Совокупление

      Большая ладонь со шлепком опустилась на порозовевшую от стыда ягодицу, заставляя принца дернуться. Се Лянь рефлекторно попытался сжаться и уйти от боли, но Хуа Чен, предугадав дальнейшие действия возлюбленного, не дал ему этого сделать, подхватив его и уложив на свои бедра.       Хуа Чен опустил ладонь ещё несколько раз, чередуя упругие половинки. Сань Лан остановился лишь когда молочно-белый ягодицы полностью окрасились киноварью. Он нанес особенно сильный удар, наблюдая, как проходит рябь по идеальному телу.       Се Лянь всхлипнул, ощущая жжение между ягодиц и нарастающее давление внизу живота. Хотелось большего. Хотелось, чтобы Сань Лан вошел в него, можно даже без подготовки, и имел, пока он не станет умолять пощадить его. Но всё, что мог сделать принц, это крепче сжать зубами кляп и натянуть связывающую руки Жое, которая сейчас, к слову, подчинялась лишь его мужу.       Принц прогнулся, стоило Сань Лану нежно провести большим пальцем по тому месту, что он заставил цвести своими ударами, издав тихий стон. Даже сейчас, лежа спиной, он мог почувствовать нахальную улыбку и похотливый блеск в глазах. Он был таким беззащитным, и это возбуждало его ещё больше.       Хуа Чен, прикосновением легче перышка, провел кончиками пальцев от ямки между ягодиц до шеи и обратно, вызывая дрожь. А затем, не жалея силы, вновь ударил по алой ягодице. Се Лянь вскрикнул, ощущая, как от неутоленного желания натянулся каждый нерв его тела.       Сань Лан пропустил сквозь пальцы густую шевелюру, смахнул её вперед, припадая к открытой спине. Он поцелуями прошелся вдоль поясницы, оставляя блестящую дорожку слюны. Коротко поцеловал шею, обвел языком и фиолетовую метку, оставленную прошлой ночью. Почувствовав запах Его Высочества, Хуа Чен не мог сдержаться и зарылся носом в волосы, цвета воронова крыла. Он мог бы лежать так вечно, ощущая голой кожей кожу принца, вдыхая запах скошенной травы, сена, дыма и цветов.       Се Лянь тихо застонал, шея была его слабым местом, особенно задняя часть, граничащая с линией волос, которую его супруг сейчас самозабвенно посасывал и кусал до крови. Поцелуями, спустившись до ушной раковины, Хуа Чен укусил маленькую мочку уха, обхватил губами, погружая в жар рта и перекатывая языком. Принц попытался сбежать от прикосновений, когда язык прошелся сзади уха, но Сань Лан вовремя схватил его за волосы, намотал на кулак, заставляя лежать смирно и принимать его ласки. Его язык проник в маленькое ушко, вынуждая Его Высочество вновь тихо застонать.       Грубая ладонь вновь обрушилась на мягкие ягодицы. Не ожидавший этого Се Лянь громко всхлипнул, выгнувшись и подставляясь под новые удары. - Тебе так нравится быть наказанным, гэгэ?       Ожидаемо, ответа не последовало. Проведя рукой по бедру, Хуа Чен засунул ладонь меж округлых ягодиц. Указательным пальцем он обвел пульсирующее колечко, чуть надавил, не проникая внутрь.       Убрав руку, Князь Демонов подхватил жилистую ногу, целуя голень, кусая поджимающиеся пальчики. Языком он широко прошелся по изящному своду стопы.       Хуа Чен со смесью жадности и обожания смотрел на хрупкое тело распластавшееся перед ним. В следующий раз, надо будет попробовать с ошейником и завязанными глазами. Член пульсировал и истекал смазкой, будь его воля, он бы взял принца прямо сейчас, но наказание нужно довести до конца.       Убедившись, что на теле Его Высочества оставленно достаточно меток, а сесть он не сможет ближайшие несколько дней, Хуа Чен, на всякий случай, ещё пару раз ударил по нежной плоти. - Гэгэ желает перевернуться на спину?       Всхлипнув, Се Лянь несколько раз неуверенно кивнул, пряча лицо в копне волос. В тот же миг мускулистые руки перевернули его. Провели по лицу, убрав защиту в виде чёрных локонов.       