Привет. Меня зовут Лера. Мне 17. Я главная сучка!

— Если не хочешь приезжать, то так и скажи! — чуть не запустила телефон в стену со злости. Оседаю на пол, хватаясь за корни волос. Чёрт. Как же мне плохо. Не могу. Не могу. Я смотрю на стол, весь амфетамин был уже занюхан, ничего не осталось. Написать барыге снова? Хотя, чёрт. Какая это убийственная доза это будет. Чёрт, чёрт, чёрт. Не могу я так. Не могу. Можно пожалуйста ещё. Не могу я сегодня в этой реальности существовать без чего-то. Я же натурально сдохну. Нельзя здесь находиться без этого. Нельзя. Твою мать. Как я ненавижу этот мир. Слышу, как мать открывает дверь. — Лера, к тебе можно? — она осторожно заглядывает, на ноутбуке занюханная дорожка, рядом купюра в типичные пять тысяч, свернутая рулончиком. — Лера, что произошло? — она смотрит на дорожку. — Лера. — Мам, не лезь, уйди. Просто уйди. — Лера, это, что такое… — Да, мама, прикинь я наркоманка! Я тебе об этом уже два раза говорила! Но тебе важнее моя учёба! И то, что я не на коляске! Пошла к чёрту! Я не хочу тебя видеть! Уходи! Пошла нахуй! — резко вскакиваю и взяв сумку, мешкаюсь в дверях. — Лера, нет, ты некуда не пойдёшь. Что, если ты сейчас снова примешь. Лера, нет, — она касается меня своими мерзкими руками. — Мама, да! А теперь дай пройти! Тупая ты сука! — я в последний момент резко хватаю охреневающего Гошу и выбегаю на улицу, показывая ей фак. Только тяжело дышу и затягиваюсь сигаретой. Гоша только морщится и чихает. Поняла, поняла, убираю сигарету. Вижу тачку Саши и залезаю в неё. — Лер, может всё-таки объяснишь всё толком? И что чёрт побери было днём? — он скептически смотрит на меня. — Ты сейчас хочешь продолжать отношения дальше? — Гоша только зафырчал. — Лер, — он тяжело вздыхает и берёт меня за руку. — Что произошло? — Встреча та, никто нихрена ничего не помнит, все сделали вид, что ничего не происходит. Им просто похуй, Саш, — я смотрю на него. — Я же тебе говорил, Лер, — он укоризненно вздыхает. — Давай без отцовских нравоучений сейчас, — закатываю глаза. Мы едем к нему. Он кажется не понял, что приняла двойную дозу или сейчас сдерживает себя из последних, чтобы не начался новый скандал. Бесит. Сейчас единственное, что я хочу, это просто уснуть и желательно не проснуться. Всё. Подъезжаем к дому. Молча поднимаемся на лифте. — В душ может хочешь? — Можно, — говорю я, снимая туфли прохожу в ванну. В душе торчу минут сорок, машинально надеваю его рубашку и заползаю в его кровать, чувствуя, как его руки обнимают меня за талию. Я не знаю, почему я ему позвонила. Обычно я справлялась сама с такими состояниями. Но не сегодня. Знаете, что я поняла? Что я боюсь одиночества. Раньше у меня такого не было, а может, когда у тебя появляется человек, который тебе хоть как-то дорог, то и возникает потребность написать ему, когда плохо. Просто раньше-то человека не было. Был клуб, порошок и мужик, которого я разведу. А сейчас я поняла, что я до чёртиков боюсь этого одиночества. Мне просто нужно, чтобы кто-то был рядом, тот, кому я хоть как-то нужна. Я же прекрасно понимаю, что мне по сути некому поныть. И у меня есть только Саша, да я не рассказала ему всей картины, но мне нужно это присутствие, чтобы, если, что я понимала я сейчас с кем-то. Мне же вообще не с кем поговорить. Друзей у меня совершенно нет, в классе со всеми разосралась, да и даже, если бы не потеряла отношения, то не стали бы они слушать мои проблемы. Те, с которыми мы вместе нюхаем? Им вообще смешно звонить, они под кайфом. А маме нет смысла что-то рассказывать, кроме моралей и нравоучений, я ничего не получу, а мне просто нужна поддержка. Саша готов её оказать, несмотря на то, что я нанюханная, на то, что днём мы поругались и по сути я была инициатором этого конфликта. Он единственный на кого можно положиться. Просто так странно, раньше я ведь сама справлялась со всем этим дерьмом, мне не нужен был кто-то рядом итак хорошо было. Может, потому что раньше жизнь не шла по такой пизде, как сейчас. Я же понимаю, что я просто кувырком лечу куда-то. А может реально, когда испытываешь чувства к человеку, то