Любовь и Панки

      — Ты опять? — раздраженно пробормотал Хан, не открывая глаз.       — Что? — удивленно воззрилась на мужчину Ми, но сразу же переключилась на копошение людей впереди. Сегодня в самолете все как-то странно вели себя.       — Возишься, — ответил.       — Я не…       — Ты возишься! — упрекнул и вгляделся в эти взволнованные чем-то глаза. — Что с тобой? Почему ты не можешь приземлить свою задницу и сидеть ровно?       — Мне странно на душе, — заявила, схватилась за руку Саки и прижалась лбом. — Чувство, что будто бы что-то сейчас произойдет.       — Не выдумывай, — бросил короткое, но насторожился. Взгляд стал пристальнее, скулы острее и обнял её, крепко прижимая к себе. — Скоро посадка уже. Через часик дома будем.       Дома. Странное слово особенно после того, как они убили Шредера в этом логове, сражались с крэнгами и каждый раз старались обходить это здание стороной, когда не выходили на слежку или просто не хотели проблем с мелкой шушарой. А теперь там жил сын Ороку, правил и любил её. Звал к себе, забирал и хотел, чтобы она была рядом с ним, в его спальне, на его кровати, под боком и нигде больше.       Самолет плавно сел. Народ как сумасшедший повалил на выход, толкая друг друга и не давая даже забрать свои вещи. Миа нахмурилась, но не дернулась, когда рука Хантера сжалась сильнее на её предплечье. Что происходило? Червячок паники и боязни закрался внутрь. Дурацкие браслеты ограничили всё даже чутье, которое сейчас так бы пригодилось.       Салон опустел. Стюардессы ждали, но молчали, не торопили, не двигались, словно изваяния стояли в конце самолета и не дышали. Хан подхватил их сумки, затем оглянулся в иллюминатор и, сдвинув брови, оставил ручную кладь на ближайшем сиденье.       — Ты чего? — подала голос, хотела тоже глянуть, не дали. Мужчина переплел пальцы, дергая девчонку на себя и таща на выход.       Солнце ослепило. Ми зажмурилась на мгновение, доверяясь ведущей руке, и зашагала по ступенькам вниз. Около трапа не было ни автобуса, ни уезжающих тележек с огромными чемоданами только лишь мерседес Саки около которого расположился Джо, рядом стояла Алиса в обтягивающих до невозможности джинсах и скалилась. А вокруг крэнги с наставленными автоматами.       — Мой мальчик, наш предводитель, — развел руками Джо, улыбаясь. — Как же прекрасен сегодняшний день. Не находишь?       — Ты как со мной обращаешься? — рыкнул Хан, делая шаг вперед, как кто-то из этих железок передернул затвором.       — Пока ты трахался с этим отребьем, власть поменялась, — Ми задохнулась от ужаса, но крепче сжала мужчину, который готов был накинуться на теперь уже врага, бить, драться до победного. — Маленький глупый мальчишка. Влюбленный идиот. Предатель, что испоганил такое великое искусство как ниндзюцу. Ты хоть понимаешь сколько построил твой отец, что возвел и скольких уничтожил для возвышения и признания, а ты всё упустил. Зачем рожали тебя если ты бесполезный игрок? Говорил я мастеру, что не справиться его щенок, что просрет, не успев получить, и был прав.       — Чего ты хочешь?       — Смерти, жертв, власти и…справедливости, — это уродливое лицо в железе исказилось гримасой удовлетворения и похоти. — И чтобы я тебя не убил, и ты доказал свою мне верность, ты сделаешь этой красноволосой сучке больно. Она должна кричать так громко, как только может её горло, чтобы и за малышку Джейн покричала, и за ублюдка Сплинтера, и за всю их поганую семейку.       — А сам не можешь? — вклинилась Миа. Саки шикнул, но та вышла вперед. — Не получилось сломить семью Хамато вот и бесишься.       — Могу, — разулыбался этот робот. — Пачкать ручки не хочется, когда тебе сначала попадет в колени пуля, а после я рассеку твоё тело катаной, медленно срезая кожу. Мне нужно бескровное зрелище. Кто будет потом убирать за тобой?       — Джо, — начал было Хан, как тот рукой, одним жестом заставил замолчать.       — Мы не стреляем, идиот, — рычит злобно. — Не создаём шум, не перезаряжаем и не делаем патронов, но ты научил этому. Сейчас противишься. Твои методы разве не так хороши? Ты же так кричал о них Бон, — Саки выглядел впервые в жизни потерянным, не знающим, что делать и что сказать. — Алис, ты понимаешь, что делать.       