Любовь, кровь, гули и вампиры

В придуманный мир я попал невольно, Теперь не хочу тебе делать больно, (Jackie-O — Unravel)       В этот раз кошмары меня не посещали и спал я без сновидений (видимо когда я сделал выбор между Кагомэ и Химицу, подсознание всё-таки успокоилось и перестало меня кошмарить по ночам). Проснувшись я на удивление не почувствовал никаких признаков похмелья (видимо метаболизм у гулей действительно работает в ускоренном темпе и алкоголь выводится из организма быстро и без последствий, на следующий день). А повернувшись на другой бок, я увидел завернутую в одеяло Ивамуру, которая всё ещё крепко спала, смешно посапывая во сне. Жаль конечно, что пришлось разорвать все отношения с Химицу, но по закону сохранения энергии: «если где-то убыло, значит где-то прибыло». Теперь вместо неё у меня Кагоме, которую я буду холить, лелеять и обращаться, как с принцессой. Просто потому, что сам этого хочу. Вот и сейчас страшно хотелось есть, но я не стану будить мою вторую половинку только ради завтрака, а пойду и сам его приготовлю. Не удержавшись я всё-таки чмокнул Кагоме в губы, отчего она заворочалась и не спеша открыла глаза. Увидев меня сияющего рядом с ней, Кагоме сама невольно улыбнулась. — Доброе утро, — сонно потянулась она. — Который час? — Шесть часов, пятнадцать минут и двенадцать секунд, моя госпожа, — отрапортовал я. — Ой, да ладно, скажешь тоже, — посмеялась она. — Госпожа. В моей роду никогда аристократов и дворян не было. Все из простого народа. Поэтому титул «госпожа» мне точно не подходит. — Хорошо. Тогда принцесса моя, чего изволите на завтрак? — продолжал ломать комедию я.       Ивамура хихикнула, сделала серьёзное лицо и строгим тоном сказала: — Мне как всегда кофе со сливками и сахаром, а также пару тех замечательных онигири, если они ещё остались, — продиктовала она. — Даже если не остались, сделаем новые и именно по твоему рецепту, — подмигнул я. — Но сначала…       Я приблизился к ней и крепко поцеловал. — Немного для бодрости с утра, так сказать. — Хм… а утро действительно уже начинает казаться добрым, — посмеялась она и серьёзно добавила. –Кстати, где мой кофе? — Один момент. Слушаюсь и повинуюсь, — поклонился я и отправился на кухню готовить завтрак.       Не знаю почему, но мои отношения с Кагомэ нельзя сравнить отношениями с Кетрин или Химицу. Они обе слишком независимые и сильные духом девушки, хоть внешне могут этого не показывать. Кагоме же внешне старалась казаться чёрствой, грубой, местами даже социопаткой, но внутри оказалась хрупкой, нежной и очень ранимой особой, которую не просто нужно, а хотелось оберегать и защищать от всех бед этого мира. И я это непременно сделаю, посвятив ей всего себя и всю свою жизнь. Если надо буду на руках носить, если попросит (не думаю, что она тяжелей той же Химицу, так что не надорвусь). Мориюки сан всё ещё спал в спальне родителей и когда проснётся, нужно ему объяснить, почему Кагомэ ночевала в моей спальне. И ничего выдумывать не буду. Скажу правду: так мол, и так, Мориюки сан, мы с вашей внучкой любим, друг друга и хотим быть вместе. Думаю, он будет только рад этому, потому что сам заводил разговор про нашу с ней женитьбу. Ну, а если у него тоже случаются провалы в памяти, то придётся ему напомнить тот самый разговор. И все эти мысли позволяли хоть как-то отвлечься и не думать о том, что всем нам может угрожать смертельная опасность и то, что нам надо срочно забрать у Ичиносэ документы родителей, в обмен на нашу общую безопасность от Кобаяши Джуна и его шайки (неужели Элли тоже такой станет, с возрастом? Надеюсь что нет. А если да — то это будет полный писец.       