Хуа Чен сглотнул. Его принц выглядел так развратно и пошло, что захватывало дух.       Обнаженный, связанный, с алыми следами на запястьях, заткнутый кляпом и с перевязанным алой лентой у основания членом. Се Лянь был мокрым, его нектар попал на живот, стек на бедро, пачкая простыни.       Склонившись над ним, Сань Лан провел языком по небольшому кадыку, кусая его, перебираясь к ключицам, он оставлял на них засосы, укусил левую, отчего принц громко зашипел.       Се Лянь попытался потереться членом о живот мужа, но тот не дал этого сделать, уклонившись. Принц ощутил, как из его глаз текут две тонкие дорожки слез, стекая за уши.       Хуа Чен, словно не видя этого, спустился вниз. Мозолистые пальцы надавили на сжавшийся бутон, оттянули, отпустили , сжали, покрутили и опять отпустили. Он щипал и ласкал соски, пока те не стали болеть от любого прикосновения. Но даже так, от Хуа Чена нельзя было ждать милости. Он продолжал терзать соски принца, даже когда тот стал рыдать, не от боли, но от желания.       Всё тело горело, член, налившись кровью, уже болел. Се Лянь вновь представил, как Сань Лан овладеет им без спроса, заполнит его собой и сделает очень, очень хорошо.       Пытка его нежных сосочков продолжалась больше часа. Принц давно охрип и слёзы молча лились из его глаз.       Оторвавшись от сладости, Хуа Чен покусывая нежную кожу, спустился вниз, зарываясь в густые волосы.       Се Лянь выгнулся, закидывая стройные ноги за плечи мужа. Его нутро пылало. Он так хотел, чтобы его муж вобрал его в свой рот и, словно в ответ на его мысли, Сань Лан провел языком по головке, слизывая каплю нектара. - Гэгэ, как думаешь, ты достаточно наказан?       Се Лянь нексколько раз быстро кивнул, понимая, что больше не может терпеть эту пытку. - В таком случае, это нам больше не понадобится. - С этими словами Хуа Чен поднялся на локтях и вынул кляп изо рта принца.       Се Лянь хотел что-то сказать, но ему не дали, заткнув рот нежным, но при этом властным поцелуем. Лепестки губ немели от прикосновений, пока умелый язык рисовал на небе различные узоры.       Резко отстранившись, Хуа Чен поцеловал принца в центр лба, передавая этим всю нежность, что была в нем. - Гэгэ, открой рот и ни в коем случае не закрывай его.       Не смея ослушаться, Се Лянь приоткрыл рот, но недостаточно сильно. Хуа Чен мягко, но в то же время крепко обхватил длинными пальцами его челюсть, заставляя раскрыть её полностью.       Обхватив свой стержень, Хуа Чен устроился прямо напротив лица Се Ляня, провел рукой вверх и вниз, с каждым разом наращивая темп.       Поняв, что на него сейчас дрочат, Се Лянь весь покрылся красными пятнами. Взгляд Сань Лана обжигал, переворачивая всё внутри. Если бы не алая лента, что опоясывает его члена он бы кончил просто ощущая взгляд возлюбленного.       Хуа Чен кончал бурно, обильно, но он позаботился о том, чтобы ни одна капля не попала мимо ротика Гэгэ. - Это ещё не всё, не глотай.       Склонившись над губами принца, Хуа Чен выпустил изо рта тонкую нить слюны. Стекая вниз, она попадала на блестящую сперму, смешивалась с ней и отчего-то от этой картины в сердце обоих приятно защемило.       Окончив, Хуа Че нахально улыбнулся, демонатрируя клыки. - Глотай.       Се Лянь давился, но сделал, как ему сказали. Сперма имела горьковатый вкус, но приятно пахла, как и весь Сань Лан.       Принц надеялся, что теперь Князь Демонов займется его возбуждением, но Хуа Чен молниеносным движением нацепил кляп обратно.       Растерянный Се Лянь выглядел ещё более желанно чем обычно. Проведя рукой по скуле, Хуа Чен убрал мешающие пряди за ухо. - Гэгэ, ты такой лохматый. Давай заплетем тебя.       Се Лянь мысленно взвыл от отчаяния.

