Последние жертвы

«Тео, нам обязательно нужно встретиться до того как ты уедешь обратно во Францию. Мы и так видимся слишком редко!» PP «Не волнуйся. Теперь мы сможем видеться гораздо чаще.» TN «Всё-таки решил перебраться обратно в Лондон?» PP «Откуда знаешь? Асти уже всё рассказала? Ладно, поговорим при встрече» TN

Весна в Сан-Бликко - Виноград

      Гриффиндорцы могли бы позавидовать слизеринцам — они не умели дружить так. Дружить так, чтобы не выбирать день недели, а срываться по первому зову. Теодор даже не стал откладывать встречу, а просто согласился увидеться с Пэнси сразу, в тот же день. И неважно, что дружба у гриффиндорцев была не менее крепкой — Пэнси просто этих самых гриффиндорцев не любила.       У неё под утро глаза покрасневшие и руки холодные, ведь всю ночь безмолвно заходиться слезами, пока в соседней комнате спит Драко Малфой — это надо уметь. А по-другому она и не могла. Для того чтобы исключить переменную с этим именем надо было как минимум снять квартиру, чего она всё ещё не успела сделать. Планы шли не по планам.       — О, Тео! — Пэнси наконец-то может разглядеть его при дневном свете. В клубе она видела его только мельком и толком не успела пообщаться. Виной всему дурное настроение. Пэнси любила шумные вечеринки, но со встречи выпускников всё равно ушла гораздо раньше чем сама ожидала. Девушка поднимается, чтобы обнять друга. — Я смотрю, ты прям… Возмужал. Да, Франция на тебя положительно влияет. Выглядишь прямо как бизнесмен с обложки.       — О, брось, — он смеётся и на щеках появляются милые ямочки, — это всё костюм. Французская фея моды сшила специально для меня и явно вплела какие-то чары. Ну что, как ты? Как твои дела?       Пэнси оглядывает Теодора с головы до ног. Да будь эта фея хоть трижды профессионалом своего дела, она была тут совершенно ни при чём. Просто у Тео наконец-то проявилась грация и стать, присущая всем мужчинам его рода. Он наконец-то повзрослел.       — Ну, как… Всё также танцую, всё также живу, всё также курю. На самом деле ничего нового, если не считать, что с Малфоем я рассталась, а работу в клубе собираюсь наконец бросить, — слабая улыбка выходит совсем невесёлой. Честно говоря, с большей радостью она слушала бы рассказы Тео о себе, чем говорила сама.       — В какой раз вы там расстаетесь, напомни? — он пытается сгладить углы. Мол, всё не так серьёзно, такое уже бывало. Только вот Паркинсон даже не вздыхает утрированно тяжело, только смотрит красивыми глазами на Нотта и молчит. — Что, в этот раз всё серьёзно?       Официантка принимает заказ у Паркинсон, и та даже толком ничего не берет. Кусок в горло не лезет. Но с её помощью получается выиграть время на раздумия.       — Думаю, да. Я всё надеялась, что что-то изменится. Но знаешь, я полностью уверена, что ничего хорошего не вышло бы. Пока Малфою со мной удобно, он будет позволять существовать возле себя. Но как только он найдет того, кто по-настоящему тронет его сердце… Сам понимаешь, что произойдет.       — Возможно, ты и права. В конце концов, ваши отношения длились много лет. Может, они себя исчерпали, не знаю. Наши отношения с Асторией тоже развалились. Так что не вы одни такие несчастливые. Однако, Пэнси не ожидала такой новости. Малфой, разумеется, ничего не рассказал, да и сама Пэнси не интересовалась.       — Что?.. Почему?       — Такой же вопрос к тебе. Но вообще… Ты же знаешь, что она вела модельную карьеру…       — Да, мы с ней переписывались периодически, — прерывает Паркинсон, отодвигая в сторону телефон и прочие вещи, чтобы официантка могла поставить на стол чашку кофе.       — Так вот однажды она не приехала после какой-то презентации домой, а появилась только под утро. И с порога заявила об измене. Знаешь, на самом деле я давно заметил, как поменялось её отношение ко мне. Дело времени. Рано или поздно она бы кинула меня.       