Русская мелодрама

В тот день, когда Лаура уже успокоилась, она пошла в свою комнату. Открыв шкаф девушка увидела полупустые полки. Вещей Марии там не было. Третьякова забрала, кажется, всё. Хотя нет, кое-что оставила. На комоде в спальне лежали две вещи. И эти вещи были подарены Лаурой на день рождения блондинки — золотой браслет и кольцо с гравировкой. Лукина взяла кольцо Марии и прислонила к своему, которое всё также находилось на руке Лауры — снимать его она точно не будет. А Третьякова, видимо, решила избавиться от лишних воспоминаний. Лукина положила браслет с кольцом в небольшую коробочку для украшений. Пусть останется больным воспоминанием, но Лаура сама разрушила эти отношения, где у двух девушек всё могло получиться. На самом деле находится в квартире шатенке было тяжело. Многие вещи напоминали ей о Марии. Много было совместных фотографий как в телефоне, так и висели в специальном макете не стене. Да, она сама разорвала с Третьяковой отношения, но эта была вынужденная мера. Пусть сейчас им тяжело, однако со временем всё забудется. Хотя как это можно забыть… *** Впоследствии Лаура поняла, что Мария также оставила одну свою вещь — легкий шелковый шарф. Он случайно попал на полку, где лежали вещи шатенки и Третьякова просто не заметила этого. Он был молочного цвета. Однако теперь этот шарф носила Лукина. На нём настолько сильно остался запах духов блондинки, что Лаура была готова его не снимать, лишь бы этот запах был вместе с ней. К слову, в первые две недели Лукина следила за Третьяковой. Она совершенно не могла отпустить девушку. Поэтому каждое утро, перед работой, она подъезжала к цветочному павильону, где работала Мария, и смотрела в окно. Лаура могла там простоять около часу и просто смотреть на то, как девушка работает. Потом уезжала на работу. А если она успевала, то точно также делала и по вечерам, уже после работы. Однако зайти туда ей не позволяла совесть. Она очень некрасиво поступила по отношению к девушке. А ещё Лукина выследила адрес проживания Марии. Как-то после работы Лаура вновь приехала к месту работы Третьяковой и наблюдала за ней. Но девушка закончила смену и, закрыв павильон, направилась пешком в сторону метро. Лукина решила проследить и направилась следом за Марией. Оставив свою машину, шатенка пошла в сторону метро. Чтобы оказаться незамеченной, ей пришлось соблюдать большую дистанцию, но также нужно было не потерять Третьякову из виду. В итоге, где-то через полчаса, Мария подошла к гостинице и зашла в неё. Лаура пошла следом и начала спрашивать на ресепшене на сколько дней остановилась Мария, но ей никакой информации не дали. Сказали, что информация строго конфиденциальна. Поэтому шатенке пришлось вернуться в сторону автомобиля, правда делала она это на такси, так как метро она совершенно не переносила. Но в какой-то момент Третьякова перестала появляться в цветочном ларьке. Там уже была совершенно другая девушка. Шатенка позвонила Максиму и спросила про блондинку, а тот сказал, что Третьякова отработала четырнадцати дневную отработку после увольнения. Теперь она больше её не увидит. *** Наступил февраль месяц. Лаура постепенно возвращалась в прежний ритм жизни. В тот, который был до Марии: работа допоздна, совещания, компаньоны, бумаги… Однако вернулось к Лукиной и ещё кое-что. Бессонница вновь охватила её. Как бы шатенка не пыталась уснуть, но всё бестолку. Не помогали даже таблетки. Лаура выходит из реабилитационного центра и направляется в свой автомобиль. Уже около трёх недель она посещает занятия и массаж. И прогресс действительно есть. И он, как ни странно, очень благоприятный. Всего за такой короткий срок Лукина почти полностью избавилась от