Размышления о ягодах в летней обстановке

— Кроули, позволь, — Деликатно попросил Азирафаэль протянув к змею руку, отчего тот слегка брезгливо дернулся, но все же протянул белокурому упаковку с печеньем, которое ангел осматривал так, словно бы в его составе желал найти нового Антихриста, а после вернул обратно в руки Энтони. — Прошу, положи это на место и возьми то, что немного левее. — То которое в зелёную крапинку или оранжевый горошек? — Демон потянулся рукой на верхнюю полку стеллажа в супермаркете, и пока его длинные, вмеру тонкие пальцы словно бы змеи, ощупывали мучное, тот с крайне недовольной физиономией, даже скорее с лицом, полностью описывающим настроение «Пожалуйста, просто отстаньте» глядел вокруг, словно желая выцепить из окружения что-то, чтобы его настроение улучшило. — Зелёное. — Кратко ответил ангел, и вскоре ему в руки попала новая упаковка сахарного печенья, а Кроули развернулся всем телом в противоположную от ангела сторону. Люди такие интересные создания… Вроде бы смотришь, печенье, булочки, хлеба, стоит только повернуть голову и сразу же стоит вино. Это было уже чуть больше по душе Энтони чем надоедливое печенье которое так усердно выбирал Азирафаэль. А, собственно, зачем он это делал? Дело в том что не столь давно ангел открыл для себя такую фантастическую штуку, которую люди обычно называют «сахар». Почему же этот сладкоежка так неожиданно забеспокоился о потребляемом своём организмом сахаре и почему из-за этого мучался Кроули? — Ангел, признайся, ты просто выпендриваешься, — В один момент произнес Кроули, и выбрав бутылочку с особо пафосной упаковкой услышал у себя за спиной сначала возмущенный вздох, а после и саму фразу от ангела. — Я не выкаблучиваюсь! — Возразил ангел и, подойдя к демону с той самой упаковкой мучного в зелёную крапинку, тоже взглянул на вино что выбрал Энтони, смотря на того с неким подобием снобского «сморщивания носа», которым обычно выражают фи. — Тогда зачем тебе вся эта морока с сахаром? Взял бы что вкуснее и дело с концом, — Пожал плечами мужчина с черными очками, которые теперь он носил под предлогом солнцезащитных. — Кроули, ты не понимаешь. Дело не в том что вкуснее а что менее. — Ну, что же, поведай мне, мой ангельский педант, в чем же смысл этой твоей диеты? — Наигранно серьёзно выдал Кроули, в то время как взяв ещё 2 похожие бутыли с подозрительно выпендрежными этикетками, что лично у Азирафаэля не вызывали доверия. Они скорее выглядели как нечто, что создал человек страдающий от сублимации и СДВГ одновременно. В общем-то, так можно было бы назвать все современное искусство (по крайней мере если слушать Азирафаэля, который был ярым фанатом картин, что рисовали старые мастера. Например Питер Пауль Рубенс, который в свое время прославился за рисование обнаженных мужчин из мифов мифов Древней Греции. Достаточно необычно слышать о таком художнике из уст ангела, но, полотна у него были воистину прекрасны) — Это не диета! Ну, по крайней мере если смотреть как человек. Когда они садятся на диету то едят то, что сделает их худее, а в моем случае, я скорее просто… — Запнулся на полуслове Азирафаэль, сложив руки за спиною и как бы пряча там упаковку печенья, словно застенчивый дошкольник, который пытался выпросить у мамы Киндер. — « Скорее просто» — что? — Обернувшись поинтересовался демон большими, размашистыми шагами отдаляясь от этого странного отдела, больше желая например посмотреть что эти люди продают такого, содержащего какао. — Пообещай что не будешь смеяться, — Смущённо попросил того ангел как хвостик следуя за Энтони, который тем временем практически что запутался в огромном гипермаркете, где было все: начиная с тостеров и заканчивая живыми карасями. — Клянусь, — Уже прыснув сказал рыжеволосый, демонстративно подняв руку вверх и после с хлопком приложив к сердцу, пару раз повторив данное действие. — Причина в том что… О, Кроули, смотри, — Неожиданно прервался вновь ангел, поравнявшись с демоном и жестом указав ему на зелёный уголок, который люди по своей природе называли «отделом овощей». Кроули специально называл этим забавным словосочетанием адскую бухгалтерию с ее бесконечной бюрократией и отчётами. «Зеленым уголком» — эти двое начали называть данную зону только из-за того чтобы шутка про «отдел овощей» не потеряла актуальности. Кроули начал, а Азирафаэль практически сразу же подхватил. Это было похоже на глупую попсовую песню, чье название все знали но придумывали глупые аббревиатуры либо же просто называли по строкам куплета. — м? Что такое, ангел? — Прищурившись спросил Кроули не понимая чего это так Азирафаэля там удивило. Сразу после этого вопроса его, как жениха на венчании, взяли под локоть и повели к отделу, а демон бренча бутылками в корзинке даже не заметил как туда незаметно попала упаковка печенья в крапинку. — Арбуз, — Кратко поведал ангел смотря на зелёного в полосочку гиганта. Кроули тоже смотрел на фрукт… Ягоду… Овощ? Не важно, чтобы то ни было, но представляя себя за поеданием данного нечта, сразу представил картину как плюётся косточками на манер Рембо с его навороченными пушками. — Ты хочешь арбуз? — Улыбаясь от мыслей про пулемет из косточек поинтересовался Кроули, и когда Азирафаэль одобрительно кивнул, корзинка с 3-мя бутылками вина и одной упаковкой сладкого оказалась брошенной в руки ангела, который обнял ее так, словно бы это был одушевленный объект: так аккуратно, боясь что упадет. Хотя этого действительно стоило боятся, учитывая содержимое.       Демон, демонстративно засучив рукава и сделав грудь колесом, попробовал было поднять виноград-переросток, но как бы старался, воз был и ныне там. Да как так то?! Один раз хотел выпендриться перед эфирным, и тут же получил такой удар по дых. Абсолютно нечестно. — Кроули, может быть взять что поменьше? — Деликатно попросил ангел, но Кроули уперевшись рогами, до последнего пытался поднять злосчастное нечто, что стояло между ним и его гонорным чувством гордости. — Ангел, я возьму этот! — Возразил тот с красной как помидор физиономией, действительно напрягаясь над такой задачей как поднятие ягоды переростка. Ему просто претила мысль о том, что он не может взять на руки какую-то проклятую ягоду. — Хорошо, ты то его возьмёшь, а ты уверен что он вкусный? — Так деловито спросил Азирафаэль, и когда Кроули, стараясь отдышаться сделал шаг прочь от ягоды, то ангел сначала осмотрел «виноград» а после и приложив ухо , постучал. — Да я к тому же сомневаюсь что ты столько съешь… — Что значит «Я съем»?! Мы съедим! — Вновь возмутился демон, и когда предпринял попытку взять арбуз то ангел опередил его. Сначала он поставил корзинку в сторону, а после, подняв ягоду двумя руками взял на манер ребенка, покуда, как узналось, так было действительно куда легче носить тяжести.— Азирафаэль, вас в раю что, заставляют жим лёжа делать? — Чтобы то ни было — ответ отрицателен. — Тогда как ты поднял эту махину?! Я чуть не родил пока пытался его на руки взять, — Подхватив корзинку со спиртным спросил Кроули, и подбежав к ангелу стал осматривать его, словно силясь найти подвох. — Просто у сил тьмы нет даже шанса тягаться с силами света, — Пару раз кивнув признался Азирафаэль, а Кроули от зависти аж чуть ли не кипел. — Это абсолютно несправедливо! — Очень даже, Кроули. Неужели ты думаешь что все хорошее сразу же досталось вам? — Выглядя, словно бы хитрый еврей победивший в покер спросил белокурый, а рыжий рядом лишь злобно фыркал в ответ, подмечая, что так то это правда, звучит логично.

