никогда больше.

никогда не знаешь, куда судьба заведёт тебя в этот раз. так и случилось. вокруг мягкий, белоснежный снег, что укрыл землю своим пушистым одеялом. он, вроде как, прекратился пару часов назад, поэтому успел плотно лечь на дрожащие от ветра ветки деревьев. кстати о ветре, он был достаточно холодным. не настолько, чтобы быстро обледенеть, но до небольшой дрожи в теле пробивал уж точно. весь этот пейзаж можно было бы назвать очень скромным но уютным, если бы ни одна загвоздка. всё это украшалось тёмными могильными плитами. всякие из разных материалов, но жуткими были одинаково. при виде каждой, и осознания, что их всё больше и больше, как проходишь мимо одной, мимо другой, становилось не по себе. столько разных судеб, сотни имён и фамилий, столько выполненных целей, и в конце, все оказались в одном месте. жестоко, не правда ли? вот и олежа так считал, уже сколько времени находясь около своей могилы. абсурдно. и достаточно забавно. как можно не помнить своё рождение? как можно не помнить свою, чёрт возьми, смерть? это не что-то обычное, это... конец. конец жизни. тогда почему этот конец настолько слабо бился об остатки сознания, как грёбанный логотип "dvd" на чёрном экране ожидания. — цветы свежие, - подмечает душнов, спустившись к ярким и пышным букетам чуть ниже, чтобы рассмотреть их получше. в принципе, теперь то есть те, кому правда не плевать на него. только почему для этого, ему нужно было умереть? — на самом деле... я- я удивлён, что кто-то ещё приходит сюда. тот тяжело вздыхает и обхватывает себя руками. честно, он даже не чувствовал прикосновений. он по своей сути, уже даже забыл что это - касаться чего-то. единственное, что он чувствовал это холод и... физическую пустоту? скорее духовную, логично, он же призрак. — я всё таки не понял, на кой хер мы здесь, - сзади послышалось тихое щёлканье зажигалки, а через несколько секунд и сжимающие сознание звуки сгорания табака в сигареты. олежу сильно раздражала эта вредная привычка побрацкого, но сколько бы он его не просил, это бесполезно. тут точно, как об стенку горох, — ты же вроде, убийцу хотел искать. или ты думаешь, он такой воспитанный, что придёт тебя поминать? тот резко оборачивается и недовольно смотрит на диму. он же быстро вытаскивает сигарету изо рта и бросает в снег, тут же немного притоптав ботинком. из фетиля ещё виделся небольшой едкий дымок. благо, призраки не чувствуют запахи. иначе бы он уже давным давно сошёл с ума от ужасного запаха горящего табака. — ладно, согласен, шутка тупая, - шатен демонстративно мнётся, сразу было видно, что тот просто издевается и дразнит душнова. тот лишь водит взглядом, пока он не падает совсем на другой силуэт вдалеке. где-то в ста метрах была заметна чёрная машина, которую только-только заглушили. аварийный вентилятор, вероятно, сработал, хотя, это удивительно, ведь на улице было холодно, а значит машина не могла сильно перегреться. но это было не особо важно. сейчас волновало лишь то, кто именно решил сюда приехать. олежа был бы рад кому угодно, но точно не антону, что не спеша проходил по заснежным дорожкам, которые были совсем недавно притоптаны побрацким. возможно, он хотел бы улыбнуться, как тогда, когда вытянул чужое, бездыханное тело в коридор общежития, но не сейчас. точно не сейчас. остатки сознания сжались до невозможности, сбивая дыхание. руки заметно начали дрожать, и честно, он бы хотел прямо сейчас оповестить диму, что им пора уходить, но что-то словно удерживало от этого. антон же словно нарочно делал вид, что не видел шатена, лишь медленно подошёл к плите и стряхнул с неё снег. побрацкого это слегка разозлило, но решил не подавать виду. на какие-то разборки и выяснения отношения у него не было настроения, хотя надерзить он всегда был рад. — и тебе не хворать, - проходя по белому покрывалу снега и слушая еле уловимый хруст под ботинками, он недовольным взглядом встречается со звёздочкиным, после молча перелезает через низкий заборчик и отходит на пару метров. душнов лишь тяжело вздыхает, наблюдая за этой картиной. было тяжело. слишком тяжело. в последний раз он видел антона несколько месяцев назад, но произошедшее било по нему каждый день и каждую ночь, перед тем как он засыпал. и ведь он даже не помнит, с чего вообще та ссора началась. не помнит, кто именно её начал, но помнил лишь одно, самое главное, что после этого всё начало разваливаться. и полностью развалилось в тот момент, когда он уже падал вниз. почему-то это навело на раздумья. не мог же он наложить на себя руки из-за того скандала? нет. нет, не мог. не мог. помимо этого, у олежи было достаточно планов на жизнь, которые ждали своего осуществления. не мог же он из-за такой ерунды просто взять и всё оборвать? это просто глупо. неуважительно к самому себе. — почему ты здесь? - в пустоту, словно у самого себя спрашивает он, грустно усмехнувшись. ещё раз взглянув на плиту, где было аккуратно выгравираванно его фио, дата рождения и дата смерти. ужасно. ужасное ощущение, — я думал, что т-тебе плевать. почему-то мне кажется, что в этом виноват ты. плавно усевшись на холодную плиту, олежа не спеша повиливает кончиком и устремляет уставший взгляд на букеты цветов, которые положили, кажется, лишь вчера. через секунды он не сдерживает громкий вздох, когда к этим букетам присоединяется ещё один. не такой пышный и большой, но цветы выглядели достаточно дорогими. после этого антон молча развернулся и направился обратно к машине. силуэт отдалялся всё дальше и дальше, а в голове душнова зарождалось всё больше и больше вопросов. он правда не понимал, почему тот вообще приехал сюда. разве ему есть дело до этого? а если действительно пришёл лишь из вежливости, то почему выглядел таким удручённым и уставшим? из-за собственных размышлений, он совершенно забыл, что вовсе не один здесь, и тихой ойкнув, спешно подлетел к побрацкому, который пытался копаться в телефоне из-за обмёрших пальцев. — я думаю, нам действительно стоит уйти. мне нужно время чтобы подумать обо всём. просто- просто не хочу это делать здесь, - олежа заметно мякнет в воздухе, намекая, что это всё слишком вымотало его, — ну что ты смотришь-то на меня так? не думай, будто я что-то знаю. я не знал, что он будет здесь! — да ладно, успокойся. это не важно, просто забей. пошли, а то автобус пропустим, ещё бы этого не хватало.