трости. Пыталась ходить самостоятельно, однако зимой это получалось достаточно тяжело. Поэтому для подстраховки она всё-таки ходила с помощью трости. Ну ничего, ещё немного и она полностью откажется от неё. Сегодня у Лауры выходной. Она впервые за несколько недель действительно на выходном. Хотя все прошлые дни она пыталась занять себя работой. Но сегодня у неё другие планы. Лукиной позвонили рабочие и сказали, что они закончили ремонт в родительской квартире и что нужно принимать работу. Поэтому Лукина направилась в свой город. Ближе к вечеру она прибыла туда. Лаура сразу направилась в квартиру и удивилась: сделано было всё идеально. Она даже не ожидала, что получится так красиво. Теперь квартиру было не узнать: однотонные стены, минималистичный стиль, красивая подсветка за телевизором в комнате, барная стойка на кухне, электрический камин в зале… Хоть Лаура и договаривалась с рабочими, что ремонт должен быть минимальный, но те решили сделать по-своему и это очень нравилось шатенке. Единственный минус всей этой работы в том, что в квартире до сих пор пахнет краской. Поэтому Лаура открыла окна и решила съездить навестить Людмилу. Хотелось с ней поговорить. Лукина уже звонила в дверной звонок, но ей никто не открывал. Странно. Свет то горел в окнах — шатенка сама видела. Тогда Лаура звонит ещё раз и на этот раз ей открывают. — Ты какими судьбами? — с порога спрашивает женщина. Она будто не пускает шатенку в квартиру. — Да рабочие ремонт закончили, надо было принять работу, — произносит шатенка и пытается зайти в квартиру Людмилы, но та стоит на пороге и не отступает. — Пройти то можно? Я поговорить хочу. — У меня гости, — отвечает женщина. — Ну и отлично. Познакомимся, — Лукина напористо заходит в квартиру и снимает верхнюю одежду. После обувь. И во взор Лауры попадают до боли знакомые ботинки. Точно такие же были у Марии. — Ну чего ты встала? Пойдём на кухню, — Людмила, видимо, заметила, что голубоглазая заострила своё внимание на этих ботинках. Однако Лаура подумала, что эта обувь никак не относится к Третьяковой. Мало что-ли магазинов где такие же продаются… Когда Лукина зашла на кухню, то будто бы остолбенела. За столом сидела Мария. И вся такая домашняя: без макияжа, без какой-либо укладки, в домашней кофте и штанах. Сердце предательски стало учащать ритм. Невозможно находится рядом с человеком к которому ты до сих пор испытываешь чувства. Но что она тут делает? — Вот мои гости, — произносит Людмила. — Всё также хочешь познакомиться? — Боюсь, что мы уже знакомы, — ответила Лаура и тоже села за стол. У неё есть куча вопросов, однако при Марии она не хочет их задавать. В комнате повисла нагнетающая тишина. Кажется, что всем находящимся здесь людям было некомфортно. Вот так вот в жизни бывает. Изначально ты любишь человека, ваши линии жизни будто сплетаются в одну, ты знаешь о нём буквально всё, а сейчас вы сидите будто не зная друг друга. Теперь две девушки просто незнакомцы, знающие друг друга наизусть. — Я, наверное, пойду, — вдруг говорит Третьякова. Ей невыносимо больно сидеть и видеть, что напротив неё сидит её любимый человек. Пусть прошло чуть меньше месяца, но она до сих пор любит Лауру, хоть и пытается внушить себе обратное. А самый страшный обман — это обман самой себе. — Сиди, — говорит Людмила. Она прекрасно знает, что обе девушки расстались, но понимает, что они всё ещё любят, просто Лаура натура упрямая. — Вот я пойду, а вы сидите. Женщина собирается выйти с кухни, но Лукина резко подскакивает со своего места и опережает Людмилу. — Я не собираюсь с ней разговаривать, — достаточно грубо сказала голубоглазая, — я уже всё сказала. Шатенка проходит в зал и сидит там. Она не знает что