До твоего сердца — пять остановок

Не сказать, что Ванцзи избегает встреч с людьми (хотя в большинстве случаев так и происходит). Просто Лань Чжань — слишком должностное лицо, чтобы ездить по общественным транспортам. Он не любит лишний раз прикасаться к людям, а тем более — дышать бензином и стоять в духоте, возможно, вплотную прижатым кем-то к стеклу. Ему не нужно было никогда ожидать ухода назойливого человека, потому что он сам скроется, лишь издали увидев холодное равнодушие в его глазах; никогда не нужно было притворяться белоснежным кроликом, чтобы кто-то в него влюбился до безумия — это происходило без его явного как и согласия, так и отрицания. — Я не хочу заводить отношения, дядя. Я полностью погружусь в карьеру, — ровно произносит Ванцзи под лёгкие кивки со стороны старшего Ланя. Цижэнь не был против решения своего племянника — коли хочет, пусть делает. Он бы не стал сомневаться в перспективных решениях столь образцового и дисциплинированного ученика. И Лань Чжань тоже придерживался этого мнения. Но лишь один блеск серых глаз заставил его подумать об обратном. Это началось два месяца назад. *** Слишком легко приобрести собственный транспорт, чтобы не лицезреть — иногда непристойных — людей в маршрутках. И слишком тяжело избавиться от зависимости к постоянному передвижению в одиночестве. В этот день случилось, пожалуй, самое непридвиденное событие — машина Лань Ванцзи, что с таким трепетом хранил ее чистоту и неповреждённость, оказалась в неотложном ремонте. Да что там, даже на пару дней! И все из-за какой-то молодой девушки, не до конца научившейся ездить на дорогах. Что ж, Лань Чжань ее не осуждает — всё-таки первый опыт. И денег на ремонт тоже не попросил: ее машина пострадала куда больше, чем его. Но всё же неприятный осадок на душе остался, сравнимый только с глубоким непросветным клеймом: как он теперь будет добираться до дома? Дело в том, что университет в Гусу находился на приличном расстоянии от родного дома семейства Ланей. Потребность просить брата отвезти его в училище сразу отпала — как только Лань Чжань немного заработал, сумел сам найти и купить неплохую машину. Ездить в автобусах не приходилось даже больше, чем все вышеперечисленное вместе взятое. Ванцзи наотрез отказывался кататься на них, даже на самых престижных. Но кто такая судьба, чтобы не сыграть даже с ним безобидную шутку? Лань Чжань томно вздыхает, находясь на самой близкой автобусной остановке и ждёт. Чуда, на крайний случай. Чтобы все оказалось не взаправду, и на парковке стояла целая и невредимая машина, излучающая блеск одним своим видом. Только вот последнего не оказалось, но зато приехал целый вагон пассажиров. — Осторожно, двери закрываются, — дикторский голос резко бьёт по ушам и беспристрастная физиономия парня преобретает куда более тяжёлый оттенок. — Следующая остановка… Ванцзи проходит вглубь населенной маршрутки и садится на самое неприметное сиденье. В это утро все пошло наперекосяк: любимый завтрак получился подгорелым, прекрасные хлопья — отравленными скисшем молоком, дорогая сердцу рубашка, на которую нечаянно пролили остаток горького кофе, безнадежно отправлена в стирку, а будильник прозвенел на час позже. Перечислять всё было бы слишком долго, но суть все равно уловимая. У судьбы даже слишком (без)обидные шутки. За полированным стеклом открывается привычный, неестественно городской вид. В такую рань многие нормальные люди либо спят, либо готовятся к полноценному трудовому дню. Вторым типом был, соответственно, Лань Чжань. Внезапно юноша чувствует на себе многочисленные взгляды и, прежде чем в немом раздражении закрыть их до пункта назначения, его взгляд цепляет алая лента. — Да-да, бэнто свое я уже приготовил и точно не буду голодать! О, вправду? Семена лотоса? Этих фраз было достаточно, чтобы недоступное сердце обдалось жаром раз десять. Голос принадлежал стройному парню, болтающий с кем-то по телефону. «Дзинь—дзинь» — брелок с двумя кроликами покачивался в темпе скорости