Не психуй, госпожа Смерть

      После того конфликта в столовой, другие воспитанницы меня не трогали. Временами кидали враждебные взгляды, но это всё, что они могли себе позволить. Наказание Канэко было примером для остальных, как вести себя не надо. Я не сильно интересовалась, но по шёпотку, который доносился чуть-ли не из каждого угла, сразу смекнула что к чему. Бедняжку отстранили от выступлений и запретили участвовать в официальных мероприятиях.       Хн, какая жа-а-алость.       Эта ситуация чуть-чуть взбодрила меня и разбавила серые будни в виде постоянной учёбы и тренировок. Я старалась выкраивать время на то, чтоб почитать и другую литературу помимо медицины, тактики и истории, потому что чувствовала, что мозги начинали привыкать и уставать, а им нужен был отдых.       Радовало то, что Кагами-сэнсей быстро приметил это и по моей инициативе в наши занятия теперь добавились "Основы управления", в которую входили налоги, порядок ведения переписи населения и конечно же правила феодального права. В этом мире это было похоже на, что-то между Бусидо и знакомой мне Конституцией. Помимо этого мы всерьёз взялись за "Дипломатию", где Учиха учил меня вести переговоры, используя Каге-Буншин-но-Дзюцу и Хенге-но-Дзюцу на них, и писать официальные письма другим кланам. В завершение к этому списку примкнули "Финансы", которые мало чем отличались от экономики, которую преподавали в универе.       Радовало то, что войдя в состояние медитации, я быстро вспоминала нужную мне информацию, выковыривая её из самых запылённых участков памяти. Ко всему прочему, моё детское тело адаптировалось к взрослому мозгу и я начала усваивать информацию в разы быстрее, чем было до этого.       Но я допустила ошибку...       — Во глубоком уважении склоняю чело перед Вашим благодарным родом. Пусть небеса даруют долголетие Вам и Вашим предкам, а земли Ваши будут обильны и спокойны. — Кагами-сэнсей вслух зачитывал официальное письмо, которое я дописала минуту назад, проверяя его на ошибки. — Прошло уже три полных цикла луны с той поры, как Ваш посланник посетил наши земли... Стремится к сохранению мира и добрых отношений... Если возникнет необходимость, мы готовы направить скромные силы в знак братской помощи... — Мужчина сильнее погрузился в чтение и теперь проговаривал только некоторые фразы, не мешая мне распределять ресурсы на каждого члена клана, в зависимости, от времени года. — В знак искренности прилагается малый дар — чаша с подлинным чаем Удзи и ткань из Нисидзина. Примите их как скромный жест уважения, не достойный Вашего величия. — Завершающую часть он прочитал уже смотря на меня в упор, что я мгновенно уловила. — С искренним почтением, Сенджу Шикумо.       — Что-то не так? — Глаза Кагами-сэнсея смотрели на меня не мигая, но я не могла причину такого поведения.       Сложив руки на груди он всё также продолжал упираться в меня тяжёлым взглядом.       — Отнюдь, Шикумо-чан. Всё хорошо. — На секунду мне показалось, что в его глазах мигнул шаринган, но небольшое количество чакры около глаз подсказало, что мне не привиделось. — Даже слишком хорошо.       Внутренняя пружина напряжения начала потихоньку сжиматься. Опасности я всё ещё не чувствовала, но интуиция подсказывала, что что-то надвигается. Вопрос был готов вырваться из груди, но Кагами-сэнсей уже вернулся в привычное состояние, что делало последующий допрос бессмысленным.       Инцидент был мимолётным и единичным, что не давало сконцентрироваться на нём и придавать особого значения, но внутреннее ощущение, что что-то не так, не давало мне выпускать из памяти произошедшее.