                              ***

— Итак, начнем сначала. Вино взял? — Взял. — Фрукты взял? — Взяяял. — А арбуз? — Арбуз не фрукт. — Ангел, я не для того этому нечту отдал целую полку холодильника чтобы потом узнать что это не фрукт. Лично для меня это фрукт, — Пожал плечами Кроули, собирая сумку с провизией на пляж, будучи кажется довольным как кит. А почему не быть? Погодка блеск, судя по всему водичка тоже, да и признаться, давненько он не плескался на каком нибудь озере. — Научно доказано что арбуз — ягода, — Снова загундел Азирафаэль как бы стоя над душой, бегая туда сюда за разными продуктами и вещами, дабы Кроули все это складывал а после, нагруженный сумками положил в багажник Бентли. — А я хочу чтобы это был фрукт. Ангел, где ты видел такие большие ягоды? — Вот, одна как раз передо мной, — Не поняв сарказма ответил белокурый, а Энтони Джей Кроули, как он себя величал на земле тихо прыснул, понимая, что кажется Азирафаэль в каком то роде гений. — Ладно, ладно, Ангел, это ягода. Тогда бери эту ягоду под мышку и тащи в машину, а то у меня сил не хватает.       Сразу после данного незамысловатого приказа, Азирафаэль, подобно ёжику альбиносу подхватил зелёного гиганта и попутно кряхтя от его веса потащил в машину. Вслед за ним же последовал и Энтони, вальяжно и абсолютно не торопясь, покуда причины банально не было. Ну действительно, куда ему бежать? Армагеддон предотвращен, ещё 6 тысяч лет можно жить спокойно.       С другом погрузив все в багажник автомобиля, ангел сел на свое излюбленное место. Точнее переднее пассажирское сиденье, покуда порой казалось, что никто другой кроме него даже не имел права даже смотреть по направлению данного места. Из-за этого на месте ангела, точнее считай уже с его стороны автомобиля всегда было чем перекусить. Какие нибудь вафли, печенье, как то раз Кроули даже обнаружил в бардачке кило шоколадных конфет, которые из-за температуры превратились в шоколадный ком с орешками внутри.       Тем не менее, почему то Энтони не было против. Опять таки, чему ему противится? Ангел вроде же машину не освящает, просто добавляет уют по своему. Книжки он конечно не таскал, но, тем не менее таким образом приучил Энтони к глазированным сыркам. Действительно вкусная ведь, а вином самое то. — Итак, Азирафаэль, сегодня у меня для тебя исключительный вариант поездки. Точнее выбора ее направление. Север или восток? — Поинтересовался Кроули, а Азирафаэль, получив данный вопрос задумчиво воззрился на приборную панель. — Наверное туда где поближе… — Пожав плечами произнес тот, а Энтони лишь фыркнул, словно бы обидевшись на данное высказывание. Порой, Кроули казалось что Азирафаэль был способен отключать свой мозг, и пока тот выполнял невероятные кульбиты где-то далеко в уголках вселенной, а после возвращался, преисполненный «Азирафаэлестью». Данный термин в свою очередь обозначал очень необычно доброе настроение ангела, что, порой сильно либо радовало, либо наоборот, злило демона. Сейчас был именно второй вариант, покуда куда поближе было бы неинтересно банально… Ангел в такие моменты был слишком ангельским, это сильно раздражало. Был ещё больше педантом чем обычно. — Ангел, я попросил назвать направление. — Твердо ответил тому Кроули стараясь выглядеть весьма и весьма обычно, покуда гнев на лице искусителя мог спугнуть и без того слегка гуляющий мозг ангела. Признаться, у демона была похожая фишка. Если извилины ангела время от времени выходили на прогулку, в свою очередь вся серьезность Кроули могла спокойно так на пару часов уйти припудрить носик, а оттого он становился весёлый и заводной как игрушка на ключике с пружинкой, с тем только отличием что обычно мозг Азирафаэля возвращался к нему быстрее, чем серьезность обратно Кроули. — Хорошо, пусть будет… Восток. — Почему именно восток? — Просто захотелось. Ты уже придумываешь хитроумную подколку? — Верно ангел, именно так. А пока я ее придумываю предлагаю тебе рассказать мне какие нибудь интересные факты о мире людском. — А зачем тебе? — Для общего развития. — Клубника это… орех.       Кроули, который в это время уже гнал по Лондону казалось приосанился, а физиономия его непривычно вытянулась, явно показывая эмоцию владельца. — С чего бы это клубника — орех? Всегда же ягодой была. — Ну, узналось что настоящая клубника это те желтые точки на поверхности. — А тогда лже-клубника? Красная такая. — Не помню. Наверное тоже что-то такое, отчего у тебя глаза на лоб полезут. — Давай тогда сами придумаем что это за красная штука на которой растет клубника. У тебя есть идеи? — Думаю в этом вопросе стоит начинать с орехов. Какие орешки ты знаешь? — Фисташки. Они к пиву хорошо. И шампанскому. Ангел, ты не хочешь шампанское? — Кроули, не отвлекай меня пока я не потерял нить раздумий. Может быть эти жёлтые точки на клубнике — недо панцырь? Как у грецких. — орехов? — Угу. Как у них. — Неет, мне кажется слишком притянуто за уши. Да и тем более, где ты видел орехи без панцыря? Клубника по определению не может им быть. — Может, это доказали люди. — А ещё люди доказали что произошли от обезьяны. — Кроули, это другое… — Нет ангел, это именно то. Люди выдумывают всякую хрень и верят в нее, хотя сами понимают что это бессмысленно. Ты видел людей покупающих лотерейные билеты? — Как то раз видел, на почте. — Ну вот. Они так искреннее верят в свою удачу, что готовы тратить кучу бабок исключительно на бумажку с защитным слоем. А учёные так искренно верят в свой бред что мелят подобное. — Но это ведь людская натура… Они склонны додумывать то, что не могут объяснить. Вот если бы ты был учёным, как бы ты объяснил эти жёлтые точки? — Это семечки, ангел. Ну вот есть у нас… Гусь. Или утка. Она поела клубники, семечки остались и вместе с перегноем потом снова стали кустиком с клубникой. — Как мне известно гуси не едят клубнику… — Когда жрать хочешь и не клубнику съешь. Ну так, что? — Что? — Дьявол, дай мне сил… Догадка моя логичная? — Думаю что вполне. — Значит я разгадал секрет клубники. Это не орешек, это ягода. Кстати о ягодах, ангел. Почему арбуз резко ею стал? — Не знаю, все просто стали его так называть. Если я не ошибаюсь, его так называют из-за того что он похож на другие ягоды. На виноград например, чернику… — И чем же? — У него много мякотки внутри и ещё он защищён кожурой. — Ну, так я что угодно могу ягодой назвать. Даже книгу. — Боюсь что книга это немного другое. — Нет, не другое. У нее плотная обложка и мягкая бумага внутри, которую я, например, спокойно могу съесть. — Ты хочешь съесть книгу? — Нет, ангел, я исключительно привел пример. Раньше арбузы вообще выглядели как недоделанные круглые огурцы, так что я до скончания своих веков буду называть арбуз фруктом. И это не оспаривается, хорошо? — Хорошо Кроули, не буду. Арбуз, что тем временем слышал этот диалог своими жидкими мозгами старался представить, кто он. Он знал что он арбуз, но как он себя ощущает? Ягодой? Фруктом? Круглым огурцом? Это был сложный вопрос, на который пока даже сама виноградина переросток не могла дать ответ. Тем не менее, именно этот арбуз понимал логику в словах демона. Когда то, ещё в 1600 годах, его прапрапрапрадедушка, выглядел как нечто в зелёной кожуре со странными вихреватыми белыми полосками, которые занимали большую часть ягоды и были абсолютно невкусными. О, Кроули отлично помнил эти арбузы. Но не испытывал особой радости от их «приручения» родом людским. Ну с другой стороны, что в этом такого? Это считай что лимонад в твердой оболочке, неужели это нечто достойно внимания? То что действительно заслуживало внимания так это тот, кто этот арбуз мог дотащить.              Что же до направления, которое выбрал ангел. Там в свою очередь находился общественный пляж, считай что бывший карьер, который просто залили водичкой на отвали и сказали «и так сойдёт».