автобуса. Кажется, юноша почувствовал на себе пристальный взгляд и оттого развернулся к смотрящему. Ванцзи в смятении, перемешанном с многими неизвестными ему чувствами, отворачивает взор. Неприлично все же. Но через пару секунд поворачивает обратно: словно на него невозможно было впиваться взглядом, но и не смотреть было нельзя. Переживаемый этим неожиданным выплеском эмоций, Лань Чжань хотел было приложить ладонь ко лбу — убедиться, нет ли нахлынувшего жара — но быстро же отмел эту идею прочь. После некоторого — продолжительного — времени парень все же преодолел противоречивые чувства и вновь обратил взгляд к тому месту: увы, но (симпатичный) юноша скрылся в снуюшейся толпе и шмыгнул из автобуса. Впрочем, ему же все равно нет до него дела? Ванзци тяжело вздохнул и вышел на следующей остановке. *** — Что-то стряслось? — в светлых янтарных глазах царило непонимание. — Куда спешишь? — Мне нужно не опоздать на автобус, — в смятении произнес Ванцзи и выбежал из дома, на ходу прихватив свою школьную сумку. Удивление старшего Ланя было вполне обоснованным — Лань Чжань не удосужился рассказать о своей внезапной проблеме, чтобы не заморачивать брата. Он и так ему слишком много должен. На миг показалось, что уголки губ старшего брата дрогнули. Но Лань Чжань отмахнулся от всех мыслей, ведь как ни крути — только Сичень мог догадаться, что на душе у первого, а не наоброт. Итак, сегодня вновь было солнечно, но большое количество пассажиров на месте не обнаружилось. «Я спятил», — размышляет юноша, протискиваясь на коронное место, но чуть ли не закатывает глаза, когда обнаруживает там маленькую девочку с леденцом. С нечитаемым выражением лица Ванцзи остался стоять и держаться за поручень. Но даже эта маленькая неприятность оказалась ничем по сравнению с неожиданным порывом сердца: болтливого студента не оказалось. Впрочем, Лань Чжань ничего толком не успел рассмотреть, лишь роскошные вьющиеся локоны волос, спадающие с плеч. Выразительный голос, сравнимый только с переливающимся ручейком в знойный день. Телефон цвета маджента и пара забавных кроликов в виде брелка. Серый отблеск глаз, с отливом темно-фиолетового, и судя по телефонному разговору, тот любил семена лотоса — это лишь малый список того, что заприметил зоркий глаз Ванцзи. Все происходящее этим утром, к всеобщему удивлению, оказалось удачным стечением обстоятельств — через пару минут на месте оказался тот самый парень с кроваво-красной лентой. Только студент, судя по внешнему виду, прошагал мимо его носа и устроился почти на передних сидениях. В руках не оказалось смартфона, но зато теперь стройные пальцы держали страницы сборника правил приличия. Не зная отчего, Ванцзи сначала обрадовался — хорошее совпадение, не так ли? Образцовый ученик заинтересовался каким-то парнем, а тот, в свою очередь, изучал сборник правил и теорем! Но не долго душа Ланя радовалась. Изредка незнакомец заливался несдержимым смехом, будто он читает не строгий учебник, а комиксы по отдаленным вселенным. В сердце зародились какие-то подозрения, Лань Чжань даже немного поддался вперёд, чтобы разузнать правду. Зрачки легко сузились. Этот парень, оказывается, все это время был погружен не в тему дисциплин, не в ожесточенные правила приличия, даже не в учебник по стандартному предмету! Этот негодник — Ванцзи честно не знал уже в каком ключе о нем думать — заменил страницы о неизменных правилах мангой в жанре боевика! Да не простого, а с откровенными элементами между двумя парнями. (Возможно, там были и девушки, но теперь не ему об этом рассуждать). Лань Чжань в оцепенении вернулся на прежнее место и опустил взгляд в пол. Слишком неожиданный поворот. От долгих дум его прервал телефонный звонок, Ванцзи, не видя, сразу нажал сброс. Долгое пребывание в душном месте вызвало лёгкое головокружение, но интерес, и в некотором роде азарт, взяли вверх. Юноша выглянул из-под опущенных ресниц на школьную сумку парня — увы, тот успел прикрыть большую часть своей рукой, пускай