С улицы донёсся громкий голос Рюнеске сана (отца Химицу), а после послышался визг колёс автомобиля. Видимо ему позвонили и сказали срочно явиться на работу по важному делу. Иначе с чего бы ему так кричать, на всю улицу? Но его дела (впрочем теперь, как и дела Химицу) теперь меня мало волновали. Хотя окончательно объясниться с подругой детства рано или поздно всё же придется. Сказать, мол, прости ещё раз, что так вышло и что сердцу не прикажешь. Надеюсь, она поймёт и не начнёт закатывать истерик. Отбросив все нервотрёпки в сторону, я решил сегодня пожарить на завтрак блинчиков, так как онигири быстро кончились ещё вчера. Тем более, что всё для этого у меня было: молоко, мука, соль, сахар, сливочное масло, чтобы смазывать готовые блины, чтобы они в итоге не слипались, ну и несколько банок варенья от моей бабушки. Хотя можно и более сытный вариант сделать — с колбасой или курицей с сыром. Решил, что сделаю половину с мясом, а вторую будем, есть с вареньем. И пускай блины получались не совсем круглыми и местами подгорали (такое я делал в первый раз) даже без начинки, они уже были довольно вкусные, так как в тесто я заранее добавил немного ванили и сахара, чуть больше чем надо. — Что это ты тут делаешь? — шепнула мне на ухо Кагомэ, отчего я чуть не уронил очередной блин, который приходилось перевернуть. — Вот зачем так пугать? — буркнул я, не отвлекаясь от жарки блинов. — Так и заикой можно стать, между прочим? И ты почему опять встала? Я же сказал, что принесу всё, что захочешь тебе прямо в постель. — Тогда принеси туда себя. Потому что я тебя хочу. И прямо сейчас, — томно прошептала на ухо Ивамура и в штанах снова становилось тесно. Очень не вовремя, однако. — Ну и пару блинчиков захвати с вареньем… Хотя нет: два с мясом и два с вареньем, гулять так гулять. — Будет сделано, — отсалютовал я, а Кагоме стащила ещё горячий блин без ничего. И постоянно обдувая тот по всему диаметру, быстро съела. — Мммм…. Вкуснотища, — с восторгом говорила он, даже не прожевав до конца. — Вот тут у меня к тебе претензий нет. Очень хорошо получилось. Каждый день мне такое готовить значит будешь. — Ты же так ни в одни джинсы в итоге не влезешь, — посмеялся я. — И что? — пожала плечами Ивамура, хватая ещё один блин. — Значит буду юбки носить. Я ведь всё-таки девушка и имею право. — Согласен, тут у вас выбора больше, -задумался я. — Мужики юбки разве что в Шотландии носят. И то это часть их культуры и называется такая юбка килтом. Причём узор на нём означает, к какому горному клану принадлежит носитель килта. — Ты у нас оказывается такой умный, — восхищенно подметила Кагоме, расправляясь уже с третьим блином. — А всё под дурачка косил. — Это был мой хитроумный план, — зловеще начал я, обернувшись к ней и обняв. — Сказаться тупым, чтобы в итоге поразить всех своим интеллектом. — Ну меня ты безусловно поразил, — улыбнулась Кагоме, посмотрев на мои штаны. — И не только умом. У тебя, что в штанах огурец, или ты очень рад меня видеть? — Вот сейчас и проверим, — подмигнул я и страстно её поцеловал, а она меня в ответ.       И может быть у нас и зашло дальше, если бы блины не начали гореть, а значит, нужно было вернуться к готовке, пока дом случайно не спалил от порывов страстей.       Завтракали мы уже все вместе, перебрасываясь ничем не значимыми фразами. Причём если наши взгляды с Кагоме сталкивались, или мы случайно задевали ноги друг друга, то сильно краснели от смущения, стараясь отвести взгляд. Хотя краем глаза я подметил, что Мориюки сан чему-то незаметно улыбался (наверняка всё сам давно понял, что отношения у меня с его внучкой уже совсем не деловые). Интересно, а надо ли вообще ему теперь сообщать о том, что мы с Кагоме теперь пара? Ну, разве что ради приличия и уважения к его возрасту (который я так и не смог определить, так как по мне, то возраст Мориюки сана колебался примерно от пятидесяти, до ста лет). — Мориюки сан, я…. То есть мы с Кагоме, хотели вам кое о чём объявить, — начал я, отчего Ивамура перестала жевать и стала внимательно слушать, что же я скажу. — Дело в том… короче говоря, вы же ничего не имеете против если я буду теперь встречаться с вашей внучкой?       