Поющая мышь

Вечер наступил довольно быстро этим днем. Я бы сказала, что даже незаметно. Солнце тихонько сменила луна, и начали появляться звезды.       В такое время, обычно, люди занимаются всякими вещами. Кто-то заканчивает ужинать и убирает за собой, кто-то смотрит телевизор, а кто-то уже ложится спать, чтобы на следующее утро точно не проспать.       А кто-то все еще сидит над конспектами и никак не может сконцентрироваться ни в чем.       Парень быстрыми движениями открыл яндекс на компьютере и медленно начал печатать: «кто такой литромантик?». Вай фай немного шалил, и страница прогрузилась только через минуту. Он зашел на первый попавшийся сайт и принялся читать.       — Литромантик — это человек, который способен испытывать романтические чувства, — Чонвон поджал губы, пытаясь все переварить. — Однако, как только ему отвечают взаимностью, у него резко пропадает интерес к этой личности. Если вы литромантик, вам может быть комфортно или некомфортно в романтических отношениях.       «Мне нравятся люди до тех пор, пока я не получаю от них взаимности. Да, это не оправдание всему, что я делаю. Ты можешь считать меня сволочью и самой последней тварью. Но мне ты правда нравишься»       — Да о чем я думаю? — Ян ударил себя по щеке, в попытках отогнать ненужные мысли. — Этот идиот никак не выходит из моей головы.       После услышанного, темноволосый правда сильно задумался. Он знал, что люди бывают разными. У каждого свои тараканы, так сказать. Но термин, который он никогда не слышал, сбил его с колеи, и теперь все мысли были забиты этим. Ужасное ощущение, на самом деле.       — Если я просто соглашусь, он сразу потеряет ко мне интерес? — парень думал больше, чем нужно. — Ну что за чушь такая?       С их первой встречи прошло чуть больше двух недель. Старший все еще ухаживал за ним. Цветы, подарки, комплименты — все как положено.       «Ты нравишься мне!».       — Ты мне тоже… — устало выдохнул Чонвон, откинув голову назад. — Но я не хочу, чтобы меня просто взяли и бросили.       Испытывать чувства к человеку, но бояться, что тебя отвергнут — это одно. Но знать, что тоже нравишься, но не можешь признаться, потому что боишься, что после просто бросят — это другое. Но в обоих вариантах душа тоскует до невозможности.       — Вот что мне делать? — Ян глядел на потолок, разбирая мысли по полочкам. — Просто согласиться и ждать, пока бросит? — парень вдруг вскочил с места. — А если я влюблюсь окончательно? Тогда же мне и страдать, — он сел на кровать, перебирая в руках ручку, которую успел схватить с рабочего стола. — Но тогда он отстанет от меня. Как только этот год закончится, он больше не будет у нас учиться. Потом забуду его, — упав спиной на кровать, парень закрыл лицо руками. — Но год это — слишком много. Первый семестр только начался…       — Чонвон? — женский голос заставил темноволосого вскочить с места. — Все хорошо, сынок? С кем ты разговариваешь?       — Да так… сам с собой, — выпалил парень, начав жевать нижнюю губу. — Ты услышала и пришла?       — Я пришла, чтобы забрать белье, — женщина тихонько зашла в комнату с небольшой корзиной. — Случайным образом услышала, как ты беседуешь. Тебя что-то беспокоит, солнце?       — Знаешь… — Чонвон зашагал в сторону своего шкафа, доставая оттуда все вещи, которые хотел постирать. — Я даже не знаю, как это объяснить.       — Расскажи, как есть, — она села на чужую кровать, поставив корзину на землю. — Это касается того паренька, который пел в нашем саду?       — И растоптал папины любимые тюльпаны, — хмыкнул Ян, положив нужные вещи в корзину. — Ты права. Это его касается. Ну он… нравится мне? Я не знаю. Что-то к нему чувствую, но не знаю что. Тем более, что он литромантик.       — Он кто? — у нее на лице было написано: «что это вообще?». — Это болезнь?       — Нет, нет, что ты, — младший присел рядом с ней, стараясь объяснить как можно яснее. — Ну, это значит, что ему нравится кто-то до тех пор, пока ему не ответят взаимностью. Это довольно-таки проблематично.       — Вот оно как, — женщина кивнула, взяв того за руку. — Ты думаешь больше, чем нужно, чудо мое. Если он тебе нравится, то будьте вместе. Время покажет, что будет дальше. Если он твоя судьба, то литро… мантик, — она кашлянула, выговорив нужную фразу. — … что живет в нем, не помешает вам быть вместе.       — Ты так считаешь? — Чонвон приподнял уголки губ, услышав подобное.       — Конечно, жизнь становится легче, когда меньше думаешь, — вторая улыбнулась, поднявшись с места. — Кстати, тот парень сидит на скамейке перед домом уже полчаса.       — Что? — глаза Яна округлились. — Мне выйти надо? Это нормально?       — Ну, по сути, нельзя выходить просто так, — она хмыкнула, хитро глядя на своего сына. — Нужно выйти непринужденно, будто случайно. А в кухне как раз стоит мусор, который нужно выбросить.       — Я тебя понял, — темноволосый кивнул, схватившись за свою куртку. — Быстро выброшу и вернусь.       