Did you ache from all your bravery?

Энергия не может быть ни создана, ни уничтожена, только преобразована или передана. Энергия вселенной постоянна.         "Когда человеческое тело выполняет полезную работу, то задействует свою химическую энергию, также выделяется тепло. Это выделение является побочным продуктом функций организма. Взрыв высвобождает химическую потенциальную энергию в виде тепловой, кинетической, сейсмической энергии и энергии разрушения. Это выделение и есть цель мгновенного взрыва."   День, когда твоё сердце разорвется на части, а солнечный свет померкнет в дожде.   За много миль отсюда твоя мать заметит, что ты ненавидишь промозглую погоду. Она это знает, потому что ты громко жалуешься, и каждая буря с момента проявления твоей причуды сопровождается ворчанием, проклятиями и беспорядочными экспериментами, дабы попытаться разработать способ взрыва, когда в механизме присутствует вода. Ты так и не выяснил этого. (Теперь ты уже никогда не выяснишь)   Сегодня не должно было быть дождя. Ты знаешь это, потому что проверял прогноз. Как и каждый день. Не должно было быть дождя, но он пошёл, и это твоя вина, что иронично, но, эй, с каких это пор ты задумываешься о последствиях? Ты сделал свой выбор и предпринял решительные действия, и теперь твоё тело в огне, а в ответ небо раскололось. Назови это конечным переносом энергии. Назови это своей последней битвой.   Назови это наследием умирающего героя.    *** Состояние энтропии всей Вселенной, как замкнутой системы, всегда будет увеличиваться с течением времени.         "Как правило, человеческий организм представляет собой открытую систему. Для его функционирования требуется внешний импульс. Он напрямую взаимодействует с окружающим миром. Состояние энтропии человеческого тела колеблется. Как правило, человеческий разум таков, каким его делает владелец. Сделайте его замкнутой системой, и энтропия увеличится. Всё всегда будет становиться только хуже."   Когда впервые появляется твоя причуда, ты не понимаешь, что означает нитроглицериноподобный пот. Тебе четыре года; всё, что ты понимаешь, — это то, что твои маленькие ручки взрываются, тогда как раньше они были просто маленькими. Ты понимаешь, что есть сила, заключённая в твоих ладонях, потому что раньше твои руки были просто руками, а теперь они стали чем-то иным, чем-то большим. Теперь все тебе говорят, какой ты сильный, какой ты талантливый, какой ты одарённый. Они говорят тебе, насколько совершенны твои маленькие ручки, и у тебя нет другого выбора, кроме как доказать их правоту.   Потому что сейчас ты что-то значишь для всего мира. Сейчас ты должен оправдать своё место в нём.   Это тяжёлое бремя — стать величественнее, чем ты есть, раньше, чем должен. Но сейчас твои руки взрываются. Что ещё ты должен был сделать, кроме как использовать их?   Так что ты учишься сам. Ты ставишь перед собой цель и достигаешь её, и внезапно для всех ты становишься победителем.   Как правило, тебе не нужна помощь. Как правило, ты о ней и не просишь. Они говорят тебе, что ты родился несокрушимым, что тебе предначертано стать великим. И ты веришь в это. У тебя нет иного выбора.   Как правило, ты выходишь победителем. Ты понимаешь это, потому что постоянно слышишь: Бакуго Кацуки победит. Он всегда побеждает. Он всегда побеждает. Это означает, что проигрыш — это не выход. Если ты проиграешь, ты больше не будешь самим собой; ты больше не мальчик с идеальными руками. Хуже того, ты мальчик с идеальной причудой, который не смог использовать свой природный талант. Ты — мальчик, который не был достоин того, чтобы родиться победителем. Как правило, ты должен победить, иначе нет смысла существовать. Ты должен победить. (Верно, Изуку?)   