и без злого умысла. Бровь невольно изогнулась. — Этот парень такой красавчик! — в голосе прозвучала потаенная насмешка. Только вот для кого, Ванзци так и не разобрал. — Красавчик… — невзначай протянул Лань Чжань, но быстро развернулся к окну, скрываясь от нечитаемого взгляда напротив. На следующей остановке, как и в прошлый раз, юноша вышел первым. *** — Ханьгуан-цзюнь! — двое юношей, готовые выполнять любое задание с уважением смотрели на него снизу-вверх. — Переписывание правил стоя на руках, — непреклонно повторил Ванзци и вышел из учебного класса. Рядом все время стоял улыбающийся Сичэнь, однако, невинная улыбка вовсе не казалась такой безоблачной. — Такое решение Ханьгуан-цзюня, я с этим поделать ничего не могу, — он пожал плечами. Юные адепты лишь с грустью покачали головами и устремили свои взгляды в горы учебников. *** В это утро, как и во все остальные Ванцзи накинул школьную сумку, и, не размышляя, достал белоснежную ветровку. Синоптики обещали жару, а вот интуиция Ланя подсказывала скорое разоблачение. Минуло полмесяца с момента их встречи (если ее таковой можно назвать), но юноша не предпринимал попыток сблизиться. То ли ему было достаточно просто наблюдать, то ли зародившаяся в душе робость дала о себе знать. Двери маршрутки захлопнулись, транспорт сдвинулся с места. Обычные пассажиры ничем не привлекали взор янтарных глаз, Лань Чжань сразу решил, чтобы не терять времени, заняться поисками симпатичного юноши. И не прогадал: скоро студент увидел того, но в окружении какого-то нового лица. Прилежная форма, на верхнем кармане пиджака вышитый узор универстита «Юньмэн Цзян». Небольшой пучок и вплетенные в него по обеим сторонам косы — кажется, он его раньше видел вместе с братом. Но вот только где? В кофейне? Даже звучит глупо и недосягаемо. Тем временем двое парней вели бурный переговор, и ни один не хотел отступать, высказывая мнение и выставляя аргументы. Кончики губ Ванцзи слегка поднялись вверх: было забавно смотреть на такое поведение бесстыдника — иного определения быть не могло — однако Лань Чжань вскоре сумел вернуть беспристрастный вид. Их пылающая беседа продолжалась недолго — весь запал разрушила обезоруживабщая улыбка незнакомца и лёгкое похлопывание по плечу по его же инциативе. Чтобы не спалиться в такой момент, юноша переключил внимание на другую вещь. Держа в руках книгу, Ванцзи сделал вид читающего человека. Будто ему вовсе нет дела до остальных. Подозревал, что в игре со стороны зрителя, несомнено, одержит победу. Как внезапно незнакомец кокетливо подмигнул ему и вышел прочь. Кажется, он проиграл. *** Кончики пальцев невесомо касаются струн музыкального инструмента, чуть оттягивают их и возвращаются к началу. На некоторых подушечках пальцев появились свежие царапины — их сразу скрыли за непросветным слоем пластыря. — Неплохо, неплохо, — Цижэнь слегка поглаживает свою щетину и размеренно кивает. Не зная отчего, Ванцзи захотелось сбежать из музыкального класса как можно скорее. — Ты превзошел всех. Никто из прочих студентов даже не поморщился для вида — Ханьгуан-цзюнь всегда будет на первом месте, покуда с ним не случится великое несчастье или на землю не упадет метеорит. Поэтому ученики придумали иной способ похвастаться — каждый, кто второй по списку лучших, автоматически становится первым, не считая Лань Чжаня. Ведь он всегда будет на призовом месте, потому все единогласно решили «убрать» того из списка, оставив всех «неспособных». Однако следующая секунда изменила все представленные — игра Ванцзи, столь безупречная в юном возрасте, резко оборвалась, не дойдя до середины. На физиономии учителя заиграли самые пестрые краски, впрочем, на остальных лицах тоже. Только что Ханьгуан-цзюнь неверно сыграл ноту! И ладно бы, если незаметно: даже глухой услышал бы противный звук режащегося по ушам металла. «Тихо», — приказал преподаватель холодным тоном, пускай и сам сначала покраснел, а после позеленел, и по новой. — Выйди, сходи в медпункт, — иного