Если описывать это место как нечто боле подробное, выходила следующая картина: Куча ларьков с разными сладостями с ценами как из аэропорта, люди, что жарят шашлыки, девчонки в бикини и конечно же аренда матрасов за деньги, на которые можно было бы спокойно купить себе квартиру в центре Нью-йорка, и ещё бы осталось на ремонт. В общем смысле, ничего нового для обычного человека, но для Азирафаэля который в таких местах был крайне редко и по прибытию (точнее практически по прибытию) стал задумчиво осматриваться. Сначала нужно было практически час ехать по трассам от города, а после, оплатив парковку на месте специально рядом с пляжем искать минут 15 место где можно было оставить свою железную ласточку, а уже после, перессорившись с несколькими такими же водителями за парковочное место забрать свои шмотки и отправиться на пляж. Точнее к карьеру, но почему то на вывеске назывался он «озером». Это немало смутило ангела, отчего тот завис перед доской с информацией, внимательно бегая по каждой строчке глазами и казалось, просто не найдя себе литературы интереснее чем это. Кроули, что за это время отошёл уже на приличное расстояние понял что рядом не семенит кое кто с очень белыми волосами, а потому обернувшись фыркнув вернулся обратно к Азирафаэлю, остановившись рядом и желая понять чего он там читает с арбузом наперевес. — Ангел, чего застыл? — Поинтересовался искуситель глазами пытаясь понять на какой строчке находился ангел, а тот, словно бы слыша его мысли, начал читать вслух. — «…Именно поэтому на территории пляжа «Волчонок» нельзя мусорить, распивать спиртные напитки и курить табачные изделия, кальян и какие либо другие виды травы…». Кроули, я право, ещё никогда не видел столь вольно написанных правил. Пляж не государственный? — Уточнил ангел взглянув на рыжего демона рядом, а тот, усмехнувшись с последней прочитанной строчки, улыбаясь воззарился туда же куда и эфирный. — Не знаю, ангел. Но мне кажется что сегодня в с тобою нарушим все правила данного места. — Кроули, я не буду мусорить. — А кто сказал что это будешь делать ты? Я сделаю всю грязную работу, тебе остаётся только пить вино и наслаждаться солнышком.       Ангел вновь показал свое фи и уставился на текст. — Почему «Волчонок»? Как это связано с пляжем? Как это связано с волками? — Ангел, я не ходячая Википедия, я не могу рассказать тебе что было до того как назвали этот пляж. А теперь, пока я окончательно не упарился в своих шмотках пошли найдем место.       Молча кивнув, ангел последовал за демоном, а тот в свою очередь юрко огибал лежащих людей, которых было весьма много… И большинство из них просто напросто валялись и загорали, занимаясь своими делами, и лишь малая часть плавала в «озере». Спустя пару минут мучительных поисков наконец то удалось найти местечко достаточно большое для двоих, а посему, постелив на песочке некое подобие коврика для йоги, Змей стал раздеваться. — Кроули, что ты делаешь? Тут же повсюду люди! — Шепотом возмутился ангел, а демон, лишь глядя на него а хитрой ухмылкой продолжил раздеваться. Сначала он стянул ботинки с носками полными песка, а после брюки, пиджак, рубашку, галстук… Остался он в итоге стоять исключительно в плавках, которые выглядели как просто черные боксеры. Азирафаэль, пусть и знал что так вполне могло быть просто одернул демона на случай, если тот решил просто напросто устроить какой то розыгрыш.       Оказавшись условно « в одних трусах» Кроули увалился на свое местечко под солнышком, растянувшись во весь рост и довольный лыбясь, словно бы прямо перед ним презентовали очень дорогую бесполезную вещь, что выглядела настолько пафосно, что ее обязательно хотелось купить. В этом плане у демона была особая страсть. Странный будильник с кучей функций, который он по итогу практически не использует? Покупаю. Шелковые простыни, от которых по итогу нет смыслу из-за того что Энтони спит на комплекте более удобном? Тоже в корзину. И таких примеров было огромное множество. Просто Змей любил пафос, и он не стеснялся этого показывать. — Ангел, а ты чего стоишь как на поминках! Раздевайся, — Поведал демон в указательном тоне, а Азирафаэль лишь поморщился и слегка пошатнулся от идеи раздеваться на людях. Осмотревшись, тот, увидев кабинки для переодевания поспешил туда оставив арбуз рядом с Кроули. Демон, какое то время играя с ягодой в гляделки как бы приобнял ее, и подвинувшись ближе опёрся о «виноград», который походил для него просто на большой такой камень, который было невозможно поднять или сдвинуть.       Азирафаэль вернулся через пару минут, в купальнике. Думаю многим известно что леди из 1950-х были вынуждены носить длинные закрытые купальники дабы не показаться вульгарными, а Азирафаэль кажется просто напросто опаздывал за событиями в мире, покуда у него прямо как у льва Бонифация был длинный, белый в голубую полосочку купальник до самых колен, который кажется тот носил просто из-за того что не хотел выглядеть как те мужчины за 40, похожие на сальные залежи. Пусть ангел и не был полным, скорее вмеру упитанным, он, тем не менее не хотел дабы окружающие его люди как либо испытывали отвращение от чужого тела. Есть же такие? Да и к тому же, самому ангелу вполне нравилось. — Азирафаэль, ты что, из цирка сбежал? — Рассмеявшись спросил Кроули продолжая опираться на арбуз и наблюдая за тем как ангел плюхается на коврик рядом, щурясь от солнечного света. Из-за слишком яркого солнца его волосы казалось светились, отчего даже со своими очками Энтони невольно жмурился. — Кроули, с чего ты взял? — Непонимающе уточнил ангел, который смотря на близлежащего демона подумал что зря забыл очки. Сидеть без них было безумно мучительно… — У таких же костюмчиках ходят силачи со штангами. Из цирка. Ну, ты видел наверное. — Нет… — Да и хрен с ними, с этими силачами… Ты лучше сам похвастался мускулатурой. Ты наверное дичайший силач раз таскаешь такое, — Демонстративно похлопав по арбузу выдал Кроули, а ангел рядом смущённо посмотрел в сторону, думая, что пожалуй у него ничего такого сейчас там не будет. — Ну давай же, ангел! Я верю, ты у меня самая настоящая машина. Ну, сделай вот так руку. В этот момент демон специально согнул руку как это делают бодибилдеры, демонстрируя свои мышцы. Пусть в костюме Кроули и не выглядел дохликом, без одежды… Нет, ну не сказать что он был каким то сексуальным мачо, но определенную физическую форму имел. — Кроули, я не хочу унижаться. — Да ладно тебе! Ну разочек! — Нет, я уже сказал что не буду. — Ангел, я же не отстану от тебя. — Ну и не отставай, я не буду бегать у тебя на поводу. — Азирафаэль, либо ты сейчас показываешь мне мышцы, либо я с тобой не разговариваю.       Намеренно спародировав эфирного попросил Кроули, и мужчине в полосатом купальнике ничего не осталось кроме как выполнить «просьбу». Тот также как и Кроули напряг руку, и кажется у змея аж очки на нос съехали. — Я же шутил про зал, Азирафаэль! Откуда у тебя… Нет, подожди, дай потрогаю, — Сев поближе, практически мгновенно оказавшись у ангела под боком, демон стал трогать его мышцы, кажется, уже и забыв что это немного нарушение личного пространства. Именно тогда он вспомнил такую забавную вещь о людях как весовая категория. Чем выше и тяжелее ты, тем больше шансов у тебя поднять тот же самый арбуз. Азирафаэль был чуть ниже Энтони и тяжелее, так что не удивительно что оказалось тот скрывает нечто подобное. Вообще, забавно получалось. Азирафаэль, который практически не занимаясь физкультурой и задыхаясь от минуты пробежки оказался сильнее Кроули, который какое то время действительно ходил в зал. Не сказать конечно что в итоге у Азирафаэля были какие то мускулы или что-то. Когда его руки были расслаблены не было заметно толком ничего, но когда ты начинал их щупать то понимал, что они не мягкие, как бывает в большинстве случаев у весьма пухлых людей, а были сами по себе твердые, с неким рельефом. Но это только если щупать… — Ты что, наколдовал себе мускулы? Чтобы девчонок кадрить, да? Эдакая конфетка с сюрпризом: снаружи миленький книгочей британец, а внутри сильный мужчина с вот такущими бицепсами! — Кроули, да я сам не знал что у меня такое есть! Ну правда… — Не ври мне, ангел. Я вижу тогда ты пиздишь. Ты что, в качалку ходишь? — Нет. — Не ври. — А я не вру. — Ну так не ври. — Но так я и не вру. — Врешь. — Не вру! — Нагло подпиздываешь. — Ну ладно, совсем