Твоё нежное безумие

Очередная ав, очередное разрушение. Очередной бой. Казалось бы: все как всегда, однако кое-что насторожило Глюка: Инк пришел позже обычного. С художником было что-то не так, будто устал от всего этого. — Эррор, сколько можно все разрушать?! — Сколько хочу, столько и буду рушить, а ты не мешай мне делать мою работу, мудила радужный! - Обижаешь - Спустя пару ловких ударов кистью глючный был связан и отправлен в анти-пустоту, куда и сам Инк скоро переместился. — Теббббе еще огресттти хочется?! — Голос Ошибки очень глючил — Хммм… Не-а) — В руке оказался флакон с краской. Но это был не красный… Розовый… Вот бутылка была полустошена и возвращена на свое место. — Ч-черт… Не та краска… Тепло мягко расходилось по телу. Шею приятно жгло. Художник пытался отплевываться, но краска уже полностью проникла в организм. — Что? Ты о чем вообще?! — заметив замутненный взгляд художника ошибка с трудом поднялся на ноги и начал отходить, ему не повезло, так как цепи сковывали руки и нормально побежать не вышло бы. Художник подошел и мягко коснулся рукой плеча глючного, после чего легкой манипуляцией снял цепи. Глючный не успел понять что произошло, как он уже лежал на полу анти-пустоты, а художник устроился на тазе нижнего. — Инк, черт возьми! Спупупустись с…- Эррор не успел закончить фразу, как его заткнули поцелуем. Оши было приоткрыл рот что бы возмутиться, как художник проник своим юрким язычком в новую местность. Эррор стал пинаться и бить художника руками, однако их быстро заблокировали, а ноги были прижаты к полу художником. Как? Тот нехотя отодвинулся чуть назад, не разрывая поцелуя. Скоро воздух стал заканчиваться и рот глючного был освобождён. — Ты что, совсем конченый?! — Глючный яростно матерился и дергался, пытаясь вырваться. "Насильнику" нужны были обе руки, так что подтянув к себе оставленную рядом Бруми, тот провел по кистям рук Эррора и скоро краска стала цепкой ловушкой. - Черт возьмммми, оставь меня в покккое! Его не слушали. Художник запустил руки под майку глючного, всячески лаская тело, поглаживая и слегка надавливая. Как бы того не хотел сам Эррор, тело поддавалось и будто на зло с большим желанием откликалось на ласку. - Инк, приди в себя, мудилень! Отпусти меня! Эта ситуация уже не только раздражала, но и смущала. Взывать к разуму, затуманенному краской было бесполезно, и Оши это знал, так что он просто закрыл глаза и отвернулся от Инка. - Ну тихо, тихо. Это ведь даже не все~ Художник потянулся к ключицам лежащего. Дыхание его было сбито, сам же он еле понимал что происходит. Резкая боль пронзила кожу. Инк вцепился зубами в ключицу Эррора и похоже прокусил кожу. Оши зашипел от колчщей боли. Художник, как бы извиняясь стал зализывать рану. - Перестань уже! Хватит! Пожалуйста! Отстранившись художник буквально сорвал майку с глючного и начал целовать напряженное тело. Художник прижал глючного к себе и затянул в поцелуй, желая получить ответ, коего не последовало. - Ну, Оши, ну помоги же мне, я ведь не прошу ничего больше) - Нет! Ты совсем безумец? - Безумие? Хммм... - Отстранившись и сев в полный рост на промежности глюче тот сделал вид что думает, после чего хихикнул. - Ну нет, быть того не может) Это были последние здравые мысли, что были произнесены в рамках ближайшего времени. Художник резко "упал" на глюка и вцепился в шею оставляя засос. Из горла глючного вырвался стон переходящий в шипение. Художник начал одной рукой поглаживать промежность Оши, а другой постепенно снимать с себя одежду. Спустя немного времени художник стал стягивать с оши шорты, а за ними и боксёры. Оши уже не дергался, а скорее просто немо молил о том, чтоб это закончилось как можно скорее. Бросив взгляд на орган глюка, художник взял его в рот и стал немного двигаться. Эррор тихо мычал стараясь не думать о происходящем, хотя в какой-то степени ему это нравилось. Может быть он в какой-то мере хотел этого? Может да... А может и нет... А может хрен его знает? В любом случае разум его в какой то момент отключился (что очевидно было не очень хорошо для самого глюче) и тот погрузился в ощущения. Наконец освободив свой рот, художник вдохнул поглубже, что насторожило лежащего. Стянув с себя остатки одежды художник придвинулся и медленно стал насаживаться на чужой член. Громко простонав тот полностью сел и дав себе немного привыкнуть стал двигаться. Эррор тихо постанывал от ощущений и помогал как мог. Художник откинул голову назад от удовольствия. Он стонал и выгнал спину до хруста. Ему хотелось больше. Ощущения поглощали, довали волю чувствам. Казалось, что гаптофобии больше нет... Казалось что больше нет вражды между ними. Казалось, будто это должно длиться вечно. Однако... Любой сказке рано или поздно приходит конец. Скоро глючный кончил. Художник поднялся и упал рядом. Наконец руки Оши получили свободу, но было уже поздно и совсем не до этого. Эти двое так и заснули на полу анти-пустоты. С этого случая прошло уже много времени. Они поклялись никогда не говорить об этом, хотя их общение уже никогда не станет прежним, они все еще враги.