Пэнси качает головой неодобрительно. Всё-таки, от Астории подобных поступков можно было ждать в последнюю очередь — девушка всегда пропагандировала традиционные семейные ценности, желала завести крепкую семью и детей. Чёрт её дернул пойти в модели. Она так сильно… Изменилась.       Паркинсон никогда не была мастером в утешениях, но сейчас она взяла руку Тео в свою и улыбнулась ободряюще. Мол, не вешай нос. Ты не один такой. Пэнси вон тоже не нашла счастья в личной жизни.       Зато вот в кафе достаточно вкусные завтраки, на которые Тео и Пэнси прерываются. И грустная тема почти уже забыта. И несколько часов сплошных разговоров пролетают совсем уж незаметно.       — Я заплачу, — Теодор пресекает попытки Пэнси достать кошелек и оплатить свою часть заказа.       — Я, конечно, не нищенка, но спасибо. Лишняя экономия мне сейчас не помешает, — усмехается она, принимая жест. Они выходят из кафе на улицу, планируя чуть прогуляться по крайней мере до стоянки, где Нотт оставил машину.       — Экономия? Зачем тебе экономить? Эту тему Панси мастерски обходила в течение всей беседы, но в последние её минуты всё-таки не смогла отговориться.       — Я же увольняюсь из «Мглы» И… Надо съезжать от Малфоя. Значит, надо искать квартиру. Поэтому, понимаешь ли, надо жить скромнее.       Теодор молчит какое-то время, раздумывая над сказанным. Но после оборачивается к подруге и хлопает по плечу.       — Надо было сразу попросить помощи. Астория сейчас снимает в Лондоне квартиру. Кажется, мы, не сговариваясь, решили остаться здесь. Я-то, понятное дело, открываю здесь филиал. А вот она… Да чёрт знает. Не хочу спрашивать, но не понимаю, в чём дело. Позвони ей, спроси. Может, заодно и узнаешь, напросишься к ней. Всяко лучше, чем с Малфоем. Если нет… Тогда с квартирой помогу я. Но вам, девчонкам, лучше, конечно, жить с девчонками.       Почему Пэнси до последнего тянула и не просила о друзей о помощи? Потому что была гордой. И без помощи, и без магии, и без денег своей семьи, которые ушли на погашение долгов после войны, — прекрасно справлялась. Но возможность пожить с подругой была очень кстати.       — Слушай, хорошая идея… Так и сделаю. А что с филиалом? — взгляд упал на руку, на которой красовались аккуратные часы. Многие годы, ещё до выпуска из Хогвартса, Нотт занимался семейным бизнесом. Сначала просто подрабатывал в магазине отца, а после и вовсе взял в свои руки все заботы об элитном салоне часовых дел. Сейчас же он имел определенный успех в Париже и Тео, видимо, наконец решил расширить зону влияния.       — Думаю, давно пора открыться и в Лондоне. Средства позволяют, репутация, наконец, более-менее очищена… Да и к вам буду ближе. Я от компании с этим переездом во Францию совсем оторвался. Без Астории мне всё равно нет смысла возвращаться в Париж. Да и время с семьей провести стоит.       Пэнси смеётся, подтолкнув в плечо.       — Что верно, то верно, — улыбается она. — Может, и меня в салон возьмешь? А то работу найти тяжело… Не знаю, как с таким сомнительным опытом и знаниями найти что-то нормальное. С клуба-то надо уйти, чтобы не видеть довольное лицо Малфоя каждый день.       — Без проблем, — но, кажется, Пэнси не ожидала такого ответа. Она замерла, нахмурилась.       — Не шути так, я вообще-то серьёзно, — ей даже обидно.       — Я и не шучу. Пройдешь курс подготовки, а после устрою тебя. По дружбе. Имею право. Знаю, ты любишь всякие украшения, так что с часами работать тем более сможешь, — и Пэнси не сдерживается, тянется к нему, чтобы броситься на шею.       — Ну что ты, ну, в самом деле. Мы же друзья, друзья должны помогать друг другу, — он берет её за руки в знак поддержки и улыбается.       Пэнси улыбается в ответ, даже не задумавшись о том, что снова устраиваться на работу о дружбе — всё равно что дважды наступить на одни и те же грабли.