немного. Просто какое то время занимался чтобы скинуть немного и все. — И сахара поэтому меньше есть стал, да? — Кроули, это никак не связано. — Связано! — Нет! — Да! — Нет! — Омлет. — Что? — Просто в рифму сказал. — А… — Ну так что, к лету готовился? Чтобы все ангелы проходили рядом и говорили: вот это ангел, вот таким надо быть… Так что ли? — Кроули, это абсолютная ложь. Я делал это ради себя. — Пиздишь? — Нет. — Правда? — Правда. — Ну, тогда верю. Кстати говоря, может быть по вину? Хряпнем и сразу плавать, водичка небось самое то… — Можно немного. Только у нас бокалов нет. — А они и не нужны. Берешь и с горла. — Кроули потянулся к корзинке с провизией, и достав оттуда бутылку Азирафаэлю взял также штучку себе, ловно отчипорив напиток и держа пробку в зубах. После, видя беспомощного ангела тот также достал пробку с помощью своих зубов. Чокнувшись эти двое сделали по глотку, немного сморщившись и просто смотря на водную гладь, а у Кроули все ещё был в голове один важный вопрос… — Ангел? — М? — Вот скажи. ты умеешь плавать? — Нет, не умею. От слова совсем. — И я тоже. — Это тогда что же получается. — Два дебила это сила получается. Я то думал ты плавать умеешь, работал бы у меня как моторная лодка. — Кроули.! — Ладно ладно, не страшно. Я побуду моторной лодкой. — Но ты же умеешь плавать. — Говно не тонет. — Кроули.! — Ладно ладно, только не повышай голос. Иначе я обижусь, — Вновь ехидно усмехнулся Кроули, после чего ему в особой форме, с ангельской любовью и благодатью влепили щелбан, прямо в лоб. — АУЧ! Ангел, ты мне чуть череп не проломил! — Зато будешь знать что пародировать меня — плохо. — И чем это плохо? — Как минимум тем что мне обидно. — Ты опять это сказал. — Что сказал? — Что обидишься на меня. Ангел, у тебя что, фетиш на это? — Фетиш?.. Что, нет! Нет-нет! И никогда не будет. — То есть другие фетиши у тебя будут?) — Не будет у меня ничего подобного! — А ты вообще знаешь что это слово значит? — Нет… Но это явно что-то не особо хорошее. Я это чувствую. Ты слишком хитро улыбаешься.       В такие моменты, когда ангел был искренне обескуражен Кроули ловил такое же искреннее наслаждение. У него создавалось ощущение что Азирафаэль играет с ним такую же хитроумную игру как бог с Землей. Только если Господь играла в покер в комнате без света с бесконечными ставками, где правила знает лишь хитро улыбающийся раздающий, то ангел играл в нечто попроще. В кости. От броска кубика зависело то, что его преисполненный Азирафаэльностью мозг скажет далее, и как на это отреагирует больно игривое сознание Кроули. Кроули порой сам ловил себя на мысли о том, что разговаривает с Азирафаэлем не как с лучшим другом, а как с приятелем из гетто, где каждый пытается друг дружку переспорить, постоянно подтрунивая и ища способы подколоть шуточного противника. Сейчас, судя по всему кости падали суммой чуть больше 6 но меньше 10, что было одновременно и не плохо и не хорошо. До абсолютного успеха было совсем немного. — А хочешь узнать? — Не хочу! Это определенно что-то пошлое. — Ангел, если бы не похоть, люди бы банально умерли. Понимаешь? — Понимаю, но ведь это другое! Любовь и вождение это одно, а похоть и страсть — абсолютно другое! — Правильно говоришь, да вот у людей разницы нет. Что там что там — одно действие, просто оно либо оканчивается удачно, либо пфф, плохо. — И что в твоём понимании — плохо? — Ну, это смотря ведь с какой стороны посмотреть. Плохо — когда не появляется новых людей. Иначе кто будет лет через 20 принимать заказы в ресторане? А с другой стороны тоже плохо, потому что на планете их слишком много. Так что получается любовь, также как и похоть — чувства достаточно относительные. — Но ведь если бы люди их не испытывали, вряд ли бы вообще этим занимались. Значит что в них все-таки есть какой никакой смысл. — Конечно есть. Но только у меньшинства. Ты знаешь как просто сейчас получить любовь и похоть в одном флаконе? Позвонить. — Позвонить? Неужели люди уже и так научились? — Сидел Азирафаэль с бутылкой вина, слушая Кроули и думал… А зачем это все людям? Неужели среди стольких миллионов невозможно найти себе того, с кем вы будете искренне друг друга обожать? Азирафаэлю не казалось это сложной задачей. Люди по факту существуют для продления рода, а без любви это бы просто не работало. Значит, все-таки каждый человек является плодом любви двух других людей. Если бы что-то работало не так, вряд ли люди в принципе выжили бы как вид. Вымерли бы как птица Додо или оранжевая лягушка… И Азирафаэль не хотел принимать возражений. Кроули не зря называл его педантом. Ангел постоянно пытался доказать что его точка зрения единственная правильная, а когда понимал что это не так, либо продолжал спорить либо просто кивал и согласно угукал. Но последнее прокатывало только с Кроули, у которого словно бы была привилегия в этом плане. — Нет ангел, не через телефон. Они также как и ты меня — зовёшь встретиться и уже там все и происходит. Я сам пробовал — не понял сути. — А что ты ожидал почувствовать раз разочаровался? — Ну, это слишком личное. Можно сказать эта вся дешёвая любовь по телефону — именно что дешёвая любовь по телефону, не более. Просто удовольствие ненадолго. Без чувств, без ничего, просто ради удовлетворения. — Кроули было искренне, самому тяжело признавать что он искуситель. Порой он безумно корил себя за это, словно бы за измену, долго сидел, размышляя, является все что тот чувствует противоречием в его природе. В такие моменты демон понимал свою тактильность. Ему всегда не хватало кого то, с кем бы он мог бы искренне не волноваться за себя, за него… За годы, что падший ангел провел в неком заточении в аду, казалось, что он абсолютно отвык доверять людям. Демонам. Ангелам. Но не одному конкретному. Азирафаэля Кроули знал как облупленного, он был уверен что ангел для него как открытая книга с нежной и мягкой обложкой, с красивым шрифтом и таким понятным и разборчивым оглавлением, которую тот не смотря ни на что не мог ощупать. Как Библию. Пусть сейчас они и в шутку хлопали друг друга по плечам или давали щелбаны, вряд ли это зайдет куда то дальше заигрываний между Змеем и ангелом Восточных Врат. — Как мерзко… Неужели люди действительно готовы на такое чтобы просто почувствовать себя любимыми? — Судя по всему — да. И они не собирают останавливаться. Ты знал что блудницы- — Все, Кроули, закрыли тему! Я понял. Давай лучше поговорим о чем нибудь другом. — Например? — Ну, например… О животных.       Энтони, приподняв бровь хитро рассмеялся и завершив бутылку с победным «Хэээ!» воткнул ее в песок рядом с после чего полез в корзинку для пикника за следующей бутылью. Открыв ее, он следующую минуту или больше просто одним залпом старался выпить ее полностью, а после, поняв что осталась половина протянул Азирафаэлю. — Зачем мне ещё бутылка? Я ещё не закончил со своей. — Произнес ангел неторопясь попивая с горла и абсолютно не спеша, покуда, он как и Кроули придерживался мнения что после Армагеддона можно спокойно существовать ещё 6 тысяч лет. — У нас 3 бутылки. Если делить на двоих, то выйдет 1,5. Полторы бутылки на каждого. Вот это — твое, — В свою очередь поведал Кроули, и когда Азирафаэль признательно улыбнулся ему, в мгновение заискрившись от некого счастья, демон поспешил отвлечь свое внимание на окружающих. Его бесило когда ангел был слишком хорошим. Прям таким прелестным и умопомрачительно, скрупулезно милым, словно бы специально пытался соревноваться за звание «самый очаровательный ангел «. Это, признать, очень подкупало Энтони. Но признаться сам себе он не мог, просто скидывал на то что уже в край отуземился на Земле, всего то. — Мой дорогой, я не буду, — Шепотом ответил ангел и Энтони злобно зашипев от возмущения, с красными как вишня ушами постарался проигнорировать дальнейшие слова ангела, закрыв уши и говоря «Бла-бла-бла, я тебя не слышу!». На деле же ангел лишь немо открывал рот, и в один момент остановившись, дождался пока Кроули откроет уши. Кроули знал что обычно следовало после такой улыбки ангела. Сейчас он либо похвалит его демоническую натуру, либо же скажет что он — лучший враг. — Вот видишь, ты очень даже хороший. Даже делишься со врагом вином.       