Служу Космическому Союзу!

Все мы знаем тяжести и невзгоды войны: голод, смерть, нищета, жестокость, бесчеловечность. Этот список можно продолжать долго. Любая, даже самая благородная и честная — насколько это вообще уместно война, имеет ужасные последствия. А противостояние, которое длится не один десяток лет и затрагивает половину известного космического пространства, умножает их в сотни раз. Армада КККР летела на медленном ходу, готовая в любой момент встретить неприятеля. Двигались коммунистические войска к перепутью главных космических путей, так называемому «центру космоса». Занять его — значит подчинить себе космос. Ранее он всегда был нейтральным и неприкосновенным, но ныне… Ныне уже никого не интересуют мелочи, вроде вековых договорённостей. Будущему властелину вселенной будет чхать на их нарушение, в большой степени это касается и проигравших, чья судьба незавидна — полное уничтожение и забвение. Звёзды блестели, сияли и горели в безжизненной темноте. Даже бывалого путешественника по космическим просторам они завораживали, внушали меланхоличные, иногда философские мысли, но в любом случае дарили умиротворение. Их свет, летевший сотни тысяч световых лет, освещал огромные корабли космического союза. КККР — Коалиция Космических Коммунистических Республик или, как называют чаще — Космический Союз. Один из трёх претендентов на покорение космоса. Идеология, зародившаяся полторы тысячи лет назад на маленькой голубой планете, не смогла достичь значимого успеха на родине, но идеалы светлого коммунизма и идеи абсолютного равенства сплотили десятки разумных цивилизаций и сотни одиноких планет. Дисциплина, равенство, трудолюбие, сила духа, единомыслие, но вместе с тем и жестокость, пресечение лишних свобод и богатств — вот основные черты КККР. Но в более практичном, ещё точнее, военном плане КККР славилась своим чётким и грамотным руководством, обилием многочисленной, может простой, зато надёжной и эффективной техники, а также поражающими воображения огромными крейсерами и линкорами. Последние и двигались на место решающей битвы. Их корпуса превосходили в длину карликовые планеты, орудия способны изничтожить самые крупные астероиды. Внешний вид был до безумия прост и скромен — ни единого излишества, ни доли эстетизма или красоты, одни серые, одномастные поверхности. Внутреннее убранство флагмана было столь же аскетичным, как и внешнее. В главном зале были металлические полы, стены и потолок. Было бы совсем пусто, если б не места для управления кораблём, множество приборов и сотни красных знамён, на каждом из которых красовались вилы, гаечный ключ и триста пятнадцать звёзд, символизирующих каждую республику в составе Союза. В центре на брутальном троне восседал крупный медведь со шрамом на полморды, с суровым взглядом и в зелёном мундире с целой плеядой медалей. Он окидывал взглядом своих подчинёных — около сотни членов экипажа на мостике, отвечавшие за все важнейшие детали и параметры корабля. Было спокойно. Поразительно спокойно. Это тревожило бывалого в космических баталиях медведя. Но так как обстановка была мирной, а делать было нечего, он закурил сигару толщиной в человеческую руку и откинулся на холодную спинку трона. — Не нравится мне это всё, — схватился за виски медведь. — Товарищ Снежок, вас что-то беспокоит? — поинтересовался молодой солдат рядом с троном служившим заместителем и главным помощником маршала Снежка. — Нутром чую что-то неладное, — неохотно ответил маршал. — На радарах всё пусто. Уверяю вас, даже в случае засады или другого ЧП мы сможем отлично дать бой. Наши корабли двигаются в идеальном оборонительном порядке, застать нас врасплох или ударить в спину попросту невозможно, — успокаивал подозрения Снежка солдат. — Эх, Тимофей, если бы всё было так просто, — выдохнул густое облачко вонючего дыма медведь. — На радаре что-то появилось! — послышалось с края зала. В тишине это