Сосед-душка

      — Тима-а-а! — Распахнулась дверь тамбура то ли очень вовремя, то ли наоборот и выпустила на площадку перед лифтами по виду сорвавшую куш трезвую Машку. Отчет девушка отдавала себе полностью и завязала с выпивкой еще год и девять месяцев тому назад. — Люблю тебя! Тебя и Вику! Вы лучшие! — развела соседка длинные руки в стороны угрожающе и одним своим безумно счастливым видом заставила Димку исчезнуть с пути. Повисла на Тиме полюбовно и приняла его ответные объятия. Димка несдержанно закатил за веки глаза, вообще забив на то, что в них только что смотрели глаза Тимы.       — Ну что? Отдохнула? — хохотнул Тима над Митей, сделав вид, что рад за Машку.       — Отдохнула бы еще годик, но… — отлипла, — раньше надо было соображать.       — Звони, если что.       — Спасибо, солнце.       — Сейчас всех разгоню.       — Гони, — легонько ущипнула Тиму за гладковыбритую щеку благодарственно и обернулась на татуированного за спиной: — Так себе звукоизоляция.       — Согласен, — сделал Дима кивок лифту.       — Зато соседи хорошие.       — Да уж, не без исключений, — заговорила в Димке ирония.       Девушка распрощалась со старым знакомым еще раз и двинула к себе, соскучившись по дитя. А через пару минут на шее Тимы висела другая.       — Ну как? Нанянчилась? — обнял Тима Вику за талию, разбивая Димке сердце, и как бы уложил ее красивое тело на свой торс.       — Он такой хорошенький. Я тоже такого хочу, — пробубнила Вика умильно и обмякла в ласковых руках, когда ее виска коснулись нежные губы.       — Сделаем.       Глаза Димки снова уплыли к потолку, на этот раз Тима их не видел, зато то, как его лишили бокала вина, не заметить, естественно, не смог. Дима наполнил фужер самостоятельно, отпил сразу чуть ли не половину, затянулся помощнее и, не в силах сдержать приступа ревности, заговорил:       — И сколько детей ты хочешь, Тим?       — Конкретно я?.. — почувствовал Тима чужое напряжение, но на вопрос ответил: — Хмм… Двоих точно хочу.       — Точно? Да? Мальчика и девочку, небось?       — Конечно.       — И когда же свадьба?       — Доучимся и решим.       — Почему не сейчас? — произнес Димка тоном «а слабо?».       Отлипнув от груди милого, Вика обернулась на Диму через плечо:       — Митя решил нам блиц-опрос устроить, — разбавила напряжение шутливыми в голосе нотками.       Бездарно изображая непринужденность, Дима помял плечами:       — Просто интересно.       — Финансы не позволяют, Мить, — заговорил Тима увереннее, чем до этого. — Вика не работает. А один свадьбу и ипотеку я пока не потяну.       — Ты же на отца пашешь, — взглянул Дима на соседа исподлобья неспроста с насмешкой, намекая на блат.       — И?..       — И на Мальдивы вроде как собираешься.       — Мальдивы — это подарок родителей нам на годовщину, — отмазала Тимину неуверенность в своих чувствах (по мнению Мити конечно же) сама Вика.       Логику в этой «Санта-Барбаре» на минималках Димка слегка потерял:       — Подарок? Они же вам даже трахаться не разрешают, а на Мальдивы отпускают вместе? Или, я не понял, они с вами в качестве надзора туда, что ли, едут? — перестал Димка следить за языком. — И на какую еще годовщину, блин? Вы же не женаты.       — Мы помолвлены.       — Что?! — не сдержал Димка скепсиса в восклицании и демонстративно захохотал, надеясь своей бурной реакцией обоих пристыдить, а еще заставить разойтись и жить каждый своей жизнью. — О господи…       Парочка обменялась между собой такими взглядами, словно дурачок здесь только Митя. Из предбанника вытек долговязый брюнет:       — Мне кажется, вам лучше вернуться. Макс нашел иглы и краску.       — Вот же муд-д-дак, — закруглил Митя глупую истерику. Прикончил вино одним глотком и поплыл разбираться.