Казалось что от своего гнева Кроули готов был прожечь под собой песок. Злобно пялясь на ангела, тот стал постепенно становится багровым от злости, наблюдая за тем как эфирный, по прежнему так очаровательного улыбаясь пьет алкоголь, не испытывая кажется абсолютно ничего схожего со стыдом. У Азирафаэля его по определению не было. Все что он говорил — от чистого сердца, а посему его ложь было крайне легко раскусить, даже проще чем понять ложь малого дитя, что разбил вазу.       А если он и старался врать искусно, у него выходило слишком хорошо, но он прокалывался на мелочах. Как то раз между этими случалась интересная словесная перепалка, где ангел крайне наглым образом соврал Энтони о том, что без понятия о компьютерах и том как они работают. Конечно, то было отчасти правдой, но когда спустя 3 часа бесконечного подключения проводков, устанавливания престарелый, пузатый монитор и прочей лабуды Кроули узнал, что ангел сделал это только для того чтобы кое кто рыжий на Бентли обсудил с ним важную тему, тот просто взбесился. Можно было и нормально попросить! Причем прокололся ангел на банальном. Именно поэтому вскоре кое кому пришлось извиниться… Кроули пришлось извиниться за то что в тот вечер назвал Азирафаэля «Сучьим божьим сыном »

— Ну, в таком случае, « Милый мой», как ты смотришь на то чтобы немного поплавать? — Все ещё вредничая, явно будучи тронутым таким поведением ангела спросил Кроули, а Азирафаэль, услышав это обращение тоже покрылся краской. Только если Кроули краснел, подобно черешне, ангел скорее походил на персик с его розовато-оранжевым цветом, что было забавно видеть в контрасте к демоном. — Я буду не против. Поплывем так или на чём то? — Тихо уточнил Азирафаэль, что сделав последний глоток убрал пустую тару обратно в корзинку, а после воззрился на Кроули. Демон слегка приспустив очки таки указал ему взором на вино, а ангел лишь отрицательно помотал головой. Каждый без слов старался скинуть на другого бутылку с початым напитком. Длилось это вплоть до тех пор, пока Энтони не сдался и не добил бедное вино залпом. После этого он небрежно поставил новую бутылку рядом со своей первой, рассматривая горизонт а после вспомнив о вопросе ангела. — Можем арендовать матрас. Сядем и будем довольные плавать. Тут видишь течение какое? — Спросил демон, что по прежнему сидел рядом с Азирафаэлем и кажется смотрел туда же куда и он. — Не вижу. Вода уж больно сильно бликует. — Проклятие, — Тяжело выдохнул змей смотря на Азирафаэля. Тот в свою очередь сощурившись пытался всматриваться в горизонт, как вдруг у него на носу появились очки, идентичные тем, что обычно носил Кроули. Опустив взгляд и увидев, что демон тоже в очках, стало понятно что это очередное чудо. — Теперь видишь? — Да. Оно идёт в ту сторону, — Подобно регулировщику указал ангел рукою вправо, и демон кивнул, показывая что это чистой воды правда. — Значит там с тобой остаётся только немного отплыть от берега а дальше сами поплывем. Как уточки в ванной. — Почему как уточки? — Потому что резиновые уточки отлично плавают на поверхности воды. А ты что, не знал? — Знал конечно, но просто мне кажется это не слишком подходящее описание. — А какое описание подходящее? — Ну, как ангел и демон. Мы же не птицы… — В каком то роде мы птицы, ангел. Что у тебя, что у меня есть крылья, так что чисто теоретически… — Но у нас же а тобой нет клюва, верно? — Нету. Зато клюв был у птерозавров, а это практически что утка. Но кожаная… — Ты ведь знаешь что динозавры — исключительно шутка господа? — Знаю. Но тем не менее, нас можно считать птицами. Я бы лично был… Ангел, кем бы я был? — Ты был бы коршуном. — Потому что коршуны жестокие хищники? — Нет, потому что когда они пикируют они забавно вытягивают лапы и делают очень серьезное выражение лица. Ты выглядишь также когда ведёшь Бентли. — Ах вот так вот… Тогда ты. Ты… Хм… Голубь! Да, ты голубь! — Почему голубь, Кроули? — Потому что одного ты как раз убил на дне рождения у Мака. — Я никого не убивал! Он потом улетел в небо, к своим собратьям! Я сам видел. — Это было после того как ты его воскресил. По твоей вине умер голубь.! — Голосом садиста извращенца сообщил демон практически что шепотом, после чего Азирафаэль виновато ответ взгляд в сторону, начав заламывать на руках пальцы. — Я не хотел чтобы так вышло… — Ну ты же ангел… А у ангелов априори не может быть плохого умысла. Кстати говоря, а знаешь почему ещё голубь? — Пусть в природе Энтони и было заложение делать пакости, видеть то как ангел волнуется по поводу своей неудачной проделки тот просто не мог. Также как и например игнорировать его бесконечные гастрономические приключения, которые выглядели как американские горки, но с той разницей, что если бы каждый спуск или завитушку поменяли на пахлаву или Фо Бо. Казалось, что настроение Кроули, пока он рядом с ангелом это такой же аттракцион в парке развлечений, только если Азирафаэль — Американские горки, Кроули скорее всего был бы каруселью, на которую пристегивали родителей и их мальцов, после раскручивая до состояния центрифуги, чтобы мозги превратились в один большой сюрстремминг. — Почему? — Они белые и кудрявые. — Кроули, но разве птицы наоборот не должны быть гладкими? Для аэродинамики. — В том то и суть, ангел. Люди придумали кудрявых голубей. Вот тебе одного такого на голову посадить и будет у тебя прическа в 2 раза пышнее! — Будучи довольным своей каверзой, Энтони, подобно маленькой девочке высунул изо рта язык и как тогда, перед Хастуром несколько раз как бы «повилял» им, горделиво рассматривая ангела. — Это же… Издевательство над природой! Это в корне неправильно… — А знаешь как они это придумали? — С ухмылкой на лице произнес демон, и когда Азирафаэль округлив глаза воззрился на него с хитрой улыбкой кивнул. — Да, это был я. — Это… Это.! — Коварно? Злостно? Гнусно? Я знаю что я гений каверз, — Горделиво произнес демон, и положив руку на плечо Азирафаэля поднялся на ноги. Сделав пару шагов в сторону от места, тот услышал как вслед за ним поднялся ангел, не желая прерывать дискуссию. — Это ужасно, Кроули! Ты заставляешь мучаться бедных птичек… Ты ведь знаешь что голубь это символ мира! Именно голубь принес Ною благодатную весть! — Да, я это великолепно помню. Я же там с тобой был, забыл совсем? Именно там я и забабахал утконоса… — Да, помню как ты потом бегал от той утки которая думала что ты украдешь ее потомство… И от того бобра. — Ангел, все утки такие! А гуси вообще страшнее раз в 10. — Ты боишься гусей? — Я? Пфф, нет конечно! Я — змей искуситель, пережил Армагеддон и остановил Сатану, видел четырех всадников апокалипсиса, я — — До ужаса боюсь гусей. — Прервал того ангел, рассмеявшись и следуя рядом с рыжим пижоном к месту, где как раз и можно было арендовать матрас. Почему Кроули сам бы не наколдовал себе матрас? Потому что он банально не знал что в итоге у него получится. Может быть вообще выйдет надувной замок? — Ангел, была бы тут сейчас стенка, я бы тебя к ней прижал, — Съязвил демон и после сменил направление, войдя в воду по щиколотку. Стоя в достаточно холодной жидкости странного цвета, которая в теории была водой тот, повернувшись к Азирафаэлю лицом сделал ногой так, словно бы пнул камень, в итоге немного оплескав ангела водой и песком. Азирафаэль прикрыл глаза тыльной стороной ладони (абсолютно забыв о очках на них), а хихикающий Энтони сделал так ещё пару раз, наблюдая за немного злым ангелом, который в итоге просто отошел в сторонку, ее желая чтобы его снова забрызгали странной водой.       