я просто хочу домой

Джек озлобленно фыркнул, смотря на меня. его неприязнь почувствалась, едва мы впервые перккинулись взглядами. и не сказал бы, что я сам был прям шибко дружелюбным, но едва дверь за моей спиной захлопнулась, к горлу подкатил ком обиды и злости. неужели я правда этого всего заслуживаю? сегодня, во время разведки, от львиной доли моего отряда осталась только кровавая каша перемолотых органов. я же отделался лёгкими ссадинами, и сильно ушиб руку. моё тело закрыл собой Хиро. Хиро… какой же ты идиот. и ладно, что выжил. я ненавижу его этот альтруизм. даже если он может залечить все свои раны, это все равно оставляет на его здоровье неизгладимый след. такими темпами этот идиот и до двадцати своих годов не доживёт и загнется. как он не понимает?.. только что я отчитал своего брата за безрассудный поступок. сказал, что он должен думать о себе. это его всегда злит. он ненавидит нравоучения. сказал, что бы я убирался. я ушёл, только потому что в его комнату пришли заселять нового жильца… Джек Хаос. его досье попало мне в руки прямо от Микеля, и я правда понятия не имею, как он принял человека с фотографией Флаттершай в профиле в досье. Микелю можно верить, но иногда совсем не хочется. Сопротивление существует уже около трех лет. здание по прежнему не в самом лучшем состоянии, но его расположение слишком хорошо подошло для укрытия, а ремонт обойдётся очень дорого. у Микеля, может, денег и хватит, но сдать наше положение посторонним лицам будет не простительно. так что он сам закупает все материалы, ищет добровольцев в Сопротивлении, и они чинят здание своими силами. на самом деле, здесь довльно уютно, есть отопление, вода. Микель может не спать несколько ночей и работать сутками напролет, что бы создать комфортные условия и успеть уложиться в, казалось бы, непосильные обычным людям сроки… я постарался расслабиться. нервничать не стоило, да и срываться на брате я правда не хотел. ненавижу его обижать. я спустился на первый этаж и вышел с торца на крыльцо. на улице валил снег, он огромными хлопьями падал на мягкие сугробы. фонари тут не светили, но за то время, пока я шёл по мрачному этажу, глаза привыкли к темноте, и я был уверен, что не споткнусь о ступеньку, и все будет хорошо. зажав тонкую сигарету в губах, я достал зажигалку и поджёг её, неторопливо втягивая дым лёгкими. в пару лёгких шагов я спустился вниз по небольшой лестнице, которая заменяла всем парадный вход, и встав на мягкую землю, развернулся спиной к сугробу и упал. просто упал в снег. холодно. шапки на мне не было, так что я почти сразу почувствал, как ледяная сырость коснулась затылка, просачиваясь водой сквозь чёрные, как смог, но с проседью, кудри. это было моей терапией долгие года — и куда лучший вариант, чем напиться вусмерть, или снова переспать с Крис, которой так не хватает любви. я так ненавидел это все, а от того, насколко паршивым выдался этот день, ненависть становилась лишь сильнее, и потихоньку продолжала сжирать меня изнутри. снег словно впитывал все мои проблемы, или растворял их в белой сигаретной дымке, поднимавшейся в темно-синее, сумеречное небо. только сейчас я смог успокоить свои мысли и расслабиться, стало так спокойно. тихо. вобще ничего. сердце свое не слышу, вобще ничего не слышу. только снег под спиной слегка похрустывает, когда грудь вздымается, если я вдыхаю. люблю этот звук. я так и лежал, сложив руки на груди, словно покойник. лежал, сигарета уже истлела, а я все не вставал. лежал и ловил снежинки языком. больше ничего не хотелось. совсем ничего. я не сдвинулся с места и тогда, когда услышал как хлопнула входная дверь. шаги. в следующий миг я увидел знакомое, нежное лицо, на которое спадали пепельно-белые волосы, такое мягкое и мужественное одновременно. Микель улыбнулся, смотря на меня. -чего лежишь здесь? простынешь так. поднимайся, давай. и протянул мне руку. я нехотя взял её, и встал, почувствовав, как на самом деле сильно замерз. на улице, наверное, градусов минус десять, не меньше… -устал смертельно. парень осторожно смахивал снег с моих плеч. -сходи поспи. не надо в снегу валяться. -блять, да не могу я так! я резко оттолкнул его, отчего не удержав равновесия, ангел упал назад, в снег. он зажмурился, немного испугался. мне резко стало тяжело дышать. -потому что это моя вина? моя. я… я медленно сел на холодную, заснеженную землю. Микель же молча слушал меня и не перебивал, и он не злился совсем, на его лице было… сочувствие? сожаление? он хоть и был ужасно эмпатичным, плохо выражал такие эмоции. -… я очень сожалею, что подверг их такой опастности. столько демонов погибло… -… Хару, это не твоя вина. я тут же перебил его. -ты не понимаешь? они погибли из-за моей тупой ошибки! просто не. и в ответ, он поступил точно так же. он выпрямился, стряхивая с волос снег, и голос стал его таким уверенным, и немного грубым, внушающим. -нет. Хару, я знаю как ты старался. не вини себя. все допускают ошибки, но то, что случилось, не твоя вина. они всё равно погибли бы. -… тогда что насчёт Хиро? ангел лишь сильнее нахмурился, старательно подбирая слова. наверное, он уже замёрз так сидеть… но не торопится подниматься. -Хиро упрямый. и ты упрямый. вы два барана, понимаешь? его нельзя было бы переубедить. -… а… твой контракт.? … стоило ли спрашивать? он немного грустно нахмурился, а после улыбнулся. -это крайние меры. я не хочу с ним поступать так. -… хорошо. я понял тебя. — в какой то момент, я заметил, что мы стали говорить совсем тихо. — давай вернёмся, будет плохо, если ты простудишься. -мгм, ты прав. пошли. он как всегда резво встал, стряхивая снег, и протянул мне руку.