***

      — Чего ты на меня так злобно смотришь? — Сэнсей оторвался от точки катан и посмотрел на меня.       Я выгнула левую бровь, как бы спрашивая о чём это он.       — Тебе надо со стороны на себя глянуть, тогда поймёшь о чём я. — Беззлобная усмешка и задумчивый взгляд. В следующее мгновение задумчивость сменилась на прищур, словно оценивая мою прочность и срок годности. — Вставай, будем учить новую технику.       Я, действительно, хотела задать вопрос, который меня мучил на протяжении нескольких дней, но видимо этот шанс упустила и теперь вновь приходилось ждать подходящего момента.       — Сложи печати Хитсуджи, потом Ми и Тора. Не торопись, рассеивай чакру равномерно, по всему телу. — Я подозрительно посмотрела на него, но начала следовать его словам.       Техника Бушин-но-Дзюцу была одним из заданием на выпускном экзамене в Академии. Техника оказалась очень лёгкой, но Учиха объяснил, что это из-за повышенного контроля собственной чакры. Контролировать мощность чакры я, конечно, пока не могла, но определять направление её потоков удавалось мне с удивительной лёгкостью.       В этот раз, создать иллюзорную копию, получилось с первой попытки. Чтобы понять принцип её работы, у меня когда-то ушло три дня, но теперь на эту технику уходило пару жалких секунд.       Мне было любопытно отметить, что печати я учила вместе с техниками. Точнее я изучала техники, а к ним приходилось запоминать и печати. Насколько я знала, в Академии, прежде чем перейти к самым базовым техникам, ученики должны были сдать тест, на знание всех двенадцать печатей, а тут получалось, что материал изучался по мере надобности. Помимо обычных печатей, Кагами-сэнсей учил меня пользоваться одноручными, ведь мне, как мечнику, такое было крайне необходимо.       Моя бестелесная копия стояла спокойненько и молчала. Я собственно тоже. Учиха подошёл ближе и принялся внимательно её разглядывать. Неестественность копии можно было определить только на расстоянии полуметра, поэтому я считала свою гордость, за качество работы, обоснованной.       — Очень хорошо. — Хлопнув по макушке, Кагами-сэнсей прервал мой, ещё не успевший начаться, поток возмущений. — Теперь смотри и запоминай. Складываешь по два пальца каждой руки в крест. Пальцы правой смотрят вверх, левой — горизонтально. Не бойся вложить много чакры. — Сэнсей показал двуручною печать, но это не была одна из двенадцати известных.       Движения рук показались мне знакомыми, но я точно знала, что никто мне до этого такого не показывал. Быстро сложив в голове, технику клонирования и новую печать, как два пазла, я удивлённо посмотрела на Кагами-сэнсея.       Хмурые брови быстро сложились домиком, а взгляд выражал что-то между скепсисом и предвкушением.       — Теневое клонирование?       — Творение твоего прадедушки. — Мужчина задорно улыбнулся и подмигнул мне.       — Вообще-то, он мне двоюродный прадедушка. — Свою радость от того, что я могу освоить одну из техник легендарного своего времени учёного, я скрыла за нотками занудства.       — Это всё детали. — Учиха закатил глаза и махнул головой, давая солнцу пройтись лучами по волосам. — Тем более, что ты буквально копия Тобирамы-сэнсея. Увидел бы Хаширама-сама разревелся от несправедливости.       Я покосилась на него, слегка удивляясь тому, что он позволяет себе так говорить о Шодай-саме.       — Ну и что ты смотришь? Повторяй давай.       Устало вздохнув и покачав головой, я сконцентрировалась и попыталась создать, уже физически ощутимого, клона. Ожидания, что на эту технику уйдёт тоже несколько дней, разлетелось осколками, когда полигон заполонило больше пятидесяти одинаковых тел.       — А... — Впервые, мой шок был настолько явным. Веки распахнулись, а рот приоткрылся, выдавая междометие.       Точное количество клонов я определить не могла. Вся площадь была усеяна белыми макушками, что противно резали глаза, ярко отражаясь от солнца. В этот момент я подумала о том, какой же яркой мишенью являюсь в этом мире. Слишком яркой и запоминающеюся внешностью я обладала и радоваться тут было нечему.       — Ксо-о-о... — Кагами-сэнсей потрясённо протянул, прикладывая руку ко лбу, а после дёрнулся словно ему прилетел заряд Райтона, осознавая, что проматерился в моём присутствии. — Э... в смысле...       — Всё верно сказано. — Я оборвала его. — По другому и не скажешь. — В ответ мужчина сокрушённо вздохнул и поник плечами.       — М-да... Многовато, конечно, получилось клонов. — Вдруг заговорила одна из моих копий. — Прекращая смотреть на меня, как на говорящий камень.       — Ох, конечно, что же это я не подумала! Видеть, как твой клон разговаривает, наверное, такая обыденность. — Разговаривать с самой собой в таком ключе, мне ещё не приходилось.       — Ой, как же так? Ты, наверное, испугалась? Заварить мятку? — Язвительность на мой сарказм последовала моментально, но нас прервал откровенный ржач. Не хохот, а именно ржач до слёз, слюней и полного сжатия диафрагмы.       Мы с моим клоном переглянулись и сразу сошлись на общей мысли, что старик тронулся умом.       — А может лучше вам заварить мятку, Кагами-сэнсей, а? — На правах оригинала, диалог вела я.       Пока мы всем скопом ждали, когда успокоится Кагами-сэнсей, прошло минут десять. Чтобы не тратить чакру без пользы, я отправила клонов тренироваться, распределив по группам. И только одну единственную, с которой вела до этого диалог, оставила рядом с собой.       Меня радовало, что не было ни у кого попыток, доказать свою исключительность и особенность, как было это в манге у самого Наруто. Помниться, что его клоны устроили сыр-бор, где каждый считал себя оригиналом. Мои же, по умолчанию, подчинялись мне. Острый язык одной из них, лишь показывал мне себя со стороны. Ту сторону, которую в этом обществе сочли бы грубой и хамоватой.       — Фух... Это было...       — ...восхитительно?       — Неожиданно.       — Мы все очень рады, что вы от всей души повеселились, сэнсей, но может вернемся к делу? — Молчавшая всё это время клон, согласно кивнула.       Мужчина поднялся с земли, на которую уселся в приступе безудержного смеха. Отряхнув кимоно он махнул рукой, призывая последовать за собой.       — Развеивай. На первый раз достаточно. Учитывая количество клонов, нагрузка на твою нервную систему будет колоссальной. — Ещё раз оглянул свой двор, внимательно осматривая результат моей техники.       Я послушно кивнула, понимая причину такого раннего окончания тренировки и развеяла свои отражения. В ту же секунду, поступил огромный поток информации и мышцы, словно разучившись сокращаться, перестали держать моё тело. От падения меня спас сэнсей, который предвидел такой исход, мягко подхватил и взял на руки прислоняя голову к своему плечу.       — Ты молодец. Честно, я не ожидал, что у тебя настолько огромные запасы. В детском теле тяжело определить объём чакры. — Мы прошли кухню и вышли на крыльцо. По видимому, меня собирались донести до самой кровати, что мне очень не нравилось и я начала сопротивляться.       Когда меня поставили на ноги, мужчина грузно присел рядом на ступеньки. Я последовала его примеру, всё ещё чувствуя слабость во всём теле и подступающую головную боль.       — Ты очень быстро освоила Теневое клонирование. — Его голос обрёл скрипучесть и задумчивость. — Это была техника В ранга. — Повисла пауза и вновь тот тяжёлый взгляд, что был днём.       