Наверное в сотворении чудес было сложно найти кого то лучше Энтони. Казалось его навык «делания» из воздуха чего то, что в теории сможет приготовиться очень даже впечатлял, особенно когда тот с помощью этой магии делал тортики, пирожные и выпивку. Да вот только выходила она абсолютно безвкусной. Как бы не старался рад своим чудом демон, каждый раз получалась какая то странная жвачка, которую было мало того что сложно жевать, так ведь ещё и не было абсолютно никакой мотивации. Вкус был похож на тот, когда решил сдуру поесть травы с лужайки. Что же по поводу других вещей, которые сопровождали Кроули в его повседневной жизни? О, это была весьма интересная для Энтони тема, которую тот, откровенно говоря любил обсудить. Было известно что демон тот ещё пижон, что, в свою очередь было слабо сказано. Он обожал выкаблучиваться. Ему нравилось странное чувство превосходства, которое не могут позволить себе большинство смертных, а остальные считают его примером для подражания.       Как всякий модный «молодой» человек тот обладал множеством вещей, которые обычные люди банально бы не использовали, либо же банально отказались. У Кроули была навороченная посудомойка, что стояла без дела уже около года, стиральная машинка с 15-ю режимами которая работала едва ли не беззвучно, которую демон использовал исключительно для того чтобы время от времени привести свои сатиновые простыни в порядок. У него был увлажнитель воздуха, который стоял в комнате с растениями, но был выключен из-за непригодности. Кроули из-за него стал замечать мокрую и очень противную пыль на практически всех поверхностях, да и растениям от этого было так себе. Все таки, многим из них не нужно было столько лишней влажности. В эту категорию также вошёл и освежитель воздуха, который пылился мерзкой, влажной грязью где-то на верхних полках, куда его от греха подальше затолкал Энтони. Зачем? Когда он покупал данную вещь, думая, что теперь у него в квартире будет прекрасный аромат каких нибудь альпийских лугов он никак не мог ожидать что эта штука будет пугать каждый бож- чёртов раз как срабатывал механизм. Из похожих приобретений пожалуй, также стоило указать тк самые шелковые простыни. Они были безумно красивые, но на них было абсолютно неудобно спать. Лично для демона на них было холодно, словно бы он спал на куске льдины, что откололась от Антарктиды и приплыла ему прямо в постель. Из-за те были успешно убраны до лучших времён, а довольный демон спал на сатине. То был удобный материал, а если после стирки — спать в комплекте из него было сплошное удовольствие.       Кстати говоря о сне. Кроули, подобно какому то офисному клерку безумно обожал просыпаться в 6 утра. Почему же? Потому что именно в 6 утра просыпались все деловые и модные молодые люди, к которым змей без стыда и следствия причислял себя. Что же говорить о самом глаголе «спать» — это Кроули обожал пожалуй даже слишком. Он уже лично сделал для себя таблицу своих любимых вещей, и выглядела она так: 1 место — ———; 2 — Сон; 3 — выпивка. Почему же первое место пустовало? Потому что в таблицы нельзя вставлять картинки. А если бы можно было бы, то там обязательно были бы практически 3 гигабайта различных забавных фотографий ангела, которые так бессовестно делал искуситель на свой модный навороченный телефон для модных молодых людей. Хотя, он больше походил на модного старпера, но этого было у него к сожалению не отнять. Эхх, возраст…       Что же было до фотографий, что демон хранил в своей личной коллекции, названной гордым именем « Патетичный сучий сын»? . Вам не показалось. Сучий сын. Как бы долго демон не размышлял, кк можно наиболее каверзно обозвать ангела, в голове были исключительно мысли об этом словосочетании.Ну, и конечно же это была немного издевка над господом богом, которая крайне не хотела как либо отвечать на вопросы, что бесконечно задавал той павший. «Как воды в рот набрала, ей Богу» — Злобно шипел себе под нос Змей, и сразу же пару раз стабильно чертыхался, как бы заглаживая свою оговорку пред Адом. Порой он ловил себя на мысли что слишком податлив. Податлив именно для сучьего сына, покуда когда тот вновь и вновь пополнял коллекцию демона новой забавной фотографией, тот просто не мог не быть таким. Фотографии были разные. Начал, он же конечно ещё с давних пор, когда только вошли в моду эти странные коробочки, из которых якобы должна была вылететь птичка. Конечно, сложно оценивать данные фотографии как нечто цифровое, но оцифрованные на флешку изображения говорили об абсолютно обратном. Например, самая любимая Кроули, его персональный любимчик весил ровно 11 мегабайт.

***

— А теперь, ангел, готовься. Сейчас вылетит птичка, — Хитро улыбаясь поведал змей, и когда обескураженный ангел сразу же воззарился на камеру, ожидая увидеть соловья или другую маленькую зверушку, которая чисто теоретически могла бы оказаться в данной коробочке его ослепил яркий белый свет, отчего тот инстинктивно зажмурился. Кроули и был фотографом. В одной руке у него была вспышка, а сам он, в 3 погибели под черной тряпочкой стоял у этой конструкции на трёх ножках, которые люди называли фотоаппарат. Вспышка, и Азирафаэль уже недовольный трёт свои глаза, которые не были готовы к тому что его сейчас ослепит нечто настолько яркое. А ещё не было птички. Это было обиднее всего… — Кроули, а где птичка? — Спросил спустя примерно минуту ангел, а Кроули, который тем временем потирал свою бедную спинку стоял с этим фотиком и не хотел ничего кроме ужина и сна. — Какая птичка? — Не сразу понял демон и в непонятках воззрился на ангела, а тот немного обиженно насупив брови поднялся на ноги со стула и подошёл к фотоаппарату. Он поднял черную ткань, желая найти птичку там, после внимательно заглянув в объектив с другой стороны, а после с подозрением и прищуром подошёл к Энтони, ожидая объяснений. — А, эта птичка! Я так сказал чтобы ты смотрел в камеру, ангел. А что, тебе хотелось бы правда птичку? — Нет конечно, но мне просто обидно что ты так нагло обманываешь меня. Да и к тому, же почему именно птичка? Почему не например… Почему не например «Смотри, в камеру, а то фото не получится!»? — Все ещё возмущённо спросил ангел, а Кроули, рассмеявшись с такой реакции Азирафаэля поправил на носу очки. Выглядели эти двое конечно. Скучно. Просто два костюма разных цветов, абсолютное отсутствие оригинальности, зато у ангела были забавные бакенбарды. — Потому что я демон, ангел. Нам присуще обманывать, — Кратко пояснил Кроули, а в свою очередь белокурый задумавшись какое то время смотрел на него все так же возмущённо, после чего отвернулся и вновь воззрился на коробочку. — А когда будет готово фото? — Указав пальцем поинтересовался ангел, а змей только хмыкнул, словно бы не желая отвечать на вопрос. То было отчасти правдой. Сейчас меньшее из чего он хотел — это прояснять злосчастное фото. Пожав плечами тот поспешил удалиться, оставив Азирафаэля наедине с собой и своей фотографией в фотоателье, где дело собственно и происходило. Почему же это ангелу приспичило запечатлеть себя в столь необычном виде? Дело в том что портреты — безумно дорогое и долгое удовольствие, а вот уже в свою очередь фото были куда более доступны, да и выглядели получше. Именно поэтому практически сразу же, без уговоров ангел согласился на данную авантюру, только вот он не догадывался что итог у ситуации не самый лучший… Точнее абсолютно не тот который он ожидал.       Думаете что демон сказал ему сколько нужно сидеть неподвижно всегда? Конечно же нет. Именно за счет этого фото получилось с забавной смазанной физиономией Азирафаэля, над которой Кроули безумно долго смеялся, рассматривая и не отдавая в руки ангела, который хотел ее выкинуть. Поверив змею, что тот обязательно выбросит фото после того как вдоволь насмеяться совесть ангела стала чиста, и он больше впредь старался не затрагивать данную тему. А Кроули специально не поднимал. Именно эта фотография и положила начало странной привычке Энтони фотографировать Азирафаэля. Пусть то и звучало достаточно жутко с толикой странного фетишизма, на деле Кроули действительно не хотел ничего плохого. Вот тут ангел забавно скорчил рожицу, вот тут он похож на панду алкоголика, а тут и вовсе, на нечто абсолютно другое. Изначально коллекция была как сборище забавных, ничем не примечательных забавных фотографий, а после Кроули просто напросто словно бы помешался на этой теме. Сложно было это описать, то теперь он мог просто спокойно достать из кармана телефон, щёлкнуть камерой и убрать его в карман обратно, словно бы ничего не было.