***

      Растолкав толпу у кухонного стола разрисованными плечами, Димка округлил очи, увидев на голом заляпанном едой стекле лежащее предплечье какого-то удальца.       — Ты дебил, Макс?! — потянулся Димка к сунутой в розетку вилке от блока, но был отпихнут сильной без перчатки рукой. Во второй, тоже голой, Макс держал и возносил над чужими венами жужжащую в виде толстого маркера «тачку».       — Не ссы, трухло! Я на ютубе видел, как это делается.       — Хера-а-ачь! — орал клиент, готовый к дозе пигмента под кожу под ликование жаждущей зрелищ публики. — Я готов!       — И что ты там видел, придурок? Краску в пиале для варенья, кухонное полотенце вместо стерильных пеленок и воду из-под крана вместо антисептика? Макс, блять, давай по-хорошему.       — По-хорошему? Ебать ты опасный, Мить! Я прямо в штаны ща чуть от страха не наложил. Клянусь.       От дружного гогота вокруг Димка частично запылал: горели уши и щеки.       — Серьезно, Макс. Вырубай. А ты, если не хочешь заработать ампутацию или что-нибудь поинтереснее, просто свали на хрен! — перевел Димка грозно вытянутый указательный палец на будущего калеку.       — Татуировщик без яиц, блять, — послышалось откуда-то сбоку.       — В принципе, это объясняет его ориентацию, — прилетело с другого.       — Привет, мой олененок, — промурлыкали с третьего. — Соскучился по своей крошке? — появилась из-за Димкиного плеча грудь Сашки, после сама подруга полностью и презентовала рту Димы смачный засос. В смысле Сашка, а не грудь.       Макс про машинку тут же забыл. Зато вспомнил Сашку, чье восхитительное декольте видел на экране Диминого телефона только однажды, оглядел ее вдоль и поперек и понял, что с «мужиком» тогда явно погорячился.       Сашка от Димки отлипла с выразительным чмоком. Переключилась на Макса и, поставив локти на стол, предоставила двум героям полюбоваться ее шикарными выпуклостями, а остальным зрителям — аппетитными формами сзади.       — Чем занимаемся, мальчики? Бьем татушки по пьяни? Обожаю! И что там будет?       — Настоящие мужики импровизируют, детка! — подмигнул Сашке Макс, резко позабыв о том, что рядом стоит его девушка и о том, что она вообще у него есть.       — С-с-супер! А давайте ему яички набьем? Чтобы четыре было! Он же такой крутой! Тем более ему эта рука уже вряд ли пригодится, — поморгала на парочку жестко глумясь, развлекая своими каламбурами пьяную публику. Сашка в качестве занимательного представления всех, кажется, тоже вполне себе устраивала. — Ну же! Давай! Ставь на двадцатку! — потыкала на дисплее блока сенсорный «+». — Или кишка тонка?.. Доставай камеру, Мить. Тебе же нужно алиби, когда он будет в суд подавать, дабы возместить свои моральные и физические ущербы.       — Гоу в клуб, народ! — прервал представление голос Тимы. — А то Машка ругаться будет. Первое такси через две минуты. Кто готов?       — О! Тима — красавчик! Дай пять! — отреагировала рука клиента Макса на поступившее предложение первой, взлетев в воздух. Парень выполз из-за стола и с хлопком пожал ладонь Тимы над их головами.       — Куда же ты, наш герой?! А как же веселье? — кинула Сашка вслед недоделку, но быстро переключилась на уничтожение следующего, брезгливо забрав с кухонного уголка черный клатч. — Ой, кто-то свой Диор с алиэспресса тут оставил.       — Он настоящий, — вырвала сумку перекошенная блондинка, пришив Сашку взглядом киллера.       — Ты считаешь? Тогда у меня для тебя плохие новости, детка… — сделала Сашка сочувствующее лицо.       — Ненормальная, — язвительно прошипела Марина себе под нос и, обиженно окликнув бойфренда, поспешила ретироваться.       — Ну и чего ты тут забыла? — процедил Дима сквозь зубы тихо, пока народ благополучно рассасывался.       — Ты же меня пригласил.       — Не было такого.       — Значит послышалось, — поймала Сашка на себе взгляд голубых знакомых глаз и, скрестив руки на пышной груди с уверенностью важной птицы, протянула многообещающе: — Ну, здрас-с-сьте!       Дима тяжело выдохнул:       — Саша, это Тимур. Тимур, это Саша.       Макс звучно хлюпнул в горлышко приложенной к губам бутылке светлого. Тима, слегка приподняв брови, протянул девушке ладонь.       — Для вас Александра Вениаминовна, — ответила она легким рукопожатием.       — Ты же Викторовна, — поправил ее Митя.       — Да. Но для вас Вениаминовна!       — Ну, тогда я точно Тимур.       — Макс. Наслышаны, — забрал Макс пальцы Сашки в свою ладонь и приложился к ним слюнявыми после пива губами. — Ты как раз вовремя. Гоу с нами в клубец.       — Мы вроде не переходили на «ты», — включила Сашка режим стервы на девяточку.       — Оу… Просто решил, что ты еще не в том возрасте. Извините.       — Я еще не в том, просто ты пока не в этом, милый Джастин.       — Вообще-то, Макс. Представился же. Память все-таки подводит…       — Все с ней в порядке, просто ты незапоминающийся какой-то. Э-э… Как там тебя? Максим. Максим Бибер. Ну конечно же!       — Что за сука? — не понял Макс чужого к себе пренебрежения, вопросительно уставившись на Тиму, и получил неприятный толчок от Димки в плечо.       — Как ты сейчас сказал?       — А если я повторю, ты вновь переспросишь, лишь бы мордобоя избежать?       — За языком следи, гондон, — пихнул Димка Макса в грудь и получил аналогичную от него реакцию на выпад.       — Спокойно, Дим, — вмешался Тима, встав между распетушившимися парнями.       — А то что? — вякнул Макс, выглянув на Митю из-за широкого плеча.       — Завязывай, Макс! — гаркнул Тим.       — Не трать на ребенка силы, солнышко, — потянула Сашка друга на себя, уводя его с кухни. — Тебе они понадобятся сегодня ночью. Едем ко мне?

