Том I. Безжалостный мороз (Вечная Зима без милосердия)

Первое знакомство Люмин с природой Снежной вряд ли стоило назвать успешным. Безумно красивая, смертельно холодная опасная гора с первых мгновений стала доказывать, что своë прозвище «тихий шпиль» она получила не за миролюбивый пейзаж. Звери и птицы полностью отсутствовали, и даже ветер не касался еë верхушек. Тихие ели и сосны, странная голубая трава. Единственный признак, что место не было заморожено во времени — странный вертикальный сине-зелёный цветок, что неуклонно росло, то там, то тут, на ледниках, в земле, на камнях. Долго правда тишиной насладиться не удалось. Изучая случайные камни на признаки построек разумных существ (скученные случайным образом, они могли быть как и следами обвала, так и руинами исчезнувших цивилизаций), Люмин наткнулась на некого маскота, полувмëрзшего в стену. Маскот кажется подавал признаки разумности, и со временем, ей удалось научиться понимать его лепетание. Это не принесло особой пользы — маскот — Эй, это Паймон, а не зверëк! — почти ничего не помнила, и дать каких-то вразумительных ответов не могла. Неизвестно, были ли все жители этого мира как Паймон, неизвестно, была ли их цивилизация достаточно развита для продуктивного сотрудничества и неизвестно, были ли маскоты вида Паймон съедобны. — Ты ведь понимаешь, что говоришь вслух? — зверëк гневно затопал ножками (ложноножками? Можно ли это называть ножками, если она ими не пользуется?) и сжал кулаки. — Паймон не живая консерва, не маскот, не зверëк. Паймон это Паймон. — Но ты не можешь отрицать, ты бы не отказалась от мяса, — Паймон нахмурилась и отвернулась. Тем не менее, маскот не ушла. Возможно, потому что выживать в одиночку было сложнее, а может, потому что она сама не знала, куда идти.

***

Первое знакомство Люмин с властями Снежной могло быть, пожалуй, хуже чем знакомство с природой. Стоило, пожалуй упомянуть, что пройдя десяток, сотню, тысячи миров вы учитесь одному — у каждого из них свои законы, физические и юридические. Ты учишься их соблюдать, и что важнее, ты учишься их чувствовать. Это возможно было причиной, почему Люмин вообще решилась куда-то идти, но так же, возможно, было причиной, почему она не наткнулась ни на один патруль ранее. С самого пробуждения она чувствовала неестественность мороза и его вероятную причину — скопление энергии, ощущающейся как шорох снега и светло-голубой цвет. Обычно, вы стараетесь найти причину подобных вещей, и устранить, у них был опыт в этом, но она устала и всë ещë искала Итэра, хотела уйти как можно скорее, и хотя сила была запечатана, она могла видеть, чувствовать и наблюдать. И что же, хотя Люмин могла сказать, куда уйти подальше от Скопления, она не могла предсказать какой будет рельеф на этом пути. Опасаясь заблудиться, она шла прямо через все горы, кустарники и озера. Летающий зверëк, постоянно возмущенный выбором местности, хотя бы не мог почувствовать острые камни. Итак, очевидно, на горе были патрули. Вот только местные жители никак не могли предсказать что кто-то выберет такой путь. Он не был лëгким, он не был приятным, и самое главное, он не был тëплым. Поэтому, когда наконец, Люмин встретила гуманоидных патрульных около подножья, и местные власти напали на неë, Люмин не была настроена на переговоры. Вытащив случайно подобранный лук, она, не стоя на ногах, направилась к атакующей еë паре — махине с молотом, почти вдвое еë выше, и человеку с ружьëм. Первым безусловно, нужно было снять молотоборца, потому что лук может противостоять ружью, но не поможет против молота. Это то, о чëм Люмин будет думать позже, но тогда всë что она думала, это то, что она успевает выбить ружьë из рук стрелка раньше, чем он умеет сделать выстрел. Откинув оружие в сторону, потому что не стоило проверять, были ли в этом мире противоугонные системы она уклонилась от удара молотом, и отскочила ради дистанции, вложив стрелу на тетиву. Противник уклонился, одновременно замахиваясь. Ситуация выходила не самая лучшая, всë переходило в танец, где Люмин убегает, а еë противник пытается догнать, и всë закончится либо когда она сумеет попасть, либо когда еë загонят в угол. Уклонившись от запаха, она крикнула маскоту (» — Паймон, ружьë!», „ — Что? Паймон не может стрелять!», «— Нет! Просто убедись, что не выстрелит он!») чтобы та обезвредила встававшего была стрелка и наметила путь отхода. Взобравшись на камень, она перескочила сквозь деревья, намереваясь позвать маскота, прежде чем что-то слишком лëгкое и длинное для молота врезалось в неë сзади, а затем кто-то очень маленький и гибкий по сравнению с еë противниками крепко схватил еë сзади. — Послушай, девочка, я думаю произошло недоразумение, ты не могла бы… Не могла? Ох ладно. И мир погас.