***

— Ангел, а теперь у меня для тебя снова весьма оригинальный выбор, — Произнес демон, с прищуром рассматривая находящиеся вокруг матрацы и понимая, что по правде, он бы просто взял самый большой и этим всем дело закончилось. — Восток. — В свою очередь не задумываясь ответил ангел, а после осознав все-таки решил что стоит дослушать до конца, а не нести первое что придет в голову. — Какой бы ты хотел матрас для плавания? — Матрац, Кроули. И потом, я бы хотел вот этот, — Указав пальцем, Азирафаэль специально встал чуть поближе к тому что выбрал, а демон понял, что кажется у них с ангелом ничего особенно то и не различает. Азирафаэль также показывал на большой надувной матрац черного цвета, который с одной стороны был словно бы матовым, покрытым какой то тканью для удобства, а с другой был такой же как и всякий другой матрас. — Ангел, ты прямо-таки читаешь мои мысли, — Змей, словно бы потеряв всякий смысл в собственных костях позвоночника обогнул Азирафаэля по кругу. В обычное время его походка напоминала ангелу Мишку Япончика с его костюмом и пафосом. От данного мафиози Кроули отличался практически что модельной походной от бедра, и движениями, словно бы у него явные проблемы с осанкой. Признаться, выглядело это эффектно, но жутковато. А каком то роде отвратительно.       Отвернувшись от Энтони, дабы не видеть этой его походки Азирафаэль посмотрел на пляж. Он а отличие от Кроули не преследовал чего то возвышенного и дорогого, хотя признать, когда демон водил его по ресторанам он был безумно доволен. Словно бы он один такой на всей планете удосаживается подобной чести. Хотя, он взаправду был первым. Они с Кроули были первыми. Были первыми ангелом и демоном что подружились, что сходили в Ритц, что предотвратили Армагеддон, что не смотря ни на что продолжают свою дружбу, пусть порой и слишком необычную. Для Азирафаэля она была такой. Он любил думать что именно его влияние позволило Кроули стать таким добрым демоном, который даже не смотря на свою природу продолжает радовать врага, пусть даже и с которым знался 6 тысяч лет. В этом вопросе его бы не переспорит никто. Ни Гавриил, ни Сандальфон («Ангел, а почему корень его имени «Сандаль»?») ни даже сама господь Бог. Только Кроули. У него была привилегия.       Кроули же наоборот, после Армагеддона посему то начал думать о немного другом. Все эти события позволили ему взглянуть на их отношения с Азирафаэлем иначе. Иначе посмотреть на себя. На свою природу. Его это возмущало, пугало, заставляло трепетать, и одновременно безумно восхищало, доводило буквально до аншлага всех его органов чувств. Ему казалось что после падения он был проклят, лишён всего светлого и нежного. Ангелы — созданы любить. Демоны — это ангелы, только на ступень ниже. Сколько бы времени не прошло, демон не мог понять что испытывает. Поначалу ему казалось что эта сильная привязанность, что он привык видеться с ангелом каждое столетие, каждое столетие с неким трепетом провожать его вдаль взглядом и размышлять: « Почему так странно тепло?». Так не было тепло рядом с батареями или печками. Так было тепло именно рядом с ним, с ангелом. Это было то ощущение, которое хотелось ощущать вновь и вновь, раз за разом. Оно было сравнимо разве что с Везувием, с полыхающими Помпеями, адским жаром, который не обжигал, а словно как маленький уголёк, приятно согревал сердце. Сердце?.. Казалось, что его улыбка и знание того что он доволен превыше всякой похвалы для Энтони. Он запоминал каждый этот взгляд, каждый момент, каждую крупицу не желая отпускать такого мимолётного ангела. Поэтому он начал фотографировать. С особым трепетом хранить изображения, бояться, что их увидит посторонние. Признаться, Энтони не сильно волновало мнение масс. Его волновало мнение Азирафаэля. Что с ним случится если он узнает что его друг имеет странную привычку фотографировать его? Любить, толком не зная каково это? Пылко желать и одновременно каждый раз отступая от ангела, боясь ошибиться и нарушить этот мостик между ними. Такой хрупкий…       Кроули был как бумеранг. Сколько бы ангел не кидал его, он все равно возвращался к нему. Он не мог его бросить даже после того разговора в беседке. Он был привязан к нему намертво, как будто бы они изначально шли странным комплектом. Как будто все изначально было так чтобы они притянулись друг к другу как 2 наисильнейших магнита и больше бы не смогли отлипнуть друг от друга. Противоположности притягиваются. Они были как журавль и лягушка. Журавль должен съесть лягушку, но не желает. Не решается. Он знает что не сможет, как бы сильно не был голоден. — Ангел! Пошли в плавание, — Вырвав Азирафаэля из потоков мыслей, ангел в странных очках воззрился на Кроули с матрацем. А столь темных очках было тяжело созерцать. Казалось что мир постоянно находится в черном смоге, а оттого эфирное создание аккуратно приспустило их, оставив болтаться на кончике носа и подошло к Кроули. Тот, а свою очередь стоял в воде уже по колено, держа рядом с собой матрац, а ангел, аккуратно сделав маленький шаг в воду тут же сделал 2 назад. — Что такое? — Ледяная! Спасу нет! — Выдал ангел грея стопы на теплом песке, смотря на Энтони и удивляясь, как это ему может быть так комфортно в столь холодной воде. — Тебе просто нужно привыкнуть. Хотя… — Кроули, задумавшись, придвинул матрац поближе к берегу, после чего подобно кучеру открыл невидимую дверь повозки, указывая на спасательный круг класса люкс, на который спокойно можно было сесть с берега, не замораживая себе ноги. Увидев это ангел признательно улыбнулся, а после таки уселся на матрац, следующие пару минут наблюдая за тем как Кроули для начала до самого упора ведёт резиновую подушку безопасности в глубину, пока, конечно же, не смог больше опираться на дно. После этого он, как и обещал подобно моторчику прицепился к матрасу, выглядывая исключительно своей физиономией в черных очках, очень активно работая ногами.       — Ангел, ты знаешь с какими звуками работают моторные лодки? — Поинтересовался демон всеми силами толкая матрас. Если бы дело происходило на суше — он бы даже на сантиметр его не подвинул. А воде же с течением было куда проще. — К сожалению нет, не представлялось видеть. Но я слышал что они сильно гудят. — Хорошо что слышал. Можешь издавать такие же звуки? — Кроули, почему и зачем? — Потому что я хочу вжиться в роль. Как актер в Ромео и Джульетте под музыку на заднем плане, понимаешь? — И для этого тебе нужно чтобы я издавал звуки как моторная лодка? — Верно ангел, а ты догадливый. Уж извини за тавтологию, сам догадаешься как их издать или может быть мне помочь? — Помоги, будь добр. Для меня загадка как можно спародировать звуки моторной лодки. — Ну вот смотри, — Кроули, вынырнув из холодной воды и немного забрызгав ангела оперся локтями о приятную поверхность матраца приложил палец к губам, а после, подобно пропеллеру Карлсона стал издавать звуки, воля пальцем по губам то вверх, то вниз. — Просто же, да?       