***

      — Устал, мой хороший? — положила Сашка висок на плечо друга, стоя напротив маленького с кривыми краями зеркала в ползущем на первый лифте. Димка выглядел измотанным. Предпочитал держать веки опущенными и в зеркало на свою горящую от вина и стыда физиономию сейчас не смотреть.       — Мм.       — А я тебя предупреждала.       Димка очнулся и тяжело звучно вздохнул:       — Зря ты приехала, Сашк.       Сашка подняла голову и не смогла скрыть обиды за то, что ее дружеской инициативы не оценили по достоинству, ответив едко:       — Естественно…       — Они знают, что я гей. А твоя попытка меня отмазать всех только развеселила.       — Конечно дело во мне, Мить…       — Блять! — нервно взлохматил Митя темную шевелюру, разочарованный развитием событий ровно с того момента, как в них оказалась Вика.       — Знаешь, что делала твоя святоша, пока я всех вокруг якобы веселила, Мить?       — Что же?       — В сторонке стояла, ручки скрестив, и отмалчивалась, предпочитая быть наблюдателем, пока его ебанутые друзья тебя доводили.       — Мм.       — «Мм»?       — Я мужик, Сашк. И он предоставил мне возможность постоять за себя самостоятельно, — решил Митя не озвучивать Сашке версию, в которой Тима Митю слегка проучил за неосторожные вопросики и высказывания в адрес чужих планов на будущее, любви и традиций.       — Предоставил возможность?! Вы просто гляньте, каков супергерой! Да гондола он последняя, Мить! Вмешался только тогда, когда я подключилась. Хотя должен был сделать это изначально!       — Да не должен он был мне ничего!       — Это его друзья! Это он устроил эту неуместную попойку! Это твоя квартира, Мить, а не его! А он… просто долбаный лицемер!       — Ну и что что лицемер?!       — Митя! — поняла Сашка, что все весьма и весьма запущенно.       — Ты бы его маму слышала! Там, блин, не мама, а террорюга психологическая! Реально, Сашк! Ты была права. Его все детство, по ходу, насиловали. Только морально. Его лицемерие вполне себе объяснимо. В нем с детства, блин, установка заложена — быть идеальным. У него это на автопилоте вырабатывается — необходимость всем угодить…       — Прекрасно. То есть теперь тебе его еще и жалко.       Митя промолчал. Сашка осуждающе охнула.       Дверь с шумом отползла в сторону. Митя пропустил подругу вперед. Та, взвинченная нежеланием Димки смотреть правде в глаза, сделала два бойких шага вперед, резко тормознула и, схватившись за задницу, пощупала пальцами промежность.       — Черт…       — Что?       — Кажется, я протекаю, Мить.       Митя не брезгуя пригнулся носом к пятой точке напротив:       — Вроде чистая.       — Я чувствую, Мить. Мне надо в туалет.       — Пошли.       — Сама дойду.       — Там Макс, Сашк.       — Мне нужен тубзик, а не этот «недокумир» Билли Айлиш. Перекури пока, зай. Я быстро. Как раз таксо подъедет.       — Ладно, — нажал Митя для подруги кнопку вызова дребезжащей коробки. Развернулся и двинул на воздух срочно курить.       — Кстати, всегда думала, что Тима — это Тимофей.       Димка замер в дверях на выходе, сопоставил все сказанное и несказанное Тимой до этого и, по ощущениям словив маленький инсульт, беззвучно ахнул.