Женщина усмехнулась и взглянула на бывшего главаря, губами лишь сладко умоляя «убей девчонку». Время словно замедлилось, когда серые скалы остекленели, он старался сопротивляться. Отпустил маленькую ладошку, хватаясь за голову, оттягивая волосы и сжимая их до боли. Попятился, сделать ничего не смог с собой и застонал от борьбы, от воздействия на мозг.       — Беги! — хрипит, смотрит, а эта дура оцепенела, сдвинуться не может. — Бе…ги! Бе-е-ги…       Миа не знает куда себя деть. Глядит на Алису, эту тварь, что хотела забрать Элизабет, разрушить её жизнь тоже, направляет руку, но никак повлиять не может из-за браслетов. Отступая, падает от дикой боли и шокировано осматривает Хантера. Теперь бежать поздно…       Горло сжимается и будто бы миллион игл втыкают в её тело. Медленно режут, уродуют и она, прижатая к асфальту, не осознаёт, что кричит. Верещит от того, как на руках узорами расцветают невидимые раны. Нет ни крови, ни путов, ничего, что сковывало и ранило, но ей больно. Рука Хантера дрожит, видно, что противиться, но не справляется, всё равно не получается контролировать себя. Ми не выдерживает, силиться сцарапать браслеты, с кожей снять, а не может даже дотянуться лишь оборачивается на качающего головой Джо, который садиться в машину, закуривая и смотря из салона на зрелище.       Девушка кричит так истошно, так надрывно и всё, что удается выдавливать это «Хан, пожалуйста» и «Нет, я умоляю».       Хватит! Хватит! Хватит!       Она катается по грязному асфальту, но подняться не может, хрипит, а кожу продолжает рассекать нож. Все запястья по ощущениям изрезаны и если бы это были настоящие раны, то от неё ничего бы не осталось уже. Из последних сил Миа понимает, что теряет сознание. Немного, чуть-чуть и умрет от нестерпимой боли, от заклинаний. Алиса не останавливается, шепчет, наблюдает. И ресницы трепещут, прикрывая глаза. Больше красноволосая не пищит, не произносит ни звука и лежит, не дыша.       — Проверь, — слышится на отголосках сознания.       Тяжелые шаги ударяются о землю, ботинок пинает её в живот и Миа переворачивается, катиться, лбом утыкаясь в тротуар. Губы в крови, щеки мокрые, красные и вся измучена, но дышит еле заметно. Он наклоняется, хватает за волосы и подносит её голову к себе, пальцами тыкаясь в шею. Пульс ищет.       — Вспомни кумбхаку, — шепчет сбивчиво и тихо. — Расслабь плечи, сфокусируйся на животе и напрягись всем телом. Вспомни и замри, — трясет её, ударяет по щекам, чтобы поняла, вздохнула больше воздуха. — Сдохла, — делает паузу, кидая себе под ноги. — Окончательно.       Алиса хлопает в ладоши и подзывает к себе Хана. Никто Мию не проверяет, а она и правда замерла, не дышит, не дергается, вся сжалась, но с виду расслаблена и словно мешок с картошкой валяется никому не нужная. Гипноз пропадает, и главарь падает к ногам Джо ослабленный, беспомощный и недееспособный. Подчинили, натравили на девчонку сделать то ничего не мог. Из последних сил сказал, чтобы окончательно не потерять.       — Теперь ты мой и будешь делать что я скажу, — треплет по щеке, задевая шрам на шее. Джо доволен и горд, что сломал, что смог сделать первые шаги и завести для себя игрушку. Поиграет, сделает настоящего воина, как и хотел Шредер. Дурацкая школа не помогла, теперь придется всё за ними доделывать. — Нас ждет великое будущее. С противной красноволосой шлюхой разобрались, доберемся и до Джейн с Ноэлью. Представляешь, как будет здорово, когда Фокс плясать под нашу дудку будет, когда дочь заберем. Ты заберешь, щенок.       Хан не отвечает. Сидит, прижавшись к дверке своего же автомобиля и держится, чтобы не зарыдать, не закричать, не выпустить всю обойму этому сукину сыну в лобешник. Немного ведь, совсем чуть-чуть дотянуться до пояса, за ремень и изничтожить. Не может, не хватает сил.       — Поехали уже, — командует новый главарь Диантус и, отпихивая Саки ногой в грудь, закрывает дверку мерса.       Алиса открывает заднюю и пихает в плечо, кривиться, шипит, чтобы поторопился. Сам, добровольно, показывая покорность и верность, а не с помощью гипноза. Хантер ползет, еле как втаскивает себя в салон и, откидывая голову, смотрит на лежащую вдалеке Мию. Шепчет себе под нос «живи, принцесса, иначе достану сам с того света, если перестанешь дышать». Когда Алис устраивается спереди и салон наполняется тошнотворными духами, мерседес срывается с места.