Как правило…   Как правило, правила всегда нарушаются. Человеческие правила — это не непреложные законы науки. Твои правила не имеют никакого обоснования во вселенной. В реальности нигде не написано, что ты всегда будешь побеждать. Твоя сила воли, какой бы непоколебимой она ни была, не способна спасти тебя от фатальной силы. Она не способна спасти тебя от конца.   После пятнадцати лет твой разум открыт. Но сейчас есть вероятность уменьшения твоей энтропии, это не значит, что так и произойдёт. Вселенная стремится к хаосу, потому что это путь наименьшего сопротивления. Тело, которое больше не может воспротивиться, — это тело, которое не может перекроить себя. Тело, которое не может перекроить себя, — это тело, которое разваливается на части, это тело, которое забудет, как выживать.   Всё становится только хуже.   Ты не понимаешь, как победить.   *** Звук не может распространяться в вакууме.         "Для распространения звуковым волнам требуется среда, такая как вода, воздух или жизненная сила. Обозначим вакуум как пространство, что не заполнено или не замещено; пустота; свободное пространство. Обозначим твоё умирающее тело как лишенное силы, стратегии или надежды. Это считается. Это должно считаться. Почему ты ничего не мог услышать?"   Любой, кто видел твою семью, знает, что ты до мозга костей ребёнок своей матери. Своенравный, властный и всегда готовый сразиться с миром во всей его ярости. Она в твоих глазах, в твоих волосах, в твоей дерзости. В выборе, что ты сделал и не сделал. Она в твоём сердце, и она гордится тобой. Ни один из вас не может выразить эмоции словами — ни один из вас вообще не принимает свои эмоции, — но ты должен знать, что никогда ещё мать так не гордилась своим сыном. Никогда ещё любовь не была такой неистовой, такой честной, такой твоей, даже с её недостатками.   Ты понимаешь, что прежде всего ты её ребёнок, но, как ни странно, она единственная, кто говорит тебе, что ты больше похож на своего отца. Ты никогда не понимал почему. Ты смотришь на неё, это всё равно, что смотреть в искаженное временем зеркало; ты смотришь на своего отца и удивляешься, куда делась его половина тебя. Обладаешь ли ты его мягкостью, его милосердием, его терпением и спокойствием? Раньше ты считал покорность его слабостью. Ты даже не представлял, как сильно тебе иногда хотелось позаимствовать эту его часть. Как сильно ты хотел успокоить бушующий внутри тебя лесной пожар, хотя бы на время.   И пока ты лежишь, а твоя кровь темнеет на траве, ты думаешь, всё от твоего отца было лишь дремлющим в тебе. Теперь оно просыпается: то, что ты замечаешь раньше всего, когда чувства ослабевают, — это покой, что окружает тебя, наполняет тебя. В этот момент, наконец, ты не гневаешься, не сопротивляешься, не кричишь. Даже когда отступаешь на задворки своего сознания, ты остаешься…безмятежным. Для этого нет другого слова.   О, ты сын своей матери; ты никогда не умел делать ничего тихо.   Кто бы мог подумать, что это будет исключением? *** Скорость света в вакууме постоянна для всех наблюдателей.         "Требуется время, чтобы свет прошёл от источника к объекту и к глазу. Всё, что вы видите, вы видите с опозданием. Вы видите это в прошлом. И точно так же, как невозможно переписать прошлое, невозможно переписать и свет. Это уже произошло; всё, что вы можете сделать, это следовать ему."   Твоё сердце подводит раньше, чем должно. Или, по крайней мере, это в действительности происходит намного раньше. Перед глазами стоит столб искр — отчаянные попытки твоего мозга бороться даже после того, как пульс замедлился до нуля.   В коротком промежутке между движением и покоем ты замедляешься. Ты открываешься.   Война может лишить тебя жизни, но не воспоминаний. Ты не позволишь тёмному сердцу битвы завладеть этой частью тебя. Поэтому, когда ты открываешь глаза на бесконечную белизну, ты дышишь и вспоминаешь. Ты вспоминаешь.   