Сглотнув тяжёлый ком, я почувствовала, как нервы оголились словно провода. Моё состояние на данный момент оставляло желать лучшего, а значит мне было тяжелее контролировать свои реакции. Только сейчас осознание, тяжёлым молотом, ударило в голову. Он показал эту технику намеренно. Чтобы одновременно проверить меня, убедиться в каких-то своих догадках, и поставить меня в беспомощное и уязвлённое состояние. Было очевидно, что доверие, к которому мы вместе шли, дало трещину.       Не успев обдумать всё как следует, тело невольно напряглось. Я быстро постаралась расслабиться, но этой доли секунды было достаточно, чтобы Кагами-сэнсей уловил во мне напряжение.       Он обошёл меня.       — Это разве плохо? — Я постаралась придать голосу и движениям полную расслабленность и усталость.       — Это вполне ожидаемо, если ты гений. — Он не торопился продолжать, но уже больше не смотрел на меня. — Я растил Шисуи-чана сам, помнишь рассказывал как-то. — Я кивнула. — Он и вправду гений. С детства было понятно, что он очень смышлёный мальчик, что обгоняет сверстников в развитии. — Вдруг тема резко сменилась, но я знала, что Шисуи был подводкой. — Твоё письмо. Дети так не пишут, Шикумо-чан. — Он вновь посмотрел на меня, а я сдержала порыв дёрнутся, когда он попал в самую точку. Его взгляд стал опаснее. Шаринган, который он никогда не активировал в диалогах со мной, был в опасной близости. — Слишком быстро усвояемая информация для ребёнка. Даже для гениев. Слишком большой прогресс и сложная речь. Слишком много всего слишком.              Он понял. Не знает правду, но понял её.       Холодный и липкий пот от страха, стекал по спине. По моим глазам он понял, что схватил меня с поличным. Мне пока ещё было не в силах скрывать все эмоции от опытных шиноби. Натренированная годами чуйка их не подводила. Я судорожно думала, как мне поступить сейчас: соврать, до последнего гнуть свою линию или рискнуть рассказать правду, после которой была высокая вероятность, что меня сочтут за сумасшедшую, или что ещё хуже, за шпиона.       Он не торопил меня с ответом, но и не отпустил бы без него в любом случае. С трудом держа маску невозмутимости, которая разбивалась при взгляде на бледное лицо и трясущиеся руки, я проговорила, срывая голос на первом слове.       — Т... кх... Ты мне не поверишь. — Неожиданно для нас обоих я перешла на более равное обращение, но не остановилась. — Мне на самом деле не пять лет. Я гора-а-аздо старше. — Кагами-сэнсей не перебивал меня, не спеша делать поспешные выводы. Лишь небольшое касание у ног и нас накрыл барьер, не давая другим услышать разговор. — Я знаю о том, что в клане волнения из-за решения старейшин Конохи. Я знаю, что Шисуи-кун и Итачи-кун в Корне. Я знаю, что некоторые хотят восстание. Переворот.       — Откуда? — Голос был напряжённым и его вполне можно было бы назвать напуганным.       — Но у вас не получится. Весь клан вырежут. Свой же.       — Кто ты?       — Уже пять лет, как Шикумо Сенджу. Химэ Сенджу Ичизоку. Наследница когда-то великого клана, что берёт начало от Богов. — Мой ответ не удовлетворил его, а увиливание от ответа, который он хочет услышать, заставило чакру взбурлить, а томоэ в глазах вращаться. — Я не помню, как меня звали в прошлой жизни. Не помню сколько лет мне было на момент смерти. Знаю лишь то, что была медиком, то есть ирьёнином, были родители и младший брат. И очень многое об этом мире.       — То есть... — Враждебность в его взгляде уменьшилась, а взгляд стал задумчивей. — Ты из другого мира?       — Мгм. Я всё ещё не знаю почему сюда попала и зачем. Случайность ли или кому-то это надо. — Я ощутила, как дышать стало чуть легче, выгонять и обвинять меня в чём-либо не спешили, а появилась возможность хоть кому-то рассказать правду. — Этот мир всё ещё странный для меня. Чужой.       — Он сильно отличается от твоего? — Напряжение в его очаге было, но...       Он мне поверил?! Поверил... правда же?       — Очень.       — Откуда ты всё... — Он неопределённо взмахнул рукой, словно сам не знает, что имеет в виду. — ...знаешь.       — В моём мире этот мир выдумка. Нарисованный. Придуманный другим человеком. История на основе чей-то фантазии.       Он внимательно смотрел на меня, но без враждебности или сочувствия, не давая читать себя.       — Ты ведь понимаешь, что в это невозможно поверить. — В этот момент меня накрыла обречённость. Рано радовалась. — Ты дашь мне убедиться в этом самому?       Вначале я не поняла, что он имеет в виду, но чем дольше я вглядывалась в его шаринган, тем быстрее накрывало осознание. Решиться было страшно, но страшнее стало бы, если ничего не попыталась сделать.       — Хорошо.       Первый раз в моё сознание вломился кто-то другой. Ужас охватывал всё тело и инстинкт самосохранения сиреной выл в голове. И без того болевшая голова от перенагрузки, разболелась сильнее. Пусть он перекладывал все воспоминания аккуратно, но постороннее вмешательство, которое мне, современному человеку, казалось вне рамок логики и чего-то возможного, взывали к бегству, лишь бы избавиться от этой неестественности.       Чем глубже было погружение, тем меньше получалось сопротивляться. Возможно Кагами-сэнсей подавил мою волю, чтобы моя паника ему не мешала или может быть, чтобы сбавить нагрузку на мою нервную систему — не знала. Постепенно избавившись от страха, я стала наблюдать за мелькавшими воспоминаниями, вместе с Учихой.       Когда всё закончилось, я вся тряслась. Страх, шок и облегчение пытались освободиться через слёзы. Казалось, что всё произошло за одну секунду и в то же время было ощущение, что это длилось непозволительно долго. Большая тёплая ладонь накрыла мою макушку, а крыльцо окутала мягкая, почти убаюкивающая тишина. Через какое-то время Кагами-сэнсей вновь заговорил.       — Ты хоть примерно знаешь свой возраст? — Вопрос был задан с искусственной беззаботностью, но сейчас мне это было нужно, чтобы отвлечься.       — Думаю около тридцати. Может чуть больше.       — Пф, всё равно малявка по сравнению со мной. Пошли. — Потянув за руку, он крепко схватил ладонь, выводя меня на "профилактическую" прогулку.       Соклановцы сэнсея проходили мимо, не заостряя на нас внимание. За год с лишним, они привыкли меня видеть в стенах квартала. Некоторые даже начали здороваться, но на большее мы не переходили, чему я была рада.       Стресс сильно ударил по мне. Временами меня всё ещё потряхивало, а пульсирующая боль не утихала ни на секунду.       — Деда! — В следующее мгновение перед нами оказался Шисуи с помощью своей любимой техники. — Микото-сан позвала на пикник. Нам с Итачи-куном выходной дали. — Громкий голос ощущался, как звон колокола, у которого я стояла вплотную. — О, Шикумо-чан, пойдём с нами.       Я хотела было отказаться, но за меня всё решили.       — Шисуи-кун, здороваться не учили? — В ответ было тихое "ой" и приветствие в мою сторону. — Да, мы пойдём.       — Отлично, — Паренёк повернулся ко мне и мягко улыбнулся, не надавливая на меня, как было в первую встречу. — тебе понравится, Шикумо-чан. Саске-кун тоже там будет.       Я сдержалась от закатывания глаз, но Кагами-сэнсей, который хорошо уже знал меня, чтобы верно трактовать моё выражения лица, улыбнулся. Учитывая новую информацию обо мне, для него это выглядело ещё комичнее. Мне ничего не оставалось, кроме как вздохнуть и последовать за Шисуи, за руку со старшим Учихой.