***

      Миа слышит, как взвывают шины, как расходятся крэнги, но её не трогают. Стихает. Мир словно поставили на паузу, с ума можно сойти от тишины. Она открывает глаза, выдыхает с трудом через боль в легких. Только бы не перелом. На неё в ужасе уставилась стюардесса и не знает толи притронуться, толи сбежать от ужаса. Красноволосая сдирает себя с пола, на лице лишь злость. Ударяет девушку по протянутой ладони и встает. Почти падает, опирается о не отстающую приставучую глупую девку и глядит на треснувший браслет на левой руке.       Подняться обратно в самолет за сумкой не предстаёт возможным, но Ми, сцепив зубы, идёт. Шагает, не обращая внимания на боль во всём теле, и вцепляется в поручни обломанными ногтями. В багаже Хана всегда можно найти аптечку, поэтому она раскрывает ту и капается. У себя берет полотенце и бутылку воды, вытаскивает из чехла нож, который в очередной раз одолжила у Дженифер и прикрывает глаза на секунду. Бинты, обеззараживающее и антибиотики.       — Может скорую? — возникает из ниоткуда стюардесса. — Или я могу помочь. Никому не скажу. Тот мужчина железоподобный заплатил большие деньги и…       — Заткнись! — зарычала Миа. Ещё не хватало этой благодетели рядом.       Ведьма сцепляет зубы на полотенце и ножом, подцепив край трещины, вдавливает остриё так, чтобы смочь отодрать эту хрень. Браслеты снимаются создателем, тем, кто установил, безболезненно словно резинка для волос, но нет же, мы упертые и верим в свою правду, поэтому Мие придется снять через боль хотя бы один. Трещина даст содрать, а вот на второй руке только если отрезать руку вместе с этим дурацким блокатором, по-другому не пройдет.       Стюардесса продолжает стоять и шокировано смотреть, но сейчас не до болтовни и красноволосая жмурясь и хрипя, сдирает за раз половину. Выступает кровь моментально, сдернутая кожа остается на браслете и Миа, чтобы не потерять сознание от адской боли заканчивает за раз с остатками.       Дышит через нос, достает еще одно полотенце и, кинув туда браслет, льет немного воды, на бинт, начиная вытирать это кровавое месиво на руке. Плескает почти всю баночку обеззараживающего и кажется, что рука сейчас буквально отнимется от того, что тысячу мелких иголочек проходятся по шипящему раствору. Правая дрожит, но Миа наконец освобождает свой рот и отрывая зубами новую пачку бинта, начинает заматывать. Делает это неаккуратно, быстро, но одновременно со слабым ужасным самочувствием чувствует, как силы, то родное, что она потеряла и утратила разливаются по телу. Наконец-то.       — Точно скорую не надо? — пикает девушка. Блондинка, маленькая, в замаранной блузке и взволнованным взглядом снова пытается толкнуть помощь. Ведьма поджимает губы.       — Нет, — отрезает. Глотает обезболивающее, складывая использованные грязные полотенца и оборачивая браслет в остатки бинта. Придется всё это сжечь по дороге отсюда.       Миа хватает сумки Хана, вешая на плечо, а свою берет в здоровую, выдыхает тяжело и плетётся на выход. Прочь отсюда. Дорога до ближайшего убежища, которые они специально делали семьей Хамато находилось в паре кварталов отсюда. Было слишком больно двигаться, но она заставила себя идти ради себя, ради Хантера, ради того, чтобы выжить.       Упав на пол и скинув вещи, красноволосая осмотрела пропитанный кровью бинт на левой, зажмурилась, сдирая и начиная подлечивать. Силы медленно покидали её, но Ми держалась из последних сил перед тем, как потерять сознание. Запястье полностью затянулось, оставляя уродливый шрам.