На улице было немного прохладно. Не до такой степени, чтобы замерзнуть. Но все же, стоило бы одеться потеплее. Но такая погода была просто идеальной для прогулок.       Джей уже успел запомнить эту улицу, пока сидел. В его голове крутились всякие мысли. Но его главной проблемой было не это. А то, что он чувствовал себя до жути виноватым.       Люди говорили, что быть литромантиком, это не преступление. Такова его натура, он ничего не может с этим поделать. Но вина все же сжирала его всего, не давая даже нормально дышать.       Встреча с Чонвоном ему не казалась судьбоносной. Обычный парень, к которому он испытывает небольшую симпатию. Повстречается с ним и все. Дальше можно забыть. Но младший крепкий орешек. Услышав о его прошлом, даже смотреть на него не стал. Из-за этого чувства увеличились. И теперь он вообще не понимает себя.       — Ты что тут забыл? — знакомый голос заставил его вздрогнуть. — Опять сталкеришь меня?       — Нет, я это… — американец сразу же поднялся с места, увидев того, о ком думал; тот сейчас выглядел так уютно: милые тапочки, футболка с котиками, теплая куртка, которую он надел наспех и очки для зрения. — Думал заглянуть в гости, но побоялся, что твой отец снова меня выгонит.       — А нечего было сцены устраивать, — цокнул Чонвон, развернувшись на сто восемьдесят градусов. — Может тогда и впустил бы.       — Кто знает, — Пак мягко взял мусорный мешок с чужих рук, в попытках помочь. — Ты только за этим и вышел?       — У меня должна быть причина выходить на улицу в такое время? — младший пытался вести себя как обычно. — Мама попросила, вот и выбросить решил.       — Понятно, — они тихонько шагали по пустой улице; в некоторых домах даже свет не горел. — Прости за то, что произошло сегодня. Кажется, я заставил тебя волноваться.       — Забей, — темноволосый поджал губы, глядя на свои ноги. — Я даже не думал об этом. Не мои же проблемы.       — Да, ты прав, — Джею казалось, что он попал в какую-то ловушку. — Я ужасно хочу поговорить с тобой обо всем.       — Поговорим, мусор сначала выкинь, — второй указал на контейнер, что стоял в паре метров от них. — Не есть же его.       — А, да, — американец засмеялся от чужих слов и выкинул мусорный мешок в контейнер, протирая руки об свою куртку. — Я могу все объяснить?       — Вперед, — Ян убрал руки в карманы, медленно двигаясь в обратную сторону. — Я тебя внимательно слушаю.       — Как-то я ходил на консультацию к психологу, — кажется, тот решил начать издалека, чтобы рассказать наверняка. — Пытался понять, что со мной не так. Он сказал, что это нормально. Ведь до всего этого я пережил не очень хорошие отношения. Мне кажется, что если я долго буду в отношениях с человеком, то дальше обязательно будет больно. Мое подсознание так реагирует. Чтобы отвлечься, мозг начинает искать нового человека. И так получается, что я играю с чувствами других.       — Интересная история, — темноволосый решил присесть на скамейку, чтобы не отвлекаться. — Что дальше?       — Ну, тут уже просто, — старший сел рядом с ним, глядя на звездное небо. — Каждый раз, когда человек начинает отвечать взаимностью, каждый раз, когда дело доходит до поцелуя, меня это отталкивает.       — Хочешь сказать, что ты еще ни разу не целовался, хоть и повстречался со всем универом? — воскликнул Чонвон, а когда получил одобрительный кивок, вообще пришел в шок. — Удивительно. Я такого точно не ожидал.       — Но вот в чем загвоздка, — шатен двинулся немного ближе к собеседнику. — Несмотря на все это, я никак не мог выбросить из головы мысль, что хочу поцеловать тебя.       — Что? — второй резко перевел взгляд на старшего, только заметив, что тот на него смотрит. — Подожди. В каком смысле…       — Если ты не против, — парень двинулся еще ближе и обнял Яна за талию; он пытался не делать никаких резких движении, словно бы боялся спугнуть.       Сердце темноволосого забилось намного быстрее, чем обычно. Сейчас он понимал, что ситуация зависит от него. Он может просто оттолкнуть и уйти, даже не оборачиваясь. А может просто поддаться.       «Если он твоя судьба, то ничего не помешает вам быть вместе».       Эти слова засели в голове Чонвона и он просто прикрыл глаза, выбирая второй вариант. Если этому положено случиться, то пусть.       Пак, не заметив никакого сопротивления, мягко накрыл чужие губы своими. Ему не хотелось причинять какой-либо боли, или переходить дозволенные границы.       Для обоих это был первый поцелуй. И получился он до ужаса сладким, легким и очень приятным.       — Я думаю, что люблю тебя, — выдал Джей, глядя в ярко-карие глаза напротив. — Дашь мне шанс?       — Об этом нужно подумать, — от такого взгляда Ян даже смутился и опустил глаза. — Но, думаю, что вероятным ответом будет «да».       Странное это чувство — «любовь». Паку казалось, что он впервые такое ощущает. И не из-за скуки или одиночества. Сейчас, влюбившись, он осознал, что Чонвон тот, кого хочется сделать частью своего мира, первый раз в своей жизни.