ей делать. С одной стороны — находиться с Марией в одной квартире она не может, с другой — ей очень нужно поговорить с Людмилой. Через какое-то время голубоглазая слышит дверной хлопок. Лукина выходит из зала и видит в прихожей Людмилу. Она понимает, что Мария ушла. — Куда она? — обеспокоилась Лаура. Время то уже позднее, да и совершенно незнакомый город. Однако женщина ничего не ответила. — Куда она пошла?! — чуть прикрикнула. — Лаура, ты совсем свихнулась? — совершенно спокойно ответила Людмила. — Люда, на дворе ночь. Куда она пошла? — Какая тебе разница? Ты бросила её? Бросила. А ты подумала куда она пойдёт в Москве? Пусть она работает, да, но она не зарабатывает такие деньги, чтобы обеспечивать себя, снимать квартиру и ещё покупать продукты. Ты наплевала на неё. А теперь и притрагиваться к ней не смей. — А я смотрю ты её приютила. Прям мать Тереза, — язвила Лукина. — Ты соображаешь что говоришь? Да Маша в вынужденной мере позвонила мне. Она не могла дальше жить в гостинице, так как это тоже очень накладно выходит. А к матери, как ты знаешь, она поехать не может. Вот и попросилась ко мне. Да она даже мне предлагала свои последние деньги, так как ей неудобно жить у меня за просто так. А ты мне сейчас будешь что-то говорить? — парировала женщина. — Ты вообще понимаешь, что ты убила себя тем, что ты рассталась с ней? Да она единственная, кто мог жить с тобой и радоваться жизни. Ей же от тебя ничего не нужно, а это сейчас редкость. Тем более, зная твоё материальное положение, она могла воспользоваться тобой в материальных целях, но она этого не сделала. Потому что она по-настоящему полюбила тебя. А ты как всегда… — Просто скажи мне, что она не на улице будет сейчас, — уже совершенно спокойно произнесла Лаура. — А что идиотка? — усмехнулась Людмила. — Выкинуть на улицу на ночь глядя можешь только ты. — И всё же? — Да к Ирке я её отправила, — Лаура знала, что Ирина — это женщина, которая держала в городе небольшой хостел. Он находился буквально через дорогу, поэтому идти тут около двух минут. — Ты понимаешь, что из-за тебя она вынуждена опять искать себе ночлег? Обе женщины проходят на кухню и Людмила заваривает чай. Лаура ничего не говорит. Она сейчас прокручивает все сказанные слова женщины и действительно понимает, что она ставит Марию в очень неудобное положение. Да, она всё прекрасно понимает. Понимает, как некрасиво поступает, но она ничего не может сделать. Трудности, как известно, закаляют. — Лаура, ну что с тобой последнее время? — Людмила ставит две кружки чая и садится за стол. — Раньше такой девочкой хорошей была. Если бы мне лет десять назад сказали, что ты так будешь себя вести… — А как я с ебя веду? — перебила шатенка. — А ты считаешь выкинуть человека на ночь глядя из квартиры — нормально? Так ладно если бы у неё был кто-то в Москве. Но она же одна, — недоумевала женщина. — Ты же всегда была готова прийти на помощь. Всегда хотела сделать так, чтобы людям было лучше. Но тебя как будто подменили. С Машей ты расцвела. Ты вернулась к истинной себе. А теперь ты опять вернулась в свою сущность. — Я не хочу, чтобы она видела как я медленно умираю, — начала говорить Лаура. — Видеть как умирает любимый человек невыносимо тяжело. Я пережила это с папой. Я не хочу убивать её как личность. Мне кажется, что она просто потеряет себя. Поэтому я приняла решение расстаться. Но ты не представляешь как мне тяжело было ей об этом сказать. А говорить сейчас об всём этом — невыносимо больно. Ты думаешь я изверг какой-то? Нет, я просто боюсь за неё. Я наоборот хочу сделать как лучше. Да, нам сегодня двоим больно, но потом ей станет легче. — Ей станет легче в одном случае — если ты ей всё расскажешь. Я