Обнять и плакать валить и трахать

      Его младший брат — вредный, противный, придурошный, милый, сексу-       Его младший брат распиздяй в самом прямом смысле этого слова.       — Чжун Ли, а ты скоро закончишь? — Аякс прикусывает нижнюю губу и непослушно ёрзает на коленях мужчины. Ещё и непоседа. Серьезно, где найти кнопочку чтобы выключить это шило в попе?       Аппетитной задн-       — Что ты хочешь? — он устало вздыхает и откладывает бумажки. Нет. Так не пойдёт. Он не может сосредоточиться.       Ох, даже сложно вспомнить, когда младший начал себя так вести. В четырнадцать? Возможно, но тогда это было не так явно. В шестнадцать? Хм…       Тогда они сидели за ужином с семьёй и другими личностями — деловая встреча. Аякс всегда был общительным и с радостью отвечал на вопросы, стрелял глазками дочери компаньона, а тем временем юношеская рука покоилась на бедре старшего брата и постепенно поднималась все выше и выше явно нарушая границы дозволенного. Ладно, может переживает? Точно не о нем, бессовестно поглаживающем чужой пах.       После этого Чжун Ли завёл серьезный разговор по поводу того, что он ему не Кэйя, который отвечает теми же «приколами». Аякс надулся и не разговаривал с ним час.       — Целый час!       Для него это и правда много.       А потом опять. Ещё раз и ещё один, последний.       Стало еще хуже. Если это можно так назвать, учитывая то, что последний месяц Чжун Ли бессовестно дрочит на него.       Аякс врывался в его рабочий кабинет в доме, усаживался на колени и рассказывал как прошёл его день. При этом постоянно ерзал. Чжун Ли любит его, но от подобного поведения младшего его чуть ли не тошнило. Один раз он вспылил:       — Да замолчи ты уже, приемыш. — и только через несколько секунд он понял что ляпнул. Он хотел уже извинится, да вот Аяксу этого, кажется, и не нужно.       — Правда? — напротив, его глаза радостно блестели. — Значит, мы не родственники и можем быть в отношениях! Это такая прекрасная новость! — он обнимает мужчину за шею и довольно трётся о неё носом. Засыпает.       Чжун Ли вздыхает и относит этот рыжий тайфун в комнату, укрывает и целует в лоб уходит.       Их отношения никогда не были такими. Напротив, они могли иногда выпить, поговорить о жизни, хоть Аякс и был младше него на почти что 10 лет, но для своего возраста был довольно смышлёным малым. Правда вот Чжун Ли абсолютно не нравился тот факт, что он не видит смысла в жизни, и Аякс на отрез отказывался рассказывать ему что подтолкнуло его к подобным мыслям. Он волнуется за него.       А потом его брат превратился в это нечто. Которое лезит к нему с поцелуями, стреляет глазками и вертит задницей перед носом. Сначала это невероятно бесило и раздражало, он был вынужден отправить его «на каникулы» обратно к родителям, да вот те вернули его обратно буквально через несколько дней, чтобы не мешался.       А сейчас он чувствует, ещё одна такая выходка и он даст то, чего Аякс так выпрашивает. Он его просто трахнет на этом столе. Без прелюдий. Просто разложит на этом столе, снимет короткие шорты, в которых Аякс последнее время щеголяет, и трахнет. На важных документах чтобы аккуратные соски натёрлись о грубую бумагу и приятно болели, а на бёдрах обязательно будут кровавые царапины. Вытрахает всю дурь, а параллельно и стоны. Чтобы младший ещё месяц молчал в тряпочку и ничего не творил. А потом по новой. Не то чтобы Чжун Ли особо против… Об этом он и говорит! Аякс это просто…суккуб.       Из раздумий его выводит тихий скулёж.       В горле пересохло, мужчина поднимается. Аякс не пускает, крепко держится ножками за торс а руками обхватывает шею.       — Мы правда идём играть? — юноша нагло усмехается, когда руки старшего предупреждая сжимают задницу. О, да. Он ждал этого. Когда труды дадут свои плоды. Уроки от Кэйи не прошли даром.       Чжун Ли молчит. Ищет слова чтобы заткнуть этот поганый рот. Он облизывает пересохшие губы и приближается к ушку с серёжкой.       — Ты наказан, Аякс. — тихо шепчет, слегка касаясь мочки. Реакция следует почти сразу же. Кажется, Аякс перестал дышать, его мелко трясёт.       — И ч-что же ты сделаешь? Отшлепаешь?       — Для такого как ты это отнюдь не наказание, а поощрение. — Аякс охает, когда чувствует сухие губы на своей шее. Чёрт, и как он узнал? — Я лишаю тебя карманных денег на месяц.       — Блять…       — Уже на два. — Аякса ставят на ноги и оставляют в одиночестве. Злого, красного и возбужденного.       — Сука… Ты ещё пожалеешь! — кричит в сторону кухни и хлопает дверью комнаты. Ищет свою коллекцию игрушек и довольно стонет доставая коробочку.       Сегодня мальчик играет сам.       В прочем как и всегда.