Старик ненадолго задумался, а после ещё шире улыбнулся. — Я-то за. Но мог и не спрашивать меня о таком, — радостно ответил Мориюке сан, даже слегка всплакнув. — И я очень рад за вас внучки. Теперь осталось только правнуков дождаться, а потом можно и на тот свет. — Дедушка! — сердито сказала Кагоме. — Да тьфу на тебя! Сколько раз я говорила, забудь про эти дурацкие мысли?! Всё у тебя будет хорошо. Ты ещё не дряхлый старик. — Ну да. Всего-то в следующем году восемьдесят пять стукнет. Совсем ещё юный, — посмеялся над собой Мориюки сан. — Знаете, для своего возраста, вы отлично выглядите, — признал я. — Честно. Я бы вам больше семидесяти не дал. Да и потом в таком возрасте, так ловко морепродукты чистить и потрошить. Мне ещё учиться и учиться у вас. — Убедил Николай — как только ресторан заработает снова, обучу всему, что знаю сам, — пригладил усы дед Кагоме. — Ну а потом точно можно и… — Дедушка! — уже возмутились мы вместе с Кагоме. — Уж и пошутить нельзя, что ли? — снова посмеялся Мориюки сан. — Совсем не смешно, вообще-то, — нахмурилась Кагомэ, я же поддержал её кивком.       После завтрака, перемыв всю посуду мы только собрались позвонить Ичиносэ, как раздался телефонный звонок и вкратчивый мужской голос спросил: — Продаёте ли вы щенков Акита-Ину?       Я быстро вспомнил ответ на позывной: — Нет. Остались только породы Ши-тсу. — В полночь на том же месте, — ответил голос после небольшой паузы и повесил трубку.       Не думал что Ичиносэ сам мне встречу назначит. Но зачем? — Кто звонил? — поинтересовалась Кагомэ. — Никто, — соврал я. — Номером ошиблись.       Но под тяжёлым взглядом Ивамуры, пришлось сказать правду: — Судя по всему сам Ичиносэ назначил нам встречу на том же месте, что и в прошлый раз. Только вот зачем? — не понял я. — Не нравится мне это, — взволновано сказала Кагомэ. — Вдруг это ловушка. Может не пойдём? — А ты и не пойдешь, — ответил я, к её удивлению. — Пойду только я. — Это почему же? — возмутилась она. — Это моего отца касается, между прочим. Так что я вполне имею права всё знать. — Да как же ты не понимаешь, бака! (пер. с яп — глупый (ая)) — начал кричать я, вставляя японские ругательства, крепко обняв Кагомэ. — Если с тобой, что-нибудь случится, я же этого не переживу. Поэтому и не хочу подвергать тебя опасности. Я же люблю тебя больше всего на свете. — Я тоже тебя люблю, но позволь мне решать, что и как делать, — попросила она. — У нас ведь не средние века и какое-никакое равноправие у нас всё-таки есть. — Ладно. Тогда просто будь осторожна, пожалуйста, — попросил я. — Я всегда на стороже, — пояснила Кагомэ, посмотрев на часы. — Может не пойдёшь и сегодня в школу? К тому же первые два урока уже пропустил. Мне рядом с тобой гораздо спокойнее. — Ладно, — подумав, ответил я, не рискуя идти в школу ещё и по той причине, что столкнусь там с Химицу, людьми Джуна, японской разведкой и хрен пойми ещё кого, а этого сейчас мне бы не хотелось. — И чем планируешь заниматься до полуночи? — Ну есть один вариант, — задумалась она, лукаво улыбаясь. — Правда, заниматься надо вдвоём. — Прям весь день?! — удивился я «аппетитам» Кагомэ. — Может лучше сходим куда-нибудь? Например, в парк аттракционов. — Это я так понимаю официальное первое свидание? — подмигнула Ивамура. — Ну если хочешь, то да, свидание, — согласился я. — А то мы с тобой и правда никуда пока, кроме кино вместе и не ходили. И то в большой компании. — Ладно, — пожала плечами она. — Я тогда быстро переоденусь и пойдём.       