же говорила с ней. Она на тебя не сердится, не обижается. Она любит тебя. — Ты говорила ей про мою болезнь? — спросила Лаура. — Ничего я ей не говорила. Но если ты не опомнишься, то я ей всё скажу, — пригрозила женщина. — Лаура, ну надо жить. Надо делать операцию. А Машка с тобой будет и тебе будет морально легче. — Люд, ну я уже всё решила. Операции не будет. — А помнишь то время, когда ты узнала про болезнь своей мамы? — Людмила решила попробовать уговорить Лауру по другому. — Помнишь как ты плакала и говорила, что сделала бы всё, лишь бы отправить её на операцию. Однако операция ей бы не помогла. Лаура действительно вспомнила это время. Она тогда узнала, что мама неизлечимо больна. И хоть с родителями были напряжённые отношения, но она всё равно их любила. Потому что она по своей натуре очень добрый человек. И она мечтала, чтобы маму отправить на операцию, хотя знала, что она ей не поможет. И шатенка видела как маме было больно. Со временем болезнь стала прогрессировать и чтобы хоть как-то заглушить боль, то она не пила обезболивающее, а пила алкоголь. И, как она говорила, ей действительно было легче. — Я очень боюсь операции, — вдруг произнесла голубоглазая. — Это всё-таки мозг. А не дай бог что заденут и я останусь овощем. А такой уж жизни я точно не хочу. — Лаурочка, милая моя, ты не единственная такая. Людей с опухолью мозга — уйма. И операции такие уже очень частые, — пыталась успокоить женщина. — Ты же подумай наперёд. У тебя сейчас компания на руках. Мне кажется, что ты просто обязана продолжить дело деда. Он отдал всю свою жизнь на неё. Его и убили за эту компанию. Поэтому ты просто обязана продолжать и развивать его дело. Ты смотри как у тебя с ней всё в гору идёт, а через время вообще будете первыми. И никто не поднимет её так, как ты. — Ладно, Люд, спасибо, — шатенка берёт ладони женщины в свои. — Ты извини меня за моё поведение. Я с этой болезнью совсем уже из ума выжила. — Ты в Москву утром поедешь? — Да. Зимой я ночью не езжу на машине, лишь в исключительных случаях, — произнесла Лаура. — Давай я пойду в гостиницу, а Маша пусть сюда возвращается. — Да будь уже тут, чего бегать то. Ира ей даст самый лучший номер. Там очень уютно и комфортно. А завтра с утра, когда ты уедешь, она придёт сюда. — Люд, если она вдруг спросит у тебя про работу — устрой её. Она дома сидеть не любит, ей надо чем-то заниматься. — Куда я её устрою? — Да в своё кафе. Поставь её за стойку, пусть заказы принимает. — Так у меня есть там человек. — Ну пусть они сменяют друг друга. Ты же администратор, придумай что-нибудь, — просила шатенка. — Если нужны будут деньги, то не стесняйся, говори мне — я переведу. Если надо, то могу тебе скидывать каждый месяц, а ты будешь Маше зарплату с них платить. — Я не думаю, что у неё там большая зарплата будет. Ну я постараюсь ей ставку поставить. А свои деньги оставь для себя. — Ну если что, то ты звони мне. — Ох, Лаура… — вдохнула Людмила. — Ну расскажи ты ей всё. Она поймёт. Легче же двоим будет. Я же вижу, что ты её любишь. Я тебя давно такой не помню. У тебя при упоминании Маши начинают сверкать. Нет в мире жизни без любви. — То-то я смотрю у тебя любовь есть. — Вот поэтому я и советую как лучше. Я в нужное время упустила свою любовь, а теперь осталась одна. А вот может если бы мне кто посоветовал как лучше, так я бы и жила с ним. И дети бы были у нас, — достаточно грустно говорила женщина. — Я всю свою жизнь живу с памятью о нём. Не могу на других смотреть. Лаура, любовь найти нелегко. Особенно ту любовь, где оба будут жить друг другом. У вас с Машей так. Не потеряйте друг друга. — Мы уже потеряли. — Нет не потеряли. Всё у вас будет хорошо. Просто надо