Капкан для лисицы

      Спустя три дня прилюдно казнили двух претенденток на место кронпринцессы Диарию и Пенелопу. Вслед за ними казнили и их семьи. Меня трясло от осознания, что я могла быть на месте Пенелопы. Я видела, как покатилась её отрубленная голова, окрашивая всё в кровь. Это я подкинула ей тот яд. Я убила её. Эти крики и слёзы в глазах девушки засели в моей голове. Но что мне оставалось? Если бы яд был у меня, то не факт, что Люциус помог бы мне. Думаю, он смог бы найти способ, чтобы казнили только меня, особенно если учесть мою репутацию. Но сколько не думай, это я стала тем, кто приговорил ту невинную девушку и её семью к смерти, спасая себя. Я стала забывать о том, как жесток этот мир.       Казнь сотрясла всю знать и покачнула баланс сил в стране, повысив репутацию принца у простых людей и понизив среди дворян. Знать разделилась на несколько фракций: тех, кто сразу перешли на сторону принца, наблюдателей и противников. Хоть здоровье короля постепенно улучшалось, ощущение напряжённости никуда не уходило. А меня преследовали кошмары, где Пенелопа просила вернуть её к жизни. Из-за этого я начала плохо спать. Но это было не самое ужасное. Мне начало становиться плохо от вида мяса, особенно сырого, поэтому Лейла временно взяла на себя кормление Тимми. А самое главное — я не могла есть мясо, что в совокупности с плохим сном вылилось в истощение организма.       Альберт был так завален работой во дворце, что даже письма почти не успевал писать. Во дворец кроме работников никого не пускали, даже кандидатки в принцессы теперь не могли прийти в замок без приглашения. Напряжённость в столице росла, как будто случиться нечто страшное.       Я пыталась вспомнить книгу, но всё, что я вспоминала, в основном касалось Яндере. Наверное, потому что он был моим любимым персонажем, из-за которого я и перечитывала данный роман. От понимания, что я ума не приложу, что будет дальше, становилось страшно. А что хуже всего, кажется, я действую Люциусу на нервы. Плохой знак. Особенно если вспомнить, что я ещё не пережила ту точку, где он по роману должен меня убить. Просто хотелось запереться в комнате и снова стать затворницей, как после маскарада. Побег иногда тоже решение проблемы!       Но моим мечтам не суждено было сбыться.       Подходило время празднования дня основания королевства. Что значило, вся знать должна присутствовать во дворце. Мне не хотелось идти туда. Стоит мне оказаться во дворце, как неприятности так и лезут из всех щелей, уже не говоря о том, что каким-то волшебным образом моя репутация свалилась ниже прежнего. Интересно, если свалюсь без сил, то смогу остаться дома?       — Лорей, вас вызывает Лоре. — В моей комнате появилась служанка, фраза которой уже являлась плохим знаком.       Пришлось идти, не хватало ещё взбесить этого ненормального. Не удивлюсь, если этот человек снова за хлыст схватится. Так ещё у него повышенная раздражительность после всех этих совещаний во дворце. Не стоит размахивать перед быком красным полотном.       — Приветствую вас, отец. Мне не терпится узнать причину, по которой вы вызвали меня. — А точнее, я просто не хочу долго мозолить ему глаза.       — Лейлу срочно вызывают во дворец. После того случая с угрозами я хочу, чтобы ты не отходила от неё ни на шаг. — Так, значит, ему известно, как на самом деле всё было, и ничего мне не сказал?! — Ты, оказывается, не так глупа, поэтому, думаю, справишься с данной задачей. — Хотелось просто кинуть что-то в его самодовольную морду. О, покойная матушка, как ты его вообще терпела?       — Вы, как всегда, невыносимы, — вырвалось у меня, и отец замахнулся рукой, но я тут же выпалила: — Ударите — во дворце увидят. — Папаша сжал руку и опустил её, ведь я сейчас права. — С вашего позволения, я пойду готовиться к отъезду. — Поклонившись, мне пришлось чуть ли не бежать до комнаты. За всё это время я порядком себя запустила.       Мне надо наконец избавиться от привычки провоцировать опасных и неадекватных людей. Может, стоить даже пойти на перемирие с Люциусом, чтобы избежать проблем. Надо хорошенько об этом подумать, я птица не гордая, могу и на поклон пойти при надобности. Всё лучше, чем оказаться на плахе с отрубленной головой или, того хуже, убитой его мечом.