Ненавижу 90-ые!

...1990... Тёмные времена для всего СССР *** Осенний день. Проходясь по дорожке, усеянной смесью слякоти и мокрой листвы, Татищев облегченно вдыхал прохладный воздух улиц Екатеринбурга. Город, с более чистым и свежим воздухом, радовал Юру, хоть здесь он может спокойно ходить без респератора. Хотя побочки от сигарет никуда не делись, что всё таки немного, но тяготило парня. Раз уж жителю Уральского федерального округа приспичило побывать у друга, так почему бы не проведать его? Да, сейчас у Кости с Юрой есть некие разногласия, по схожим причинам. Уралову не нравится вредная привычка Челябинска, а тому, в свою очередь привычка Екб. Хотя.. Привычка ли?... ... Зависимость. *** Шура поднимался в квартиру друга детства, ожидая когда сможет вкусить запретный плод. Порошок, что зовётся Фредрин - вызывает эффект счастливого и активного опьянения. - Эй, Костян, открывай! Весело и задорно, в предвкушении встречи, громко отчеканил парень стучась в дверь на пятом этаже. Спустя секунды ожидания послышался звон ключей, а после лестничный пролёт озарил тёплый свет. На пороге стоял слегка недовольный Константин. Ореховые глаза не блестели как раньше, в них не отражалась детская искра непоседы, лишь усталость от недавнего собрание, которое Спб прогулял, готовясь к встрече. - Ты рано, я только за.. Екатеринбург огляделся, нет ли лишних ушей и, убедившись в безопасности, продолжил. - За наркотой собирался. Ладно, посиди пока, вернусь, откроешь. Романов кивнул, провожая столицу УФО взглядом, после заходя в квартиру попутно запирая дверь. - Та~ак .. Протянул Александр потягиваясь, прохаживаясь по коридору в гостинную. Быстро окинув взглядом зал и не найдя ничего интересного, Питер присел в кресло, начиная уже чательно разглядывать помещение. Торчка привлек ярко красный шарик с дырками, что покоялся в сервизной чашке для чай в шкафу со стекляными дверцами. Поднявшись с нагретого места, Саша открыл дверцу, беря в руки интересующий его предмет. Это оказался кляп. Под тем лежал маленький целлофановый мешочек с неопознаным порошком. Северная столица России развязал тот делая глубокий вдох. Мысли начинали затуманиваться, а усталость пропадать. - Ха, Костян у нас педик оказывается. И пиздабол. Ладно, придёт ещё доебусь. В дверь раздался стук. Санкт-Петербург без задней мысли направился в коридор и отперев дверь уж было начал распинаться по поводу игрушки и заначки, но увидел тёмноволосого парня. Челябинск копошась, что-то искал в сумке, потому ещё не видел нежданного гостя его друга. - Здорова, Кать, извини что неожиданно, просто решил зайти, поболтать. Ты кстати как... Чего блять? Шура затащил Юру в помещение не забывая про дверь. В руке всё так же вертелся кляп что пока оставался без внимания для курильщика. Тятищев сделав глубокий вдох собирался потопить создание Петра в море вопросов, но что-то твёрдое помешало этому, а после и щелчок что означал закрепление игрушки на парне. - Ехать, прям под тебя подстроил. Ты же вроде гомофоб, так хули с пидорасом дружишь? А.. Хотя хуй с ним, у меня слишком хорошее настроение, думаю Костя не сильно обидеться. Пока Челяба пропадал в лёгком шоке, Спб пропихнул парня в комнату Уралова. Как только те оказались в комнате, Юра как ошпареный стал пытаться содрать с себя "аксессуар", пока торчок закрывал дверь и искал чем бы связать знакомого. Найдя в прикроватной тумбочке небольшую аптечку, а в той жгуты и пару бинтов у Питера созревал план. Татищев попытался более-менее придти в себя и сообразить что вообще ему делать как почувствовал как его руки обвязывают. Челябинск обернувшись, махнул кулаком, но промахнулся, так как сероглазый предвидел подобную реакцию. Пригнувшись и толкнув брюнета на кровать. Паренёк ударился об изголовье тихо шипя от неприятных ощущений. В глазах пробежались чёрные огоньки, затуманивая взгляд. Романов стал быстрыми движениями наматывать бинты, тем самым обезоруживая жителя Уральского округа. Схватив один из жгутов, наркоман спешно приподнял руки Тятищева, прижимая к спинке кровати и привязывая Челябинска. Мужчина, придя в себя продолжил пытаться оказывать сопротивление, но уже было очевидно, Юра в полной заднице. - Ну что, Юрочка, готов быть шлюхой? Задрав футболку так что бы Юрий остался без возможности что-либо увидеть, Питер начал. Его руки свободно путешествовали по спине и торсу Челябы, сжимая талию и бёдра твёрдой хваткой, оставляя следы на талии и рёбрах. Кожа шеи и плеч Тятищева казалась слишком пустой на его вкус. По тому Спб решил их раскрасить. Сильно кусая и посасывая кожу, на теле оставались синие и фиолетовые метки вдоль плеч, а так же в районе лопаток. Челябинск выпускал громкие мычания и сдавленные стоны. Тятищеву было отвратно это чувствовать и мыслить о том что его насилует наркоман, который даже особо и не общался с ним. Задыхаясь от отвращение и слёз парень взмолился дабы это всё быстрее кончилось. А Питер только начинал. Шура уже жаждал, наконец, погрузиться в симпатичную тугую попку. Резкими движениями содрав брюки с трусами с Челябинска и приспустив свои спортивски с боксерами подводя алую головку к кольцу мышц. Плавно погрузившись внутрь, Саша старался как можно безболезненней преодолеть сопротивление сжавшихся мышц. Прошло совсем немного времени, прежде чем он не выдержал, и толкнулся в податливые внутренности парня, наслаждаясь плотным теплом вокруг члена. Каждый толчок как взрыв удовольствия. Каждый удар по простате и глубине тугого анала. Пульсирующие волны блаженства заволакивали тело и разум. Романов неконтролируя себя и болезненно вдалбливаться в зад, стоная в голосину. Подходя к разрядке Сашенька задрожал в волне экстаза. Он сильно потянул за застёжку кляпа на себя заставляя Юру стоня изогнуться в спине и задрать голову. Будучи готовым уже кончить торчок ускорил темп. Семя начало вытекать. Тятищев чувствовал, как член Санкт-Петербурга пульсировал и дёргался, опустошая себя в него. *** Уралов постучал, но никто не открыл. Нервно выдохнув Костик, достал ключи. Отперев дверь, парня всё так же никто не встретил. Столица Уральского федерального округа прошелся по коридору пока не увидел настишь распахнутую дверь. Пока не заметил привязыного к кровати друга из анала которого вытекала белая, липкая субстанция. И Питера что потягивал чужие сигареты. - Саша, какой же конченый ублюдок.