Перед тобой появляется он, сотканный из жидкого света звёзд. Всё это похоже на морскую пену или паутину, и внезапно ты будто снова четырехлетний. Тебе четыре года: у тебя ясные глаза, здоровое сердце, чистая кожа. Одарённый. Желанный. Изумительный.   Перед тобой не тот Про-герой, которого ты почитал в детстве. Перед тобой человек, который определил и переосмыслил, что значит быть героем. Этот человек показал тебе, как совместить победу и спасение, как ценить своих товарищей по команде и, более того, как ценить себя. Не сомневайся, он не искоренил твои вредные привычки. Он только подтолкнул к тому, чтобы ты сделал это сам.   И ты мог бы спросить: "Правильно ли я поступил?" И ты мог бы спросить: "Я уже герой?"   Но этот человек знает твоё сердце; в конце концов, он слепил его. Когда ты смотришь на него — на призрачный образ самого себя: два здоровых глаза и ещё бьющееся сердце — ты ощущаешь юность в каждой частичке своего существа.   И потому ты тянешься к своему карману. На тебе школьная форма, и что может быть лучше? Галстук завязан и рубашка заправлена, и ты стоишь перед единственным человеком, который научил тебя жить. Ты нащупываешь карман и вытаскиваешь остатки детства, потрёпанный символ твоей невинности. Ты так долго носил его с собой, сгибал пальцами края и притворялся — надеялся, умолял, молился, — что твои руки годятся для чего-то иного, кроме разрушения. Честно говоря, так оно и есть. Твои руки — гораздо больше, чем просто оружие. Твои руки принадлежат только тебе. Они такие, какими ты их сотворил.   И в свои последние мгновения ты делаешь ими нечто прекрасное.   (И, как бы то ни было, он бы ответил: "Да. Да, ты герой." И он бы ответил: "Ты всегда будешь им")   *** Тело в состоянии покоя останется в состоянии покоя, а тело в движении останется в движении, даже при воздействии на него внешней силы.         "Когда снаряд запускается, его траектория определена. Единственная сила, действующая на него, — гравитация, и поэтому его траектория не меняется, не может быть изменена. Нет, если только тело не встретится с силой — или другим телом — в воздухе. Нет, если только тело не научится меняться, расти, протягивать руку и…"   Вот как началась эта история: два тела, что соседствовали в беззвездном небе с четырёхлетнего возраста.   Меняются их жизни, а вместе с ними и их траектории, но они никогда не отдаляются друг от друга надолго. Столкновение является постоянным, кровопролитным, меняющим — и ты каждый раз отталкиваешь его. Ты отталкиваешь его руку, его дружбу и его силу до тех пор, пока... пока не принимаешь. Пока не перестанешь позволять своему гневу овладевать тобой и не погружаешься в доброту. Теперь ты понимаешь, что всё это было проявлением самоотверженности, что ты никогда не мог оторваться от него. Как вы вращались вокруг друг друга даже когда ненавидели, даже когда отстранялись. Как ты вспоминаешь его сейчас, ты протягиваешь руку, но она обхватывает лишь пустоту. Как он неизменно является тем, к кому возвращается твоя история.   Это никогда не будет кто-то другой. Не с тех пор, как мелководная речушка поглотила тебя по пояс. Не с того момента, как ваши тела впервые столкнулись и траектории космически пересеклись. Воспоминания внутри тебя рассыпаются в прах; что забыто, что прощено. Ты же знаешь, что его сердце всегда было слишком большим для его тела. Ты себе не представляешь, что он сделает, когда увидит тебя в таком состоянии.   Только на этот раз тебе бы хотелось, чтобы законы природы не были так безразличны к человеческим делам. Гравитация — фундаментальная сила, достаточно могучая, чтобы объединить Вселенную, но слишком слабая, чтобы удержать рядом единственного человека, который тебе нужен. Только на этот раз тебе хотелось бы достучаться до пика самой вселенной и попросить ещё один шанс.   Он всегда что-то значил для тебя. Трагедия сейчас в том, что у тебя не будет времени выяснить, что именно.   