Подснежник

POV София Я пробудилась от яркого света в помещении, на мне уже не было ни повязок, ни верёвок, однако я была прикована тугими ремнями к постели. Когда я полноценно открыла глаза, заметила, что находилась здесь не одна. В метре от меня стоял какой-то важный чел снова весь в чёрном. — Кто вы? — попыталась спросить я, но вместо этого вылетел хрип. Язык не собирался подчиняться мне, а в горле все пересохло, странно было ощущать себя в «овощевидном» теле, но позже я вспомнила, как меня накачали наркотиками, поэтому сделала вывод, что это, должно быть, нормальная реакция организма. Ещё некоторое время я провела в полусонном состоянии, то просыпаясь, то снова обрушиваясь на подушку. Но уже через несколько часов я могла удерживать голову в вертикальном положении и меня больше не клонило в сон. — Проснулась? Обернувшись, я увидела в дверном проёме знакомый силуэт. Меня тут же передернуло, но я не могла двинуться с места. Тот самый парень был теперь без маски и мне удалось рассмотреть его лицо. Большие темные зрачки, на щеке под игрой света проявлялся еле заметный шрам, а его губы расплывались в ужасающей улыбке. Сам он был довольно высок и телосложение казалось было крепким. Парень быстро сократил между нами расстояние, придвинул стул и сел напротив меня. А я старалась не двигаться, лежала будто парализованная, потому что боялась, что мне вколют новую дозу наркоты по его команде. — Как себя чувствуешь? Но я не отвечала, все ещё чувствуя боль при каждом вдохе, мышцы сковало и я зажмурилась от неприятных чувств. — Тебе стоит отвечать, когда я спрашиваю! — Кто вы? — наконец выговорила я — Тебе не нужна эта информация для нахождения здесь — Где я нахожусь? И почему я здесь? — Ты не можешь задавать тут вопросы, должна отвечать только на мои! — Вы…вы убьёте меня? — Я же просил не задавать вопросов! Ты помнишь, что я сказал тебе, когда мы были на борту? На борту? На каком борту? Самолёт? Корабль? Как далеко я от дома?! — Если не помнишь, я напомню: будь послушной девочкой, тогда у тебя есть все шансы не пострадать от моих рук. Честно я не понимала, что здесь происходит, и с каждой минутой, проведённой в этом месте, мне становилось страшнее, но я не осмеливалась больше заговорить с этим бандитом. — Ты должна поесть — Я не голодна- соврала я, так как было страшно принимать еду от парня; очевидно, они что-то подмешают в блюдо, после чего разделаются со мной — Ты сейчас же возьмёшь и съешь все, что тебе принесут! Я продолжала молча лежать, но парень мигом сорвался с места и оказался возле меня. Он резко расстегнул верхние ремни и зафиксировал моё тело в вертикальном положении. Меня резко стошнило от внезапных смен плоскостей, потому что голова все ещё немного кружилась. После чего парень схватил меня за волосы и оттянул вниз. Я зашипела и испугалась — Ты будешь есть! — он взял ложку с только что принесенной кашей и всунул мне в рот Он не собирался останавливаться, ложка каждый раз сменялась новой порцией и я начала задыхаться. Тот парень, что был здесь раньше этого тирана, просто продолжал смотреть на сцену, не пытаясь даже вмешаться. Момент длился бесконечно, от чего я начала давиться и кашлять, тогда я замычала в знак согласия, и парень наконец отпустил меня. В тот миг я боялась даже взглянуть на него. А он ухмыльнулся от достигнутого жаленного результата, будто был горд проделанной работой — Вот так! Хорошая девочка! Просто делай то, что я тебе говорю. Поняла меня? Я боялась сказать лишнего — Не слышу! Мне вновь проучить тебя? — он уже начал сокращать между нами расстояние — Я Поняла- мигом прошептала я — Отлично- парень отошёл от меня и вышел из комнаты, оставляя под присмотром «немого» друга В тот момент я наконец смогла выдохнуть и немного прийти в себя, потому что шок, полученный мною минуту назад, ещё долго собирался держать меня в страхе. Я попыталась осмотреться, но это оказалось бессмысленно. Белоснежная комната представляла собой некую больничную палату без какой-либо дополнительной мебели кроме постели; пустые стены сотворяли превосходную акустику, создавая эффект эха. И больше ничего…

***

Засыпая в неудобном положении, мне предстояло провести оставшееся время в угнетающей атмосфере одиночества и дичайшей тревожности.