было отлично слышно, солдаты за компьютерами мгновенно засуетились. Теперь от былой тишины не осталось и следа; лишь восклики, нажатия на клавиши и писки приборов. — Что там?! — почти рявкнул Снежок, резко вставая с места. — Похоже нацинский флот! Кораблей пятьсот. Десантных челноков около десяти тысяч. Возможно подкрепление, — лаконично донесла информацию девушка с поразительно длинной золотистой косой. — Превосходно, вот и показались уроды! — ухмыльнулся Снежок. — Передвинуть Васильки и Одуванчики на передний фланг, считать таковым направление с противником. Зарядить мелкокалиберные пушки. Прикажите экипажам Тополя, Липы и Клёна занимать оборонительные позиции и готовиться к абордажу. К ним же отправьте оставшиеся эсминцы и вышлите Мошкару, пусть прикрывает. Главная задача разобраться с челноками и не допустить захвата наших линкоров. Всё ясно?! — твёрдым командным голосом отдал приказы Снежок. — А что с нашим кораблём и «последним рубежом»? — тут же спросил пожилой рептилоид. — Бортовые орудия Дуба вполне способны не допустить вторжения, а в случае чего на борту с нами элитный корпус рейнджеров, они смогут отбить абордаж, если такой и случится. Пускай мы в приоритете, но нельзя оттягивать на себя лишние силы, пусть защищают остальную флотилию. Да это опасно, но к чертовой медведице, на кону судьба космоса! — последней фразой и своей решительностью маршал воодушевил всех подчинённых, в принципе, как и всегда. Далее он встал на главный мостик, дабы наблюдать за основными приборами и панорамой космоса одновременно. Маршал увидел большой, если не громадный флот. По силе они были примерно равны, можно было говорить про огневое превосходство союза, но численной преимущество в технике находилось у нацинцов. В то время, когда флот коммунистов состоял по большей части из огромных линейных кораблей, нацинцы делали ставку на средние крейсера и тысячи штурмовых челноков с пехотой, которые штурмовали главные корабли неприятеля и брали их под свой контроль, тем самым решая ход сражения. Одним словом, как и вскользь упоминал Снежок, всё решится тем, смогут ли нацинцы взять флагманы коммунистов или же нет. … В то время пока корабли КККР мирно преодолевали космос, войска Нацинской Хунты на полном ходу двигалась к армаде коммунистов. Инновационный радар, сыграл свою роль — позволил засечь оппонентов чуть-чуть, но раньше, что давало в перспективе огромное преимущество. На флагмане собрались почти все пехотинцы и пилоты челноков. Обширный зал вместил в себя тысячи солдат. Каждый из них был человеческой расы, гладко выбрит и статен. Глава Хунты, её идеолог и военный предводитель — благородный чистокровный человек Альбер Гитлар, занял самое видное место. Тут же его окинули радостными криками и аплодисментами, его имя повторяли вновь и вновь, а шум от этого всего закладывал уши. Альберт вскинул прямую руку вниз и поприветствовал собравшихся двумя словами известными по всему огромному государству. После этого подчинённые утихли, давая возможность произнести речь. — Мои собратья, много лет идёт эта священная война. Священная, потому что целью её является очищение космических просторов от гадских, противных, мерзких и не достойных существования созданий! Каждый из нас представитель истинной богоугодной расы, способной не только объединить вселенную, но и имеющая на это полная право. Вспомните матерей, отцов, дочерей, сыновей, братьев и сестёр, родное Солнце и весь пройденный путь до сегодняшнего дня. Но не позволяйте забыться и главной общей цели — завоевать человечеству истинное величие! — закончил на торжественной ноте пламенную речь Гитлар. По всему необъятному взглядом кораблю разнеслись хвалебные крики, преисполненные боевым духом. Солдаты двинулись на свои места. Сражение вот-вот начнётся. … Ранее поразительно спокойное пространство, совсем недалеко от центра космоса, наполнилось взрывами, разрушительными