***

Спустя неопределённое количество времени, Люмин проснулась с головной болью, запахом трав и холодными пальцами на еë запястье. На голове был мокрый компресс, кто-то тихо напевал что-то успокаивающее, и повинуясь этому ритму она уснула.

***

— Ох ты, уже проснулась? Твоя подруга беспокоилась о тебе, — первое, что Люмин увидела после того как проснулась, это деревянный потолок. Голос принадлежал девушке гуманоидного вида, почти размером с Люмин, с чёрными волосами и розовыми, зигзагообразными прядями. Твёрдая рука мешала её подняться пока другой собеседница ощупывала — подбородок, уши, лоб… Её так же не смущало молчание Люмин — говорить она могла за двоих. — Ты помнишь как оказалась на Таузаре?.. Нет?.. Что же, Странница, тебя там быть не должно. Жаль разочаровывать, я понимаю, что человек там бы не оказался по своей воле, но тебе придётся подождать пока не прибудет полковник. Я всёго лишь скромный флигель-адъютант, а Шани вечно где-то носит, неугомонное создание… — Ты пришла с запрещённой территории, и напала на патруль. Шани не дала мне подобных полномочий чтобы тебя отмазать, эта ситуация конечно не то, что она могла когда-либо предугадать… Иначе бы я наверняка подумала что это одна из её странноватых идей. — А-а-а, а ты не лыком шита. Да я пришла оттуда же, откуда и ты, не думаю, что это секретная информация. Но у меня есть бумажка, разрешение! Как его получить? Твоему делу это не поможет… Хотя ты можешь придти к нам! Армейские Алхимические Части всегда имеют странные разрешения, наши приказы и полномочия были даже больше чем у Императорского Алхимического Университета. Но это нужно согласовывать с Шани, всё равно её тут нет. — Почему я тут? Врачом я пробыла больше, чем флигель-адъютантом, и свой приказ я выполнила, мне пока нечем заняться. Ты собеседник всё же лучше чем снег. Казалось, редкие ответы не смущали девушку. Так же, похоже что ей было давно не с кем поговорить. Она рассуждала на отвлечённые темы, сетовала на нехватки трав и взбаламошенное начальство. Ей было всё равно на имя Люмин, а та его и не предлагала. Закончив осмотр, та подхватила все свои баночки и инструменты, сложила в кожаную сумку и обернулась, подойдя к двери. — Приятным собеседником ты была, Странница. Но боюсь, мне пора откланяться. Если вдруг захочешь продолжить разговор, меня можно найти как Есению Ягге. И она ушла. А так же забыла пальто. Неужели намеренно? В конце концов, Есения, могла подумать о Люмин, и что на улице было холодно. Надев его, правда обнаружила там несколько бумаг, которые не следовало забывать.Так что наверное нет. Выйдя во двор она обнаружила лишь неказистый забор, едва торчащий из-под снега и узкую тропу ведущую меж сугробов. Холод тут же схватил уши и щёки. Есения говорила что-то о беспокоящемся друге? Наверное имела в виду летающий маскот. Наверное, не стоит ей оставлять. Наверное, стоит пойти и найти её? Итак, оказавшись где-то вроде военного лагеря с неизвестным уровнем враждебности на холоде и пережив лихорадку... Люмин отравилась исследовать.