И буйное море затихнет с тобою...

— Я не мастер писать стихи, но... Напишу Мы сидим рядом, на одной кровати. Ты держишь меня за руку. Мой лучший друг, мой спаситель, мой брат не по крови, а по духу и мысли. Меня снова прорвало на слëзы регулярной истерики, что я не могу остановить. Я нервная последнее время, и благодарна тебе за терпеливое присутствие. — Тебе необязательно писать постоянно. Отвлекись музыкой. Где наушники? — Разрядились. — Как же вовремя... И тишина в многоголосом молчании. Никаких слов не хватит выразить тех чувств, что мешаются в моих бредовых мыслях, переплетаются со страхами и некими понятиями тревоги, вечных опасений и пагубных дурацких самоуничтожителтных привычек. Ты ещë не знаешь всех моих грехов, но уже знаешь столько, что мне жаль, но я не могу прекратить, подать себе знак стоп. Я говорю и говорю, рассказываю, повествую... — Бро, тише, ты мне нужна. Мой извечный страх остаться одной теперь озвучен. Твои тëплые слова согревают меня, и кажется, я становлюсь лучше... Голос беспокойства о нëм сходит на низкий тембр еле слышного шëпота. Я сонно спрашиваю про ручку с бумагой, ты удивлëнно их поддаëшь. Проходит несколько минут, и листок ложится на стол с танцующим наброском последующего произведения. — Прочтëшь мне вслух? — Мой друг, я очень скромная. Увы, пришлось отказать, прости, иначе не было бы выражения. Твоя улыбка... Скользя глазами по строчкам еле стройных слов, твои губы ползли вверх, шуточно и серьёзно, как всегда ободряюще. — Я не знаю, что сказать. — О нет, ты отлично знаешь, но и знаешь, что достаточно лукавить и говорить взглядами, жестами, еле заметными движениями пальцев и покачиваниями. — А всë же... Прочтëшь вслух? Откашлявшись, я вздыхаю, и, почти сосредотачиваясь, с паузами и дрожью выдаю одним текстом, пытаясь сделать намëк на различную интонацию: " И бурное море затихнет с тобою, И штиль перебьëтся заманчивым воем, И разбойник станет короны героем, И герой проклятым будет изгоем. Наша корона гнëтся от зноя, Ржавеет, не помня дальнейшего боя, Памятник дружбе падает, стоя, Но мы держимся, помня, Что время вечнее любых оплат. Последний свет светил устал. Но тихо. Не гибнет рассудок людской, А может, наш погиб с тобой, А я, прижавшись к тебе, ухожу, Клонюсь в сон и ничего уже не держу... Во сне, возможно, и встретились мы, На задворках спящей бывшей тьмы, А может, то был свет в воде, Или благословение в беде. Мне не знать. Ты пришла внезапно. Я — грешник, душой собственной клятый, Но ты просто держала. Просто смотрела, меня изучала, Рядом была и меня утешала Посреди непроглядного срама И неустанного дыма. Но тихо. С тобой спокойно. Ветер не дует, точно покойный... И буйное море затихнет с тобою, И люди узнают, чего они стоят. И даже я пойму среди всех историй, Кто же мою сумел запомнить". —Тебе... Нравится?.. — Спрашивать такое всегда страшно. — Очень. — Ты киваешь головой, слегка скалясь, что тебе так мило идëт. — Это только набросок, потом будет лучше... — Тшш. Тебе не надо ничего доказывать. Тепло, спокойно, тихо. Ты гладишь меня по голове. Стихи со стола перемещаются в твою сумку, якобы незаметно для меня, но я и не против. Никаких слов для тебя не хватит. Никаких чувств, ощущений, благодарностей, красок и образов. Если бы я могла дать хоть чуточку того, что ты заслуживаешь... Думаю, через время я улучшу стихи и сделаю их полноценными, создам нечто цельное. Думаю, через время мы увидимся вновь. Не знаю, где, как и зачем, но знаю точно— встретимся. Думаю, те стихи лежать будут долго и долго ждать, как всё мы, строгой непонятной очереди. Думаю, буйное море затихло. Надолго ли?.. Не знаю, но пока ты рядом, мне не обязательно размышлять и просчитывать каждый шаг. Думаю, всë заведено. Моя сказка переплетается с твоей. Слова сыплются. Поток мыслей. Держи меня крепче. Чем выше взлетаешь, тем больнее падать, но взлетать со дна ввысь неприятнее. Страшно, живот вжимается, кровавые точки в глазах, руки немеют, губы сохнут... Но мы не упадëм, ведь мы держимся друг за друга. Я найду смысл, способ, любовь. Как и ты найдешь все пути. — Хей, кажется, ты говоришь во сне! — Забавное хихиканье и неспокойный смех. Поднимая прикрытые глаза, я молвлю, — Мы найдëм пути назад, к будущему. Моë буйное море затихает...