лучами всех цветов радуги, осколками кораблей и телами павших солдат. Хотя в тёмной материи царил абсолютный вакуум, казалось, что в нём веяло почти ощутимое напряжение, гнев, горечь и страх, смешанный с благоговением и гордостью. Нацинцы окружили мелким роем челноков флот коммунистов, но тактического преимущества они так и не получили, всё-таки не зря Снежок железно приказал не нарушать формацию круга. Крейсера же хунты, сконцентрировались в одном месте и желали пробить брешь в обороне акцентируя подавляющие большинство боевой мощи на крошечный участок, рядом с ним и находился Дуб. Начался один из самых волнительных моментов. Тысячи челноков хлынули на армаду Союза, словно рой бесчисленных пчёл. Множество из них уничтожали ещё за десятки космических узлов, одного попадания средним орудием было достаточно для подбития мелкого челнока. Но количество нивелировало слабость каждого отдельного корабля. Постепенно «рой» подбирался к сладостным крупным кораблям всё ближе и ближе. В это же время все крейсера нацинцов поливали огнём одну из граней «круга», который на самом деле являлся многоугольником, если рассматривать построение с геометрической точки зрения. Пока коммунисты отбивались от челноков, средние корабли вполне успешно пробивали оборону коммунистов на узком участке. Эсминцы были уничтожены, несколько крейсеров также потерпели крушение. Путь к сладостным и манящим, самым огромным кораблям за всю историю был открыт. — Маршал, у нас проблемы! Оборона на семнадцатом участке считай прорвана! — проорал маленький гуманоид с рожками. — Вижу, вижу, не слепой! — гаркнул Снежок. — Отступить мы не можем, будем давать бой. Защитники на борту готовы?! Нужно чтобы на каждом кусочке корабля находилась группа рейнджеров, способных сдержать натиск пехоты врага. — Готовы насколько это возможно! — дрожащим голосом сказал почти что юнец человеческой расы. — Тогда остаётся признать, что этим тварям удалось добиться первой половины задуманного. Отдать приказ всем линкорам переключить внимание на собственную оборону, а остальным кораблям всецело их в этом поддержать. Надо всего-то пережить абордаж… — про себя буркнул медведь. Приказ в мгновение око передали по всей флотилии. Маршал вновь уставился на панораму космоса. На ней виднелась разруха и хаос, а также челноки, закрывающие обзор на бескрайнюю черноту. — Включить гимн для поднятия боевого духа, — отдал последний приказ Снежок и всецело положился на судьбу, как бы он ненавидел саму сущность этого понятия. Он сделал всё, что от него зависело. Под градом из лазеров и ловушек, челноки умело маневрировали в попытках добраться до заветной поверхности судов. И ценой в половину кораблей, они всё-таки сделали это. В серую поверхность махин врезались чёрные крошки, будто блохи крупного добермана. Пробурив внешнюю оболочку, нацинцы пробрались во внутреннюю. Пехотинцы наконец получили возможность проявить себя и всю любовь к Хунте. С криками и воплями они хлынули на борт линкоров, однако «просто взять корабль» им не удалось, очень уж хорошо рейнджеры встретили прущих напролом в эйфории солдатишек. Раскаты грома, взрывы гранат, запах пороха и горелой плоти окутали корабли Союза. Безвкусные серые полы стали красными от рек крови. Несмотря на технологии и прогресс, вооружение простых пехотинцев не сильно отличалось от солдат Второй Земной войны, равно как и ведение боя. Огнестрельные ружья, штыки и почти полное отсутствие защитных средств — вот что имелось у солдат обеих сторон. Один из линкоров был захвачен, остальные держались на последнем издыхании, но и силы нацинцов были на исходе. Казалось поможет только стойкость и моральная сила, именно гимн Союза с множеством патриотических песен позволили держаться солдатам коалиции до последнего. И тут начинает играть торжественная музыка фанфар и барабанов — слишком бодрый и задорный мотив, да и язык точно не всекосмический. Посреди