переждать. И ты вылечишся, и Машка в университет поступит, и у меня на даче посидим с шашлычком, и будем мы все жить, — женщина действительно верила, что её слова не пройдут мимо ушей шатенки. — Маша рассказала мне всё про маму свою. Ты просто подумай: она убила хорошие взаимоотношения с ней, чтобы быть с тобой. Разве любой человек на это пойдёт? Поэтому подумай, Лаура. Хорошо подумай. — Я не смогу сказать ей о болезни. Она думает, что у меня кто-то есть, потому что я сама ей сказала что, — шатенка вдруг осознала свою ошибку. — Я разбила её сердце. — Ничего, ты ещё склеешь её сердце вновь. Я знаю это. — Но ведь если склееть разбитую кружку, то на ней всё равно останутся трещины. — А сердце не кружка. Поверь мне, она тебя простит. Я же видела как она про тебя говорила. — Ладно, будь что будет. Возможно, если она меня не простит, то так будет лучше для меня. Будет мне уроком в жизни. Ещё немного посидев на кухне обе дамы говорили на ту или иную ситуацию. Так же Людмилу интересовал вопрос по поводу деда Лауры. Всё-таки это было убийство. Однако Лаура сказала, что Виктору, который являлся главой конкурентной компании, дали а общей сумме двенадцать лет за несколько статей. По поводу дедушки — предложили провести эксгумацию, чтобы провести экспертизу. Однако никаких гарантий в том, что они что-то найдут — не дают. Поэтому Лаура решила не делать этого. Она не хотела, чтобы могилу дедушки вскрывали и везли в Москву. Виктор всё равно сознался в убийстве. Возможно, кто-то надавил на него, возможно, сыграла роль совесть, а возможно, он понял, что всё равно его сын дал признательное показание и решил не отрекаться от обвинений. И помимо того, что ему дали достаточный срок, так ещё и фирму закроют без возможности возобновления её работы. То есть теперь эта фирма будет навсегда закрыта. После разговора две дамы направились спать. Лаура спала на том месте, где в этой квартире было выделено место Марии. Всё постельное буквально пахло ей. Лукиной казалось, что рядом с ней лежит блондинка. Однако это было лишь в её фантазии. Уснуть ночью шатенка так и не смогла. Чёртова бессонница. А с утра Лаура уехала достаточно рано. Около шести часов утра она уже выехала из своего города и направилась в Москву прямо на работу, а после, вечером, пойдёт в реабилитационный центр. — Доброе утро, — ближе к девяти часам утра в квартиру Людмилы вернулась Третьякова. Она тоже этой ночью не могла уснуть. Только вот не из-за бессонницы, а из-за мыслей о голубоглазой. — Доброе, — женщина встречает Марию в коридоре. — Ты извини что так получилось… — Тёть Люд, — перебила блондинка, — всё хорошо. — Ну пойдём завтракать, — женщина направилась на кухню и начала заваривать кофе. — Как Лаура? — вдруг спросила Мария. Это имя отзывается в её сердце неимоверной болью, однако она хочет знать, что с ней всё хорошо. — С Лаурой… — Людмила замялась. Она очень хотела рассказать Третьяковой о болезни голубоглазой. Но будет ли это корректно по отношению к шатенке? — Что-то не так? — с одной стороны блондинка не хотела про Лауру не слышать и слова. По мнению Третьяковой, шатенке должно быть очень хорошо с другим человеком. И думать о том, что она смеётся, обнимает, целует, делит постель с другим человеком было невыносимо больно. Но с другой стороны, отпустить её она не могла. — Маш, послушай меня сейчас внимательно, — женщина села рядом с блондинкой и начала смотреть ей в глаза. В них читалась обеспокоенность. — Лаура очень любит тебя… — Поэтому променяла меня на кого-то другого, — перебила девушка. — Очень любит тебя и хочет оградить тебя от лишних переживаний, — продолжила Людмила. — Нет у неё никого. У неё только ты и работа. Да и с таким