решения не оставалось. Кто бы мог подумать, что Ванцзи не оправдал желания дядюшки из-за постоянных мыслей о незнакомом человеке, а никак не от переутомления? — Класс, сидеть смирно. За каждый шепот будет неоспоримое наказание двух часов переписывание правил, стоя на руках. В кабинете образовалась тишина. «Фьють» — Лань Чжань буквально вылетел из класса, только школьная сумка колыхнулась от порыва ветра. Казалось, он специально подстроил небольшое шоу, чтобы ступить прочь из класса. Но Ванцзи мог с лёгкостью спустить все на очередную неудачу — с самого начала месяца, после небольшой слежки за тем парнем, у него появлялось все больше новых проблем. Завтраки теперь готовить он не ручался (хорошо, что всегда есть заботливый брат), что до поздних занятий — он стал чаще засыпать на уроках, отменять репетиторов. Словно вся жизнь шла под откос. Но в тоже время избавляла его от ненужных забот. Лань Чжань вышел из универстита, передние боковые пряди чуть поднялись в воздухе. Ни о каком походе в медпункт даже речи не шло — лучше привести себя в порядок, чем продолжать все это. Лучше просто заработать амнезию, чем начинать попытки забыть все с начала. В янтарных глазах до последнего отражалось раздражение. Юноша больше всего злился на себя, что позволил себе вот так вот совершать ошибки на ровном месте. Злился из-за того, что умалчивает законченный ремонт дорогостоящей машины, продолжая ездить в маршрутках. И, наконец, злился на безмерный порыв непонятных чувств, что с головой затянули в неописуемый поворот, и черт знает, как оттуда выбираться самостоятельно. Ванцзи решил не заострять внимание на окружающих, с кислой миной прошагав пару ступенек. Если он найдет этого парня, то непременно убьет его! Придушит собственными руками, которыми позволил единожды докоснуться до плеча, а потом будет жить с ним в огромном загородном доме, с пятью кроликами и парочкой новой мебели, и… Непременно сначала его побьет. Хотя бы за свою пострадавшую честь «Ханьгуан-цзюня». Солнечные лучи трепетно опаляли кожу, юноша слегка жмурился от ослепительного света, но по прежнему неподвижно ожидал маршрутки. И не прогадал — ровно через минуту подъехал почти пустой автобус, двери приветливо раскрылись. Ванцзи ступил в салон и проделал то, что и весь этот месяц. Кажется, что водитель его запомнил: широко улыбнулся и помахал рукой студенту. Лань Чжань лишь кивнул на приветствие. На самом деле, Ханьгуан-цзюнь хотел доехать до дома, погруженный в свои мысли, разобраться, в конце-концов, что с ним происходит. Но лишь завидев краешек черного пиджака с красным отливом юноша понял: он этого сделать не сможет. В этот раз незнакомец был не один — его сопровождал парень, одетый в повседневный вид и, кажется, одеждой был вовсе не из его университета. Ванцзи уже видел объекта наблюдения с кем-то другим; теперь же ему на смену быстро нашелся новый незнакомый человек. Не-сюн — как тот того называл — размахивал веером, которого обычно не так встретишь в обычной жизни. «Все его друзья удивительны» — Лань Чжань лишь пожал плечами. — Мне на днях понравился один молодой человек, — ни с того ни с сего начал вуалировать юноша. — Знаешь такого? Высокий, постоянно носит опрятную одежду, смотрит на всех прожигательным взглядом, носит налобную ленту Гусу… Такой тип парней меня, очевидно, привлекает. Если Ванцзи сначала не говорил из-за ненадобности, то сейчас он и вовсе потерял дар речи. Мало ли кого сюда можно представить? Нет, на самом деле, нет. Да как он мог тут ошибиться! Лицо парня оставалось скрыто от двух беседующих, из-за чего юноша не расслышал ответную фразу. Ну и поделом. Намного страшнее было чувствовать жар на кончиках ушей, от которого отмахнулись ровно также, как и от здешней «духоты». Не смея больше поднять на них взгляд, студент вышел на следующей остановке. Да этот парень просто издевается же над ним! *** Ванцзи дальше этого выносить не мог. Он решил: раз машина уже (давно) починена, он поедет домой именно на ней! Ему нет