ты звонишь ему, когда тебе плохо? Просто, у меня любимого-то человека никогда не было, чтобы что-то такое делать и понимать. Но сейчас не могу справляться с этим одна, это странно. Знаете тут два варианта. Первый хотела увидеть Сашу и как-то с ним поговорить и может извиниться? А второй моя жизнь реально идёт по пизде и я просто не в состоянии справиться с этим сама. Он более реальный, потому что сейчас у меня мысли, что я явно свернула куда-то не туда. И я боюсь. Боюсь остаться одна наедине со своими проблемами. — Лер, ты принимала? — слышу его голос в тишине, поворачиваюсь к нему лицом. — Мне пришлось, не могу без дозы. Эти мрази довели. — Лер, снова мотоцикл, ты понимаешь, чем это может кончится? — Тогда пусть это побыстрее настанет. — Лер, это жизнь. И с ней не шутят, — он заглядывает мне в глаза. — Я кажется просила без нравоучений. Саш, — я тяжело вздыхаю. — Прости меня, а? За то что днём нагрубила. Ты был прав, а я… Короче, прости, — чёрт второй раз в своей жизни извиняюсь. — Всё нормально, Лер, — он гладит меня по волосам. — Я всё понимаю и ничего плохого в твоём желании нет. Просто надо понимать, что некоторые вещи в нашей жизни не меняются. Например, люди. Особенно подростки, которые не помнят, что они творили будучи детьми. Я только тяжело вздыхаю и обнимаю его за шею. Он только крепче прижимает меня к себе. Чувствую, как к нам прыгает Гоша и устраивается где-то с боку. А я только закрываю глаза. Утром просыпаюсь в шесть, одеваюсь, снова крашусь. Гоша только фырчит, что его разбудили и мы тихо уходим. Не подписывалась я на готовку завтрака и всё остальное. Где-то к семи я дома. Снова открываю шкаф. Легинсы, рубашка, водолазка, шляпа. В сумку кидаю учебники для вида. Чувствую моей матери скоро скажут про моим пропуски, и собственно, какого хуя и не хожу на половину уроков. Потому что в школе блять, одни долбаёбы. Захожу в класс, пронзая всех самым ненавистным взглядом, которым, только можно. Чувствую, как они шарахаются. Так, надо найти Арину, сегодня надо наверно поискать адвоката для этого. Потому что эту историю я итак зафорсили максимально, фем-сообщество откликнулось очень оперативно, хоть что-то хорошее в этой стране. В туалете затягиваюсь сигаретой. Кайф. Пишу Арине, она подходит радостная. Так, что её мудака прижали? — Лер, у меня ваще классные новости, — говорит она, улыбаясь во все зубы. — Какие? Нашли доказательства? — чёрт, я же втянулась в эту историю, откуда во мне вообще, столько эмпатии? — Лучше! Он денег пообещал! — В смысле? Какие деньги? — я откровенно не понимаю о чём речь. — Ну мы забираем заявление, а его предки нам денег дают. Мы согласились, — твою мать, да во что я ввязалась? — Ты чё ебанутая? Ты своей тупой башкой ваще думаешь? Какие деньги? Ты чё меня полной идиоткой-то выставляешь?! Я какого хера всё это начала?! Я уже блять эту историю начала! Весь интернет знает! Все знают, что мы пойдём до конца! А ты согласилась на какие-то чёртовы деньги?! Ты ваще ебанутая?! Ты меня выставила какой-то жалкой неудачницей, которая врёт! Я говорю мы это дело доведём! И тут ты! Беру деньги! Чё утка из Тиктока круче, чем его засадить?! Какого хера ты вообще тогда на мою помощь согласилась, тряпка ты безвольная! Знаешь, что? Проваливай! Чтобы я тебя больше не видела! Тупая малолетка! Сначала хуйню несёт, а потом радуется! Радуйся своей розовой утке из Тиктока, играй с ней и своим личуносом! И только смайликом не забудь ему рожу прикрыть, а то сглазят! А теперь вали отсюда! — я дала ей смачную пощёчину и выперла из туалета. Чёрт! Я ведь знала, что с этими малолетками никогда связываться нельзя. Только хуже себе сделаешь. И главное, всё ведь готово. Интернет знает, мои хомяки орут, половина на стороне Арины, этого мудака завуч прижал и ради, чего? Ради розовой утки из Тиктока? Столько сейчас стоит справедливость в её понимании? Ваще классно! То есть я зря ходила голой, хорошенько-то так получила от него. Я ведь знала, что ни чем хороши это не кончится. Я просто поражаюсь её тупости. Сначала главное она берет мою помощь и говорит, что кроме меня у неё