жесточайшей схватки за господство на кораблях заиграл гимн Империи Лягуша. В сражение вошёл последний конкурент на звание «властелина космоса». В этот раз речь идёт не о государстве, а о конкретной личности, которая построила державу поразительных размеров и мощи исключительно на собственной персоне. Объединить сотни планет и миллиарды душ на одном авторитете — поразительно и почти невозможно. Однако тридцать лет назад это совершенно не смутило амбициозного и харизматичного лягушонка. В империи его славят умным, сдержанным, милосердным, сильным, решительным, справедливым, рассудительным, трудолюбивым, аскетичным, честным, талантливым и ещё много как. Конечно же многое из этого придумано, но личность Лягуша действительна поразительно и спорить с этим бессмысленно. На несколько секунд все солдаты сражающихся ранее держав, даже включая командование, встали в ступор. Рядовые пехотинцы продолжили месиво, заряжающие, наводчики, механики и прочий персонал вернулись к привычным занятиям, а вот командование продолжило находится в оцепенение. На космическом горизонте материализовались, словно из неоткуда, имперские корабли. Их число — достаточное, боевая мощь — вполне внушающая, а габариты — различны, от мелких челноков рассчитанных на одного человека, и до крупных шаттлов. Войска Лягуша были усреднённые во всех отношениях, благодаря этому были максимально универсальны. Это позволило им занять тактическое преимущество, ставя под угрозу дальнейшее существование флотилии коммунистов. Что же насчёт нацинцов. Их основные корабли были уничтожены всего лишь за несколько минут. Крейсера и редкие линкоры нацинцов и так не славились мощью, но побитые боем, и пойманные в западню, они напоминали колонию опарышей, чьё убежище разрушили. По беззащитным кораблям ударила вся сила империи. Лучи на те пару минут, затмили тёмный «небосвод» яркими цветами. С точки эстетики это было прекрасно, а вот с тактической… — Они разорвали их в щепки! — вскликнул осминогоподобный подчинённый. — Что с абордажем? — удивительно хладнокровно спросил Снежок. — По свежим новостям, мы начали одерживать верх, совсем скоро отбросим десант в космос. Корабли уже готовы вернуться в режим полноценной работы, — протараторил уверенный бородач. — Превосходно. Потери? — Один линкор небоеспособен, но не захвачен врагом, им не хватило численности для управления. Считайте что он просто выбыл из строя. Ещё два линкора серьёзно повреждены. Большинство наших челноков уничтожено. Эсминцы и крейсера сильно не пострадали, — продолжил офицер с бородой. — Сменить боевую формацию на линию лицом к врагу… — замялся маршал, что до безумия накалило и без того тревожный экипаж. — Приготовить к запуску Берёзу, — произнёс с трепетом Снежок. — Маршал, но позвольте, потери не так велики… — … Я не просил личного мнения! — перебил главного помощника медведь. — Пускай потери невелики, но в победе над лягушатниками я не уверен. То есть, даже если мы рискнём всем, если погибнет девяносто процентов персонала и девяносто девять процентов кораблей — далеко не факт что мы победим. Берёза решает этот вопрос… — с сожалением протянул Снежок. — Решает судьбу битвы? Несомненно. Но ставит под угрозу само его существование! — позволил себе повысить голос на старшего по званию генерал. — Приказы не обсуждаются! — поставил на место подчинённого маршал. — Сколько? — Пять минут! — Значит пять минут мы будем вести кровавую и беспощадную перестрелку. Они уверены в своей победе, не стоит и ждать от этих высокомерных выскочек сложных манёвров, первым делам они попытаются задавить нас огневой мощью. Наверняка сейчас шампанское пьют, — понизил голос медведь. — Так давайте утрём им нос и покажем, чего стоят силы Союза! Возможно большинство из нас сегодня погибнет, возможно погибну и я. Но в любом случая, я умру с чувством радости и выполненного долга, ведь я служу Космическому Союзу! — Служу