От созерцания этой сцены ангел искренне рассмеялся. Громко, с чувством, умиляясь столь странной просьбе демона, столь странному аккомпанементу. Кроули засмеялся с ним, уже больше за компанию, любуясь счастливым ангелом, который вытерев с глаз слезы сделал губами также, отчего вновь прыснул. Этих двоих конкретно порвало. Их маленький плотик отнесло уже далеко от людей, и ангел с демоном видели лишь их силуэты издалека, такие маленькие и кажется абсолютно ненастоящие.       Ощущение, что сейчас они наедине очень нравилось Кроули. Пусть то и было по факту лишь условно, относительно, он не мог отделаться от мысли что здесь, его с ангелом никто не видит и не слышит, они могут спокойно поговорить. Просто так. Без лишних ушей.       Когда смех прекратился, Кроули, все также смотря на ангела сквозь линзы темных очков смотрел на ангела, улыбаясь. А ангел не понимал своего счастья. Очки могут прятать многое, в частности такую бурю эмоций что была в глазах Энтони к тот момент. Они смотрели на ангела с той любовью, с которой люди смотрят друг на друга, восхищаются друг другом, вожделеют друг друга. Кроули было приятно осознавать что он отуземился. Если бы не это действие, пожалуй, все было бы прежнему, и это было бы абсолютно неинтересно       Порой казалось что Азирафаэль ведёт не только игру в кости. Казалось, он играет с чувствами. Чувствами непосредственно самого демона, наставляя того бесконечно выпадать из реальности любованием ангела, его кудрей, его глаз, его… Самого. Он вызывал восторг и трепет у Кроули. Он чувствовал это всем телом, словно бы все поджилки в мгновение пели оды существу пред ними, а сам Кроули, точнее его разум подобно краске, масляным пятном стекал бесформенный. В этот момент ему было наплевать на всё. Глубоко и абсолютно безбожно плевать на все кроме ангела. Казалось, что если бы сейчас ангел попросил Кроули утонуть, он бы сделал это со слишком большим удовольствием, даже не задумавшись. Потому что так сказал ангел.       — Извини, но я не буду моторной лодкой, — Наконец произнес Азирафаэль и видя то как Кроули смотрит на него, как улыбается и как кажется просто старается запечатлевает момент затих, наблюдая. До Змея слишком поздно дошло то что он выглядит как влюбленный придурок. Полный кретин. Резко одернув себя, Резко одернув себя, тот, прервав свой момент истомы неловко кашлянул и вновь решил заговорить. — Ангел, а давай-ка заключим пари, — Предложил тот с азартом ухмыльнувшись, отчего ангел лишь всем телом покореженно вздрогнул. — Ну уж нет! Мы с тобой с последнего твоего пари уже считай что 360 лет в супружестве! — Это когда я переоделся в женщину и нас с тобой на одном из пиров посватали друг за друга? — Приподняв обе брови уточнил демон, и после ангельского отрицательного кивка задумался. Азирафаэль тот случай помнит, а у Кроули из головы абсолютно вылетело, а посему только через примерно минуту тот начал припоминать средневековые образы. — Это же еще при короле том было, у которого погоняло — Солнышко? — Во-первых не погоняло а прозвище, и не при короле а при священнике. У него еще была такая забавная бородка, ты обозвал его Ноем. — Оххх дьявол, вспомнил! Ангел, но ведь это тогда было несерьезно! Мы даже после той помолвки рассорились в пух и прах и выбросили кольца в Сену, помнишь? И случилось это… Мы же собой обвенчались из-за… — Сопя и будучи не состоянии вспомнить стонал демон, и после краткого описания ангела только сейчас начал припоминать смутные образы. — Из-за твоего пари! Ты мне сказал: «Ангел, а давай если ты перепьешь меня я подарю тебе «Логику Пор Рояля», а если нет — пьяные делаем что хотим!» И что ты думаешь? Ты переоделся в даму, так как « Мне явно их одежка идет больше!», нашел какого то пастыря и обвенчал нас! — На эмоциях рассказывал ангел, в то время как змей искуситель начал смеяться так, что в итоге не удержался на плоту и кубарем уволился в воду. Азирафаэль же скрестил руки на груди, решив поиграть в обиженку и показать демону, что тому стоило воспринять всё более серьезно. Но тут в сознание эфирного стукнулось одно воспоминание, которое заставило белоснежные волосы встать дыбом… А ведь Кроули не умеет плавать… Чёрт, да он же сейчас утонет к дьяволу! Окончательно это его, конечно не убьёт, но ближайшие сто лет они не смогут даже выпить! Что же до самого демона? А он через какое-то время всплыл с другой стороны матраса, как раз за спиной у ангела. Да, плавать демон не умел, но шутка про не тонущее гавно была актуальна, поскольку рыжий держался на воде довольно… Неплохо. Азирафаэль же наклонился к воде, дабы посмотреть, где демон и начать его спасать. Надо сказать, что эфирный был сильно сосредоточен на удержании равновесия и потому не заметил всплывшего змея… — Ангел, а что ты делаешь? — не удержался от вопроса Кроули, а Зира не удержался на матрасе и, потеряв равновесие, полетел в воду. В холодную воду. Надо сказать, что ангел был не только из тех людей, что медленно заходят в воду, но он ещё и голову не мочил при купании и подобном, поскольку волосы после подобного было не только не расчесать, но даже не уложить в подобие прически. Получался такой забавный чубчик, как у Артемона из мультфильма буратино, только у ангела он ещё и вился. Итак, искупавшись в холодной воде, Азирафаэль тут же вынырнул и попытался снова забраться на матрас, однако не рассчитал и тот перевернулся, смачно так шлёпнув ангела по голове. Энтони же наблюдал за этим и старался не захлебнуться от смеха, покуда ещё несколько попыток ангела забраться на матрас закончились аналогично. Раза с пятого у Азирафаэля таки получилось забраться на этот шайтанов плот и теперь тот недовольно смотрел на держащегося за матрас Кроули, который сдерживал ржач, но по физиомордии этого змея было видно — одно слово и его прорвёт. — Лучше молчи, — Обиженно прошипел ангел и прежде чем демона вновь прорвало на неконтролируемый смех успел выпустить озо рта фонтанчик воды, прямо как в каком то мультике Диснея. Подобно какой то треске, извиваясь и прыгая Кроули, задыхаясь от смеха оказался на матраце рядом с ангелом, осознав, что кажется они оба утопили очки в водной глади пока совершали такие невероятные кульбиты.

***

Арбуз не был съеден, но зато вино было успешно выпито и плавание прошло успешно. Ангел с мочалкой на голове жаловался Кроули о том, что он, эдакая подколодная змеюка теперь сам будет делать ему укладку, а демон лишь кивал, кивал и соглашался, понимая что скорее всего просто не сможет отказаться от предложения немного посидеть с ангелом, посмеяться с ним и наконец доесть ягоду, которую вымотанный ангел с трудом дотащил до машины. — Ну что, трогаемся? — Уже переодетые и сухие, мужчины сидевшие в машине теперь сидели и смотрели друг на друга, не то в ожидании, не то в неком молчаливой издёвке. Кроули понимал что ангел то только рад уже поехать домой, но выжидал, смотря на того и явно желая услышать подтверждение своего вопроса. — Едем, — Наконец проскрипев зубами выдал Азирафаэль, который ну очень не хотел проигрывать битву, а вот оказаться в теплой постельке хотел ну уж слишком. Именно поэтому ему пришлось сдаться прежде чем Бентли, издав тихое «п-ш-ш» мотором заколесила навстречу Лондону, под звездным небом где-то недалеко от одного пляжа/озера/карьера, с ягодой/фруктом/круглым огурцом на заднем сидении.