сердечный оргазм

у шакалов есть одно неизменное и ненарушаемое правило: атсуму всегда садится с хинатой. во время поездок на матчи, перелетов в самолётах, общих посиделок во всяких забегаловках и на перерывах между сетами. если кто нибудь когда нибудь осмелиться нарушить это негласное, но самое главное правило - будет иметь дело с атсуму. и не то, что бы это было страшно. — как твои дела, оми-оми? — слащаво тянет мия в раздевалке после тренировки. — тебе понравились мои пасы, оми-оми? сакуса даже не смотрит на атсуму. — ты про их отсутствие, атсуму? я знал, что ты драматичный ублюдок, но я просто сел рядом с… — хочешь пасы лучшего связующего страны, оми-оми? так вот, не совершай больше таких ошибок. атсуму - драматичный ублюдок. и если нарушить негласное, но самое главное правило шакалов - каждый будет иметь дело с ним, едва ли не королевой драмы среди всех шакалов. и, самое главное, холостой королевой драмы (сакуса в насмешке закатывает глаза на глупые выходки их глупого связующего. интересно, шое-кун в курсе, что в мечтах атсуму они почти спят в одной кровати?). тсуму, почти ласково смеётся хината, кладя голову ему на плечо, почему ты довел бокуто-сана до его эмо фазы? атсуму почти напрягается, зарываясь в отросшие рыжие пряди. — ну, я так захотел? — потому что он сел с тобой в самолете, хочет обиженно продолжить мия. а потом шое поднимается с нагретого места, пересаживаясь к одиноко сидевшему семпаю. — драматичный ублюдок сам пострадал от своего драматизма? — насмешливо поворачивается к нему сакуса. — ками, ты настолько тупой, что даже не можешь очевидно скрывать свой флирт. — согласен с киеми-саном, — поддакивает обижено бокуто с другого конца автобуса. — согласен с бокуто-саном, — довольно лыбится хината. что ж, он определенно догадывается. — ты бы на свидание сначала позвал, атсуму-сан. да, хмыкает почти вслух сакуса. шое-куну давно известно о всех глупых мечтах их глупого связующего (и, как понял едва ли не ас шакалов, — не показывайте это бокуто — шое-кун определенно и давно не против этих мечт).