характером, знаешь, не каждый и будет с ней. — Ничего не могу понять… — У неё онкология, Маш, — всё-таки произнесла женщина. — Опухоль в мозгу с перепелиное яйцо. Блондинка была ошарашена. Она была готова узнать любую правду, только не такую. — Ей врачи дали от силы пять лет, так как она не хочет делать операцию— продолжила говорить Людмила. — Она рассталась с тобой только потому, что не хочет стать для тебя обузой. Болезнь будет медленно её убивать и со временем опухоль будет расти и давить на мозг. Уже через несколько лет она может быть парализованной, или потерять зрение, или слух, вариантов уйма. Да и не хочет она чтобы ты видела, как она медленно умирает. — Тёть Люд… — блондинка пыталась сдержать себя, пыталась сдержать эмоции, но глаза наполнились слезами, однако она сдерживала их. — Не бойся, — женщина решает обнять Третьякову. Та обнимает в ответ. — Я всегда рядом, — Людмила сама ели сдерживала свои слёзы. — Она справится. Я уговорю её на операцию и всё будет хорошо. Просто ей нужно время. — Если бы я знала про это раньше…я бы ни за что не оставила её одну. — Ей нужно время, чтобы принять решение. Она привыкла быть одной и опираться только на себя. Поэтому я верю, что она выберет правильное решение. А потом всё у вас будет. — Как бы там ни было, но она могла рассказать мне всё, а не врать. Я же поверила ей. — Ну что ты Лауру первый день знаешь? Она же никогда не расскажет о своих проблемах. — Спасибо вам, что рассказали мне всё, — искренне благодарила блондинка. — И в очередной раз спасибо за то, что приютили у себя. — Я же говорю, я всегда рядом. Ты мне хоть и чужой человек, но я очень привыкла к тебе. Мы с тобой уже пережили время, когда Лаура была в коме, и сейчас переживём. *** Сегодня знаменательный день. Нет, сегодня по календарю нет никаких праздников. Но есть кое-что, что делает этот день исключительным. После разговора Лауры с Людмилой прошло три дня. Шатенка каждый день обдумывала её слова и всё-таки поняла, что умирать ей ещё рано. Как минимум, у неё есть компания, которую она не может оставить на кого-то другого, а как максимум — у неё есть Мария, на которую у Лукиной уж очень большие планы. — Лаура Альбертовна, проходите, — шатенка находилась в клинике, как вдруг её позвал врач. Он провёл все нужные обследования и собрал анализы. Спустя два дня Валерий Владимирович позвонил шатенке и попросил явиться в клинику. — Надеюсь, ещё не поздно? — шатенка садится на стул возле стола врача. — Не поздно. Но чем раньше, тем лучше, — произнёс мужчина. — Можно хоть через три дня. — Так быстро? — удивилась Лаура. — Операцию лучше не откладывать. Опухоль в любое время может увеличиться в размерах. Потом будет поздно. — Хорошо, я согласна. — Значит завтра с утра кладём вас в стационар. Проводим последнее, контрольное обследование и если никаких проблем не будет, то будем готовиться к операции. — Что по сумме? — вдруг решила спросить Лукина. — Скажу честно, она не маленькая, — врач берёт стикер на своём столе и пишит там круглую сумму. — Это уже полная сумма за всё: начиная от анализов, заканчивая вашим пребыванием в клинике. Шатенка тяжело вздохнула. Сумма действительно была не маленькая. Но ничего не поделаешь, здоровье важнее всего. Лукина покинула свой кабинет и направилась на работу. Она должна предупредить своего заместителя Андрея в том, что её достаточное время не будет на рабочем месте. Лаура не говорила ему причину отсутствия. Хоть она и доверяла мужчине, однако лучше быть уверенным, что никто из остальных работников не узнает о болезни начальника. На следующий день шатенка с вещами направилась в клинику. Ей предстоит одна из самых тяжёлых операций. Но она верит, что всё пройдёт хорошо.