никого нет, слёзы льёт стабильно, а теперь оказывается, что просто бабки все решают. Нет, я понимаю, малолетка, но чёрт возьми в четырнадцать лет мозги-то какие-то должны существовать. С чего она вообще решила, что он им заплатит, она хоть его достаток знаете или как? Или мы просто, лишь бы отвязаться. Так ещё и меня пиздаболкой выставляет. Потому что сначала я борюсь за историю, а потом извините, но Арина захотела утку из Тиктока. Я не понимаю разве у неё не присутвует банальное желание его наказать? Он чёрт побери жизнь ей сломал! Мало того, что кончил в неё, так ещё и ребенка заделал! В четырнадцать-то лет! Вообще классно! Почему она думает только о себе? Она не думает о других девочках, которых он с легкостью может также изнасиловать, пока они спят? Нет, всё ок? пусть насильник насилуют дальше? А так, у неё деньги будут! Что ей для другой шалупони! Только знаете, что? Я поняла, что больше никогда не кому помогать не буду. Хватит с меня с добрых дел! Впрягаешься тут, впрягаешься. А тебе вместо спасибо говорят, а деньги выбрала и мне плевать, как ты дальше будешь оправдываться. Просто я так захотела. Больше хрен от меня чего-то хорошего дождётся. Стараешься, стараешься, а по итогу тебя ещё нахер посылают. И я не жалею, что ударила её. Ничего не больно. Может у неё хоть мозги на место встанут. Только больше, если у неё возникнут проблемы и она передумает, пусть только близко ко мне подойдёт, сразу своего личинуса потеряет. Не собираюсь я больше не кому в этой чёртовой школе помогать. Подслушано школы резко активировалась. Видос с Соней? Какого… Я только открыла. Откуда он вообще взялся? Кто-то снимал? Было только видно её спину регулярные всхлипы, и как он все тряслась. И куча жалоб на всех и в том числе на меня. Она блять там охуела, что ли? Чё на меня жалуемся? Если и гнать, то гнать на всех. Сучка, после смерти хоть покой даст или нет? Куча комментариев не самых лучших про меня. И что они этим хотят добиться? Что мне будет плохо от того, что мне будет плохо, что меня любит в школе? Через пару секунд последовала ссылка. Чё за нахер? Да ну нет. Да твою мать. Я на Богине? Или по-простому на Насиках. Какого блять ваще? Я только читаю, написана вся моя деятельность, то, как зарабатываю, приёмы и что я довела Соню до суицида. В подслушано снова куча комментариев. Всё. Вот теперь мир рухнул. Я только выбегаю из туалета, и чувствую кучу глаз, которые уставились на меня. Смех, и я просто выбегаю из этой школы нахер. Оказавшись дома, кидаю сумку, и оперевшись на стену, соскальзываю на пол. Гоша бежит ко мне, и я крепко обняв, утыкаюсь лицом в шерсть и плачу навзрыд. Всё, это конец. Теперь можно попрощаться с нормальной жизнью. Теперь никто ведь покоя не даст. Хрен с ней с этой школой, мне максимально фиолетово, кто там и что обо мне думает. Но Насики это самое веселое. Теперь количество хейта будет безграничным. Чёрт, у них же была Ванг, я прекрасно помню, как там была написана максимально безобидная её биография и только за обычную биографию эту суки на неё накинулись. Теперь и меня сожрут. Знаете, чего я всегда боялась? Повторения из детства. Но я думала меня это обойдёт, что в школе нет в принципе ничего страшного. Но теперь интернет, а он помнит всё. И это просто конец всему. Чёрт, я не хочу всего этого. Они же меня из-под земли достанут, у них же нет других дел, кроме моего обсуждения. Это же полный пиздец. Кажется пришла моя расправа. Знаете, что сейчас испытываю? Панику и животный страх. Потому что во-первых могут полететь все клиенты ну и меня всего лишь будут все ненавидеть. Я этого всегда и боялась. Я беззащитна перед ними, тебя атакуют куча людей, которые знаю твои соц сети и просто теперь это будет регулярно. Да, хейтеры были всегда, но теперь поводов слишком много. Твою мать, это же полные неадекваты, которые всю твою жизнь там вывернут. Сейчас вообще хотелось удалиться из интернета и никогда туда не заходить. Они же запросто могут скинуть то, как нюхаю, завирусить это видео. Нет, лучше сдохнуть, чем жить так. Я не хочу такого конца себе. Мне проще прыгнуть. Я вообще