***

      На кухне Тиму Сашка застала не в одиночестве. Пока Вика намывала бокалы из-под выпивки в мойке, Тима прилежно собирал в мусорный пакет пустые коробки от сметенных подчистую гостями харчей. Тубзик был занят крякающим там Максом. Благо, Сашке был нужен вовсе не туалет.       — Не соизволите-ли украсть у вас вашего благоверного, о, милое создание? — обратилась Сашка к Вике, неестественно ощерившись. — Буквально на минуточку. Нам бы перетереть надо, по поводу общего знакомого. Прямо ну очень срочный разговор.       Вика решила Сашке подыграть и уставилась на ее бюст с выразительной неуверенностью:       — Хмм… Даже не знаю…       Куда смотрят искрящиеся льдинки, Сашка заметила:       — Да будет с вами! Они ненастоящие! Мужикам такое не нравится. Хотите пощупать? Убедиться… — жамкнула свои данные ей природой прелести ладонями, сделав навстречу девушке звонкий на высоченных каблуках шаг.       Тима смущенно улыбнулся в сторону, Вика задорно хохотнула и ритмично замахала перед собой мокрой пятерней:       — Право, не стоит! Верю, забирайте. Если, конечно, сам благоверный не против.       Не убирая рук с груди, Сашка развернулась ею к Тиме и кокетливо приподняла соболиную бровь.       — А вы умеете уговаривать, — завязал Тима ручки пакета симпатичным бантиком.

***

      Закрыв неприятно пахнущую пасть мусоропровода ногой, Тима нащупал в кармане полудохлую пачку тонких сигарет и, организовывая себе небольшой перекур, посмотрел на Сашку ожидаемо вопросительно. Сашка ползала по эффектному блондину сочувствующим другу взглядом, видела, что красавчик вполне оправдывает Димкино слюноотделение и, вспоминая талию и длину ног Вики, соболезнующе сунула в рот свой розовый вейп. Нет, Димку Сашка страшненьким вовсе не считала. Совершенно искренне любила его добрые глаза, выдающийся нос, который он ненавидел в свой самый жесткий пубертат в школе, и выразительные скулы. Боготворила его плечи и рост, обожала улыбку котенка, но… честно с большим трудом видела в нем для Вики в принципе какую-то конкуренцию. Естественно, с учетом того, что не видела в блондине гомосексуала вообще. Геи на Сашкины формы так не пялились, а Тима пялился на Сашку довольно палевно. Би? Сашка не верила. Понимала, что парень отнюдь не простой. Вопрос она задала Тиме ему же под стать:       — Ну и как те Митя? Ниче что я на «ты»?       Тима нахмурился:       — В каком смысле «как»?       — А для тебя есть еще какой-то помимо соседства?       Над чужой находчивостью Тима усмехнулся, понял, что разговор обещает быть сложным, и предпочел девушку просто выслушать. Судя по всему, у нее было много, что ему сказать:       — Слушай, я же вижу, ты парень не простой. Но давай ты не будешь оттачивать свои и без того безупречные навыки лицедейства на моем Митьке, ладно? Тебе мало вокруг дур, которые видят тебя таким, каким ты желаешь, чтобы тебя все видели?.. Не трогай Митю, прямо от всего сердца прошу. У него нет за спиной финансовой опоры. Он сам себя строит. Сам строит свою жизнь. Но если в его голове что-то засело, оно вытесняет все остальное, и сейчас в этом неважно варящем котелке только ты.       На Сашку Тима пялился в упор и с легким прищуром. И в момент чужого откровения не изменился в лице совершенно никак.       — Ой, только не делай такое лицо, будто ты удивлен, — не удержалась Сашка от несвоевременного сарказма. — Митя всегда херово скрывал то, что чувствует. И все ты прекрасно понимаешь. Не надо его обнадеживать ложной симпатией. Пож-ж-жалуйста, умоляю, найди для своих игр кого-нибудь покрепче. Я уже вытаскивала его из подобного дерьма, и, поверь мне, это ни разу не весело. Я не жалуюсь. Правда. Если надо будет, поднатужусь снова. Просто боюсь, он на этот раз из него вылезать не захочет.       Тима безмятежно выдохнул дым в сторону:       — Подытожь.       — Просто… стань собой. Пусть он увидит тебя настоящего, — честно не понимала сейчас Сашка, что видит Митя в этих хоть и красивых, но до омерзения холодных глазах. — Думаю, тебе бы тоже не помешал такой человек. Хотя бы один единственный.       Пауза.       — А если его это не остановит?       Над своей проницательностью Сашка грустно усмехнулась:       — Его это и не остановит.       — Тогда в чем смысл этого признания?       — В степени неизбежного разочарования, которое, судя по всему, постигнет его в очень недалеком будущем… — снова с мольбой заглянула в безжизненные глаза пристально, надеясь, что ее предположение хотя бы попытаются благородно оспорить, прочитала в них отчетливое к ситуации безразличие и, натянув улыбочку, задорно произнесла: — Я просто чутка облегчаю себе задачу. Просто сраная эгоистка. Окей?.. Окей. Бывай, блондинчик, — махнула на Тиму рукой с ощущением таким, будто вообще напрасно потратила на этот разговор столько времени, нажала кнопку лифта в стене и прыгнула в тут же открывшуюся для нее тесную кабинку.