***
Во всей квартире, а в особенности на кухне, приятно пахло свежей выпечкой и итальянскими специями. Карина пыталась отвлечься от переживаний за свою жену. Обычно её спасала работа, но сегодня же у неё выходной, поэтому приготовление круассанов и любимой пасты Майи неплохо помогало. Но всё же… Сердце Карины из раза в раз сжималось и обливалось кровью, когда её bambina уходила на службу. На смене может случиться всё, что угодно. Однажды Майя может просто не вернуться домой. Ещё Карина пыталась побороть сильное желание сделать тест на беременность. Это было запланировано только на следующей неделе, дабы результат был более точный, но… Шатенка хотела уже поскорее узнать, получилось ли у них с Майей зачать ребёнка при помощи семени Джека.***
Бесконечное количество чёрных клубов дыма пробивается наружу сквозь отверстия в крыше и стенах здания. Вокруг него несколько пожарных машин и скорой помощи. Люди в панике. Они напуганы, дезориентированы и задыхаются. — Уоррен, помоги Хьюз! — приказала капитан Бишоп по рации, когда увидела Викторию, что выбежала из горящего кинотеатра с девочкой лет пяти на руках. — Капитан! Капитан! — к Майе подбежала Энди. Вся её экипировка была покрыта плотным слоем чёрной сажи. — Один из пострадавших сказал, что в кинотеатре есть ещё бомба. Ещё одна бомба в четвёртом зале! Майя ошарашено приоткрыла губы и тут же потянулась к рации, дабы сообщить. Но капитан девятнадцатой пожарной станции не успела произнести и слова, как раздался оглушающий грохот, сопровождающийся яркой вспышкой оранжевого пламени. Ударная волна разошлась на пару метров вокруг здания, чем сбила с ног нескольких пожарных и медиков, а также ещё сильнее напугала гражданских. Вновь крики, суматоха, хаос. — Салливан, приём, — Майя обеспокоилась своим подчинённым, который как раз должен был быть внутри кинотеатра. — Салливан! Роберт, ты меня слышишь? — капитан напряжённо говорила в рацию, но ответа не поступало. — Роберт, ты где?! — прикрикнула Эррера, испуганно взглянув на Майю. Послышался тихий хриплый кашель. Живой. Слава богу. — Меня… Тут всё обрушилось… — вновь кашель и тяжёлые вздохи. — Я не могу пошевелиться… Меня придавило… — Я иду за тобой! — уверенно сказала Энди и собралась сорваться с места, но строгий голос капитана её остановил. — Эррера, нет! Ты одна не пойдёшь! — Больше нет никого! Людей не хватает! И мы не бросим его там! — Никто и не говорил, что мы его бросаем! — Бишоп кинула взгляд на пылающее здание кинотеатра. — Передаю командование девятнадцатой частью капитану пятьдесят восьмой. Я и Эррера идём внутрь спасать лейтенанта Салливана, — строго и уверенно произнесла Майя в рацию. В следующую секунду две самые смелые женщины вбежали в огонь.***
— Как передают наши репортёры с места происшествия — произошло уже два взрыва. Пострадавших много, но точное число ещё не известно. Команды пожарных и врачей борются сейчас, вероятно, с серией терактов, ведь по нашим последним данным взрывы произошли из-за двух самодельных бомб, оставленных под сиденьями в кинозалах, — доносился монотонный женский голос из динамиков телевизора, пока Карина не находила себе места и нервно ходила по комнате из стороны в сторону. Она знала, что Майя сейчас там. Она знала, что её жена сейчас в опасности.***
— Ну же, Трэв, быстрее! Она на грани! — кричит Эррера, повернув голову на Монтгомери, что был за рулём машины скорой помощи. — У неё слишком слабый пульс, она не доедет до Грей-Слоан… — парамедик из соседней пожарной бригады, кажется, начинал сдаваться. — Она наш капитан! Она не должна умереть! — Энди закричала и сурово посмотрела в глаза медработника.***
Громкий и нервный стук во входную дверь заставил Карину вздрогнуть и отвести взгляд от теста на беременность, что находился в её дрожащих пальцах. Две полоски. У них с женой будет малыш. Шатенка убрала тест в карман кардигана, поднялась с кресла и поспешила в прихожую. Наконец-то Майя вернулась, она точно обрадуется такой хорошей новости. Но зачем блонди стучит в собственную квартиру? Разве, у неё нет своих ключей? Карина распахнула дверь и замерла на месте, увидев чертовски измотанную Энди Эрреру, коллегу Майи. — Карина, — Эррера неуверенно перешагнула через порог и обхватила шатенку за локти. — Тебе нужно поехать в Грей-Слоан, там… Там Майя. Сердце ДеЛуки упало куда-то вниз. Губы испуганно приоткрылись, брови сместились к переносице, глаза наполнились солью. — Она?.. — Карина с мольбой посмотрела на Энди и так и не смогла закончить свой вопрос. — За неё сейчас борются, — Эррера сильнее обхватила жену своего капитана, когда тело той потянулось вниз. — Тише-тише. Я отвезу тебя к ней.***