Это один из способов закончить историю: ты меняешь свою собственную траекторию, потому что сила его существования всё ещё действует на тебя, даже когда его тело находится за много миль отсюда.    *** Каждое действие имеет равное противодействие.         "Есть последствия, которые произойдут независимо от того, осознаешь ты их или нет. Сила возможна только благодаря взаимодействиям. Тело не может существовать, не влияя на все другие тела вокруг него. К лучшему это или к худшему, но за этим всегда что-то следует. За этим всегда что-то следует."   Зачастую смерть рассматривается как событие, изменение положения: в один момент ты жив, а в следующий — нет. С научной точки зрения это неверно. Смерть — это процесс. Это такое же действие, как и всё остальное, что происходит в жизни. Что-то останется, а что-то уйдёт, но в каждом движении есть обоюдность, эквивалентная и обратная отдача сил. Реакция столь же мощная, как и изначальное действие. Смерть — это обмен. Твоя ничем не отличается.   —   (Это то, что ты заберёшь с собой:   Твои воспоминания подобны реке, которая бежит, бурлит, течёт от истока к устью, восполняется снова и снова. Ты вспоминаешь моменты ливня, который вызвал наводнение. Сейчас он истощается, твой ревущий поток воды, испаряется вместе с остальными твоими частями. Ты надеешься, что это не доставит слишком много хлопот тем, чьи притоки впадали в твой.   Биение твоего сердца: его ритм был стабильным, равномерным, даже когда всё вокруг было нестабильно. Оно стучало в ушах в разгаре боя, наполняло вены адреналином, держало на ногах, поддерживало в тебе жизнь. Ничто в тебе никогда не способствовало созиданию, но, по крайней мере, твой пульс напоминал о человечности.   Твои мечты, эти сверкающие созвездия желаний, которые ты тесно прижимал к груди. Ты так крепко держался за них в жизни, что хватка не ослабевает даже сейчас. Они покинут эту обитель вместе с тобой, потому что никто не надеется осуществить их)   (Это то, что ты оставляешь позади:   Из ограниченной серии, ультра редкая, голографическая карта All Might, окровавленная. Ты никогда не просил его подписать её. Это так по-детски, что даже после всего ты сожалеешь об этом. Как банально. Но это ты. Потому что, в конце концов, ты всё ещё ребенок. Твои сожаления не обязательно должны быть грандиозными. Они просто должны быть твоими.   Одно тело, что разваливается на части. Когда-то это была твоя гордость. Когда-то это была твоя непревзойдённость. А теперь вот что: сломанная рука; ушиб гортани, раздавленная трахея и пищевод; изуродованное раной лицо, у которого нет и шанса на исцеление; дыра в груди, где идеально поместилось бы сердце.   Одно желание. На самом деле множество. В своей жизни ты много мечтал и надеялся, но твоя смерть оставляет только одну отчаянную молитву ко вселенной: пусть это было не напрасно). — Это твой равноценный обмен: твоя жизнь на их. Твоя жизнь ради цели. Ты добровольно отдал жизнь, чтобы другому ребёнку не нужно было отказываться ни от чего ради войны. Ты никогда не слушал чужих приказов. Ты поступил только по ситуации. (Запомни: как правило, ты никогда не заботился о соблюдении правил).   Собрав последние силы, ты делаешь выбор и позволяешь всем остальным шанс сделать свой собственный. Выбор за выбор; действие и его равно-противоположное противодействие. Это то, что только ты мог сделать, и у тебя получилось, с таким мужеством, которым не обладал никто другой на поле боя. С таким упорством, которое бывает раз в сотню жизней. У тебя получилось.   Так что знай это, герой, и отдыхай. Ты стал тем, кем должен был. Ты сотворил и восстановил, и теперь, если тело должно умереть, оно умрет само по себе. Этого более чем достаточно. Ты сделал более чем достаточно.   И мир вовек этого не забудет.