***

      Черные локоны, прядь к пряди, собирались в длинную косу. Порой, Сань Лан специально натягивал пряди, ощущая, как нарастает напряжение принца.       Он взял один из белоснежных цветов, которые смог собрать накануне, и вплел в гребень косы.       Так же он поступил с остальными цветами. С макушки до кончиков, они украшали волосы подобно тому, как роса на Солнце украшает бутоны.       Руки Его Высочества теперь находились за спиной. Это пришлось сделать по той причине, что Се Лянь пытался помочь себе руками. Теперь же он мог только послушно сидеть, чувствуя, как истекает его цветок.       Окончив, Хуа Чен довольно полюбовался своей работой, а затем резко поднял Се Ляня и усадил себе на бедра. - Гэгэ, покажи, как ты меня любишь и тогда клянусь, я сделаю то, чего ты так желаешь.       Хуа Чен подмигнул, недвусмысленно толкнув принца вперед и назад по своей ноге.       Из агатовых глаз катились крупные слезы, но Се Лянь сделал, что от него просили.       Неуверенные действия быстро начали приносить удовольствие. Сперма стекала по крепкому бедру Князя Демонов. Каждое движение заставляло выгибаться всё сильнее, до хруста в пояснице и бликов перед глазами.       Убедившись, что вытекло достаточно спермы, Хуа Чен снял недовольного принца с бедра и направил его прямо к блестящему пятну на бедре. Се Лянь неуверенно дотронулся сначала лишь кончиком, а затем и всем языком. Размашистыми движениями, он облизывал кожу так, словно получал от этого особое удовольствие.       Видя такого развратного Его Высочество, с закатанными глазами, прогнувшегося и оттопырившего ягодицы, Хуа Чен больше не мог сдерживаться.       Резко опрокинув принца, он раздвинул стройные ноги в стороны и приставил свою, внушительного размера, головку к нерастянутому отверстию. Даже от простого надавливания к столь нежной части, Се Лянь болезненно взвыл, пытаясь отодвинуться. Но Князь Демонов был неприклонен.       До синих отметин схватив за бедра, Хуа Чен безжалостно вошел до упора. Нежные стенки сопротивлялись грубому вторжению, пульсируя, и тем приятнее была боль.       Се Лянь ощущал себя заполненным до краев. Казалось, одно неаккуратное движение и его порвут. Но этого не случилось. Не давая привыкнуть, Хуа Чен резко подался назад и так же резко вошел, задевая комок нервов, а потом опять назад и ещё быстрее вперед, выбивая весь воздух.       Се Лянь рыдал, но от этого Сань Лан лишь становился тверже. Двигаясь в бешенном ритме, Хуа Чен подхватил прица и усадил себе на колени. Он сорвал кляп и впился поцелуем, одной рукой надавив на затылок, а другой шлепая по всё ещё алым ягодицам и сжимая их. Се Лянь зарылся в волосы Сань Лана, оглаживая мускулистую спину. Давление было столь сильным, что казалось, ещё немного и он не выдержит.       Хуа Чен, ощутив, что скоро кончит, развязал ленту, обхватывая мозолистой ладонью член и начиная размашисто дрочить.       Се Лянь протяжно застонал, ощущая внутри себя горячее, липкое семя. Он выгнулся, распахнув глаза и встретившись взглядом с Сань Ланом.       И в этом взгляде было столько нежности и похоти, что принц не выдержал, и безудержное удовольствие накрыло его.       Се Лянь лежал за спине с разведенными ногами. По всему телу цвели алым отметины его мужа, на шее и ключице, подобно рубину, сияли капли крови. На запястьях рубином выделялись обручи, оставленные лентой. Соски горели и стояли, как у продажной девки. Ягодицы некогда молочно-белого цвета, окрасились в алый, на них и бедрах остались синяки от пальцев мужа. Даже на голенях и стопах остались следы их любви.       А потрепанное отверстие, которое совсем недавно пережило столь грубое покушение, пульсировало, причиняя себе тем самым ещё большую боль. Внутри все словно обдало кипятком и, хоть боль была невероятно сильной, его нутро требовало продолжения банкета, хотя главным блюдом тут был сам Се Лянь.       Из агатовых глаз до сих пор текли слезы, стекая в линию волос на висках. Сань Лан лежал рядом, целуя живот Его Высочества и оглаживая его бедра грубой ладонью. - Я неделю не смогу нормально ходить. - Се Лянь зарылся в волосы супруга, массируя его голову. - Но Гэгэ ведь понравилось? - Сань Лан поцеловал тонкое запястье, а затем провел языком.       Понравилось ли ему? Ему было так больно и больно до сих пор, он рыдал, кричал так, что сорвал голос, а несчастное отверстие пульсирует и горит, да его чуть не разодрали! И всё же, почему ему так хорошо? - Сань Лан, - Се Лянь подхватил супруга за подбородок, глядя в глаз и одаривая своей наинежнейшей улыбкой, - повторим?