***

      Саки вглядывался в темноту, сидел на холодном кафеле и пытался придумать план побега. Ему нужно было вернуться, сбежать и найти свою Шакко, чтобы защитить, залечить раны и извиниться. Он встал. Берцы застучали по плитке, звук гулко отскакивал от стен, плясали тени. Мужчина шептал проклятья и со всей силы ударил решетку, взвыл раненым зверем.       Черт! Черт! Черт! Его девочка сейчас где-то там, одна, разбитая и почти убитая его же руками.       — Хан, — пробормотали в темноте, и полуживая девушка подошла к решетке.       — Принцесса?! — взволнованно подбежал, просунул руку сквозь прутья, обхватывая это нежное лицо. — Зачем ты пришла сюда? Совсем с ума сошла?       — Мы должны уйти отсюда, вместе, — прошептала, прижимаясь к его ладони, заластилась, прикрывая устало глаза.       — Я…я причинил боль тебе, — отнял пальцы, отошел дальше от девчонки. — Эта мысль не даёт покоя.       — Не ты, — качнула головой. Прижалась к замку и спалила тонкой струёй огонька. Ничего, ещё слаба, но хотя бы один блокатор снят, и она может действовать.       — Шакко, — воззрился удивленно на магию, схватил запястье и покрутил, рассматривая огромный шрам. — Не нужно было. Я бы снял. Не позволял тебе пользоваться магией, ведь она жрет изнутри, убивает.       — Будто без неё легче, — фыркнула обиженно и, качнув волосами, развернулась спиной. Да что он вообще понимает? Может ему и плохо с силами, а ей прекрасно, и никто больше решать за неё не будет — быть этой сущности снаружи или внутри. — Пошли, я сперла ключи.       — Какие именно? — прищурил глаза, но покорно вышел из-за решетки и пошел за своей спасительницей.       — Пришлось убить парочку крэнгов, забрать ключи от черного хода и позаимствовать машину у драконов, — вздохнула, шипя сквозь зубы. Запястье залечила, а вот ребра зудели, легкие горели внутри, а аура не справлялась с таким огромным количеством травм. — Я хочу домой, Хан. И мы едем туда.       — Зря ты всё это затеяла, принцесса, — усмехнулся грустно, но покинул стены, что были родными. Отец умер и, кажется, забрал Криса с собой, а вот Хантер остался и будет бороться, но не за власть, а за свою девочку и место под солнцем.       — Может и зря, — открыв дверь машины, которую припарковала с горем пополам за углом недалеко от логова теперь уже Джо.       Они молча сели. Хан хотел было пересадить Мию на пассажирское, самому повезти, но по лицу измученному, хоть и решительному понял, что лучше не лезть. Заехав за сумками, Ми попросила подождать, сама сходила, скрываясь в одном из подъездов, чтобы тот не понял в каком именно доме находится убежище, ведь ей пришлось перебежать несколько раз через балконы и лестницы. Вышла совершенно с другой стороны и, кинув назад багаж, устроилась за рулем.       Оставив драконам их тачку, ведьма повела мужчину в канализацию. Долго петляли, но оно того стоило. Ми не хотела идти по улице, учитывая, что они бежали и Джо сейчас занят немного другими делами — Лео по рации передавал, которая как раз завалялась в убежище. Услышала мельком.       Казалось, жизнь рушилась. Что сказать семье, когда она и Хан появиться на пороге? Сплинтер может выгнать их или черепашки побьют Хантера за всё хорошее. Там была Ноэль, Дэниал, Кэти и Кристианна — не игроки, не борцы, не жильцы, если такой как Саки явиться к ним. Её трясло, поэтому приходилось сжимать лямку сумки сильнее. Не хотела идти с пустыми руками. Еле как держалась на ногах, но тащила проклятую ношу.       Хантер сзади молчал. Мог бы, взял за руку, повел бы куда скажет и придержал если оступиться, а это чудо отрешенно волочится впереди, не говорит. Он идиот! Оставил её лежать там избитую, измученную магией и ничего не соображающую, заставил рвать с кожей браслет, буквально отрывать свою же плоть ради освобождения, а на нём нет таких видимых царапин, синяков и следов пыток. Джо с ним был не настолько жесток.       