Лучшая подруга и жена Майи неслись по коридорам больницы Грей-Слоан. Сердце Карины бешено металось в стенках грудной клетки, весь организм был в напряжении и неком оцепенении. Она боялась потерять своего самого дорогого человека, боялась потерять свою любимую. — Доктор ДеЛука, вам сюда нельзя! — прикрикнула медсестра, перехватив девушку в дверях операционной. — Она моя жена, пустите! — сквозь слёзы воскликнула шатенка и попыталась избавиться от рук, удерживающих её. — Пустите меня к ней! — Пропустите её! — приказала Миранда Бейли, заметив Карину. ДеЛука тут же кинулась к операционному столу, на котором лежала Майя. Такая слабая, словно, вовсе пустая. — Il mio amore (Любовь моя), — прошептала Карина и осторожно взяла жену за руку. Она не ощутила ни малейшего сжатия со стороны блондинки. Её холодная ладонь была совершенно ослаблена. Горькие горячие слёзы градом осыпались на щёки шатенки, в глотке встал комок. Врачи продолжали крутиться вокруг капитана девятнадцатой пожарной части, продолжали возвращать её тело к жизни, пока аппаратура издавала характерные писки. То быстрее, то медленнее. — Vivi per me (Живи для меня), — умоляла Карина, всё сильнее сжимая ладонь Майи. — Per favore (Пожалуйста). — Она справилась, она будет в порядке, — вдруг сказала Миранда, положив руку на плечо итальянки. — Она стабилизировалась. Дай нам отвезти её в палату, ладно?***
Карина вышла из операционной в пустой коридор и присела рядом с Эррерой на неудобный металлический стул у стены. — Она жива, она жива… — с нотками облегчения пробормотала Карина и прикрыла глаза. По её щекам всё ещё продолжали стекать горячие слёзы. — Я знала, что она выберется, — Энди улыбнулась и крепко обняла жену своей лучшей подруги. — Майя борец. — Да, она борец. Она борец, — ДеЛука сильнее прижалась к Эррере. — У нас будет ребёнок, я сделала сегодня тест. — Что? — Энди отстранилась и заглянула в карие глаза. Она едва сдерживала себя, дабы не завизжать от радости. — Ты беременна? Ты беременна, да? Карина несколько раз положительно кивнула и вновь расплакалась. Девушки ещё минут пятнадцать сидели в коридоре. Врачам нужно время, чтобы перевести пациентку в палату и подключить необходимое оборудование на всякий случай. — Что там произошло? — тихо спросила итальянка, повернув голову на Энди. — Мы с Майей пошли спасать Салливана, его придавило после взрыва. Мы довольно быстро нашли его, освободили и направились на выход, но… Но Майя заметила ещё одного пострадавшего и отдала мне приказ сначала вывести Салливана, а потом вернуться и помочь ей. Как только мы с Робертом вышли из здания, то… Прогремел ещё взрыв, третий. Как раз на том этаже, где была Майя. Я тут же вернулась к ней, но она была без сознания. Тот, ради кого она там осталась, погиб, но Майя ещё держалась. Я её вытащила и мы сразу поехали в больницу, — Эррера осторожно взяла ДеЛуку за руку и слегка сжала. — Карина, когда я передавала её врачам, она была в очень тяжёлом состоянии, но Майя справилась. Она справилась, слышишь?***
Карина сидела у койки своей любимой жены уже несколько часов. Она хотела, чтобы Майя была не одна, когда очнётся. Наконец, веки девушки чуть дрогнули, затем медленно приоткрылись. — Карина, — хрипло позвала Бишоп и тут же столкнулась с взволнованными карими безднами. — Майя, — шатенка ласково обхватила ладонь жены и поднесла к своим губам, поцеловала костяшки ещё ослабленных пальцев. — Caro, sono vicino, sono con te (Родная, я рядом, я с тобой). — Ты же знаешь, что я ни черта не понимаю на твоём итальянском, — совсем тихо и слабо засмеялась Бишоп. — Майя, я думала, что потеряю тебя… — голос Карины чуть дрогнул, слёзы в который раз за сегодня побежали по её уставшему лицу. — Прости меня, — блондинка с трудом подняла руку и коснулась ладонью влажной щеки своей жены. Подушечка большого пальца скользит по скуле, стирает солёные капли. — В тот момент я не думала о том, что ты будешь переживать за меня. — Как я могу не переживать за тебя, bambina? — Карина наклонилась и ласково поцеловала Майю в уголок губ. — Не смей меня так пугать, ясно? — она заглянула в голубые глаза и горько улыбнулась. — Хорошо, больше не буду.***
Почти две недели в больнице показались капитану бесконечным наказанием и божьей карой. Но Бишоп наконец-то выписали, отправили долечиваться дома. Говорят, в родных стенах выздоровление идёт гораздо быстрее, но для Майи этими самыми стенами были объятия Карины. Именно Карина была домом для её души. — Как ты себя чувствуешь? — спросила ДеЛука, заканчивая приготовление вкусного сытного завтрака. — Я в порядке, — Майя тепло улыбнулась и присела за кухонный стол. — Интересно, меня опять понизят? — Bella, не думай об этом сейчас, прошу. У меня есть для тебя хорошие новости, — итальянка хитро улыбнулась и посмотрела на любимую жену. Она решила, что сейчас наконец-то настал подходящий момент. Карина на несколько секунд покинула кухню, а вернулась с маленькой коробочкой в руках и протянула её Майе. — Открой. Бишоп развязала бант из мягкой атласной ленты, открыла крышку и на пару мгновений замерла. Она с непониманием смотрела на вещицу на дне коробочки, похожую на электронный градусник. — Две полоски? — Майя подняла взгляд. — Карина, боже мой! — блондинка тут же подскочила к шатенке и крепко обняла её, а затем поцеловала в щёку. — Да, милая. Всё получилось, у нас с тобой будет малыш или малышка. — У него или у неё будут твои глазки и носик. Я буду держать на руках маленькую копию тебя, боже мой… — Майя уткнулась в плечо Карины, пытаясь скрыть идиотскую радостную улыбку, что так упорно вырисовывалась на её губах. — Я люблю тебя. — Я тоже люблю тебя, bambina, — шатенка прижалась губами ко лбу блондинки и тихо заплакала от радости, что стремительно заполняла её горячее итальянское сердце.