не понимаю, кто это сделал? Мне же похуй на это было. Ну кроме моих самых лучших одноклассников. Классно, они поняли, что школа меня не берет, надо брать интернетом и всего лишь разрушили мою жизнь. Ещё Соня на том видео. Знаете, я как-то терпимо к ней начала относиться, но нет. Теперь она хрен дождётся от меня прежней зарождающей жалости. Теперь пусть нахуй идёт. Как можно было так все похерить даже после своей блятской смерти?! Пусть она уже лежит в могиле и гниёт! Когда она уже сдохнет окончательно! Сколько это дерьмо может продолжаться?! Я не могу, не могу так. Я её ненавижу! Я их блять всех ненавижу! Пусть все сдохнут! Пусть я сдохну! Они у меня ответят! Они все за всё ответят! Люди заебали! У меня все ответят! Я всех ненавижу! Пусть вы все сдохните! Как можно было так сильно похерить в один миг! Да пошли вы! Сдохну и всё! И больше никто не будет меня ненавидеть! Они же этого добиваются! Суки, пусть все они сдохнут! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! В пять очередной приём. Кто на это раз? Как они все заебали. Молодая девушка лет двадцати. — Рассказывайте свою проблему, — блять, как они бесят, у меня самой их целая куча, а тут ещё их решать. — Я понимаете долгое время забеременеть не могу, вот… Много врачей уже с мужем обошли. Все говорят, что всё хорошо. А у нас никак не получается, вот мне подруга вас и посоветовала. — Забеременеть у вас не получается, потому что рак груди у вас вижу. — Что? Рак, но… — Да, причём опухоль уже большая, скоро помрёте от него. Завтра консультация, будем лечить его. Реквизиты помощница пришлёт. — Подождите, но, как же… Гинеколог ничего такого не находил. — Плохой врач был. Слушайте, вы рак хотите победить? И ребенка родить? — Хочу, — она поджимает губы. — Всё, завтра в двенадцать. Реквизиты пришлют. До свидания, — и отключаюсь. Скатываюсь по стене, и чувствую, как слёзы застилаю глаза и с остервенением ударяю по полу рукой. Как же устала. Не могу я так просто уже. Не могу. Весь этот месяц, что-то пыталась сделать, даже за Арину впряглась, два раз извинилась, попробовала поговорить с матерью, денег с клиентки не взяла, попробовала поговорить с другой клиенткой. Все без толку. Нет у меня просто каких-то сил дальше что-то делать. Я что-то пыталась, как-то пробовала измениться. А по итогу. Ничего. Я не могу уже так. Мне так тяжело никогда не было. Я ведь правда пыталась что-то делать. Это было совершенно как-то неосознанно, может я реально где-то глубока внутри пыталась стать лучше. А теперь понимаю, что не могу больше эту лямку тянуть. Сегодняшний день показал, как все ко мне относится. И я собираюсь сделать все по старой доброй традиции. Ответить тем же. Я запуталась. Я понимаю, чего от меня хотят, чего я от себя хочу. Мне так тяжело просто. Такое впечатление, что камень лежит на груди и он тянет меня вниз. А я не понимаю, что делать. Совсем. Я в очередной раз запуталась. Мне так плохо наверно никогда не было. Одно я понимаю точно, все возвращается наверно на круги свою. Потому что общество мне слишком долго говорило, что урод, который не должен жить и вообще. Пусть жрут то, что сами сделали. Я уже не понимаю. Раньше что-то как-то, мотивации у меня не было делать, конечно что-то хорошее, но мне что ли хотелось. Я ведь искренне впряглась за Арину. А теперь все меня послали. Только Саша у меня остался, и то я чувствую, что я скоро его пошлю. Потому что ничего мне здесь не надо. Я себя уже окончательно не понимаю. Я только порадовалась, что поняла хоть какую-то эмоцию. А теперь все снова в одном большом страшном клубке, который нереально распутать. Я уже ничего не понимаю, вроде я как-то пыталась показывать себя с лучшей стороны, так по итогу все болт на это клали, и только подтирались мной, а теперь, когда всё это произошло. Я не вижу смысла идти снова по тому же пути, я лишняя здесь, я всегда таковой буду. Меня все ненавидят. И я ненавижу всех. Я очень устала. Больше так не могу. Единственное, что я скажу. Попрощайтесь с прошлой Лерой, которая пыталась. В зеркальном лабиринте я вижу очередной тупик. И это теперь навсегда.