интересом посмотрел на Ричарда. — Почему ты это сделал? — Захотелось. — Дик смущенно улыбнулся. — Просто так. Он так хотел в армию. — Тебе нельзя долго общаться с дядей. — Берто кинул в Данар камешек. — Почему?! — Ричард возмущённо воззрился на друга. — Да так. — Альберто пожал плечами. — Веселое наблюдение. Но мы с тобой еще трезвые. Ты же сделал все запланированное? — Да. — В таком случае, предлагаю напиться. — С этими словами кэналлийец потянул Дика в сторону торговой площади. Ричард возвел глаза к небу, но весело пошел за другом. Записка от неизвестного, спрятанная в рукаве, жгла руку. Камни только о чем-то шептали, но внятного ответа не давали. В особняк Алвы они пришли поздно ночью. Рэй Суавес проводил их в кабинет маршала, в котором все еще горел свет. Рокэ играл на гитаре и два пьяных голоса подпевали ему. Ричард невольно поморщился: адмиралы не всегда попадали в ноты, но пели, они конечно весело. — Пожалуйста, прибей меня. — Берто умоляюще посмотрел на Дика. — Неа, будешь мучаться со мной. — Ричард постучал по косяку двери. — Входите! — Вальдес прокричал это с такой силой, что Дик потер виски. Алва сидел на ковре и перебирал струны. Вальдес так же сидел на ковре и подпевал. В кресле сидел только Альмейда, он потягивал вино и с веселым блеском наблюдал за друзьями. — Ричард, Берто. — Ротгер подозвал юношей к себе. — Как погуляли? — Хор.рошо. — Берто опустился в пустующее кресло. Ричард оставался стоять, прислонившись плечом к стене. Рокэ хитро улыбался и продолжал перебирать гитарные струны. Он смотрел на Дика своими невозможными синими глазами и запел.

Мой друг рисует горы, Далёкие, как сон, Зелёные озёра Да чёрточки лесов. А рядом шумный город — Стеной со всех сторон, — А друг рисует горы, Далёкие, как сон. А друг рисует горы, Далёкие, как сон. Мой друг — он друг отвесным Холодным ледникам, Он друг отважным песням Да редким маякам. Он любит горный ветер, Раздумья до зари, Он любит горы эти Товарищам дарить. Он любит горы эти Товарищам дарить. И в ясный день, и в горе Упрямо верит он, Что есть на свете горы, Далёкие, как сон. Мой друг мне тем и дорог, Что днём и ночью он Возводит к небу горы, Далёкие, как сон. Возводит к небу горы, Далёкие, как сон.