И действительно, через пять минут Кагомэ уже стояла на выходе в своих привычных вещах: сером свитере, джинсах и кедах. Я же уже был готов заранее, поэтому только обул кроссовки и мы вдвоём направились в тот самый парк аттракционов, где я любил в своё время гулять вместе с Химицу в детстве вместе с родителями и хотели сходить совсем недавно сами, но тот уже был закрыт и мы тем самым попали в ресторан к Кагомэ, где узнали о её проблеме и не стали бы их решать. Как знать, может в другом случае мы бы попали в тот парк и не пошли бы гулять по набережной и не зашли бы в ресторан Кагомэ. И я бы по итогу всего этого, не осознал, как сильно люблю её. Настолько, что как в случае с Химицу, готов за неё жизнь отдать, если придётся. И это не аллегория или метафора, какая-то. А реальные вещи.       Сегодня днём в парке было пока не многолюдно. Оно и понятно: будний день, все учатся и работают. Поэтому в парке только старички, или совсем малыши вместе со своими родителями. Кагоме не на какие аттракционы идти не хотела, зато от сахарной ваты не отказалась, а также он снежного шара с миниатюрной Эйфелевой башни. — Ну как тебе тут, — спросил я, когда мы присели отдохнуть на лавочку, так как устали ходить. — Неплохо, — задумалась она поедая вату и смотря по сторонам. — Шумно правда немного. — Так ведь и должно быть, — пожал плечами я. — Иначе как ещё парк приманет новых клиентов, что оплатить кучу счетов на обслуживания всего парка.       Ивамура хотела ещё что-то ответить, но толпа орущих детей, не дали ей этого сделать. — Всё-таки детей я не очень люблю, — призналась Кагомэ посматривая на вопящую толпу детей. — Однако думаю, из меня выйдет неплохая мама. — Да просто лучшая, — тепло ответил я, обняв Ивамуру. — И потом у нас вся жизнь впереди. Успеем ещё своим детским садиком обзавестись.       Кагомэ нахмурилась. — Я вообще-то не курица наседка и не инкубатор, чтобы столько рожать! — буркнула она. — Как получится в итоге. Но своих детей я точно буду любить, — потом посмотрела на меня. — Мы будем любить. Если ты меня не бросишь, в случае набора лишнего веса после родов?       Я посмеялся и ещё крепче обнял её. — Бака. Да я никогда в жизни тебя не брошу и буду всегда защищать, чтобы не случилось, до последней капли крови, — поклялся я. — Ведь по сути если бы не ты, то я и не узнал бы насколько многогранный и интересный наш мир на самом деле. Всё у нас в итоге получится и будет хорошо. И мы непременно будем счастливей всех. Обещаю тебе. — Нико сан… какой же ты всё-таки хороший, — дрогнувшим голосом сказала Кагомэ. Но когда я погладил её по голове, Ивамура быстро успокоилась и просто спокойно лежала на моём плече слегка задремав. Я же хотел последовать её примеру, но только прикрыл глаза, как передо мной возник незнакомый парень в джинсах, футболке и пиджаке и уставился на меня. — Вы что-то хотели? — поинтересовался я. — Николай Анохин? — сухо спросил он. — Да. Это я. С кем имею честь?       Парень полез рукой во внутренний карман пиджака и внутри меня всё сжалось. Даже оружие гуля появилось само по себе, предчувствуя опасность (пришлось спрятать изменённую руку за спину, чтобы не привлекать внимания). Интересно, а какой калибр я способен остановить? Вдруг у него там какой-нибудь магнум последней модели, с которым можно на носорогов охотиться?       Однако мои опасения не подтвердились: вместо пистолета парень вытащим невзрачный приличных размеров конверт и отдал его мне: — Удачного дня, — пожелал он и быстро удалился, прежде я что-либо успел спросить.       Распаковав конверт, я увидел какие-то бумаги, с формулами, чертежами и расчетами, заверенные за подписью отца и мамы. Конечно в этом я ничего не понимал, но название Проект «Гуль 2.0» говорило само за себя. Значит это есть то что все так усердно ищут. И письмо от Ичиносэ, которое было вместе с чертежами, это только подтверждает. — «Николай, на меня вышли американские и японские спецслужбы, поэтому пришлось действовать быстро. Передаю тебе всё что у меня есть по проекту. То что обещал сохранить твоему отцу и сохранил. Надеюсь это поможет тебе и малышке Кагомэ в вашем нелёгком деле. Ещё раз прости за всё. Не ищи меня. Ваш общий друг Ичиносэ», — прочитал письмо я и призадумался.       