Показались турникеты. На диване сидел Рафаэль, а около его ног бегал Токка. Ми напряглась. Горит свет в лаборатории, Джейн с дочерью либо на кухне, либо в комнатах, Ли и Дэниал тоже должны быть тут. Что она творит?       — Раф, — позвала тихо и тот оторвался от телевизора, повернул голову и его зрачки тут же пропали, глаза ушли в боевой режим ниндзя и тот поднялся. — Тихо, это…       — Ты привела к нам отродье Шредера?! — заорал, да так громко, что оглушило. Миа зажмурилась, вся сжалась, как ощутила спиной присутствие Саки. Он молчал, терпел, когда Рафаэль начал крыть благим матом и его и девушку. Челюсть напряглась, зубы сжаты, грудина расправлена и взгляд холодный, только лишь Шакко свою касается, прижимает к себе и не двигается. — Блять, ты идиотка? Ладно ты там осталась, что тоже не понимаю, узнала в нём какого-то мужика. Крис! Это же Кристофер! Ныла нам, а он что наделал с тобой? Ты видела себя в зеркало? И вообще ты должна быть в Японии. Какого бля…       — Рафаэль Хамато! — осекла вышедшая из комнат Джейн и зло оглядела компанию. — Не ори при ребенке, нам слышно даже там. Миа? — её глаза раскрылись от удивления. — Ты зачем его сюда притащила?       — Джи…       Хотела оправдаться, объясниться. Не успела.       — Это Хан? — проговорил Леонардо, который появился из лаборатории. — Ты головой не ударилась? Какого хрена?       Лео ругался. Ну как бы ругался… Это был плохой знак.       — Послушайте, — только хотела начать Ми, как Хантер вышел вперед, задвигая её собой. Хватит, наслушался. Черепашки и малышка Джейн напряглись. Правильно, бойтесь.       — Значит так, — рявкнул, сдвигая брови к переносице. — Я прекрасно понял — словарный запас у вас у всех вместе небогатый, но сейчас попрошу заметить одну важную деталь — у меня нет оружия, Миа не в плену и за нами нет армии. Джо поймал нас после посадки самолета. С ним была Алиса и за это время та очень хорошо обучилась гипнозу.       — Она заставила Хана убить меня, но я… — встряла красноволосая, но Хан шикнул на неё, зашептал на ухо помолчать и продолжил:       — Крэнги отлично подчиняются Джо, мутагеном заправлять стал аналогично он. Моей власти больше нет. Миа немного возвратила мне память, я всё еще нахожусь на грани, вспоминаю и я бы хотел принести свои извинения за то, что было при мне, прошу прощения в первую очередь у Джейн и за то, что случилось с Ноэлью.       — Долго репетировал? — фыркнул недовольно Раф, скрещивая руки на груди.       — Милый, — одернула вновь Дженифер и тут со стороны турникетов раздалось громкое:       — Блять, это же ты ублюдок убил Сариту!       Гоуст ворвался ураганом. Микаэлла приглашала Призрака и Лизу сегодня на ночь, чтобы поболтать, остальные парни отказались, потому что Сви шел в кино с Оливией, Реб уехал к Соне, а МС нашел развлечения с друзьями и собирался ночевать у них. Элизабет стояла так и на входе в логово и не двигалась.       — Ты с ним спишь? — выдавила, глядя на Мию. — Нормально с убийцей моей сестры трахаться, а сосать у него тоже нравится?       — Элизабет! — недовольно произнесла Джи.       — Лиза… — выдохнула Ми, не зная, как ей всё сказать. Что не Хан убил, не он. Школа и эти наркотики изменили Криса, сделали монстра и убивал он не по своей воле, а Шредера. И… Можно не распинаться, уже кажется поздно.       — А ты че передергиваешь? — зарычал на Джейн панк, подходя ближе. — Разве не правда? И дочь твою украл, а если бы её убил ты бы также их защищала?       — Не ори на мою жену! — вставил Рафаэль, сверкая зелеными глазами и сверля мутанта.       — Да мне похуй на твою женщину! Я защищаю честь своей, — выдохнул, вставая перед Хантером, вгляделся в серые скалы своим черным поглощающим омутом и, выхватив пистолет, наставил на мужчину. — За Сару, урод!