Lovely

The Irrepressibles — In this shirt slowed

Утренний рассвет яркими красками освещает небо. Город медленно начинает просыпаться. Лучи солнышка проникают в просторную спальню, их можно отчётливо увидеть и коснуться, грея пальчики в теплоте. А сердце Чонгука утопает в любви. Он лежит на огромной кровати, среди скомканного одеяла и помятых простыней, а глаза смотрят на Чимина. Чонгук улыбается, потому что он счастлив. Он любит видеть Чимина по утрам, любит касаться, трогать, обнимать, как может только он. Именно поэтому каждое утро начинается по истине прекрасно. В просвечивающей на фоне солнца рубашке Чимин стоит у панорамного окна, смотря вдаль на расплывающиеся облака в рассвете солнца, тянется ручками вверх, потягиваясь, из-за чего рубашка задирается, оголяя упругие ягодицы. Чонгук плавится от нежности, захватившей его тело и мысли от такого домашнего, уютного вида своего мальчика. Он нередко, как и сейчас, засматривается на эти стройные ноги и ну просто не может не думать о том, как они красиво смотрятся на его плечах, на его бёдрах, на его руках. Порой он слишком долго смотрит на своего мальчика, забывая обо всех вокруг, лаская глазами каждую черту лица, чувствуя, как внутри разливается приятная нега от понимания того, что Чимин его. Эта прелесть его. И он смотрит, потому что имеет на это полное право. Любуется своим милым прекрасным мальчиком, ликуя и становясь счастливее в один миг от всепоглощающей любви к этому парню. Он слезает с кровати и в три шага преодолевает расстояние между ними. Руки сразу скользят от поясницы по талии, заключая Чимина в кольцо своих объятий. Талия — законное место для рук Чонгука, и он любит это демонстрировать. Он любит обнимать Чимина за неё, любит сжимать мягкую кожу, чувствуя под пальцами её теплоту. Нравится, как он может абсолютно самовольно опустить руку на талию и не встретить никакого сопротивления, особенно на публике, когда он прижимает парня к себе за хрупкую талию, собственнически сжимая одежду на изгибе тела. Так он заявляет свои права на этого прелестного хена. Это так и есть. Чонгук утыкается в изгиб шеи и прикрывает глаза. Уже ставшее таким родным, неотделимым чувство нежности и любви греет изнутри, а Чимин ещё сильнее жмётся к его обнажённой груди, накрывая своими маленькими ладошками руки Чона. Чимин до жути любит такие утренние обнимашки. Нежные и ласковые, тёплые и родные. Чона частенько ведёт от их разницы в размерах. Ему кажется, что Чимин создан для него, как и Чонгук для него. Потому что большие ладони макнэ слишком идеально располагаются на теле Чимина. Потому что Пак весь такой милый, маленький и хрупкий по сравнению с Чоном, от этого слишком приятно обнимать это тёплое чудо, до мурашек приятно наклоняться и целовать его пухлые губы или утыкаться в изящную шею, как сейчас. Чимин идеально смотрится в его руках, а Чон так крепко прижимает его к себе, укрывая своей широкой спиной от всех бед. Чимин нежится в руках своего любимого, ластится от теплоты крепкого тела. Тает от любви, вспыхивает от взаимности этого прекрасного чувства. Они встречают очередное утро вместе в теплоте друг друга. В любви и нежности к друг другу. Чимин слишком сильно любит Чонгука для этого черствого мира. Как и Чонгук слишком сильно любит Чимина для этого злого мира.