Значит Ичиносэ знал, что за ним ведут слежку, раз так быстро смог сориентироваться. Что ж. Теперь у нас хоть что-то есть и это уже радует. Останется отдать всё это Ирине, она освободит отца Кагомэ и Джун от нас отстанет. Вроде бы всё легко и просто. Однако, всё как-то слишком гладко идёт. И это настораживает. Только вот проблема, кто же мне сегодня утром назначил встречу на том же месте сегодня в полночь. Кроме Ирины, никаких мыслей в голову не лезло. Но зачем, если я сказал, что сам её позвоню? Может у неё, что-то срочное? Надо будет её набрать, как придёт домой и лично обо всём спросить? Решив, что в парке мы как для всех, словно на ладони, я осторожно разбудил Ивамуру. Та неохотно открыла глаза, но увидев конверт, моментально проснулась, принимая вертикальное положение. — Откуда это у тебя? — ошарашено спросила она, просматривая бумаги, словно что-то в них понимала. — Почтальон, только что принёс, — честно ответил я. — А также письмо от Ичиносэ. — Я передал ей сложенный вдвое тетрадный листок.       Ивамура прочитала письмо. — Теперь, когда у нас всё есть, ты можешь связаться с этой Ириной, передать ей бумаги и папа снова будет на свободе, — обрадовалась она, но я не спешил веселиться. — Что-то тут всё уж больно гладко идёт и мне это не нравится, — признал я. — Всё равно чую какой-то подвох. Кто же тогда мне звонил по телефону и сказал пароль Ичиносэ, которого по сути никто не мог знать? Так что сегодня в полночь я пойду на эту встречу один, если с Ириной не получится связаться. — Но… — хотела возразить Кагоме, но я остановил её. — Никаких «но» Ивамура. Я просто не могу тобой так рисковать и не хочу, чтобы ты пострадала из-за меня. Я себе этого не прощу. Так что если с КГБ не будет связи, то вероятней это и были они. Наверное не найдя у Ичиносэ ничего ценного, они просто узнали у него пароль и таким образом связались со мной. — Но зачем тогда ему передавать тебе эти документы, тогда как он мог просто отдать их КГБ и на этом всё, — не понимала Кагомэ. — Тогда получается, что это могли быть не СССР, а например японская разведка (ты сам говорил, что отец Химицу разведчик под прикрытием), либо кто-то из людей Джуна, либо ещё не пойми кто. — Действительно, — задумался я. — Но документы, главное у нас, осталось лишь договориться с Ириной о встрече, она вернёт тебе отца, заберёт эти документы и мы снова будем жить, как раньше. Даже ещё лучше. — Тогда нам наверное лучше пойти домой, так как звонить из телефона автомата, мне кажется, не разумно, — предложила она. — Нас может кто-нибудь услышать просто проходя мимо.       Я кивнул, и мы засобирались домой, чтобы уже там, назначить Ирине встречу по телефону. Правда в тот момент я явно ощущал, что за нами теперь точно кто-то следит. Правда понять кто это: японцы, СССР, американцы или ещё кто, я понятия не имел. Однако, только придя домой, я ощутил некую нервозность в воздухе, словно что-то не так. — Постой пока здесь, я схожу проверю, всё ли в порядке, — шепнул на ухо Кагомэ я. Она решительно покачала головой. — Это не просьба, а требование. Спрячься где-нибудь, пока я тебя не позову, договорились?       Кагомэ крепко взяла меня за руку. — Я с тобой пойду, — твердо, но тихо сказала она. — Ладно, — сдался я. — Только прошу, пожалуйста, будь осторожна.       