***

Thomas Mraz — Ultraviolet

      В кабинет к Малфою Блейз стучится где-то на закате. Кажется, он наконец-то вернулся из поездки, в которую отправился сразу после вечеринки.       — Ну, привет. Как ты тут, не киснешь? — Блейз даже не спрашивает разрешения войти и сесть. Просто ведет себя так, будто имеет полное право здесь находиться.       — А должен?       Потому что вообще-то — нет. И даже отсутствие Блейза не испортило настроения Малфоя.       Перед ним раздался хлопок. Забини поставил на стол статуэтку полного человека с головой слона.       — Это что? — лицо явно приобрело слишком удивленный вид. Забини даже усмехнулся.       — Ганеша. Их местный бог мудрости и благополучия, типа того.       — Считаешь, мне недостаточно мудрости? Или благополучия? — взаимные подколки не прекращались почти никогда.       — Ой, завали, Малфой, лучше скажи спасибо за подарок.       Забини только что вернулся из Индии. От него, кажется, до сих пор пахло пряностями и восточным духом. Наверное, если его сейчас расспросить — он расскажет, как преисполнился мудрости.       — Я даже загорел, — серьёзно заявляет Забини, и только после того, как Малфой глядит на него в ответ, начинает смеяться. Драко не сдерживается, слишком уж заразительный смех и слишком уж глупая эта шутка. Бизнес у Забини явно процветал. За последние полгода друг всё чаще отправлялся заграницу, встречался с деловыми партнерами. Только вот мало рассказывал Драко о своих успехах.       — Ты даже не удосужился попрощаться, просто трансгрессировал.       — Ой, Драко, ведёшь себя как девушка. Может, ещё и кофе в меня плеснешь в знак своего недовольства? — он откинул голову назад, упёршись макушкой в стену. — Тебе надо подкрутить петли у полки, если не хочешь, чтобы она свалилась мне на голову. Кстати, на счёт девушек… Кажется, я нашел ту самую. На вечеринке.       Он поднимает взгляд неожиданно серьёзных глаз. И Малфой сам меняется в лице, едва ли не привстает на стуле от удивления.       — Ты разве не почувствовал? — переспрашивает Блейз.       — Почувствовал, но подумал, что… Показалось? — Драко хмурится, снимает с лица тонкие очки, чтобы потереть пальцами занемевшую переносицу.       — Нет, друг, не показалось. Она действительно была там, а мы её упустили.       Малфой ухмыляется в ответ на такое заявление. Забини так только кажется. Магия помещения откликалась Драко сильнее, чем кому-либо другому. Даже больше чем Забини, который являлся его лучшим другом и тоже вложил в этот бар средства, силы и время. «Мгла» была не просто баром, а баром, в котором многое было завязано на магии рун, заложенной в кладку стен. Он был расположен на одной из сильных магических лей-линий, что давало помещению явные преимущества.       — Тебе так кажется.       — О… Значит, я в тебе не ошибся. Ты знаешь, что делать, — он кивает головой, но вдруг резко меняет тему, как будто всё, что хотелось сказать, уже было сказано. — Ты же знаешь, что Пэнси уже знатно повеселилась после вашего расставания?       Драко даже не успел рассказать Блейзу о разрыве, а он уже все узнал. Такова сущность Забини — он видел всё, знал всё и контролировал всё, как будто обладал всевидящим оком.       Иногда он знал даже больше положенного, как например сейчас.       — Развлекалась? Ну… Рад за неё. Ей хотя бы было весело.       — Ты даже не спросишь с кем? — Забини фыркает, будто ожидав совершенно другого. В конце концов, он и действительно считал, что Малфой будет ревновать. С Пэнси ведь всё было серьёзно. Но, видимо, до поры до времени, — с Роном Уизли, между прочим.       Драко морщится. Вспоминает лицо рыжего и понять не может, почему он решил загулять. Всё-таки, его благоверная была аж героиней войны.       Но, видимо, даже у героинь свои недостатки, раз герои бегают налево.       — Видел, как твоя бывшая лизалась с ним на лестнице, — как бы невзначай упоминает Блейз и тогда Драко не выдерживает.       — Избавь от подробностей. Не хочу знать, сколько ещё языков побывало в её рту.

Thomas Mraz — Ultraviolet:

«Я хочу узнать столько языков, сколько побывало в её рту за выходные»

Малфой ищет внутри отголоски ревности, но вместо них находит лишь раздражение, потому что он не хотел слышать ничего про Пэнси. И тем более ничего, что могло бы заставить ревновать.       — Но… Я знаю, как это можно использовать нам на руку. Ты ведь понял, кто мне нужен. Забини понимает Драко по одному взгляду. И когда он приподнимает бровь, чтобы удостовериться в догадках, что-то заставляет убедиться окончательно.       — Действуй, Малфой. Ты знаешь, что делать.