Луна прекрасна, как ты.

      Последние дни смены. Было немного грустно отпускать лагерь, который уже успел стать родным. Родные пейзажи, речка, домики, где жили юные пионеры и их вожатые. Уезжать от сюда невыносимо, бросать единственного друга не хотелось от слова совсем. Они познакомились в начале смены, при, довольно странной, ситуации.

***

      В автобусе безумно жарко, денис едет уже около двух или трех часов. Как сказала водитель, они уже подъезжают. Парень осмотрелся. Много людей. Многие уже знакомы и увлеченно болтают о своем, а Коломиец сам по себе, как и всегда. В школе у него нет друзей. В окне уже виднелось большое здание кремового цвета, видимо, столовая, много домиков и футбольная площадка. Это первое, что заметил парень.       Автобус начал замедляться, а силуэты домиков становятся четче. на выходе из автобуса, Коломиец, опозорившись на последок, споткнулся о ступеньку и свалился на какого-то паренька, повалив того на землю. Так получилось, что Денис повалил парня на живот, а сам улегся на спину. Спустя пару секунд такого "отдыха", Коломиец опомнился и быстро поднялся, подавая руку парню, чтобы тот встал. — Извини!! Я не хотел. Сильно ебанулся? – Денис быстро тараторил, поднимая парня, на которого упал. — Жить буду. – Незнакомец хихикнул, на что Коломиец только улыбнулся, так и не отпуская руку оппонента. — Я Илья! Думаю, крутое знакомство у нас вышло. — Денис. Да, это знакомство будет самым лучшим в моей жизни.

***

      Так они и познакомились. Время пролетело быстро и незаметно, вот уже последняя смена. Хотелось дать что-то такое, что он сохранил бы, запомнил. Сегодня они много друг другу скажут, в последнюю ночь.

***

      Последняя встреча их произошла возле речки, глубокой ночью. Они не увидятся на прощальной линейке, потому что из разных отрядов, и это безумно расстраивало. Глубокая звездная ночь, река издает приятные ушам звуки. Илья всегда опаздывал, так как у него слишком злая вожатая, которая следила чуть ли не за каждым шагом пионеров, выйти из домика незамеченным ей тяжело, но Илье удавалось. Топот шагов, объятья со спины и родной смех. — Блять, испугал! Денис теперь тоже смеялся, полностью обнимая друга. Красивая речка, убаюкивающая звуками течения, теплые объятья, перед расставанием. Оба это понимали и не желали отпускать. — Илья, это последняя наша встреча здесь. – Кооломийцу было грустно, ведь Илья – единственный друг, который с ним, потому что он просто Денис, а не "самый умный мальчик в классе" и дает списать. Потому что считает его интересным, важным. — Я собираюсь многое тебе сказать и даже оставить след в твоей памяти. –после этих слов Коряков улыбнулся, наконец отпуская парня. — Мне тоже есть что сказать, только, подарок не смог придумать. — Это не самое важное, для меня уже подарок небес, что наша встреча состоялась. – Через пару минут молчания и Илья берет друга за руку, на что тот резко поднимает взгляд. — Я много всего хочу тебе сказать, прошу, не перебивай, иначе я убегу сразу, как договорю. – Илья волновался, было заметно по дрожащим рукам и голосу, а еще по взгляду, такому горящему и прекрасному – С того момента, как ты на меня свалился, я увидел жизнь по новому. Ты знаешь, как мне не легко живется у себя. Этот лагерь стал мне роднее, чем собственный дом, и все благодаря тебе, ты мне роднее, чем собственная мать. Ты изначально понравился мне, заинтересовал, а потом я и не заметил, как влюбился в тебя. Два дня и все. все мысли только о тебе, о твоих прекрасных глазах, чувстве юмора, красоте и еще многое многое, я не силен в словах и ты это также знаешь. Ты прекрасен, как луна, красивый, загадочный, восхитительный. Я буду безумно скучать по тебе и нашим встречам здесь. Вот! Это ниточки парные, чтоб не забывал, что я был когда-то твоим лучшим другом! – Коломиец был поражен. Ему впервые в любви признаются, так еще и его друг. Илья протягивал две красные ниточки. Это были просто ниточки, которые Коряков выкрал из кружка швей. Денис берет одну из них и одевает себе на руку, параллельно любуясь. — Спасибо. Это было спасибо за все: за любовь, за лучшее время в его жизни, за заботу и эти тоненькие ниточки. Это слово говорило больше других. — И я тебя люблю. Так, как никого и никогда не любил. И не полюблю.