Она кивнула, и мы осторожно вошли в дом. Где всё было как обычно, только вот откуда-то дул сквозняк, хотя я вроде бы закрывал окна. А значит либо Мориюки сану стало жарко, либо кто-то пробрался в дом, через сад. Это же не сулило ничего хорошего. Я шёл впереди, а Ивамура чуть позади меня. Дверь на кухню была закрыта и сквозняк дул оттуда. Давно собирался заделать эту дыру в заборе, да всё необходимости не было. А когда наступила, то уже поздно. Открыв дверь мы вошли и увидели, что за столом сидит парень, примерно моего возраста, в дешёвом костюмчике, ничем не примечательной внешности, разве что его запах выдавал в этом незваном госте вампира. Интересно, кто он и что ему надо? — А вы долго, — ответил в пространство незнакомец. — Я давно вас тут жду. — Ты кто вообще, и что тебе надо?! — твёрдо спросил я, призывая оружие гулей. Кагомэ сделала то же самое. — Моё имя вам ничего не скажет, а пришёл я сюда, по поручению господина Джуна. За нужными ему документами, — он посмотрел на Ивамуру. — Ну и за его внучкой в том числе. — Ничего не понимаю, — честно ответил я, переводя взгляд с Ивамуры, которая потупила взгляд, на незнакомца. — Так Кагомэ тоже внучка владельца самой большой корпорации Японии? Как это может быть? — Нико сан, дело в том, что моя мама — внебрачная дочь Кобаяши Джуна. Она мне сама об этом перед смертью рассказала и показывала своё свидетельство о рождении. Где в графе отец был именно Джун, — призналась Кагомэ. — Прости, что не сказала тебе сразу. — Давайте вы свои проблемы потом порешаете, — прервал её наёмник корпорации. — У меня времени мало. Так что или документы вместе с ней пойдут со мной по доброй воле. Или придётся применить силу. Вряд ли этот парень обладал достаточной мышечной массой, но учесть что он отрастил себе длинные когти и клыки, уже было понятно, что он настроен серьёзно. Но и мы с Ивамурой не были настроены сдаваться без борьбы, думая, что вдвоём сможем с ним справиться. Однако, вампирёныш свистнул и в дом вошли ещё пятеро его подельников, что уже делало силы не равными. — В общем я возьму на себя пятерых, а ты одного, — шепнул я Кагомэ. — Это ещё почему? — возмутилась она. — Потому что я слабый пол? Знаешь тогда что милый мой…       Но договорить она не успела, так как двое из этой шайки бандитов просто выкинули нас во двор и наши кагуне исчезли. Один из членов банды даже умудрился схватить Кагомэ сзади, но тут же поплатился за это: она призвала своё красное крыло, которое разрезало нападавшего вампира пополам. Разделившись на две равные части, вначале он обрызгал всех своей кровью, а потом рассыпался в прах. Увидев смерть своего члена по банде, остальным это видимо только прибавило ярости и они, врубив режим берсерка, стали нападать с удвоенной скоростью. Но нас с Ивамурой это не остановило: мы с ней ловко уворачивались от их атак, не забывая ударять в ответ. И как результат, ещё парочка бандитов просто лишились головы, снова забрызгав мне весь сад. И только я было подумал, что мы побеждаем, как вдруг главарь шайки отрастил себе перепончатые крылья, схватил меня за шиворот и поднял высоко над городом. Почти под самые облака. Где я уже начал задыхаться от нехватки воздуха и подумал, что мне пришёл настоящий конец и я даже ощутил что начинаю падать вниз. Но меня вновь подхватили на подлёте к Земле, а после приземления аккуратно положили на землю. Я даже смог рассмотреть того кто пришёл нам на помощь: это был Айзек с Майей, которые помогали нам отбиться от толпы врагов, легко и быстро расправляясь с ними. Когда же их главарь остался один, то трусливо сбежал с поля боя. Я же на время отрубился, от временной нехватки кислорода.       Очнулся лежав в своей кровати, рядом сидела Ивамура, держа меня за руку и с трудом сдерживая слёзы, причитая при этом: — Прости меня, милый мой, родной, любимый. Прости, что не сообщила всей этой информации раньше. Может тогда никто бы и не пострадал. — Мне не за что тебя прощать, — ответил я придя в себя окончательно. Чему Ивамура очень обрадовалась, начав обнимать и целовать меня, что я в итоге жив. Когда же эйфория отступила, я повторил: — Не за что тебя прощать, так как ты ни в чём не виновата. Я мог бы и сам всё спросить. Лучше скажи: твой второй дедушка, Мориюки-сан, он… — С ним всё хорошо, — успокоила