дела до бесстыдников, тем более встреченных в маршрутке. Как жаль, что до принятия этого решения ему понадобилось два месяца. Но теперь все было решено: пускай издевается над другими, нежели над ним. Ханьгуан-цзюнь кивал самому себе, ступая из универстита к парковке и заметил краем глаза одну интересную деталь. Все произошло слишком быстро: резкий толчок в плечо, и кто-то полетел вниз по ступеням, упав на асфальт. Юноша так и остался стоять в расстерянности, успев подумать — «какой ненормальный посмеет бегать на территориях Гусу?» Любопытство взяло вверх: вскоре парень дошел до пострадавшего и распахнул ресницы ещё шире. Вот так поворот! — Не смотришь, куда идёшь? — пускай первая фраза была вверхом абсурда, Ванцзи не мог так просто уйти. — Ай-яй, кажется, потянул… Под тихий бубнеж парня Лань Чжань отошёл на пару шагов. Как пострадавший мог оказаться им? Пусть студент и утверждал, что сразу покалечит того, как снова встретит, но он не собирался делать это таким способом! — Ты в порядке? Ванцзи выдыхает. Пожалуй, слишком громко. Но незнакомец сразу обратил к нему пылающий взгляд: сегодня был самый неудачливый день из всех, вместе взятых. — Так это ты следил за мной? Ни стыда, ни совести! — воскликнул парень и хотел было встать, но лодыжка явно не давала ему этого сделать. — Если понравился, мог бы подойти и попросить номер, зачем преследовать? В последней фразе промелькнула вспышка смеха — это же то, о чем Ванцзи подумал? Случилось и вправду невероятное: только что его подстебали, причем конкретно. — Это, кхм, — юноша и вправду не знал, что сказать. А что надо было? «Да, я, раз уж мы так встретились — сходим на свидание»? — Давай помогу встать. — Как мило, — в этот раз незнакомец улыбнулся именно ему. Но с успехом встав обратно на ноги, тот резко подскочил на одной ноге. — Ай-яй, могу поспорить, что ещё никто так не падал! — Ты далеко живёшь? — слетевшее с губ предложение сорвалось само по себе. Ну, Ванцзи считал именно так. — Я могу тебя подвезти. Не зная, было утреннее решение поехать домой самостоятельно предзнаменованием или обычным совпадением, Лань Чжань окинул взглядом весь образ юноши. Привлекательный, очень. — Даже имя не спросишь? — студент хихикнул, снова вводя Ханьгуан-цзюня в ступор. Так как ему не было, что на это ответить, юноша продолжил разговор самостоятельно: — Вэй Усянь. Для друзей просто Вэй Ин, — бесстыдник, не оправившись от смеха, вновь запричитал. — Но раз уж это падение отчасти и твоя вина, как ни крути, от предложения отказаться не могу. Он и вправду застал Ванцзи врасплох. Ещё ни с кем ему не удавалось вот так говорить: подбирая слова, отворвчивая голову, моментами краснея. Всё-таки его надо было ударить посильнее. Пускай этот инцидент и произошел чисто случайно. — Лань Чжань, — тихо признес, однако до соседних ущец эта фраза долетела. — О, в самом деле? Приятно познакомиться, — Вэй У Сянь широко и тепло улыбнулся. Даже не смотря на череду неудач, которая с ним произошла за эти два месяца, Ванцзи, можно сказать, был действительно счастлив. — Взаимно. *** Следующая поездка выдалась замечательной: машина Лань Чжаня, как было решено по соглашению обоих, была оставлена дома до лучших поездок. После некоторого времени, Ханьгуан-цзюнь даже полюбил этот слегка пыльный транспорт, поэтому не слишком сожалел об этом. Ванцзи опустил взгляд — на широком плече мило посапывал Вэй Ин, изредка бормоча что-то под нос. Что ж, пускай немного отдохнёт. После двух месяцев слежения за ним, юноша ни разу не усомнился в своем решении. А именно — следить за бесподобным парнем. Их ожидает множество свиданий: Ванцзи больше не будет стесняться, в отличии от обезбашенного Усяня. Их ожидает море поцелуев: сладких, горячих. Их ожидает даже больше, чем старомодные объятия: жаркая ночь, переезд Вэй Ина к своему парню. Он несомненно оставит половину мебели новым владельцам квартиры. Лань Чжань, все же, немного счастлив. И он почти не сомневается, что Усянь чувствует тоже самое.

End?