Поющая мышь

— Стоит ли такое писать ему? — Сонхун нахмурился, глядя на экран чужого телефона. — Ты же его едва знаешь?       — Брось, все они клюют на такое, — американец махнул рукой, явно уверенный в своих действиях. — Я делал так тысячу раз. Этот даже ломаться не станет, гарантирую. Ты же его…       — Проигнорировал.       — Что? — старший непонимающе хлопал глазами. — Ты его проигнорировал?       — Нет, он тебя, — блондин хмыкнул, взглядом указывая на экран. — Смотри, не отвечает.       — Ну нет, — Пак округлил глаза, снова заходя в инстаграм и проверяя чат. — Блин, реально?       — Тебя еще не игнорировали, да? — второй залился смехом, не обращая внимания на прохожих, что оглядывались на них. — Тот самый «не такой, как все»?       — Еще и блокнул, походу, — Джей зашел на чужую страницу и не обнаружил там ни одной публикации, хотя, раньше их были десятки. — Придется повозиться.       — Думаю, он не из тех, кому ты можешь понравиться, — младший сделал лицо «а-ля найди другого, тебе же это не трудно». — Тем более, он общается с Ли Хисыном.       — Если я что-то хочу, я это получаю, — отрезал тот, уверенный в себе. — Дай мне три дня. И он будет бегать за мной.       Верите ли вы в судьбу? Или в того, кто рожден для того, чтобы быть с вами? Говорят, такой человек меняет в вашей жизни все. Ваше мышление, образ жизни, окружение — буквально все. Встретить такого человека крайне сложно, а может, он уже рядом с вами. Это же судьба. Она любит делать сюрпризы.       — Чувак, — Сонхун едва ли сдерживал смех, разглядывая друга. — Уже две недели прошло. А ты говорил три дня.       Чонвон оказался крепким орешком. Его способностям игнорировать позавидовал бы любой.       Эти четырнадцать дней пролетели как четырнадцать минут. Вы спросите, «что же успел сделать Джей?». Лучше спросить, чего он не делал.       Кажется, в этом универе уже привыкли к выходкам американца. Никто даже особого внимания не обращал на то, что он делал. Даже декан прошел мимо, когда он пел серенаду для Яна. И то, он просто покачал головой, прокручивая в голове мысль, что уже давно пора бы на пенсию.       Цветы, разные сладости, всякие подарки — вы в жизни получали столько всего от человека? Я лично нет. А вот Чонвон получил, хотя, все это сразу улетало в мусорный бак.       Чем бы Пак не промышлял, что бы не делал, не смог получить даже секунду чужого внимания. Ему казалось, что он еще никогда так не старался, чтобы завоевать кого-то. Можно ли назвать это достижением? Думаю, нет.       — Он там опять поет, — Хисын нахмурился, едва ли проглотив сок, который пил. — Блин. Чуть не подавился.       — Будь аккуратнее, — темноволосый пустил смешок, наблюдая за реакцией старшего. — Ставлю десять тысяч вонн, что он не угомонится, пока я не соглашусь с ним встречаться.       — Даже если и согласишься, то какой от этого толк? — Ли закатил глаза и присел рядом с ним. — Он бросит тебя через пару дней. Для него это нормально.       — Для него, может быть и да, а для меня нет, — второй откусил кусок от булочки, медленно прожевывая. — Его вообще волнует ориентация человека? Не всех парней, как бы, интересует их же пол.       — Да ему все равно, что на ориентацию человека, что на пол. Да хоть это будет ламинат, — он усмехнулся от своих же слов, наблюдая за собеседником. — А ведь некоторые парни, с которыми он встречался, были чисто по девушкам.       — Он творит чудеса, походу, — выпалил Чонвон, запивая булку яблочным соком. — Он как эта булочка со сгущенкой. На вид вкусно, а на деле уж слишком сладко. Даже есть расхотелось.       — Хорошее сравнение, — выдохнул старший, положив голову на стол и прикрыв глаза; отсутствие сна влияло на него ужасно. — Но, тем не менее, и он, и эта булочка, нравятся многим.       — К сожалению, или к счастью, мне это вообще не нравится, — Ян положил еду обратно в целлофан, выпив весь сок залпом. — Я люблю с изюмом.       — Что? Изюм? — недовольство на лице того невозможно было не заметить. — Ты реально такое любишь? Ужас.       — А что? — собеседник усмехнулся. — Я человек, которому нравятся такие вещи. Еще я люблю чай без сахара и ужасно сладкий кофе.       — Ты извращенец, — в голове шатена пошла перезагрузка. — Напомни не ходить к тебе в гости.       — Скажешь тоже, — второй лишь покачал головой и поднялся с места, выбросив все в мусор. — Я домой. Надо уборку устроить. А то там свинарник.       — Пока, — Хисын просто поднял руку; глаза его все еще были закрыты, а сам он выглядел ужасно вялым. — Мне еще доклад сдавать.       — Поспи потом, ради бога, — младший поджал губы. — Завтра же суббота.       — Если появится шанс, то обязательно, — Ли зевнул, опустив руку только через пару секунд. — Хорошей дороги.       Весна — это сезон любви. Это время, когда все кажется чересчур романтичным. Вокруг пахнет так, словно бы сама богиня любви ходит.       А еще, это сезон экзаменов. Так что, и тут радоваться особо нечему.       Чонвон легко шагал по уже знакомым улицам, даже не глядя на карту. Его дом находился в четырех остановках от университета. А значит, всего в двадцати минутах ходьбы. Если вообще не спешить, то в двадцати пяти. Это отличная возможность послушать музыку и насладиться хорошей погодой.       В наушниках играла «Shy» Jai Waetford, а сам парень был в весьма хорошем настроении. На эту песню он наткнулся случайно. Просто решил сходить в кафе, а там она играла на всю громкость. Звучание было очень мелодичным и даже завораживало. А от перевода можно было растаять.       Единственный минус во всем этом — аллергия. Дурацкая аллергия.       Ян где-то читал, что от капель можно стать зависимым. Именно из-за этого, он пытался использовать их очень редко. Как бы не мучала аллергия, это штука временная. А зависимость, возможно, на всю жизнь.       — Ох, я дома, — включив кондиционер, темноволосый завалился на диван; день был немного жарким, из-за чего ему собственное тело казалось до жути тяжелым. — Полежу немного. Потом переоденусь…       И тут, неожиданный стук в дверь. Чонвон едва ли поднялся с места, заныв. Как бы он не хотел полежать еще немного, ситуация требовала обратного. Потому что за дверью может быть кто-угодно. Может принесли любимую газету отца, а может чайный сервиз, что заказала ему мама на прошлой неделе.       Но открыв дверь, парень пожалел о том, что заставил себя встать. Ведь на его крыльце стоял тот, кто не давал ему покоя уже как две недели.       — Ты что, маньяк? — Ян смотрел на того нахмурившись, скрестив руки на груди. — Преследовал меня?       — В любви, как и в войне, все средства хороши, — американец пустил в ход улыбке, протягивая к нему букет хризантем. — Я слышал, ты их любишь.       — Что? — младший взял в руки букет, отмахнув себя от мысли, что поступок даже милый (ну, в какой-то степени). — Отдал? Все. Вали отсюда.       — Но я не… — не успел Джей закончить свою фразу, как дверь захлопнулась прямо перед его носом. — Ну, хотя бы букет взял.       Он шелохнулся, когда услышал странный звук. Спустившись с крыльца, он понял, что это был звук открывающегося окна. И оттуда вылетел тот самый букет, который он поспешно купил в цветочном магазине.       — Нет, — Пак поджал губы. — Не взял.