меня Кагоме. — Он просто снова в префектуру ходил, утрясти какие-то бюрократические дела и только недавно пришёл. — А Айзек и Май? — Они сейчас втроём сидят на кухне, чай пьют. — Тогда раз они все заняты, может мы… немного пошалим? — подмигнул Ивамуре я. — Да ты что? А вдруг услышит, кто-нибудь? — Ну а мы тихонько. Просто ты такая сексуальная, в порыве сражения была. — Нет Нико сан, — отказалась Кагомэ. — Давай вечером, когда все уйдут и дедушка ляжет спать. Ты пока что лежи, а я тебе чаю принесу. — Да ладно. Мне уже вполне хорошо, — сообщил я. — Так что я сам сейчас выйду, не переживай.       Посидев немного за чашкой чая и поблагодарив наших спасителей, за своевременную помощь, и когда дедушка Кагомэ снова уснул под телевизор, а мы с Ивамурой, Айзеком и Май уединились в моей комнате, чтобы распланировать то, что нам делать дальше. К тому же мы с Ивамурой рассказали всё, что им не было известно, посвятив в курс дела. — Ну дела… — протянул Айзек, сидя на стуле, рядом с Майей, пока я с Кагомэ уселись на кровати. — Всегда казалось, что у Джуна только одна внучка. Про вторую он никогда нигде не говорил. — Интересно только почему? — включилась в разговор Май. — Потому что внебрачная дочь попросту может… могла навредить его головокружительной карьере в его бизнесе, — дополнил я, смотря на молчаливую Кагомэ. — И если был бы подтверждён факт измены, то его нынешняя жена, оставила бы Джуна с голым задом, — вставила слово Ивамура. — А мне казалось, что он сам всего добился и сам умудрился построить свою мега корпорацию, — задумался я. — Может и сам, но на чужие деньги, — дополнила Кагомэ. — Которые ему всегда были важнее внебрачной дочери, а уж тем более своей второй внучки. У него же есть его Элизабет, — она скривила недовольную мину. — Мисс «само совершенство». И он во всём ей потакает. Даже не препятствует её тяге к наркоте.       От этой новости удивился только я. Видимо остальные знали об этой маленькой слабости «королевы школы». — Главное теперь — какой у вас план? — спросил Айзек, а Май кивнула. — Не думаю, что эти подонки так просто отступят. Могут прийти новые, куда хуже и злее предыдущих.       Я вспомнил мрачного Кагемару, с его желанием убивать, которое можно заметить по его взгляду и невольно поёжился. С ним у нас даже вчетвером шансов выжить никаких. — Наверное, как и раньше, — подумав ответил я. — Отдать документы Ирине, она освободит отца Ивамуры и защитит нас от Джуна. — В теории то всё просто, но в жизни есть множество факторов, которые эти планы кардинально меняют, — подметила Май. — В эволюции живых организмов примерно также: всё может идти плавно и не спеша, пока что-нибудь не повлияет на их развитие. Тогда начинаются разнообразные изменения и мутации. — Возможно, таким образом, когда-то давно и появились вампиры, а также гули, — предположила Ивамура. — Возможно, — кивнула Май. — В любом случае лучше начать всё это делать с рассветом, — предложил я. — Потому что ночью хорошие дела не делаются. — Ладно, тогда, — Айзек и Май встали. — Мы пойдём. Если что зовите, мы услышим. — Как услышали сегодня, когда на нас эти упыри напали? — предположила Ивамура. Они кивнули. — На самом деле — это и были упыри. Низший класс вампиров. Они слабее остальных, зато их больше и они практически лишены собственной воли. Иначе говоря, ими проще манипулировать, — пояснила Май. — Понятно, — кивнул я. — Спасибо за информацию. Учтём.       Обнявшись с ними на прощание, мы с Ивамурой наконец остались наедине и сделали, то, что хотели сделать час назад, а именно в очередной раз занялись сексом. Чтобы расслабится и снять напряжение за весь прошедший безумный день. И уже засыпая в объятьях друг друга я наконец подумал о чём-то добром и светлом. О том что вскоре всё у нас с Кагомэ будет хорошо… Должно быть так, по крайней мере. А то, сколько ещё можно, а?!