Космическому Союзу! — хором воодушевлённо выкрикнул экипаж. Корабли коммунистов двинулись с места. Пока из круга они перестраивались в одну большую линию, уже подготовленная флотилия Лягуша поливала их огнём. И всё-таки совсем скоро две флотилии встали лицом к лицу, и будто в комично-честной драке пьяниц, начали по очереди обмениваться ударами, в виде разрывных лазеров и прочих энергетических снарядов. Предположения Снежка подтвердились в действительности: началась глупая и беспощадная бойня. Корабли и не думали двигаться с места. Их экипаж только перезаряжал орудия, стрелял в неприятеля, а после уповал на удачу, особенно отчаявшиеся его члены — на сверхъестественные силы и богов, только от них зависело, прилетит ли в корабль шальной лазер или прицельный сгусток энергии. Один за одним, корабли распадались на бесчисленные куски металла или вовсе превращались в прах, растворяясь в вакууме. Вселенная ещё никогда не видела такой ожесточённой и масштабной баталии, ещё ни разу две огромные флотилии не изничтожали друг друга, совсем забыв о потерях и последствиях. Минуты сражения длились томительно, просто безумно долго. Снежок со всей концентрацией смотрел на стрелки часов, будто от его пристального взгляда и подсознательного желания невиданной силы, время пойдёт быстрее. Но к его разочарованию это было не так. Впервые за долгие годы службы медведь позволил себе напрямую выразить волнение и даже в некоторой степени страх. Его огромный рот сложился в тончайшую линию, глаза совершенно не моргали, а взгляд вздрагивал и прыгал по циферблату ретро-механических карманных часов. — Приготовления окончены! Берёза готова к использованию и ждёт финальной команды от вас! Эти слова позволили Снежку глубоко выдохнуть и слегка расслабиться, но точно не полностью успокоиться. Его слово решит исход войны — всё или ничего. — Стреляй! — рявкнул Снежок, подключив все голосовые связки и вложив в этот рык переполняющие его эмоции. Средний размеров корабль, получил приказ. Он значительно отличался от всех остальных — по размеру походил на крейсер, но по факту являлся одной большой пушкой. Её вид внушал трепет в души каждого солдата Союза, стоит ли говорить про врагов. Они конечно попытались уничтожить таинственный шаттл-пушку, но не смогли пробить даже всей огневой мощью, несколько закрывающих собой линкоров, Берёзу. На мгновение в космосе стало спокойнее, чем обычно, что в принципе кажется невозможным. Однако уже через несколько секунд флотилию Лягуша охватила огромная чёрная, в тысячи раз чернее космоса, материя. После этого имперский флот испарился, а на его месте появилось огромное пятно мрака, распространяющегося с поразительно пугающей скоростью. Чёрная дыра. Сама по себе она преспокойно поглотила бы пару галактик, настолько мощная сила была при ней. Позволить такое, да в центре космоса коммунисты не могли. Пока стало не слишком поздно, в кромешный мрак влетел сгусток странной энергии из той же Берёзы. Вдруг время остановилось, пространство исказилось, а сама суть бытия потерялась. В жизни каждого из членов Коалиции — это был самый пугающий и трепетный момент. Слишком уж близко к смерти, состояние в котором, ты теряешь себя и растворяешься в общей массе. — М…мы…выжили? — протянул, оглядываясь по сторонам советник маршала. — Похоже, а заодно умудрились не уничтожить космос, — инстинктивно схватился за лоб медведь. — Это победа? — всё не мог прийти в себя Тимофей. — Да, Тимошка, это победа, — ласково проурчал медведь и положил тяжёлую лапу на плечо помощнику. — Это победа!!! — радостно спрыгнули с мест пилоты и пустились во все тяжкие, празднуя победу. Кто-то начал танцевать, кто-то кричать как сумасшедший, а кто-то упал на колени и зарыдал в захлёб. Спустя столько лет война окончена. Космос вскоре станет единым. И кто знает к чему это приведёт: процветанию, которого ранее не видел свет, или же напротив, полному краху.